"Черствое сердце"_Третья книга цикла

И кивнул в нашу сторону.

— Димочка, — в голос ревела она. — Я так тебя люблю! Мне больше никто не нужен!

Я снова покосилась на вампира-сказочника.

— Так, Шахерезад ты наш! Признавайся, что ты ему наплел?

Даниэль поперхнулся. Прокашлялся. Сразу стало понятно, что о себе, как о родном брате главной героини из сказок тысячи и одной ночи, он никогда не думал.

— Ничего особенного, — сверкнул на меня глазами он. — Рассказал о том, как любил одну девушку, но не смог удержать.

— Да-да, — кивала я. — Главное слово, на которое необходимо поставить ударение: "любил". Прошедшее время! Хотя, знаешь, я вообще подвергаю сомнению не только глагол, но и чувство.

— А как звали ту девушку? — влез в наш слишком уж яростный диалог Вова.

Куран, по лицу было видно, собирался сказать правду. Я взмолилась богу, прося отнять язык подлому упырю. Но Димка оказался проворнее.

— Ребят, давайте в кино сходим? — подал идею парень, вовремя вмешавшись, и подмигнул вампиру.

"Спелись!" — подумала я, а вслух сказала иное:

— Завтра же идем к Антонине Григорьевне.

— Ага! — обрадовалась Римма. — На пироги!

— Кому что, а ей только бы поесть, — вздохнула и получила подзатыльник.

К ясновидящей мы нагрянули большим честным коллективом, и с увесистым, вымахавшим, но глупым щенком по кличке Труп. Антонина Григорьевна встретила нас на пороге дома. Знала, что придем. Однако пройти в кухню, к примеру, чаек попить не пустила. Всучила два мешка и ведра, указала перстом в огород и приказала выкапывать картошку, потому как иначе она с нами общаться отказывалась — "Только после полезного дела!" — заявила женщина, очень напомнив мне Ягу с ее замашками. Та тоже ничего за просто так не делает.

Угадайте, кто лентяйничал, когда мы пахали на благо ясновидящей?

— Я не лентяйничаю! — возразила Римма, попивая чай с печенькой. — Я даю вам подсказки, где картоху искать!

— Я сейчас в нее этой... — замахнулась выкопанным плодом Дашка. Саня сдержал ее, подталкивая к грядке.

Мы осилили два мешка. В третий до половины насобирали, а потом Трупу надоело бездельничать в тенечке под деревом, к которому он был привязан. Зверюга сорвалась с поводка и рванула к нам, оказывать посильную помощь.

— Не смей! — вопила Лиза, гоняясь за псиной, стащившей из ведра картошку. Труп уже закапывал ее обратно в земельку. И пока его хозяйка исправляла эту несправедливость, монстр примерился, метнулся и заныкал в огороде еще одну картофелину. Марк перекрыл ему доступ к ведру, и ежкин пес в игривом настроении покосился на собранное Дашкой. Она прикрыла тару собой. Труп сдвинулся в сторону, девочка тоже. Он прыгнул, а Дарья... хлопнулась пятой точкой прямо в ведро. Но зато не отдала картошку на растерзание. Так сказать, спасла. И не важно чем! Главное то, что нам пришлось вытаскивать ее из ведра — волшебница хоть и обладала скромными худощавыми формами, тем не менее, умудрилась застрять в железной посудине.

— Все! Я ненавижу картошку! — прошипела сквозь зубы, перепачканная демоница.

— Проходите в дом, сейчас сядем ужинать! — любезно пригласила Антонина Григорьевна.

— Хоть бы мясо, хоть бы мясо! — взмолилась Лиза, и Труп солидарно подвыл ей.

— Даша сейчас приготовит картофельные драники.... — услышали мы уже с порога.

Демоница резко остановилась и перехотела не только есть, но и засиживаться в гостях. Не знающий жалости Марк подтолкнул ее в плечо.

Передохнуть после работы на солнцепеке нам не удалось — все дружно помогали Дашке готовить, и только Труп помогал уничтожать неудавшиеся, прилипшие к сковороде драники, шелуху от картофеля, колбасу и любой продукт, случайно или нарочно павший на пол. Деревянную дощечку в том числе — разгрыз и стрескал, паразит!

