Вчера Андрей сообщил девушкам, что сегодня ему необходимо будет поработать, поэтому с утра он будет несколько занят, тем более, что погоду обещаю плохую. Однако утром, те, как ни в чем не бывало, заявились к нему в гости. При этом Яся сообщила, что они вообще-то к Михалычу, так что Дюша может не переживать, и ему мешать они не собираются. Мужчина действительно взялся угощать девушек чаем, Соколов же только хмыкнул и ушел на чердак. Но долго побыть в одиночестве ему не удалось. Вскоре он услышал тихие шаги на лестнице, и на чердак взобралась Тома.
-Они там, в шахматы сели играть, — сообщила девушка, — а меня дедушка к тебе послал, сказал, что здесь журналов всяких много. Я не помешаю?
-Если будешь сидеть тихо, то конечно нет, — ответил парень.
И вот сейчас, поглядывая на Афанасьеву, Андрей ощутил в душе какой-то теплый комфорт, так не хватавший ему в прошлой жизни.
-Ладно, — подумал он, — все это лирика, а вот что я Конторовичу в конце месяца преподнесу? Гипотезу Била явно рано, там и до Ферма уже недалеко, могут и опередить, сильных математиков сейчас полно. Но что тогда? Тут взгляд его упал на раскрытый задачник — Вычислите, какое максимальное число яблок, двух разных размеров, можно разместить в корзине прямоугольного сечения...
Да что же я туплю то, — про себя ругнулся парень, — вот же оно. Геометрические задачи упаковки сфер. Тема сейчас модная и реально интересная. Так как там было у Тота:
Пусть H — замкнутое полупространство в R n . Обозначим через S единичный шар в H, касающейся опорной гиперплоскости задающей H. Односторонним контактным числом B(n) будем называть наибольшее число не пересекающихся единичных шаров в H, одновременно касающихся S. Найти явные значения B(n) для n = 2, 3, 4, ...
-Задачу то он поставил, а решения сейчас еще нет. А я его знаю и реально понимаю. Да еще и легко обосную перед Леонидом Витальевичем мою просьбу о научном руководителе в Ленинграде, он ведь тут всех хорошо знает. Посмотрит на мои шараханья по разным темам, и все поймет. — И Андрей радостно рассмеялся.
-Ты чего, Дюща? — удивленно посмотрела на него девушка.
-А ничего! — парень подскочил к ней, подхватил Тому на руки и закружился с ней по комнатке. Потом с размаху плюхнулся с ней на громко заскрипевшую пружинами кровать.
-Эй, молодежь, — раздался снизу строгий голос Михалыча, — а ну, прекращайте хулиганить, а то я сейчас поднимусь к вам, и некоторые будут наказаны.
-Да все в порядке, у нас, Тома, подтверди, — крикнул парень.
-В порядке, — пискнула девушка.
Через несколько мгновений на лестнице раздались легкие шаги, и на чердак впорхнула Яся. Она взглянула на раскрасневшихся друзей и шикнула на них, — вы, что тише не можете? Внизу же все слышно!
И уже гораздо громче отрапортовала, — нарушений порядка не обнаружено! Обстановка полностью рабочая.
-Ну и хорошо, раз не обнаружено, тогда спускайся, я тебе мат в пять ходов подготовил! — раздался снизу голос Михалыча.
2 июня пятница. Ленинград. Польский сад. Время около 14 — 00.
Недалеко от открытой эстрады на скамеечке сидят Иван и Александр Лейтман. Саша заметно нервничает.
-Я не совсем понимаю, зачем вы меня сюда позвали, — слегка дрожащим от волнения голосом произнес Лейтман.
— Не стоит так нервничать, ничего страшного для тебя не происходит. Насколько я понимаю, ты сейчас в школе активно участвуешь в общественной работе, хорошо учишься, то есть явно стремишься к тому, чтобы тебя восстановили в ВЛКСМ, — спокойно произнес Иван, — но прошлогодние события легли серьезным пятном на твою биографию. Впрочем, если ты искренне ответишь на мои вопросы, то возможно, райком комсомола и смягчит свою позицию по твоему вопросу.
