Наследник ордена защитников 2

«Не убивай!» пришла ему мысль от Каси. «Даже и не думал. Но надо отсюда выбираться». Мужчины ломились, не обращая внимания на трубы и провода, расположенные на крыше, и уже почти добежали до него. За пару секунд Антон наметил путь отступления, но эти двое могли помешать, поэтому он отступил в нужную сторону, дождался их и выключил аккуратными тычками в шею. Ничего, голова потом поболит, конечно, но живы будут. Уже разбегаясь для прыжка, он заметил, как из проема сорванной двери вывалилась какая-то бабка, столь же безумная, как и мужчины, но обращать внимания на нее не стал, некогда было. Разбежавшись, он изо всех сил оттолкнулся, отправляя свое тело в полет. Невозможное дело для обычного человека — преодолеть прыжком три десятка метров. Даже для него это было не совсем уж просто, хотя другая крыша и находилась ниже. Нет, имей он возможность полноценно использовать телекинез, ему и гораздо большее расстояние было бы нипочем. А вот используя только резервы своего тела, такой трюк дался непросто. И все же он долетел, сделал кувырок, гася скорость, и бросился дальше.

Спускаться по лестнице Антон не собирался — долго, да и встреча с толпой противников неизбежна. Поэтому он внимательно глянул вниз, а потом просто спрыгнул с крыши. Под ним был очень удобный ряд балконов, об каждый третий из которых он тормозил, делая хлопок по бетону ограждения, или хватаясь за вмурованные в него трубы. Таким образом он очень быстро добрался до крыши двухэтажной пристройки к дому, пробежал по ней и оказался с нужной стороны, где противников не наблюдалось. Да, похоже, идея с осмотром территории с крыши высотки была не очень-то удачной. Двигаясь как стремительная тень, Антон рванул к зданию корпорации «Нейросеть». Люди, которые встречались на его пути, бросались к нему, но тут же отставали, поддерживать его скорость никто из них не мог.

Прыжком взлетев на забор, Антон оглянулся назад и покачал головой. Никто из тех, кто пытался его преследовать, не подходил к забору ближе, чем на десять метров. Будто невидимую границу для них очертили. Ладно, надо двигаться вперед. Перед входом в здание его ждет всего один человек, и в его глазах нет безумия. Но узнав этого человека, Антон преисполнился сомнений, что узнает от него что-то важное. Это был Гнилус Ракопулос, сын мятежного герцога, с которым у Антона был конфликт в пилотской академии. Поймав взгляд Антона, герцогеныш насмешливо улыбнулся, и махнул рукой. Иди, мол, сюда, сейчас я тебе наваляю.

— Они сказали, что это, скорее всего, будешь именно ты. — Его голос прямо таки сочился ядом. — Ну и, конечно же, я попросил у них дать мне отомстить. Как видишь, мне пошли навстречу. Сейчас ты ответишь за все, и за моего отца, и за то, что меня выгнали из академии.

Он отстегнул от пояса цилиндр, из которого брызнула струйка металла, вмиг превратившаяся в лезвие меча и защитную гарду. Чувствуя, как на автомате проваливается в состояние максимального ускорения, он встретил выпад Гнилуса своим мечом и очень сильно удивился. Это был хороший меч, из отличного сплава, но сейчас две его половинки лежали на земле, вместе с отрубленной кистью руки. Его руки. Вот харг!

— Как видишь, — гадко улыбаясь прошипел Гнилус, — они меня усовершенствовали. Теперь я гораздо быстрее и сильнее. Я буду отрезать от тебя по кусочку, строгать тебя на ленточки! Я знаю, именно из-за тебя застрелился отец. Ты хотел лишить меня трона, но у тебя ничего не получится! Они обещали, что я его получу, а когда я попросил разрешения отомстить тебе лично, мне разрешили и это! — Он сделал новый выпад, но уже готовый к этому Антон легким поворотом корпуса пропустил лезвие вплотную к своему телу.

