Джекпот 3. Или дело-то государственное

— Ахаха... — рассмеялась Альена, подойдя и пощупав плотную ткань балахона. Иллюзия одежды оказалась полной. — Великолепно, Котик! Ты наелся? Пойдемте-ка заниматься, мальчики, — приглашающе махнула девушка в сторону комнаты.

— Я тебя когда-нибудь все-таки придушу, Блохастый! — прошипел Айвен, безуспешно пытаясь избавиться от чужой магии.

— А я тебя предупреждал — не нарушай приличий, — шикнул на него Цай, намеренно оттерев плечом в дверном проеме, чтобы оказаться за спиной у Альены первым.

— Не ссорьтесь, — обернулась она через плечо и, подмигнув Цаю, съехидничала:

— А тебе идет даже этот цвет, Веничек. Не расстраивайся.

— Наглецу — все к лицу, — хмыкнул оборотень, удачно увернувшись от пинка разозленного его самоуправством демона, не ожидавшего такой подставы, поэтому не успевшего среагировать оперативно.

Айвен лихорадочно прощупывал хитросплетения чужой магии, надеясь найти хоть одно слабенькое место, чтобы растворить чужое заклятье, но пока еще не нашел. И, демонстративно оттянув несуществующий на самом деле ворот балахонистой хламиды, пожаловался Альене:

— Он меня душит, и все чешется! А вам смешно, да?

— Правда? — изумилась девушка. — Нет, Айв... Ты серьезно? Разве может 'морок' создавать такой эффект?

— Нет, — уверенно ответил Цай.

— Да! — возразил демон, состроив несчастное выражение лица. — Аля, скажи ему! Я сам 'морок' нацеплю. Нормальный, а не такой... Честное слово!

— Ладно уж, — сжалилась добрая душа человечки. — Котик, убери свой, пожалуйста, пусть он сам потренируется прилично выглядеть в обществе.

— Ты ему доверяешь? — поразился Кошак.

— Не слишком, — улыбнулась Альена, поддерживая друга. — Но давай, дадим ему шанс...

— Как скажешь, Котенок, — нехотя согласился Цай, снимая свой 'морок'.

* * *

'Морок' хитрого демона оказался на порядок хуже. То есть, визуально он выглядел на отлично, но вот стоило Альене нечаянно дотронуться до плеча Рыжика, устраиваясь рядышком на диване, как она моментально поняла, что ощущения, будто Айвен одет, вовсе не наблюдалось. Обнаженная кожа буквально обожгла щеку девушки, заставив вспомнить утренние объятия и свои растрепанные чувства в момент недолгого единения, чуть было не закончившиеся необдуманным поцелуем, который привел бы неизвестно к каким последствиям.

Альену эта удивительная зависимость от прикосновений Айвена немного пугала. Хотелось бы верить, что на самом деле все не так запущенно, как кажется. Единственное, что немного компенсировало ее задетое самолюбие, так этот тот факт, что и Рыжик, видимо, испытывал нечто похожее. Это было странно, учитывая его 'опыт' общения с противоположным полом, но в то же время льстило неискушенной в таких вопросах девушке.

Отодвинувшись на безопасное расстояние от демона (для чего пришлось почти вплотную прижаться к боку сидевшего с другой стороны Кошака), Альена постаралась унять зачастившее сердечко и не покраснеть под насмешливыми взглядами обоих парней, безусловно догадавшихся, что к чему.

Двинув острым кулачком в бок оборотня, она вскочила с дивана и обиженно уставилась на обоих нелюдей:

— Мы сегодня будем заниматься или как?

— Будем, Котенок! — заверил Цай, выразительно взглянув на однокурсника, и ехидно уточнил:

— Тебе снова помочь, Рогатенький? Или свою рубашку уступить?

— Не надо! — сориентировался демон, забеспокоившись, что обнаженный торс Блохастого приятеля произведет на Альену похожий эффект.

— Ну-ну, — скептически усмехнулся оборотень.

После того, как Айвен под придирчивыми взглядами Альены и Цая надел нормальную рубашку, 'случайно отыскавшуюся' в подпространственном кармане', всем троим, наконец-то, удалось настроиться на учебный процесс.

