Холодный космос 2

-Опять, -сказал он себе вполголоса. -Никакого покоя. Достали.

Через секунду в комнату ворвался запыхавшийся Айзек

-Макс! Что происходит, мать его?!

Максим кивнул на экран. Тот мигал экстренными предупреждениями, повторяя одно и то же. Айзек посмотрел, потом только выдохнул:

-Вторжение? Прямо сейчас?

-Прямо сейчас, -подтвердил Максим. -И мы в самом эпицентре.

Айзек прошелся по комнате, нервно поправляя рукава кофты.

-Неужели юнитологи?

-Ну не туристы же. Собирайся. Сейчас за нами придут.

И действительно, через несколько минут в дверь позвонили. На пороге стояли вооруженные люди в штурмовой броне. Их лица скрывали затемненные стекла шлемов. Старший коротко произнес:

-Следуйте за нами.

Без лишних вопросов Максим с Айзеком захватили дыхательные маски и проследовали к лифту. Проведя их наружу через шлюз наружу, солдаты усадили их в герметичный отсек подогнанного бронетранспортера.

Когда машина тронулась, корпус загудел от вибрации. Максим и Айзек переглянулись, не говоря ни слова.

Из радиостанции на настенной панели шла трансляция переговоров военных колонии.

-Гамма-четыре докладывает о контакте с противником. Юнитологи пригнали флот из более пятидесяти судов, часть гражданских, переоборудованы под десантные транспортники

-Принято, Гамма... приказ: всеми силами помешать высадке противника на планету.

-...спутники системы ''Щит'' частично выведены из строя, предположительно из-за саботажа...

-Бета-2, ПВО Тайбэя и Нового Пекина не работает. Повторяю, не работает...

Максим слушал испуганные голоса военных и понимал, что ситуация далека от нормальной. Агентура юнитологов, несмотря на проведенные чистки, все же сумела уцелеть и в нужный момент провести диверсии.

-...боевой флот Нового Пекина разбит. Потери критические. Подкрепление с Надежды прибудет не раньше, чем через сутки...

''А вот это совсем плохо. Сектанты сумели задавить местных массой.''

-Принято. Всем наземным подразделениями приготовиться к обороне. Код ноль!

Айзек посмотрел на Максима, побледнев.

-Это все? Мы остались одни?

Максим пожал плечами.

-Похоже на то.

БТР мчался по улицам, потрескивал от встрясок, и где-то вдалеке уже слышались первые взрывы.

-...Дельта-9, прием. Контакт подтвержден, транспорты противника осуществляют высадку идет на окраинах Нового Пекина, квадрат семь-ноль-девять...

-На связи Эхо-3. Наблюдаю юнитологов в районе Ченьчжу, не меньше трехсот боевиков с бронетехникой.

-Принято, Эхо-3. Приказываю закрепиться в индустриальном районе и удерживать позиции любой ценой.

-...захвачены склады и энергостанция в южном секторе...

Снаружи послышались глухие звуки. Один из охранников вздрогнул, его пальцы вцепились в винтовку мертвой хваткой. Как будто это поможет...

-Куда нам везут-то? -уточнил Максим у командира группы.

-В правительственное убежище для персон А-класса, под городом. Полностью автономное, способное выдержать ядерный удар и падение астероида...

Радио снова ожило:

-Фокс-9, внимание. Противник прорвал оборону у северного терминала.

-Фокс-9, здесь Кувалда-1. Понял. Готовим артиллерию.

В отсеке стало тише. Даже шум мотора будто притих. Казалось, все нормально, пока БТР не качнулся, резкий удар заставил всех вжаться в кресла.

Максим ударился плечом о стену, в ушах звенело. Воздух в отсеке стал густым от дыма и запаха горелого пластика. Один из солдат, кашляя, сунул ему кислородную маску. Максим натянул ее, услышал шипение — кислород пошел. Дышать без нее долго не получится, из-за низкого содержания кислорода сознание потеряешь через несколько минут...

