-В сон клонит. — пожаловался Циркуль. — Все одно и то же, что слева, что справа.
-Ложись да спи. — посоветовал Манул. — Но имеется и альтерна-тива: можешь поесть. Если желаешь — совмещай. А я пока в фотоотсеке посижу.
Он приблизился к откатывающейся вбок металлической двери купе-лаборатории и стал возиться с ключами, которые были не более чем бутафорией. На самом деле еще за пару дней до отправки дверь оснастили присланным с Тристара сенсорным замком. Он открывался лишь после того, как опознавал папиллярные линии ладоней Манула или Циркуля. Никому другому, разумеется, законным способом войти в купе было невозможно. А при удачном взломе лаборатории злоумыш-ленниками, ее содержимое мгновенно автоматически самоуничтожи-лось бы. Предосторожности никак нельзя было назвать излишними. В тесной клетушке, само собой, уже не имелось фотографического анти-квариата местного имперского производства (отправили в земной му-зей), зато находилось достаточно устройств, которые могли бы поверг-нуть в шок аборигенов Саракша с мало-мальски развитым инженерным мышлением.
В силикетовом сейфе покоился компактный "суперспасатель", который можно было включить лишь в самой тяжелой ситуации. Матовый цилиндр с ярко-алым навершием облекал включивших его землян пузырем защитного силового поля радиусом в полтора метра и посылал сигнал бедствия службам поддержки (в данном случае — на базы "Саракш-1" и "Саракш-2"). Там же лежал компактный передатчик на позитронных эмиттерах. Уже тогда многие брюзжали: "Устарел, маломощный...", но сотрудники КГБ очень ценили его за малые габариты и умопомрачительную надежность. Ходили легенды, что он способен некоторое время работать, даже будучи брошенным в поток вулканической лавы. Кроме того, передатчик бесконфликтно совмещался в великолепную рабочую пару с вычислителем "Баньши" и печатающим устройством, также помещенными в сейф. Белоснежный чемоданчик с жирным красным крестиком вмещал ПГД (переносной госпиталь Десантника). Нижний отсек занимал серебристый астроархеологический кибер-анализатор. Имелось и еще кое-что, не предназначенное для глаз саракшианцев.
Манул оперся левой рукой на то место косяка, где были вмонти-рованы опознающие нанодатчики. Дверь тут же открылась, пропустила вошедшего и захлопнулась, имитировав щелчок замка.
Автоматически включился плафон на стене, загудели вентилято-ры. Манул набрал цифровой пароль на диске сейфа и распахнул силике-товые створки. Передатчик на верхней полке ожил, приветливо мигнул зеленым глазом. Проверка входящих сообщений показала, что прибыли два электронных письма. Манул, не печатая, прочел их прямо с экрана, озадаченно хмыкнул и поскреб не бритый три дня подбородок. Не-сколько минут у него заняла отправка ответных сообщений Страннику (дубликат — на "Саракш-2").
После сеанса связи настала очередь малогабаритного полевого синтезатора. В багряном электрическом свете фотолаборатории синте-затор "Мидас" смотрелся весьма странно и даже зловеще. Манул от-крыл приемную камеру и аккуратно поместил туда принесенный свер-ток с тряпками, обрывками старой кожаной перчатки, смятой жестян-кой, парой гильз и прочим хламом. Затем, подключив вычислитель к синтезатору, некоторое время что-то набирал на клавиатуре и чертил стилом на экране. Закончив работу, откинулся на спинку жесткого ме-таллического стула и нажал кнопку выполнения. Синтезатор негромко заурчал, автоматически включилась индикаторная панель. Из выдающей камеры Манул извлек перевязанные красной ленточкой офицерские по-гоны, шнур и шеврон.