«Будь осторожен, у него меч, сделанный в ордене! Это очень опасное оружие!». Телепатический голос Каси слегка подрагивал от тревоги, но больше она ничего говорить не стала, боясь отвлечь его от боя. А Антон уже нагнетал в свое тело энергию, борясь с сильным внешним сопротивлением. Его тело и так было полным, а требовалось влить еще, чтобы сильнее ускориться. Он вдруг понял, что уступает противнику и по скорости, и по силе. Это было странно, похоже, те, кто делал эти усиления, очень сильно постарались, работая над Ракопулосом. Да и то поле, что так сильно угнетало его способности, силу противника, похоже, наоборот увеличивало, его интуиция просто кричала об этом.

Сделав еще большее усилие, Антон подтянул телекинезом свою отрубленную кисть и постарался закрепить ее в нужном положении. К сожалению, это было сейчас максимально возможное для него воздействие, направленное вовне. Продолжая шаг за шагом уходить от взмахов меча противника, он готовился к противодействию. В его левой руке появился другой меч, который он достал из пространственного кармана. Парировать удары им нельзя, но он помогает держать равновесие, да и ответные взмахи помогали держать противника на некотором расстоянии. Подшаг, уклон корпусом, выдох, направляющий поток энергии, еще уклон, поворот с полушагом назад. Гнилус, разъяренный тем, что никак не может достать врага, махал все интенсивнее. Антон сейчас не так хорошо как обычно чувствовал опасность, векторы были размытыми, нечеткими, но все равно это очень помогало. А еще, он четко поймал рисунок атак. В техногенном мире не могла сохраниться полностью школа фехтования, она и не сохранилась. Да, герцогеныша учили, старательно и прилежно. Но, похоже, даже его учителя недалеко ушли от него самого. Нет сложных приемов, в основном парирование, уколы и простейшая рубка. Антона же учили люди, всю жизнь не выпускающие меча из рук. От этого просто зависела их жизнь. Так что у него получалось уходить от ударов все легче, тем более, что перегруженные энергоканалы справились со своей задачей, теперь он почти не уступал скоростью противнику. Наконец, поняв что он готов, Антон материализовал в правой, уже достаточно регенерировавшей руке второй клинок, сразу же легким движением отрубив кисть Гнилусу, обезоруживая его.

Герцогеныш заверещал, как подстреленный заяц. Его расширившиеся глаза непонимающе смотрели то на Антона, то на обрубок руки, из которого потоком хлестала оранжевая кровь. Вдруг его верещание перешло в хрип, изо рта пошла желтоватая пена, и он упал как подрубленный. Судорожные движения рук и ног, закатившиеся глаза, все это Антон уже видел у тех, кого «усиливали» неизвестные раньше. Хотя, почему неизвестные, теперь было отчетливо понятно, кто они такие. Вот сейчас зайдем в здание корпорации, и все узнаем.

Проходя мимо Гнилуса, Антон легко махнул рукой, и его голова отделилась от тела, прокатившись в сторону на пару шагов. Он наклонился и подобрал меч, лезвие которого ушло глубоко в землю. У меча, оставленного ему отцом, он уже видел очень тонкое лезвие, но это лезвие просто становилось невидимым, когда на него смотришь с определенного угла, таким оно было тонким. Осмотрев рукоятку, он нашел сдвижную кнопку и осторожно подал ее вперед. Вокруг лезвия образовался световой цилиндр оранжевого цвета, отчетливо повеяло жаром. Антон тут же потянул кнопку обратно, световой цилиндр исчез, а следом за ним и лезвие втянулось в рукоять. Облегченно вздохнув, Антон убрал рукоять в пространственный карман. Странно, что эта явно технологичная штуковина работала в поле подавления, но это все потом. С незнакомым оружием лучше разбираться в спокойной обстановке. Пошевелив пальцами правой руки, он убедился в их полной послушности, встряхнулся, и двинулся вперед. Дело пока еще было не окончено, и, несмотря на явную опасность, сделать его было необходимо. Слишком много жизней было на кону.