Айзек обмяк в соседнем кресле, оглушенный, но живой.

-Все наружу!

Они выбрались через задний люк. Снаружи все заволокло дымом и бетонной пылью.

На дороге впереди горел второй бронетранспортер. Силовики укрылись за бетонной баррикадой, откуда вели огонь по напавшим.

Максим сразу понял, что колонна попала в засаду — стреляли с крыш, из переулков, с окон домов. Как человек с боевым опытом он быстро сориентировался, подобрал штурмовую винтовку, выпавшую из рук убитого солдата. Короткая перебежка до бетонного блока, отделявшего дорогу от тротуара, и теперь они в относительной безопасности. Пришедший в себя Айзек спустя несколько секунд оказывается рядом с Максимом.

-Макс! Надо уходить!

-Куда уходить, умник? Бери оружие и стреляй.

Максим высунулся из-за укрытия и дал несколько короткий очередей в сторону мелькавших вспышек импульсного оружия.

Дым висел сплошной стеной, будто сам город горел изнутри. Сквозь него начали проступать силуэты, бегущие вперед короткими перебежками. Юнитологи шли на штурм, слабо заботясь о прикрытии. Кто-то из них бросил светошумовую, и улица озарилась белой вспышкой.

Максим инстинктивно пригнулся, а после выглянул снова и продолжил отстрел культистов. Двоих скосило сразу, третий громила рухнул только после третьей очереди. Наверное, носил тяжелую броню...

-За Альтмана!

Рядом кто-то из охраны крикнул:

-Давят слева! На одиннадцать!

Из ближайшего проулка выбежали еще несколько юнитологов в каких-то коричневых робах, размалеванных маркерными глифами. Ни боевых шлемов, ни бронежилетов, вся их экипировка представляла из себя защитное снаряжение для шахтеров или еще каких работяг.

Максим вместе с парой солдат переключился на них. Свою лепту успел даже Айзек внести, сделав пару выстрелов из пистолета, любезно предоставленного одним из охранников. И, кажется, напарник одного боевика уложил точным попаданием в лицо.

-Молодец! -бросил Максим, меняя магазин.

Бой длился, казалось, вечность. В воздухе свистели пули, рвались гранаты, кричали раненные, юнитологи вовсю горланили свои кличи. Через десять минут интенсивной перестрелки гул в небе заставил всех на мгновение замереть. Над крышами, прорезая дым, появился черный штурмовик. Машина зависла над домами, и две многоствольные пушки под брюхом начали вращаться.

Потом последовал грохот, аппарат прошелся длинными очередями по фасадам, крышам и окнам. Пыль взвилась столбом, двадцатимиллиметровые снаряды с вольфрамовыми сердечниками шили бетонные перекрытия как нож масло.

Плотность вражеского огня резко снизилась. Юнитологи, те, что не погибли сразу, дрогнули. Остатки сил противника начали беспорядочно отступать. Максим опустил винтовку и хлопнул Айзека по плечу.

-Видишь? -сказал он с легкой усмешкой. -Нам опять повезло.

Айзек сжал пистолет.

-Если это повезло, -сказал он. -Я даже боюсь представить, что такое неудача.

Максим посмотрел на небо, где штурмовик нарезал круги по району, высматривая юнитологов. Власти не пожалели выделить авиаприкрытие для защиты двух особо важных персон.

После устроенной засады Максим с Айзеком дождались нового транспорта, который без приключений доставили их к правительственному сектору Нового Пекина. В защищенное подземное убежище, юнитологи сюда не смогли пробиться ни при каких обстоятельствах.

Злосчастную парочку убийц Маркеров привели на командный пункт прямо к Элизе Чан. Она в компании силовиков и чиновников руководила обороной колонии от напавших вредителей. Максим позабавил факт того, что у администратора под надетым бронежилетом проглядывал красный шелковый халатик. Атака застала в не самый удобный момент, пришлось бросать все и бежать в укрытие. Максим остановился прямо перед ней.