Комментарий Сяо Жень:
Из этого же тесного "жмущего в плечах" отсека осуществлялись ежевечерние сеансы связи. Надо отметить, что Сикорски с нетерпением ожидал каждого сообщения от В.Лунина. Начиная с открытия Рикарду Сантушем инопланетного происхождения основного узла Центра гипноизлучения, Экселенц жил в напряженном ожидании: когда, наконец, распутается гордиев узел саракшианских тайн. Секретные материалы, изъятые по приказу Экселенца из архивов и хранилищ Столицы, были скопированы и тут же отправлены на Землю. Там они попали к Джеральду Ли. Тот провел их быструю, но тщательную и всестороннюю обработку. Затем отчеты Дж.Ли переслали Р.Сикорски и тот получил новые основания для беспокойства.
Стало очевидно, что предыстория недавних событий относится к временам, отдаленным на полвека в прошлое. Тогда на Саракше никто и не подозревал, что вскоре разразится мировая война. На Архипелагах западного полушария складывалась и укреплялась Островная Федера-ция, все более активно выходящая на геополитическую сцену. Острови-тяне проявляли живейший интерес к делам на Материке, рассчитывая в ближайшее время проникнуть туда. Академия Наук Федерации получи-ла от правительства Континентальной империи разрешение на зауряд-ное географическое и биологическое обследование центральной части Алебастрового Хребта. Вне всяких сомнений, планировалась банальная разведывательная операция, прикрытая научными интересами. Вероят-но, в январе 2103 г. липовые географы, ботаники и зоологи островитян, изображая вялый интерес к жутким легендам туземцев о долине Ужаса на Алебастровом хребте, проникли в долину. И вдруг рутинная и за-урядная шпионская акция превратилась в дело первостепенной важно-сти. В пещерных Храмах Смерти островитяне открыли остатки агрега-та-излучателя Странников. Никаких гипотез об инопланетном проис-хождении агрегата у псевдогеологов и возникнуть не могло в силу абсо-лютного отсутствия представлений об иных планетах. Тем не менее, не будучи в силах разгадать природы найденного, они инстинктивно поня-ли его огромное значение. Островитяне постарались скрыть открытие и доставить артефакты на Архипелаги. Но не успели этого сделать. Огра-ничились вывозом тех единичных фрагментов загадочного устройства, которые второпях успели собрать и сумели транспортировать. Осталь-ное (много больше!) было лет через двадцать собрано имперскими ис-следователями и впоследствии — уже после мировой войны — использо-вано для постройки гипноизлучающей сети в Отчизне.
Можно предположить, что Р.Сикорски, ознакомившись с рефера-тивными обзорами Дж.Ли, поразился как удачно совпали направления последних акций землян на Саракше. Он незамедлительно переправил отчеты Дж.Ли электронной почтой В.Лунину и поинтересовался мнени-ем последнего, на что Всеслав осторожно ответил, что хотел бы выска-зать свои суждения по возвращении.
5
Саракш
Центральные районы Чахлого Леса
13 июля 2158 года, 10.30 (время земное)
-Выспался? -полюбопытствовал Манул. -А что ночью будешь делать?
-Спать! — пообещал Циркуль, потягиваясь и рычаще зевая.
-Посмотрим. Ладно, приходи в себя и иди умойся. Дело есть.
-Вечно, сударыня, заинтригуете...
-А вы, Череш, постройте, пожалуйста, весь свободный личный состав. А, ну да, они же все тут не поместятся... Ну, пусть рассядутся, что ли: в тесноте, да не в обиде.
Когда Циркуль с полотенцем на шее вышел из туалета, солдаты уже были собраны капралом, а сам он, несколько удивленный, ожидал дальнейших распоряжений.
Река Фроя у Алебастровых гор. Электронная съемка. Произведе-на роботом-разведчиком в 2150 г.
-Как вам известно, — торжественно начал Манул, — в Столице сложная обстановка. В государственном устройстве произошли огром-ные изменения. Армия переживает трудные дни. Но это не означает, что Отчизна может обойтись без вооруженных сил и отказывается от них. А раз сохраняется армия, значит, будут и офицеры. Командиром вашего маленького подразделения является капрал Череш. Бывший капрал.
Череш вздрогнул.