-Но вы-то из обкома партии, — произнес Саша,— я не вижу связи между моим делом и Вами.
-А тебе и не нужно ничего видеть. Твоя задача — честно ответить на все мои вопросы. Ты готов? — жестко спросил мужчина.
Лейтман часто закивал головой.
-Хорошо, тогда ответь, это Соколов первым рассказал в школе этот анекдот?
-Нет, конечно, он вообще был очень недоволен, когда его услышал и советовал всем прекратить болтать такое, — ответил парень.
-Хорошо, а кто же тогда принес этот анекдот в школу? — продолжил спрашивать Иван.
-Если честно, я не знаю, но Андреев его часто рассказывал, а все слушали и многие смеялись. А он лучший друг Соколова.
-Я понял, и получается, именно поэтому Андрей решил за него вступиться? — спросил мужчина.
-Вообще-то я долго потом думал и, мне кажется, что Андрей не столько за Пашку вступился, сколько за Афанасьеву. Я про нее тоже написал в письме, — слегка понурился парень.
-А можно подробнее об этом? — Иван пристально взглянул на Лейтмана.
-Да, хорошо, сейчас, — чуть сбился Саша. — Понимаете, Тамара Афанасьева, она племянница третьего секретаря Ленинского райкома партии Данилина Вадима Николаевича. И Андрей в марте прошлого года вдруг начал за ней ухаживать, причём перед этим он на неё внимания совсем не обращал.
-Ну и что, влюбился, такое бывает, — пожал плечами мужчина.
Да какой там влюбился! — Лейтман даже со скамейки вскочил, — он после этой своей болезни вообще другим стал. У Соколова с поведением проблемы были, весь дневник был в замечаниях, а тут вдруг раз и Андрюха стал образцовым учеником. Он раньше политинформации чисто для галочки читал, а теперь совсем идейным стал! И с Тамарой он стал дружить скорее всего из-за дяди, а сам у нее за спиной с другими крутит. С Наташкой Кузенковой, например, это его одноклассница, или вот с Тамарой, не знаю как ее фамилия, из восьмого класса.
-А ты откуда это все знаешь, ты же в другой школе теперь учишься? — недоверчиво спросил Иван.
-У меня друзья там остались, — глухо ответил Сашка, — и они мне обо всём рассказывают.
-И совсем тихим голосом добавил, — мне Тамара Афанасьева всегда нравилась, вот только она мне Соколова предпочла. А я обиделся, и в письме про нее тоже написал. Дурак был.
-Ладно, Саша, я тебя понял, — поднялся со скамейки мужчина, — я думаю, что мы в следующем учебном году к этому разговору обязательно вернемся. А теперь запомни, об этом нашем разговоре не говори никому, ни друзьям, ни родителям. Иначе про комсомол и про поступление в вуз можешь забыть. И я не шучу. Все, можешь быть свободен.
Иван направился к выходу из сада., а Лейтман совершенно растерянно довольно длительное время смотрел ему вслед.
Пятница. 2 июня. Ленинград. 272 школа. Два часа дня.
Тамара Эберляйн не торопясь вышла из класса, где проходил экзамен. Настроение было великолепным, задачи она все решила, несколько раз всё проверила, как учил ее Андрей. И только потом, убедившись в отсутствии ошибок, сдала листы с решениями учительнице. Та довольно кивнула и неожиданно попросила девушку подождать ее за дверью. Тома, конечно, согласилась и сейчас стояла у двери в класс, ожидая Биссектриссу. У окна она увидела незнакомую молодую девушку, которая что-то разглядывала во дворе школы. Но тут Светлана Павловна вышла из класса и подозвала к себе незнакомку.
-Знакомьтесь, девушки, — улыбнулась учительница, — это Тамара Эберляйн, а эта девушку зовут Катя Смирнова, она из обкома ВЛКСМ, и она хотела с тобой поговорить.
-Из обкома? — неверяще переспросила Мелкая.
-Именно так, — подтвердила учительница, — я даже удостоверение видела.