В огромном здании, на первый взгляд, никого не было, но откуда-то сверху отчетливо тянуло опасностью. А значит, именно туда ему и надо. Найдя лестницу, Антон стал подниматься, внимательно прислушиваясь к своим чувствам. Наконец, найдя нужный этаж, он направился вперед по длинному коридору. Добравшись до нужного помещения, осторожно открыл дверь и заглянул внутрь, а затем уже спокойно вошел. За столом, перед которым висело несколько старомодных голографических стереоэкранов, сидел невысокий полноватый человек с явственными залысинами на покрытой седыми волосами голове. Услышав звук открывающейся двери, он повернулся к Антону на крутящемся кресле, и улыбнулся. Улыбка была такая, как если бы кот улыбался пришедшей к нему мышке.

— Я уж хотел за тобой отправляться, а ты сам пришел. — Его улыбка стала еще более хищной, хотя, казалось бы, это просто невозможно. — Какая приятная неожиданность. Я наблюдал за твоим поединком с моим изделием, очень впечатляет. Но со мной тебе это не поможет.

— Раз уж мы пока просто разговариваем, могу я задать пару вопросов? — Антон тоже улыбнулся, постаравшись сделать это максимально дружелюбно. — Очень интересно мне кое-что.

— А давай. — Толстячок залихватски махнул ручкой. — Побеседуем, чего уж там. Но ответ за ответ, идет?

— Хорошо, тогда я первый. Какой смысл во всем этом? Я имею ввиду мятеж, затем нападение роя, и вот сейчас, кома у всех непсионов. Ведь все это направлялось отсюда и преследовало явно одну цель. Так зачем, или, может быть, почему?

— Ай, какой хороший вопрос. И требует пространного ответа. И да, есть и зачем, и почему. Зачем? Да чтобы показать грязным обезьянам, что они зарвались. Ну жили же нормально, спокойно, никто вас не трогал. Нет, надо было снова начать развивать свои технологии. И с чего начали-то? С военных кораблей, как всегда это у вашей расы происходит. Вот и показали вам, что не надо дергаться. А почему, так тут тоже ответ прост. Это был Его приказ. — Слово «Его» явственно прозвучало с большой буквы. — Он сказал, показать несмышленышам их место, вот и получили вы по первое число. Теперь я спрошу. Откуда ты такой взялся? Какая цивилизация послала тебя расшевелить это стоячее болото? Ведь всю нашу работу чуть не пустил харгу под хвост.

Антон спокойно и почти без утайки, но коротко, рассказал, что с ним происходило, оставив за скобками только многие из своих возможностей, подаренные имплантом и обучением у иркута Аркура. Существо, которое ясно дало понять, что оно не человек, выслушало все это и покачало головой.

— Теперь многое становится понятным, и это очень хорошо. Рад, что за тобой никто не стоит, значит и уничтожить тебя можно, ни на кого не оглядываясь. Но ты молодец, и умрешь достойно.

-Тогда скажи, ведь нейросети скомпонованы из устройств, сделанных человеческими руками. Почему так? Проще ведь создать свое, полностью подконтрольное изделие.

— А так гораздо интереснее. Пусть обезьяны страдают от изделий других обезьян. Мы всегда так делали и будем делать впредь. Теперь ты, скажи, почему готов помогать другим, даже в ущерб себе? Большинство из вас, людей, предпочитает думать только о себе.

— Я так воспитан, да и Кася тоже, она бы не поняла, если бы я стал поступать иначе. Следующий вопрос, кто же такой тот, о котором ты говоришь с таким уважением? Тот, кто отдал приказ наказать обезьян.

— Я мог бы и ответить, но эта информация тебе ничего не даст. Все, пора тебе умирать!