-"Бывший" потому, что теперь к нему надлежит обращаться "господин подпоручик"! К сожалению, по понятным причинам к нам сюда не могут прибыть высшие офицеры и вручить приказ о повышении в чине, подписанный генералами Балабачу и Га. Документ получен в виде фототелеграммы, вот она. Но, честно говоря, я этому даже рад, поскольку сам получаю возможность первым принести поздравления подпоручику Черешу и передать ему совокупно с приказом вот эти но-венькие знаки офицерского отличия, которые лежали в сейфе и ждали своего часа. Конечно, дисциплина для солдата — превыше всего. Но да-вайте на минуту-другую выйдем за рамки устава, чтобы, не сдерживая чувств, от души и по-товарищески порадоваться за нашего славного ко-мандира. Ура!
Кот торжественно передал смущенному Черешу офицерские ре-галии, а также лист матовой фотобумаги с машинописным текстом, пе-чатями и подписями, под аплодисменты солдат сначала пожал ему ру-ку, а затем обнял.
-Ты что, разыграл человека?! — почти беззвучно прошипел Цир-куль, когда солдаты окружили новопроизведенного младшего офицера.
-Не сходи с ума! — так же тихо огрызнулся Манул. — За кого меня принимаешь? Все официально, есть такой приказ. Это и еще кое-что другое устроил Экселенц по моей просьбе .
...Во время очередной остановки и развода смен Манул сообщил Черешу, что тому по возвращении из экспедиции предлагается долж-ность командира взвода охраны Департамента научных исследований с соответствующим вещевым, пищевым и денежным довольствием, а также с выделением отдельной комнаты в офицерском общежитии сто-личного Академгородка.
-Надеюсь, на недолгое время и вы вскоре смените это жилье на квартиру для семейных. — деликатно пожелал Манул. Подпоручик мол-чал. Он явно не умел быть растроганным, но теперь находился именно в таком непривычном для себя состоянии.
Взрыв крупнокалиберного снаряда вблизи бронепоезда. Гологра-фическая реконструкция из фондов секции "Саракш" на основе ментограмм В.Лунина
Комментарий Сяо Жень:
Очевидно, уважаемым читателям порядком надоели заметки на полях, относящиеся к личностным свойствам моего деда. Но, полагаю, что для внучки это вполне извинительно. Ведь в процессе изучения ма-териалов из электронных архивов КГБ-КОМКОНа-2 передо мной все отчетливее вырисовывался не абстрактный образ "рыцаря плаща и кин-жала", каковыми многие считают прогрессоров, а живой человек с его предпочтениями и предубеждениями, предрассудками и предвидениями. С его недостатками, наконец.
Сейчас мне хотелось бы провести параллель между взаимоотношениями М.Каммерера с аборигенами Саракша и тем, как подобные отношения складывались у В.Лунина.
Гай Гаал — один из интереснейших героев исторической повести братьев Стругацких "Обитаемый остров". И очень непростой. Есть из-вестный афоризм у кого-то из старинных и малоизвестных писателей, кажется, у американца Марка Твена: "Настоящий друг с тобою, когда ты не прав. Когда ты прав, всякий будет с тобою". Сказано отменно. Одна-ко многие ли, почитающие себя друзьями, сумели бы пройти такой вот тест на истинность: остаться с другом, когда, по-твоему мнению, он аб-солютно не прав?.. Капрал Гвардии Г.Гаал эту проверку прошел с блес-ком. А ведь он отнюдь не розовощекий младенец. Гай, между прочим, расстреливал приговоренных, и неоднократно . Но что же делает Мак Сим с преданнейшим ему другом? Судьба Гая сломана, тот погибает, брошенный в топку благородной борьбы Мака Сима. Да, для Мака это потеря, но ведь идет же битва за, битва во имя, битва во благо. Что ж, тогда: а)лес рубят — щепки летят, б)святая цель оправдывает средства, в)прогресс требует жертв г)на войне, как на войне и т.д., и т.п., и пр. Для Гая Мак был всем: другом, повелителем, символом веры. Для Каммере-ра же Гай — не более чем "один из". Влюбившейся в него без памяти Ра-де Гаал — сестре Гая — он великодушно оказывает снисходительное по-кровительство супермена. "Будем друзьями", так сказать. Не удивлюсь, если подсознательно М.Каммерер ставил на один уровень и голованов, и людей Саракша.