Она улыбнулась кинезнакомке, — Катюш я пошла, у меня все-таки экзамен.
-Спасибо, Светлана, дальше мы уж как-нибудь сами, — благодарно кивнула ей девушка, — ну что, Тамара пойдем поговорим.
-Пойдемте, — согласилась Мелкая, — только у меня времени почти нет, мы с подружкой договорились встретиться. Мне надо быстренько домой забежать, портфель там бросить и к ней.
-А давай так сделаем, — предложила Смирнова, — я тебя провожу и по дороге свои вопросы задам, сколько успею. А потом мы с тобой о новой встрече договоримся. И давай, все-таки, на ты, не настолько я тебя старше, чтобы выкать.
Мелкая остановилась, внимательно взглянула на девушку и сказала, — почти в полтора раза точно. Но я согласна. И про что будем говорить?
-А у тебя глаз алмаз, — восхитилась Катя, — ладно, тогда давай начнем. Говорить будем про Вашу поисковую экспедицию. Почему именно с тобой? А с директором я уже поговорила, из вашего военрука все клещами надо вытягивать, а кроме тебя из учеников и нет больше никого. Все разъехались. И первый вопрос: как ты попала в состав экспедиции? Ведь там же были одни девятиклассники.
— А у меня так получилось, что мои лучшие друзья, они все учатся в этом классе. Поэтому, когда меня пригласили, я, конечно же, не отказалась, — спокойно ответила Тома.
-Тогда, понятно, а вот расскажи о своих впечатлениях...
Довольно оживленно беседуя, девушки перешли Измайловский проспект, и направились в сторону Техноложки.
"Интересно, куда это мы пошли? — про себя удивилась Катя, — ее дом, это же совсем в другую сторону".
-А вот и мой троллейбус, — увидев подошедший пятнадцатый номер, сказала Мелкая, — поедешь?
-Конечно, — кивнула Катя, мне все равно до метро, — и давай с тобой о следующей встрече договоримся. Чтобы не на ходу разговаривать.
Девушки зашли в полупустой троллейбус, взяли билеты и сели на свободные сиденья.
-А давайте шестого, у меня консультация в школе в 12 часов, после нее можем встретиться и спокойно поговорить, — предложила девочка.
Они немножко помолчали, а затем Мелкая встала, — все я приехала, до свидания Катя.
-До свидания Тамара, — кивнула Смирнова и проводила девочку глазами, — интересно, куда это она направилась? А, не прокатиться ли мне к ее дому, там, где она прописана, да не побеседовать ли с местными старушками? А может и не со старушками, молодые парни тоже вряд ли откажутся с симпатичной девушкой познакомиться!
И приняв такое решение, она поднялась с сиденья и направилась к выходу из троллейбуса. Теперь ей снова предстояло вернуться на Измайловский проспект.
Пятница 2 июня. Ленинград. Управление уголовного розыска. Кабинет Морозова Сергея Ивановича. Два часа дня.
-Ну, как съездил? — спросил Сергей Иванович вошедшего в кабинет Николаева.
-В общем, хорошо, только устал, — вздохнул парень, — две ночи не спал, но оно того стоило. Взяли их с поличным, поэтому когда я уезжал, у следователя они буквально наперегонки пели. И барыгу своего заложили и наводчика, так что начальник выборгского угро очень нами доволен, обещал про нашу неоценимую, как он выразился помощь на самый верх доложить. И мне кажется, он не врет.
-Вот это Вы молодцы, думаю, что и наше руководство вашу группу поощрит, — кивнул полковник, — а теперь Саня, слушай меня внимательно. Приказом по управлению тебя включили в специальную группу, которая 21 июня в составе нашего торгпредства отправится в Лондон. Документы и твоя виза уже оформляется. С понедельника вас отправят на полигон ГРУ, где пройдете дополнительную подготовку. Операция, как ты понимаешь, межведомственная. Поэтому все будет предельно серьезно. Предупреди Софью, что в понедельник ты уезжаешь. С ней ты сможешь увидеться только перед самым отъездом в Лондон, один выходной вам точно дадут. С институтом твоим вопрос решен, сессию поедешь сдавать в сентябре. Вот как-то так.