— Ой, Цай, а что у тебя в корзине? — вспомнила Альена.

— Я и сам не знаю — завтрак или обед, — пожал плечами Кошак. — Бабуля распорядилась собрать. Кстати, цветочек — тоже от нее.

— Что? — изумилась Альена. — Откуда твоя бабушка...

— Заехала навестить, — улыбнулся Цай.

— Я хотела спросить, откуда твоя бабушка узнала, что мне фиалки нравятся?

— Просто предположила.

— А ты ей сказал, что у тебя есть подруга — человечка?

— Ну да, а что такого?

— А вдруг она подумает, что я твоя девушка? — ужаснулась Альена, ощутив, как рядом напрягся Рыжик, которому тоже не понравилось такое предположение.

— Скажу честно, Алечка, бабуля была бы рада, но...

— Шутишь, да? — догадалась девушка.

— Угу, — мрачно согласился Кошак, не желая развивать данную тему в присутствии начавшего заводиться Айва.

— Шутки у тебя дурацкие, — обиделась Альена. — Так что с едой? До обеда ничего не испортится?

— Не переживай. Я накинул заклинание стазиса. Все будет свежее, с пылу, с жару.

— Хорошо, — облегченно вздохнула Альена, радуясь, что исполнила свою миссию рачительной хозяйки. — Что там у нас со следующей темой?

— Ну, наконец-то, вспомнили, ради чего собрались, — хмыкнул Айв, с готовностью подсунув девушке открытый конспект. — Прочти вот этот абзац, а потом попробуй дать определение своими словами.

— Так я же тебе еще вчера за него отчиталась!

— Повторенье — мать ученья! — наставительно заметил Рыжик. — Дерзай! Потом практическое занятие будет.

— Хнык, — скуксилась Альена. — И за что мне все это? Я стереометрию больше люблю...

— Не плачь, солнце мое, — утешил Айвен. — Мне вот тоже приходиться мириться с некоторыми вещами, которые не по душе. Я же не ною.

— Ты — мужчина, тебе ни к лицу капризничать, — возразила Альена, демонстративно горько вздохнув и уставившись в конспект.

— Умничка, деточка... — ласково погладил Кошак по голове свою племяшку, — у тебя все получится, вот увидишь.

— Хорошо бы...

Но, к великой радости ученицы, скептический настрой ее 'наставников' к вечеру и впрямь растворился в уверенности, что ей удастся на отлично сдать сложный экзамен. Правда, сама девушка нервничала гораздо сильнее. Пройденные и повторенные темы буквально отскакивали от зубов, но Альена не могла отделаться от мысли, что все так гладко, пока она в привычной атмосфере родных стен и рядом с внушающими позитивный настрой парнями. А вот что будет, когда она вытянет билет и окажется перед лицом строгой комиссии экзаменаторов?

Хорошо хоть времени на заботу о том, чем бы перекусить, ушло по минимуму. Обед и ужин, изъятый из корзины, принесенной Цаем, оказались выше всяких похвал.

К безмерному удивлению человечки, в объемной корзине, помимо холодных и горячих закусок, оказался даже наваристый супчик по-домашнему, сваренный на бульоне из аппетитной говяжьей косточки. Теперь Альена больше не сомневалась, что составлением меню и действительно занималась бабушка Цая. Упоминание о его заботливой родственнице, смущало девушку, но она старалась не думать на эту тему, потому как была абсолютно уверена, что общаться с семьей Кошака ей не доведется. Не придет же в голову оборотню знакомить всех своих подруг с родичами. Не тот уровень, чтобы Княгиня Независимого Рода Котов-оборотней снизошла до представления ей какой-то орсы Эрс, приемной дочери орсана Велия и орсы Мины Джаунсов...

В общем, день получился насыщенный, и к вечеру Альена почувствовала насущную и весьма острую необходимость передохнуть от зубрежки. Парни в отличие от нее, выглядели не такими измученными, скорее даже, в сравнении с ней, непростительно бодрыми. Вот же — нелюди!

