Zirex- 3

— То есть мои пытки входят в интересы общественности?

— Не пытки. Мне нужно только достаточно ослабить тебя, пока не придет время забрать хранящуюся в тебя часть моей силы. На самом деле это не приносит мне никакого удовольствия, — он нахмурился, глядя на руки, испачканные моей кровью. — Если бы я мог сделать это, не убивая тебя, то так бы и поступил. Как бы там ни было, каждый из вас заслуживает быстрой смерти. Но у меня нет выбора. Я не могу просто связать тебя, опасаясь, что ты попытаешься сбежать. Не могу ввести тебе успокоительное или другое вещество, так как это замедлит процесс передачи. К тому же ты восстанавливаешься слишком быстро, даже для мутанта.

— Ты еще не воскресил Адама?

Брайан даже не удивился.

— Это случиться скоро. Поверь, ты не успеешь заскучать.

Он отошел в сторону, прислонившись спиной к стене, и скрестил руки на груди таким знакомым и в то же время совершенно чужим движением.

— Должен сказать, это очень интересно: наблюдать за каждым из вас. Вы все совершенно разные, несмотря на то, что в каждом из вас есть наша кровь. В каком-то смысле именно я вас породил, мне же придется и убить вас.

— Что я сделала такого ужасного, что заслужила смерть? Да, с вами поступили просто ужасно, но ни я, ни кто-либо еще из моего поколения не причастен к этому. Мы жили в своих городах, далеко от людей, и не претендовали на овладение миром.

— Зато люди хотят владеть вами. Неужели тебе нравилось то, как ты жила в Аренсе, подчиняясь Республике? Действительно ли такая жизнь лучше смерти?

Неужели он ожидает, что я соглашусь с ним?

— То, чего ты хочешь, — просто чудовищно.

— Я никогда этого не хотел! Все, чего я когда-либо хотел, — стать высокооплачиваемым юристом, жениться, завести детей и умереть в возрасте восьмидесяти лет в собственном загородном доме. Сейчас я сражаюсь за то, чтобы будущие поколения людей могли исполнить свои мечты. А для этого нужно уничтожить власть диктатуры, как до этого была свергнута монархия, олигархия и "AlA".

— А где гарантия, что не возникнет новая диктатура? То, что ты делаешь, не сильно отличается от того, что делала Республика, уничтожив Торн. Или США, уничтожив Шепот или другие наши города. Нужно лечить болезнь, а не только ее симптомы.

— Так и есть.

Нож пролетел в нескольких сантиметрах от моей головы, вонзившись в стену над моим ухом. Брайан громко выругался.

— Не США и не "AlA" была во всем виновата, а те, кто на самом деле управляют миром. "AlA" всегда была только их игрушкой, а как лучше всего разозлить ребенка? Сломать его игрушку.

— Куда ты клонишь?

— Проект "Zirex" не был поддержан правительством США, несмотря на то, что именно на территории штатов проводился эксперимент по созданию первых мутантов. Я видел документацию. Этот проект был оплачен частными лицами, проживающими по всему миру. Всего около двадцати семей, хотя раньше их было больше. По первоначальному замыслу мутанты должны были стать охранниками для членов этих семей. Потом кому-то пришло в голову, что из них вышли бы прекрасные марионетки, которых можно было посадить на важные кресла в правительстве. Пойми правильно, не то, чтобы раньше было не так, но ведь тот, кто не может ослушаться твоего приказа, гораздо надежнее того, кто делает это за вознаграждение или из страха. Возможно, все, как обычно, закончилось бы так, как им нужно, и вас выращивали бы, словно генно модифицированную кукурузу, если бы изготовление мутантов не поставили на конвейер, решив сорвать куш побольше.

— Их ты тоже убьешь?

— Каждого из них. Каждого. Все виновные понесут наказание. Но мне нужны все мои силы для того, чтобы разом покончить и с мутантами, и с высшей кастой.

— Но если погибнут главные злодеи, почему нельзя оставить жизнь мутантам?