Эксплозитный взрыв. Голографическая реконструкция из фондов секции "Саракш" на основе ментограмм В.Лунина
А вот Всеслав Лунин никогда не снисходил до саракшианцев. Одни вызывали у него ненависть и отвращение, другие — уважение, тре-тьи — сочувствие и жалость. Но в любом случае он ставил аборигенов на один уровень с собою. Судя по всему, во время экспедиции Лунин и Луччатти перешли с Черешем "на ты". Армейский служака искренне привязался к "столичным ученым" и начал их заботливо опекать. Он пресекал поползновения Циркуля нарушить режим безопасности, при-сматривал за Манулом. При этом Циркуль виделся ему неким непосед-ливым младшим братом, требующим постоянного внимания и надзора, а Манул — старшим, начитанным и авторитетным, но, тем не менее, не-сколько академичным, малопрактичным, в быту нуждающимся в опоре и поддержке.
Содержание бесед Всеслава и подпоручика, конечно не сохрани-лось. Ни архива ментограмм, ни дневников деда — повторюсь — просто не существует. Но могу предположить, что беседы эти становились со стороны саракшианца куда более доверительными и частыми, чем раз-говоры с М.Луччатти.
Эксплозитный взрыв. Голографическая реконструкция из фондов секции "Саракш" на основе ментограмм В.Лунина
6
Саракш
у Белого Холма
15 июля 2158 года, 18.11 (время земное)
Поезд пересек Чахлый Лес. Колея плавной дугой, кривизна которой чуть просматривалась, вышла на слабо всхолмленную равнину, покрытую жесткой травой и редкими кустами. Растительность перемежались с голой бурой потрескавшейся почвой. Рельсы и бетонные шпалы здесь оказались в превосходном состоянии.
Последствия эксплозитного взрыва. Фрагменты ментограммы М.Луччатти. Дата: 22 августа 2159 года. 17.00 час. Объект: Белый Холм (последствия эксплозитного взрыва). Тема: "Са-ракш. Экспедиция к Алебастровому Хребту". Формат: фото
Дожди не беспокоили вот уже второй день. Правда, вчера с утра опустился туман. А это саракшианское природное явление, наверное, самое потрясающее для землянина. Туман приобретает совершенно по-тусторонний, мистически-готический облик. От завернутого рефракцией вверх и тающего в дымке горизонта седые струи и хлопья зловеще сте-кают к наблюдателю, сливаются, окутывают и вот уже наступает непро-глядная ватная тишина, в которой только и остается, что присесть, что-бы хотя бы видеть землю у ног. Естественно, что поезд пришлось оста-новить на целых полдня. Бдительный подпоручик тут же поднял по тре-воге отдыхающих солдат, вооружил и расставил часовыми вдоль всего состава. Недовольное бормотание и зевки часовых, которым, к тому же запрещалось курить, стихли лишь, когда мгла рассеялась и можно было различить изъявлявших неудовольствие. Туман растворялся так же быстро, как пришел. По верху щебенчатой насыпи он почти исчез, а слева и справа сизая мгла задумчиво сворачивалась в сывороточные хлопья. Из-под них проявлялись пологие шершавые склоны холмов, меж холмов местами виднелись уже желтоватые ложбины, покрытые жиденьким лозняком.
Зато сегодня по саракшианским понятиям установилась исклю-чительно "ясная" погода. С утра на востоке призрачно-серыми стали вершины холмов, а небо над горами посветлело быстрее обычного. Че-реш выглянул в потолочный люк броневагона, одобрительно крякнул и выбрался наверх. Манул и Циркуль последовали его примеру. Ровное серое небо приобрело легкий голубоватый оттенок и там, где полага-лось быть солнцу, просматривалось слабосветящаяся область (Мировой Свет). Потолочные люки броневагона открыли, подпоручик разрешил рядовым "подышать" на крыше. "Ученые" и офицер сидели на теплой крыше, свесив ноги в люк.