Затем мы сели за стол. Лиза вонзала вилку в зажаристые овощные блины, словно они оживали и говорили с ней о мерзостях. Римма даже спросила, ничего ли не употребила драгоценная подруга во время готовки, такого алкогольного? Демоница сказала: "Лучше б выпила! — и дальше обратилась к блину: — Ненавижу картошку!"

Короче, поговорить с бабушкой подростков нам удалось лишь спровадив Дарью обратно на кухню, в конце вечера, мыть посуду.

— Ну? — спросила ясновидящая, предлагая начать наше ходатайство.

Я немного помялась, продумывала речь, не знала с чего начать, а потом решила, что будь как будет и выдала:

— Антонина Григорьевна, позвольте Димке вернуться. Иначе один наш вредный товарищ его чему-то не хорошему научит!

— А здесь, он ее, — она кивнула в сторону кухни, — неподобающему научит!

Она даже не знала, что роль учителя принадлежит вовсе не Димке. Парень, на удивление, вел себя в отношениях с Дашкой сдержанно.

— Разве вы не знаете, что им суждено быть вместе? — зашла с другой стороны я.

— Знаю, — вздохнула бабушка.

— Они такие грустные! — прошамкала драником Лиза.

— Дима одумался. Он очень повзрослел. Копит деньги, учится, работает. Даже готовит и стирает сам! — встала на защиту парня Римма. Мы все были наслышаны об эпизоде, когда волшебник сунул в стиралку свои вещи с вампирьими и потом получил по шее, за полинялый эффект дорогой рубашки. Но об этом, естественно, перед бабушкой умолчали.

— Антонина Григорьевна! Вы же не можете сопротивляться Судьбе! — доставала ее я.

— А ты можешь? — сощурила слепые, белесые глаза она, и я нервно сглотнула под испытывающим взглядом. — Ладно. Пусть возвращается. А тому, своему "вредному другу" передай "спасибо" от меня за воспитание, и скажи: "К удаче идут, переступая через отчаяние, боль и гнев". Он поймет!

Дашка, подслушав весь разговор от начала до конца, вылетела из кухни счастливая до безобразия. Сначала повисла у меня на шее, заслюнявила всю грудь, рассказывая, как она меня обожает. Потом целовала бабушку, божась, что будет вести себя прилично.

При выходе из дома, нас ждал вампир. Друзья, притворились увлеченными разговором о проведенном дне. Я слышала, как Римма предложила Лизе:

— Хочешь, зайдем к нам, чай попьем?

— Хорошо, — согласилась та, не дослушав продолжения. — Чай — это замечательно. А то, если я еще хоть раз услышу о картошке — повешусь.

— Не волнуйся, ты о ней не услышишь! — заверила ее оборотниха, ехидно ухмыльнувшись. — Мы ее пожарим и съедим с сальцом...

— У... — взревела демоница, решив, что вешаться не будет, а вот кого-нибудь на сучок да за шнурочек, привязанный к горлу, на ближайшем дереве прицепит! Марк успел ее поймать за локоть, а маг выставил щит перед супругой, чтобы не произошло непоправимого. А Римма нарочно, танцевала под щитом и припевала: "Антошка, Антошка, пошли копать картошку..."

— Я тебя сейчас закопаю! — рычала Лиза.

Я же подошла к вампиру. Он не сводил с меня глаз. И его взгляд пробуждал в моей душе совесть... Не всю.

— Привет. Как себя чувствуешь?

— Нормально. — Пожал плечами он.

Расслабленной походкой, мы двинулись следом за друзьями. Куран пристроился рядом, сбоку от меня, подстраиваясь под мой короткий шаг.

— Если я попрошу тебя больше не охотиться на Поля и не вязать с ним драку, ты меня послушаешь?

— Смотря, как попросишь, — хмыкнул парень.

— Ну и ладно! — обиделась я. — Как-нибудь он тебе голову снесет! Вот не приходи ко мне после этого!

Куран рассмеялся.

— Так переживаешь за меня? — подловил он.

— Нет, блин, — разозлилась я. — Веришь, сама бы прикопала тебя на ближайшем кладбище. Но потом цветочки носить, за могилкой ухаживать — как-то лень!

Вампир нахмурился, не веря моим словам. Правильно.

— Да, я переживаю, — все-таки сдалась я. — Один раз тебя уже убили на моих глазах. Стать свидетельницей повторной гибели лю...

Его глаза расширились. Я вовремя исправила последнее слово.