— Они слишком сильны и влиятельны, а так же слишком амбициозны, чтобы не стать новыми властелинами. Сейчас только "серым" удается сдерживать их руками Республики, но долго это не продлиться. Известно ли тебе, что Зетва и ее мутанты уже разработали план уничтожения Республики? Не сильно расстраивайся, дорогая, ты ведь и так обречена, как и все, кто был в Аренсе в тот день, когда рванула биологическая бомба.

Из-за веревок я не могла прикоснуться к щеке. За прошедшие месяцы узор с моего лица опустился вниз, покрыв шею и ключицу. Где-то в глубине души я знала, что Брайан прав. И, что было еще хуже, не только касательно того, что я скоро умру.

* * *

Когда Брайан ушел, оставив меня в одиночестве, я заставила себя сидеть неподвижно, чтобы не мешать заживлению, даже зная, что к тому моменту, когда я полностью исцелюсь, будет уже слишком поздно. А еще я рыдала от того, что где-то очень глубоко внутри чувствовала, что некое зерно истины в словах Брайана все же есть. Еще когда я была простым нексом в Аренсе, мутанты никогда не переставали говорить о том, что случиться, когда они, наконец, смогут выйти на поверхность.

Власть, свергнувшая старую диктатуру, становится диктатурой новой вне зависимости от того, как именно она себя называет.

Снова запуталась.

Все дороги, которые я вижу перед собой, кажутся мне неправильными. Но какая из них наиболее верная?

* * *

Через несколько часов, незадолго до рассвета, дверь моей камеры открывается, и внутрь входят двое. Я вижу их лица, только когда они подходят почти впритык.

— Дрейк?

Невозможно выразить словами, как я рада его видеть, хотя выглядит он не лучше меня. Но затем я смотрю на второго пришельца. Вот теперь мне не до шуток.

Дэйвон.

— Мне очень жаль, Ри, — с трудом выдавливает Дрейк, глядя на меня.

— В каком смысле? Что здесь происходит, Дрейк?

— На самом деле уже нет. Мне пришлось набросить эту шкурку, чтобы попасть сюда.

Дэйвон щелчком пальцев взламывает замки на моих ногах, веревки, опоясывающие руки и талию, разматываются сами собой.

Как только я полностью освобождаюсь от пут, Дрейк сжимает меня в своих объятиях, зарываясь лицом в мои волосы.

— Боже, как же я скучал по тебе. Кажется, прошла целая вечность, — его голос звучит как-то странно, в нем отсутствуют привычные насмешливые интонации.

Проходит несколько секунд, прежде чем до меня доходит, но это...

— Шей?

Он отрывает меня от себя и держит на расстоянии вытянутой руки, рассматривая с головы до ног. И эта мысль больше не кажется мне такой уж безумной.

— Это, правда, ты? Но как..?

— Не хочу вас отрывать, — влезает Дэйвон. — Но у нас сейчас есть дела поважнее. Брайан будет здесь с минуты на минуту.

Он говорит что-то еще, но я только вижу, как шевелятся его губы, отказываясь слышать.

— Как такое может быть?

Лицо Дэйвона искажает гримаса:

— Ну, я же обещал тебе, разве не так? К несчастью, совсем нет времени, чтобы провести все как следует. Дрейк позволил мне "подселить" к нему Шея для тебя, но и ты тоже должна кое-что сделать.

— Стать сосудом для Аиды.

— Именно так.

— Но ты вернешь Шея навсегда? В его собственное тело, а не в тело Дрейка?

— Ри, — Шей смотрит на меня с грустной улыбкой. — То, что я сейчас здесь, уже больше, чем я заслуживаю.

— Нет. Ты не должен был умереть тогда. Это все моя вина.

— На самом деле — нет. Это было мое предназначение, уйти, оставив тебя, как и твое, — сделать то, что ты должна сделать. Если бы я поступил так, как мне хотелось, никогда бы не расстался с тобой, но тогда у тебя не хватило бы сил пройти весь этот путь. Прости меня, Риа!