-Ну что, администратор, довольны? -с легким раздражением сказал он. -Мы с Айзеком чуть не склеили ласты по пути сюда.

Элиза выпрямилась, не повышая голос.

-Максим, я понимаю ваше раздражение, но сейчас не время для обвинений. Вы оба живы и это главное.

-Пока, -отрезал он. -А сколько ваших людей погибло?

Чан выдержала паузу.

-Много, -признала она. -Но паника не поможет. В любом случае юнитологи обречены. Они опоздали на две недели, их цель уничтожена. Красного Обелиска больше нет. Все, ради чего они пришли, теперь просто груда камня, можно не опасаться некроморфной вспышки.

Максим усмехнулся, без тени радости.

-Как я рад.

-Потери были неизбежны, -спокойно ответила Чан. -Главное сейчас — удержать оборону. Через двадцать часов прибудет флот Надежды, и все закончится. Они уничтожат все, что осталось от юнитологов в космосе, а мы добьем их на земле.

Айзек перевел взгляд на мониторы с трансляциями от городской системы видеонаблюдения.

-И вы уверены, что продержимся двадцать часов?

-Уверена, -твердо сказала Чан. -Они уже до этого дважды нападали на нас. Наши силы безопасности и ополчение удержат оборону. ПВО мы восстановим к вечеру. Даже учитывая диверсии, Новый Пекин справляется лучше, чем кто-либо ожидал. Культ не выдержит затяжных боев.

Максим не ответил. Он просто прошел мимо, к голографическому столу в центре зала, над которым в потолка свисали блоки огромных экранов. На них отображались карты удерживаемых территорий с метками союзных и вражеских подразделений, фиксировались боестолкновения с дронов, нашлемных камер, прицелов, отслеживались все перемещения.

Максим смотрел на все это без эмоций. Давно устал злиться, превратившись в безмолвного наблюдателя.

Новый Пекин держался. Несмотря на саботаж и обесточенные районы, несмотря на то, что часть ПВО все еще не работала, военные действовали четко. Тяжелая пехота в промышленном секторе замыкала кольцо окружения целого батальона юнитологов, дроны-корректировщики передавали координаты для артиллерии.

Культисты лезли в лобовые атаки, не считаясь с потерями и платили за это. Среди них были бывшие солдаты, но таких мало, большинство — вооруженные гражданские в броне из подручных материалов. Против подготовленных сил безопасности они выглядели бомжами.

Новопекинцы пленных брали редко, только когда нужно было получить сведения. Из допросов стало ясно — культ действительно шел за Красным Обелиском. Они верили, что смогут пробудить его и запустить новое Схождение, но теперь все оказалось бессмысленным. Волшебная каменюка превратилась в тыкву

К вечеру город затянуло гарью. Небо, видимое через камеры наблюдения, было окрашено в тусклый серо-красный цвет, солнце едва пробивалось сквозь пыль, поднятую взрывами и пожарами. На экранах командного пункта количество красных меток постепенно уменьшалось, юнитологи потеряли инициативу. Их разрозненные отряды попадали в окружение и методично истреблялись. Местные силовики не давали врагу пощады, а те и не особо стремились сдаться в плен, искренне верили в уготованный ''божественными лунами'' рай.

Доклады, сводки сыпались каждую минуту.

-...Барьер-5, здесь Цитадель. Вражеская бронегруппа уничтожена, три единицы техники одним залпом...

-Принято, Барьер. Переносим огонь на квадрат восемь-два-четыре...

Айзек тихо сидел рядом с Максимом, наблюдая за обновляющимися данными.

-Юнитологи выдохлись, -сказал он. -Им конец.

-Потому что опоздали, -ответил Максим. -Все, ради чего пришли, оказалось уничтожено.

На стене, где висел большой дисплей, горели надписи о статусе систем: ''Коммуникации стабильны. Контроль над системой ПВО частично восстановлен. ''

Ночью боевые сводки сменили тон, силы безопасности Нового Пекина окончательно перехватили инициативу у противника и перешли от обороны к наступательным действиям. В эфире все чаще звучали сообщения о ликвидации очагов сопротивления и вытеснению отрядов боевиков на окраины городов.