Антон оказался в чьем-то мыслепространстве. Оглядевшись, он увидел, что стоит на каменистой равнине, а напротив него стоит черная тень, слегка напоминающая фигурой человека. Тень имела когтистые руки, а глаза ее горели темно-красным огнем, как два угля. Очертания фигуры тени постоянно немного изменялись, будто она состояла из тумана, который слегка колеблется легким ветерком. И тень эта была не одна, сразу за ней стояли еще такие же, несколько тысяч, наверное, даже десятков тысяч, задние ряды выглядели более размыто.

А потом на Антона опустилась страшная тяжесть. Это была не сила тяготения, это было ментальное давление. Но такого он еще никогда не испытывал. Его гнуло и корежило, он чувствовал, что из глаз, ушей и носа течет кровь, все тело испытывает жуткую боль. Краем сознания он слышал, как кричат члены круга псионов, хотя им достались лишь отголоски его ощущений. Если бы это продолжалось еще несколько секунд, он, наверное, сошел бы с ума, но вдруг воздействие прекратилось. Его омыла исцеляющая волна, запущенная Касей. Вот же железная девчонка. Она полноценно испытала то же, что и он, а вот сумела собраться и помочь.

«Ты нашел нашего врага, и мы благодарны». Этот ментальный голос был Антону знаком, так говорила Исия, одна из матерей роя. «Мы с сестрой и матерью сможем некоторое время сдерживать ментальную силу этих ублюдков. Но если хочешь жить, тебе надо убить как можно больше из них».

Антон радостно улыбнулся. Убивать тех, кто не задумываясь готов уничтожить миллиарды людей, кто говорит о них как о грязных обезьянах? Это ему в радость!

С трудом прорываясь сквозь чужое сопротивление, он создал два десятка собственных копий, рядом с которыми появились копии Рекса в его боевой ипостаси, выглядящие как здоровенные собаки, покрытые костяной броней. И все вместе они бросились в бой.

Тени оказались не слишком простыми противниками, хотя и гибли сотнями, но их когти спокойно принимали на себя удар меча, да и броню могли пробить без особого усилия. Вот только сражаться они не слишком хорошо умели. Видимо, рассчитывали на свои ментальные способности, которые так удачно заблокировали матери роя. И все же количество постепенно брало верх над качеством. Копии Антона, находящиеся под его управлением, получали раны, замедлялись, а потом и гибли. Наконец, он вынужден был откатиться, потому, что остался один. Он бы тоже, может быть, не выжил, если бы не помощь Каси, которая лечила его раны изо всех сил, да и его регенерация свое дело делала. Антон оглядел себя, броня пробита во многих местах, кое-где и в лоскуты разорвана. Раны на теле почти зажили, но боль от них никак не хочет уходить. Вместе с копиями он смог уничтожить не меньше трети теней, и это очень хорошо. Но бой не закончен. Постаравшись отрешиться от боли, он заставил свою броню срастись, а перед тем, как вызвать новые копии дал себе пару секунд передышки, вглядываясь в противника.

За это время тени собрались в плотную толпу, так им гораздо легче было обороняться от умелых мечников. Но они, похоже, не собирались ограничиваться обороной. Что-то там происходило, что Антону очень не понравилось. Тени сливались воедино, образуя одну гигантскую фигуру. Все больше их исчезало, а единая тень становилась все громаднее. И чем больше она росла, тем быстрее шел процесс. Наконец, перед Антоном встал великан, метров сорока ростом. Двигался он довольно медленно, но намерения его, заключавшиеся в том, чтобы растоптать противную букашку, угадывались совершенно четко. Оторопевший Антон совершенно не понимал, что ему делать. Если бы у него был доступ к телекинезу, может он и придумал бы что нибудь, а так…

Вдруг мир замер, всякое движение прекратилось, и перед Антоном появился иркут Аркур.

— Ученик, — весело сказал он, — помнишь я показывал тебе удар, способный срубить гору? Пришло время тебе показать, что ты его освоил.

— Но я же не освоил?! — Почти взвыл Антон. — Я только приступил к обучению!