Не хватило бы сил? Значит, ради какого-то гребаного предназначения я должна была разыграть все как по нотам.

Дэйвон посмотрел назад на открытую дверь:

— Нужно идти, пока никто не заметил пропажи. Будь готова, Ри.

Будь готова что? Вступить в бой? Отпустить Шея? Отдать свое тело Аиде, чтобы завершить супер миссию?

Дэйвон вывел нас из подземелья. На каждом перекрестке нам приходилось переступать через спящих стражников, которых Дэйвон без всякого труда вводит в летаргию.

— Почему ты хочешь, чтобы победила Аида? — спросила я, когда мы выбрались из дома на улицу.

Предводитель Проводников ответил мне уставшим взглядом:

— Я очень хочу, чтобы все закончилось. Но каким бы плохим лидером я ни был, мне не все равно, что случится с моими людьми. Даже с тобой.

Уже почти рассвело. Кроваво-красное солнце стремительно поднималось над горизонтом. В этот ранний час улицы были совершенно безлюдны, сюда не доносилось никаких звуков.

Примерно в квартале от нас воздух вспарывал шпиль телестанции. Почему я не удивлена, что мы идем именно туда?

— Почему она не идет? — спросила я, глядя снизу вверх на огромное стеклянное здание.

— Потому что ты должна впустить ее, — не оборачиваясь, сказал Шей.

— Что значит впустить?

— Ей не твое разрешение нужно, — проговорил Дэйвон. — Не твоя сила и не твое тело.

— Что тогда?

— Вся ты.

Я зажмурилась и сделала глубокий вдох, подавив истерический смешок.

Как бы там ни было, все закончится очень скоро.

Мне совсем не хотелось снова подниматься на самый верх пешком, но с Дэйвоном это было и ненужно. Как только он вошел в здание, электричество включилось само собой, двери лифта открылись перед нами. В очередной раз я спросила себя: почему, когда рядом находится некто настолько могущественный, спасение мира зависит от неудачницы, вроде меня? Должно быть, у мироздания извращенное чувство юмора.

Послышался негромкий сигнал, и лифт остановился. Дэйвон положил ладонь мне на предплечье.

— Пора, Риа.

Шей встал слева от меня.

— Ты должна сделать это именно сейчас. Мы будем рядом. Я обещаю.

— Прости меня, Шей, умоляю.

— Мне не за что прощать тебя, Ри. Я жил для того, чтобы защищать тебя. Я был рожден для того, чтобы быть рядом с тобой. Я люблю тебя.

— И я люблю тебя.

Я закрыла глаза и тихо позвала ее, не добившись никакого ответа.

Аида, я впускаю тебя. Отныне моя жизнь — твоя жизнь.

Она уже была внутри, когда я открыла глаза. Но тело все еще подчинялось мне. И это я, а не она распахнула дверь и вышла на крышу, и, минуя длинный ряд Проводников, застывших и онемевших, как статуи, остановилась возле Брайана. Только теперь я смотрела на него ее глазами, видя его, а не Адама. Я задохнулась от радости и ненависти, находясь так близко от него.

Аида безумно хотела подойти еще ближе, чтобы прикоснуться к нему, ее желание электрическим током текло в моих жилах, но при этом не сделала ни единой попытки отобрать у меня джойстик управления. Дэйвон и Шей остановились позади меня.

— Я привел ее, как ты приказывал, — почтительно сказал Дэйвон, опустившись на колено перед Брайаном.

— Отлично. Думаю, можно начинать.

Брайан кивнул Дэйвону, позволяя ему подняться, а в следующий миг сам встал на оба колена рядом со мной.

Дэйвон не прикоснулся к нему и пальцем, но я кожей ощущала исходящий от него жар.

Тело Адама несколько раз дернулось, а затем он закричал. И когда он, наконец, открыл глаза, они были темно-темно карими, почти что черными. Я видела, как расширились его зрачки, когда он увидел меня.

Аида ждала.

Как и я.

Твое решение.