-...Гранит-3, северо-восточный блок очищен. Найдены шестнадцать гражданских.

-Принято. Допрос в стандартном порядке, затем на фильтрацию.

На карте столица колонии делилась на синие, полностью подконтрольные силовикам, и серые зоны, где могут скрываться недобитые юнитологи.

Синие медленно расползались, поглощая серые.

В зале стоял запах кофе и озона от перегретой аппаратуры. Кто-то из связистов сказал, что к утру появится стабильный канал гиперсвязи с Надеждой.

К утру, на двадцать второй час стало ясно — бой за город фактически выигран, но возникал ряд других не менее острых проблем.

Госпитали были переполнены раненными военными и гражданскими, медики работали без отдыха. Системы жизнеобеспечения во многих местах оказались повреждены, часть людей оказалась обречена на медленную смерть от гипоксии, если в запасе отсутствовал аварийный баллон с кислородом или экзокомлект.

За сутки ожесточенных боев было уничтожено более восьми тысяч боевиков, потери среди гражданских перевалили за тридцать тысяч.

-Ударная группа флота Надежды вошла в систему! -подпрыгнул один из связистов за голоконсолью. -Готовится вступить в бой с силами юнитологов.

Максим закрыл глаза и впервые за долгое время позволил себе просто выдохнуть. Новый Пекин выдержал осаду...

Первые минуты после прибытия подкреплений стали последними для остатков юнитологического флота. Через космическую пустоту устремились рои дронов, ракет, облака выокоскоростной шрапнели и лучи импульсных лазеров.

Корабли противника вспыхивали один за другим, словно спички, о которых в XXVI веке едва ли кто-то помнил. Выжившие суда попытались уйти в шоковое пространство, но их перехватили и добили. Удалость скрыться всего паре мелких транспортников.

После зачистки орбиты командующий флотом связался с Элизой Чан и в приказном порядке потребовал немедленно передать фрегат ''Каракурт'' обратно, освободить всех заложников. Что будет в случае отказа, уточнять не требовалось. У Нового Пекина больше не было сил ни для сопротивления, ни для споров. Чан подчинилась, понимая, что любое возражение обернется санкциями, блокадой, возможно, точечными бомбардировками по жизненно-важным объектам.

Через несколько часов Максима, Айзека и членов научной группы сопроводили к посадочной площадке. Их встретил шаттл с гербом Надежды на борту, после он поднялся над административным сектором и направился прямо к флагману флота НКН. Ни прощаний, ни благодарностей, только гул двигателей.

Когда город под ними исчез в облаках, все, что происходило на Новом Пекине, осталось позади. Максима это больше не касалось.

Путь домой занял меньше суток, три часа полета через шоковое пространство, потом добирались на субсвете до Надежды.

Максим был даже рад вернуться на этот пыльный шарик, ставший домом. Несмотря на отсутствие кислородной атмосферы здесь чувствуешь себя уютнее: люди спокойнее, отзывчивее, солдаты и бронетехника не дежурит на каждом углу, режим военного положения никто не вводил и со снабжением дело несравнимо лучше.

Заложников встречали без церемоний, просто на посадочной на платформе, дежурный офицер бросил ''добро пожаловать домой'', сопроводил до шаттла. Потом ждал долгий, тяжелый разговор с губернатором Кралом. В итоге Максим выбил себе два месяца отпуска для нормального отдыха и восстановления, хотелось нормально провести время с женой, сыном. А то такими темпами пацан вырастет, не увидев непутевого папашу, сражающегося со вселенским злом.

Следующие недели прошли скучно. Он вернулся домой, обнял жену, первые сутки почти не говорил, только спал и ел. Потом, когда усталость отошла на задний план, начал выходить из дома, гулял по стеклянным галереям купола, смотрел на город, катался на квадроцикле по песчаным барханам...