— Близкого. Ты ведь не посторонний. Муж, как ни как. Короче, я очень расстроюсь, если с тобой что-то случится! Поэтому давай договоримся, Даниэль?

Он внимательно слушал, ожидая моего предложения.

— Давай забудем обо всем и пока временно поработаем в команде, пока не разберемся с твоим дядей.

Куран кивнул. Я протянула ему руку, чтобы закрепить договор рукопожатием. Зря. От прикосновения его ладони, я вся дрогнула. Вампир ухмыльнулся, переложил мою руку себе на локоть, и дальше я шла, опираясь на него.

Глава 32. Неудержимые.

Помните, Дарья обещала бабушке вести себя прилично? Вы бы поверили ей? Я — нет, как и другие. Все мы прекрасно понимали, чем кончится их история взаимоотношений. Просто наивно надеялись, что случится это позже. А не через два дня, после возвращения Димки в родной дом.

Антонина Григорьевна начала курс молодой жены: учила внучку готовить борщи, супы, каши и прочее, потом заставляла ее шить, гладить, прибираться в доме. Хорошо хоть молоток ей в руки не дала! Димка же не отклонялся от намеченного курса: вкалывал и впахивал во имя счастливого будущего с любимой девушкой.

Как-то он пришел с работы поздней ночью. Уставший и измаянный. Чмокнул, стоявшую у плиты Дашку, поздоровался с бабушкой и скрылся в душе. Парень едва передвигал ноги и, став под напором воды, уперся головой в стену, так и уснув стоя.

Волшебница навела порядок на кухне, поставила чайник и заглянула к бабушке, сидевшей перед телевизором. Она внимательно слушала какую-то передачу.

— Бабуль, хочешь чаек? — спросила девчонка и очень жаль, что старушка не видела ее лица в этот момент.

Еще утром, Дашке на глаза попался преинтересный учебник по ботанике. Ничего не подозревающая старушка (видения дали сбой) согласилась. А уже через пять минут, девушка прокралась в ванную комнату и закрыла за собой двери на замок.

— Даша? — оглянулся парень, когда его обняли сзади. — Что ты здесь делаешь?

Он испугался и попятился назад. Но яростного стука в двери не последовало. Маг даже выждал пару минут, просчитывая в уме расстояние от дивана в зале, до двери ванной. Однако никто так и не нарушил упоительную тишину.

— Ты все-таки нашла какое-то сонное зелье! — догадался Дима.

— Ты сильно устал? — на всякий случай уточнил девушка и поцеловала его в губы.

— Сейчас посмотрим, — усмехнулся он, отвечая жадным движениям ее губ...

Жаркий день не сбавлял обороты. Нам даже разговаривать было лень. Мы разместились за столиком кафешки, поедая мороженое. Когда закончились прохладные десерты, Римма проявила свои замашки императрицы — по ее требованию, нам всем пришлось изображать из себя вентиляторы и обмахивать ее величественную круглую персону, сложенными из бумаги и газет веерами.

Приоткрылась дверь. Звякнули колокольчики, ознаменовав явление магов. Еще издали, глядя на их сияющие физиономии, я поняла, что дело — труба! Слишком мордашки сияли от счастья.

Присесть парочка отказалась — а значит, Антонина Григорьевна была в курсе случившегося и провела воспитательные работы под лозунгом "Ремень — друг мой!".

— Бабушка зовет вас всех завтра на пироги, — выдала румяная девушка, крепко сжимая Димкину ладошку.

— Чует мое сердце, пироги из нас будут! — тяжело вздохнул Сашка.

— Антонина Григорьевна нас убьет! — всплакнула я.

— Не, — веселилась Римка. — Меня — нет! Я беременная. Меня нельзя!

— Слушай, какая классная отмазка! Я тоже так хочу! — в шутку брякнула я, и поймала на себе два пристальных взгляда от Вовы и Даниэля, готовых оказать эту по истине приятную помощь.

— Э, — не уверенно протянула я, ухватившись за меню. — Закажем что-нибудь?

Куран рассмеялся и отправился к барной стойке, итак прекрасно зная, что я выберу. А Димка вывалил передо мной на стол мусор. Еще и поинтересовался: "Что скажешь?".

— А что я могу? — рассматривала хлам я: корявый деревянный дрын, кусок паленой резины и здоровенный булыжник.