Мурашки поползли по моей коже вверх по позвоночнику.

Брайан снова захватил контроль над телом Адама, но это далось ему с трудом. Когда он подошел ко мне, его колени тряслись. Рука, которая легла на мое плечо, была на удивление горячей, как будто бы у парня был сильный жар.

Рядом со мной стоял Брайан, но я смотрела не на него, а внутрь темных глаз, принадлежавших тому, кого я любила.

Адам. Адам. Адам...

Я чувствовала поток тепла, покидающий мое тело. Но все равно, двое любимых мною людей вернулись к жизни, этот день мог бы быть самым счастливым в моей жизни, если бы не...

Колени мои подогнулись, и покачнулась вперед, упав прямо в объятия мутанта. Шей сзади переминался с ноги на ногу, пристально наблюдая за каждым движением Брайана.

Я должна была сделать что-то прямо сейчас. Убить Брайана, пока это было еще возможно. Толкнуть его с крыши, вонзить клинок ему в грудь...

Я почти слышала в голове голос Шея: "Не трусь, Ри. Ты сможешь сделать это".

Но на самом деле я вовсе не боялась. И я ничего не сделала не потому, что не могла убить Адама, или боялась потерять Шея.

Они не вмешивались потому, что эта жертва должна была быть добровольной.

И да, это был мой выбор.

Когда Брайан полностью овладел мной, я видела то же, что и он.

Я видела огромные торнадо, поглощавшие прекрасные усадьбы. Трехэтажные мраморные здания, треснувшие пополам. Людей, застрявших под завалами. Стариков и детей, кричащих от боли. Они умирали на моих глазах. Нахлынувшее цунами накрыло целый остров в Тихом океане, стерев его с лица Земли. Пусть при жизни эти люди мнили себя богами, но умирали они точно так же, как и все остальные люди.

Я чувствовала себя железной рукой планеты, так велика в этот момент была наша сила. Сила трех поколений мутантов, связанных между собой кровными узами.

Более чем сотня людей была уничтожена на моих глазах.

И я позволила их убить.

Это был мой выбор.

Но как только Брайан потянулся к Городу-4, я потянула нашу связь на себя. Их я убить не позволю.

Слишком поздно, Риа. Ты позволила этому случиться. Они мертвы.

Люди, да. Они это заслужили. Кто-то должен был положить этому конец. Но не моя семья. Пожалуйста, Аида, останови его.

Даже если я просто попытаюсь, тебе конец. Тебя разорвет пополам.

Я и так обречена...

Ты не понимаешь, чего просишь.

Просто спаси их, на остальное мне плевать. Пожалуйста.

Что-то внутри хрустнуло, и пьянящая боль охватила все мое тело. Брайана отбросило на несколько шагов назад, его глаза расширились от удивления.

— Привет, Брайан, — произнесла Аида. Новая, непривычная интонация.

— Айя...

— Рада, что ты все же узнал меня после стольких лет.

— А я рад, что ты наконец-то поняла свою ошибку.

— Я не...

— Ты здесь и ты не помешала мне уничтожить этих червей.

— Это тело не помешало тебе, не я. Но теперь оно мое.

Мое.

Оно мое!

Больше нет...Я не могла пошевелиться, не могла закричать. Все что я могла делать — это смотреть.

— Ты не посмеешь, Айя, и мы оба это знаем. Ты все еще любишь меня, и это никогда не измениться.

— А вот здесь ты прав лишь наполовину. Я уже изменилась.

Брайан сделал шаг назад, сощурившись:

— Хочешь уничтожить это тело? Пожалуйста.

Мои новые глаза видели, как от тела Адама отделилось золотистое облако, окружив Дэйвона. Как только Брайан подчинил Дэйвона, исчез Шей, а бесчувственное тело Дрейка повалилось на крышу.

— Ну же, Айя, — Брайан подошел к нам, раскинув руки. — Посмеешь ли ты убить самого сильного из наших детей. Единственного, кто смог бы вернуть к жизни твоего возлюбленного.