-Да, неожиданно, тогда надо Соне позвонить, чтобы хоть на эти выходные она освободилась, — вздохнул Александр.
-Кстати о Софье, мне бы с ней тоже надо повидаться, — продолжил Сергей Иванович, — вопрос тут один к ней у меняпоявился.
-А что за вопрос, если не секрет? — спросил Саня.
-Для тебя не секрет, все равно ведь она тебе расскажет,— усмехнулся полковник, — тут в марте прошлого года у нее пациент один был с легким сотрясением мозга.
-И чего ты смеешься, а? — удивился он.
— Прости, крестный, это нервное, все-таки устал я очень, — махнул рукой парень, — просто знаю я этого пациента и тетка моя знает. Соколов это Андрей, я тебе про него сам рассказать могу.
-А что у тебя за интерес вдруг к нему образовался, опять что-то натворил, паразит? — подобрался Саня.
— Подожди так это тот самый Андрей, про которого ты мне рассказывал и который у тебя на даче сейчас живет? — догадался полковник.
-Он самый, да что он натворил то? — взволнованно спросил парень.
-Да ничего не натворил. Просто попал в наше поле зрения из-за своей планируемой поездки в Лондон. А где его отец работает, ты знаешь? — спросил полковник.
-В военно-медицинской академии, а что? — переспросил Саня.
-А то, — передразнил его Сергей Иванович, — ты что, пока в Выборге был, все забыл, что ли? Мы же всего несколько дней назад этих паразитов с Галеры, которые по наущению американцев, к сотрудникам академии лезли, прищучили. И что ЦРУ успело там накопать, пока КГБ спало, нам то не ведомо. Поэтому сейчас ведутся перекрестные проверки, и не только нашим ведомством. Ладно, что-то я сильно загрузил тебя. Звони своей Софье и отправляйся отдыхать. А вечерком зайди ко мне, мы с тобой остальное обсудим, и ты мне все более подробно расскажешь, в том числе и про поездку. А Софью тогда не тревожь, раз сам все рассказать можешь.
Пятница 2 июня. Москва. Кремль. Объект "Высота".
Заседание Политбюро.
-Леонид Ильич, все собрались, можем начинать, — обратился Суслов к Брежневу.
Тот оглядел собравшихся, откашлялся и произнес, — раз можно, значит и начнем. И начнем с главного. Как вы все, наверное, уже знаете, у председателя комитета государственной безопасности Андропова, случился острый приступ. Сейчас он находится в санатории ЦК под присмотром врачей. Уже сейчас ясно, что заболевание у него тяжелое, поэтому исполнять свои обязанности в дальнейшем он не сможет. Поэтому на ближайшем пленуме ЦК мы его от руководящей работы отстраним, пусть спокойно лечится, а дальше видно будет. Это так сказать официально. А неофициально — Юра попытался из государственного учреждения сделать частную лавочку, создать для себя инструмент в борьбе за власть. И, надо сказать, у него почти получилось. Поэтому нам пришлось задержать нескольких руководящих сотрудников комитета. Сейчас они находятся под следствием, — тут он прервался, налил себе воды из графина, и не торопясь, выпил.
Воспользовавшись небольшой паузой, Гришин спросил с места, — Леонид Ильич, а что же твои наблюдающие, почему они все это просмотрели? Ты же специально туда Цвигуна и других товарищей направил для контроля!
-Они и сообщили, — ответил генсек,— несколько поздновато, конечно. Но смогли разобраться и предупредить нас. А вообще все могло бы быть хуже, гораздо хуже. Хотя и сейчас картина там не очень радостная. Многое в работе комитета придется менять, поэтому мы с товарищами посовещались и пришли к выводу, что лучше товарища Ивашутина с этим вряд ли кто справится. Возражения по кандидатуре Петра Ивановича имеются? — Брежнев окинул внимательным взглядом собравшихся.
-Нет? Вот и хорошо. Значит, так и решили, — продолжил он.