Цай даже умудрился предложить пойти прогуляться перед сном, но, взглянув на несчастную страдалицу во имя магической науки, сжалился и велел ей отправляться спать. Правда, Айвен оказался крайне недоволен такой заботой Кошака о своей племяшке. Рыжик не прочь был бы и дальше наслаждаться присутствием привалившейся в изнеможении к его груди Алечки, которая, кажется, даже не замечала, что он уже давно обнимает ее, устроив поудобнее.

— Ладно, мальчики, спасибо вам огромное за участие, — сдерживая зевоту, потянулась Альена. Невольно заставив обоих парней поспешно отвести глаза, чтобы не выдать, какие неприличные мысли возникли из-за натянувшейся ткани домашнего платья на высокой девичьей груди.

— Сладких снов, Котенок, — чуть севшим голосом выдавил Цай.

Айвен же вообще промычал что-то нечленораздельное, но Альена не придала значения внезапному исчезновению красноречия Рыжика.

— А где вы будете спать, на диване? Или ты, Цай, снова уйдешь? — нахмурилась хозяйка квартиры.

— А что, не стоит? Он к тебе приставал? — кивнул насторожившийся оборотень в сторону Айвена, слегка растерявшегося от такого предположения.

— Нет... просто... Впрочем, неважно, — спохватилась смутившаяся Альена, не желая вдаваться в подробности своих опасений по поводу присутствия демона.

— Точно? — сверкнул Цай сердитым взглядом на приятеля.

— Да точно! Я же обещал! — возмутился демон.

— Я, пожалуй, останусь сегодня, — успокоил девушку оборотень.

— Ладно, — облегченно улыбнулась Альена, недоумевая, отчего в душе такой раздрай? Одна часть просто вопила — это ваша последняя ночь с 'неправильным эльфиком', другого шанса уже не будет!!! А вот благоразумие нашептывало — не уступай временному порыву — безумно пожалеешь, когда все закончится. Демону-то все равно — одной победой больше, одной — меньше. А ты будешь раскаиваться и сожалеть о своей слабости. И 'утешительные' мысли, дескать, будет что вспомнить в старости — не помогут. Не поддавайся!

— Сегодня я сплю у стенки! — объявил Кот, едва только за Альеной закрылась дверь, и парни наперегонки послали в сторону спальни девушки свои охранные заклинания.

— Да без разницы, — вяло отмахнулся Айвен, мыслями находившийся сейчас совсем в другом месте. И даже не намеренный вступать в привычную перепалку с соперником.

— Рогатенький, что с тобой? — удивился Цай. — Ты не заболел ли, часом?

— Отвали... — глухо отозвался Рыжик. — Я в душ — первый... И спинку мне тереть не надо, — предупредил он дальнейшие пошлые шутки.

— Я и не собирался тебе предлагать ничего такого, извращенец, — фыркнул Цай, чувствуя, что приятель и в самом деле не настроен на ставший традиционным обмен 'любезностями'.

Явившись из ванны, Айв плюхнулся на кровать и, заложив руки за голову, бездумно уставился в потолок.

— Эй? — забеспокоился оборотень. — Что произошло, Рыжий?

— Сам не знаю... какое-то странное предчувствие, что намечается серьезная катастрофа...

— Хм, — неодобрительно фыркнул Кошак. — Ну, насчет того, что Аля завалит экзамен — я даже не переживаю. Она справится. Может, ты из-за приезда отца волнуешься? Ты его должен встретить?

— Да. У меня есть к нему одна идиотская просьба, — хмыкнул Айвен, припомнив утренний визит Корвиниуса.

— Любопытненько... — заинтересовался Цай.

— Да так, ерунда, — отмахнулся демон, не желая выдавать дружка, сбрендившего от страсти к суккубе.

— Ну, так что же тебя тревожит? — снова попытался вызвать на откровенность оборотень. — Или боишься, что отец тебе с Альеной общаться запретит?!

— Размечтался! Отец не против наших отношений с Алей... Он, скорее, даже 'за'...

— О как! Интерееесно... Тогда чего беспокоиться-то? — пожал плечами Цай.