— Ну, что из этого сделать можно? — злился парень.

— Фигню? — предположила я.

Димка ударился головой об плечо Дашки. Та пискнула.

— Это то, что я собрал благодаря твоим советам! — выдал маг.

— Ты прости, но я тебя на свалку не посылала, — открещивалась я.

— Я там и не был, — бухтел он, собирая свои трофеи. — К тебе другие участники турнира не приходили? Не приносили найденное?

Вспомнился недавний эпизод.

Сплю себе на работе. Развалилась в кресле. И тут прямо на ногу мне падает крупный кирпич. Клянусь, я запела — арию благого мата! Потом гонялась по всей студийке за подлым гномом, который меня чуть не пришиб. Помню, грозила сделать ему пластическую операцию по смене положения рук, причем без скальпеля, анестезии, и вазелина! А он, впервые, не осмелился после услышанного возражать или что-то требовать. Прихватил свой кирпич и быстро слинял, пока я чертей в качестве медбратьев не вызвала.

— Вроде приходили, — задумалась я.

— Что приносили? Что ты им сказала? — загорелся азартом любопытства парень.

— Приносили кирпич, краденный со стройки. Уронили на ногу. На мою. Ты действительно, хочешь услышать то, что я тогда сказала?

Димка почесал затылок, представил мою короткую речь в тот момент и сдался. От досады забылся и плюхнулся на стул. Взвыл, приподнялся на руках, оторвав проблемную точку от сидения. Мы не сдержались, расхохотавшись так, что все кафе содрогнулось.

— Дин, — прошептал мне в самое ухо Вова, отвлекая от общего веселья. — Мы с тобой давно одни не оставались. Может устроим сегодня романтический вечер?

Прямо передо мной с грюком поставили стакан сока, расплескав его содержимое по гладкой поверхности стола. Я испуганно перевела взгляд на Даниэля. Он сверкал красными бликами глаз. Тем не менее, вампир смолчал. Скрыл эмоции под маской идеального каменного спокойствия и вышел на улицу. Воцарилась подавленная тишина. Выждав пару минут, чтобы отвести от себя всякие подозрения (Вовины, если точнее), сослалась, что мне "очень надо!" и покинула заведение.

Вампира я нашла через дорогу от кафе. В сквере. Он "рубил дрова". То есть, ломал деревья одним ударом кулака по стволу. Иначе говоря: пар спускал. И, судя по количеству павших деревянных врагов, весьма удачно. Учуяв меня, Куран сцедил: "Не подходи! Я сейчас за себя не отвечаю!"

— А чего ты хотел? Чтобы он сидел в наручниках, прикованный к батарее и помалкивал?

— Было бы не плохо, — остановился вампир, но на меня не смотрел, помышляя какое бы еще дерево сломать.

— Уж прости, но когда ты меня бросил...

— Я не бросал! — рыкнул он.

— Хорошо. Когда спровадил меня домой, я думала (и сейчас так считаю), что не нужна тебе. Я должна была начать новую жизнь. А ты не появлялся. Я же не могла вечно ждать, пока ты наиграешься во властелина упырей!

Куран метнулся ко мне. Я подумала, он меня ударит. Но взбешенный упырь вмазал кулаком в акацию позади меня. Ствол треснул.

— Не зли меня! — предупредил Даниэль. — Иначе твой человек не доживет до утра!

— Эй! — окликнул нас Марк. — От вашей пылкой беседы скоро деревьев в сквере не останется!

Вампир перевел взгляд на него и медленно отошел от меня.

— Проветримся? — подмигнул ему демон, и парней ветром сдуло...

Несмотря на предложение Вовы устроить немного романтики, мы умудрились поссориться с женихом. Темой послужили подростки. Парню стоило сказать, что он не одобряет подобных отношений между родственниками, и меня потянуло на скандал. Как бы я не объясняла, не доказывала, что дети не кровные, что у них есть будущее, мои слова воспринимались в штыки. Им присваивалась степень бреда, чуши или богохульства. Мое терпение лопнуло. Я послала драгоценного суженого. Заявила: "Если у нас с тобой такие кардинально разные взгляды на жизнь, тогда нам не стоит жениться!". Мне припомнили все не значимые, глупые обиды, недостойное поведение и т.д. Финальным аргументом в ссоре было: "Истеричка!"