— Да сам не знаю, почему нервничаю... — нехотя признался Рыжик.

— Может быть, по рюмке анестезии? — великодушно предложил Кошак.

— Нет уж... благодарю за заботу! С тобой только начни, и рюмкой не отделаешься, — хохотнул Айвен. — А мне завтра надо произвести на отца благоприятное впечатление. Иначе он решит, что я еще не нагулялся и не готов к семейной жизни. Если еще и ему доказывать придется, что я Али достоин — я же свихнусь, дожидаясь его — "дозволяю"! Как будто тебя на мою бедную голову мало!

— Не преувеличивай катастрофу — твоей бедной голове уже ничем не повредишь. Но разве ты уже готов? — насмешливо уточнил зеленоглазый.

— Не твое дело! — отрезал Рыжик, перевернувшись на живот и сунув руки под подушку, всем своим видом демонстрируя, что он не намерен больше продолжать бесполезную дискуссию, и хочет спать.

— Ошибаешься, Рогатенький. Может быть, и не мое дело, но моя семья твою кандидатуру Алечке в женихи явно будет разбирать на составляющие. А из каких достоинств ты состоишь — тебе виднее...

— Не волнуйся, положительных качеств все равно больше, — огрызнулся Айвен, невольно поежившись. — Наследник Повелителя Шед звучит куда значимее, чем Князь Равиль IV.

— Да уж, это твой самый главный козырь, — похлопал слегка задетый Цай однокурсника по плечу и, резко поднявшись, отправился в ванную.

Только был остановлен на половине пути неожиданным звонком дверного колокольчика в прихожей.

— Дхарг! — выругался оборотень, открывая замки. — Кого там еще принесло, на ночь глядя?

Вот кого-кого, но таких гостей Цай точно не предполагал увидеть. От неожиданности он даже забыл поздороваться с мявшимися на пороге девушками, ошарашено уставившись на однокурсниц.

Темненькая хрупкая Лисаль (между прочим, староста их группы в Академии), с прелестными крылышками за спиной, то проявляющимися, то исчезающими, являющимися бесспорным признаком того, что сильфа серьезно нервничает, и ее ближайшая подружка и заместительница, светленькая очаровашка Ленсаль, смущенно подталкивая друг друга локоточками, наконец-то обрели дар речи и первыми вежливо поздоровались:

— Добрый вечер, Цай. Извини, что так поздно... Но просто мы только что узнали, где тебя можно застать... — начала Ленсаль, застенчиво взмахнув длиннющими ресницами.

— Да! — поддакнула бессменная староста. — Я хотела... то есть, мы хотели тебе напомнить...

— ...что ты должен был подготовить речь, — продолжила светленькая, найдя в себе силы прямо взглянуть в зеленые глаза красавчика-оборотня. Но тут же снова опустила ресницы.

Цай нахмурился. Покладистость этих конкретных сильфиек была слишком обманчивой. Девушки выглядели нежными, скромными тихонями, но лишь до того момента, пока их не разозлить. Вот тогда эти прелестницы в полной мере могли показать, на что способны представители отдельной ветви расы древних эльфов. А он совсем позабыл о бездумно данном обещании написать и выучить приветственную речь от имени адептов Академии по случаю приезда Повелителя.

Что скрывать — обе девушки ему давно нравились, чудесным образом избегая более тесного контакта, кроме как по вопросам учебы. Именно поэтому он не стал отнекиваться непомерной занятостью и пообещал выполнить ответственное поручение, о котором, конечно же, благополучно забыл, сосредоточив все внимание на проблемах племяшки. Как теперь выкручиваться — парень не представлял.

На счастье оборотня, дав ему пару минут передышки на придумывание срочного плана, из глубины квартиры вышел Айвен, заинтересовавшись, с кем это Цай на пороге квартиры ЕГО девушки любезничает?

При виде еще одного признанного красавца-нелюдя, о котором грезила прекрасная половина Академии, явившегося перед взором ясных очей сильфиек в одних штанах, небрежно съехавших на бедра, и с зачесанными назад, влажными после душа волосами, одногрупницы повторно потеряли нить беседы.