— Загляни в себя, — прозвучало, как гром средь ясного неба.
Зоя вздрогнула и посмотрела на Диану. Застывшая под чарами магической сети, она не могла пошевелиться, но могла мыслить.
— Ты — мир с двумя сердцами. Тебя невозможно одолеть. Повторяй за мной и ничего не бойся...
Созвучия неведомого заклинания очаровали Зою. Казалось, она знала его с самого рождения, и теперь, начавши, не в силах была остановиться. С каждым новым слогом на неё накатывала горячая волна солнечной энергии. Если бы Зоя могла видеть себя со стороны, то метаморфоза, испугавшая её, немного погодя, показалась бы не такой резкой. Сначала, её окутало прозрачное золотистое облако, настолько разреженное, что Зоя не заметила, когда оно появилось. Потом ей показалось, что земля зашаталась. Зоя посмотрела вниз, и внутренне ахнула: вместо ног у неё торчали две когтистые птичьи лапы, вместо рук свисали два сверкающих крыла.
— Взлетай! — мысленно крикнула Диана, и Зоя взлетела.
Бешеным пламенем промчалась она над головами своих врагов и опалила их огненным дыханием, потом устремилась на Самюэля, и тот отшатнулся, ослабив силки магической сети. Диана вырвалась и пригвоздила к земле своего недавнего соратника. Меч её готов был пронзить ему сердце.
— Вы уберетесь отсюда сейчас же!
Самюэль умел проигрывать. Единственное, о чем жалел он, отзывая обескураженных товарищей, что не убил эту брюхатую ведьму. Не хотелось терять сильного единомышленника в её лице. Теперь ему стало ясно: убивать Лео Диана не будет из-за его девчонки, не будет даже тогда, когда та разродится. Потому что Зоя станет матерью. Всё матери находятся под покровительством Дианы, пока их дети не достигнут зрелости. Стало быть, вместе с девчонкой на некоторое время под покровительство попадает и Лео, без которого ей не выжить.
Две огненные птицы устремились в высь. Диана обучала свою недавнюю противницу премудростям полета и находила в её лице способную ученицу. Зоя безошибочно угадывала направление воздушных потоков издалека и выбирала тот, который нес её в нужном направлении. От крутого пике она приходила в восторг, и Диана опасалась, что у неё не хватит времени увернуться от земли.
— Выходи! — кричала она на древнем птичьем языке, и Зоя стрелой уходила вверх.
Бенедикт устал стоять, задрав голову, наблюдая за их бешеными виражами. Он выполнил все, что от него требовалось, теперь самое время уходить. За отцовскую девчонку можно быть спокойным. Никто не осмелится покуситься на неё под присмотром Дианы, когда та находится в пике своей формы. Магия материнства — редкий дар. В ней Диана не знает себе равных.
Бенедикт огляделся по сторонам, раздумывая, куда идти, и неожиданно для себя решил никуда не ходить. Он дождется отца. У него такое предчувствие, что до счастливой развязки ещё очень далеко. То ли Норда выкинет какую-нибудь штуку, то ли появится ещё один жаждущий крови враг. Очень неспокойно на сердце. Бенедикт не припомнит, когда ещё он испытывал подобное ощущение. Он сел за руль джипа. Взгляд его упал на расположенное рядом кресло и остановился на знакомом зеленом талисмане. Значит, дело зашло слишком далеко. Отец никому не отдавал свой талисман. Что там Самюэль говорил о непобедимости? И почему эти четверо пришли за девчонкой? Не проще ли было убить отца?
— Без неё мне не выжить, и Теодору тоже...
Что бы это значило? Бенедикт почти докопался до истины, как вдруг услышал над головой дикий злобный рев. Ни один обыкновенный зверь не способен был издавать таких звуков. Тот, что ревел в вышине, мог быть только исчадием тьмы, гарпией.
Бенедикт выскочил из машины и задохнулся в отчаянии. Огромная чёрная крылатая тварь охотилась за солнечной птицей, причем, только за одной, Бенедикт понял, за какой именно. Диана пыталась отвлечь гарпию на себя, но та лишь плевала в её сторону ядовитой слюной и не сводила алчных глаз с намеченной добычи. Рука невольно потянулась к колчану со стрелами. Но что может сделать стрела против брони?
Зоя металась из стороны в сторону. Легкая, подвижная, она мгновенно меняла направление полета на противоположное, и тяжелая туша с досадным воем проносилась мимо. Но как долго сможет она маневрировать? Упражнения с Дианой несомненно утомили её.
— Без неё мне не выжить... — Бенедикт едва не взвыл от бессилья в унисон кровожадной твари.
— Поднимись как можно выше, — вдруг раздался на удивление спокойный голос.
Рядом стояли Норда и Лео. Когда они успели появиться? Бенедикт был уверен, Зоя слышит приказ, и, подтверждая его уверенность, солнечная птица взвилась ввысь из последних сил.
— Выше, — повторяла Норда до тех пор, пока она не превратилась в едва различимую точку. Гарпия неслась следом. Она не умела уставать.
— А теперь, в сторону и вниз.
Золотая птица камнем падала на землю. Гарпия была тяжелей, и быстрее набирала скорость. Бенедикт взглянул на отца и отвернулся. Он готов был сразиться с десятком вооруженных до зубов воинов, лишь бы не видеть того, что сейчас произойдет.
— В сторону! — голос Норды сорвался.
Зоя буквально вынырнула из-под нависшей туши, и гарпия, не успев сманеврировать, влетела в брошенную Нордой сеть безвременья. Мгновенно образовавшаяся гигантская воронка втянула в себя отчаянно сопротивляющуюся тварь и исчезла, как не бывала. Две солнечные птицы пошли на снижение, одна почти несла на себе другую. Едва они коснулись крыльями земли, как чары развеялись. Диана хотела поддержать Зою, но Лео опередил её. Не говоря ни слова, он поднял бесчувственное тело на руки, и понес к джипу. Зоя пыталась что-то сказать, он прислушался.
— Я узнала её, она ждала меня в том чёрном доме...
— И дождалась бы после того, как ты её дом разрушила, — хладнокровию Норды можно было позавидовать.
Лео задохнулся от ошеломившей его догадки.
— Это ты все подстроила!
— Я её спасла, — устало ответила владычица тьмы. — Гарпию можно выманить только на наживку, и ты прекрасно это знаешь.
Она развернулась и пошла прочь.
иана исчезла.
Бенедикт поджидал их около машины.
— Куда вы теперь? — поинтересовался он, когда Лео опустил Зою в кресло.
— Поедем домой.
— Не надо домой, — воспротивилась Зоя, — поедем в город. Я по дороге отдохну.
— Ты уверена?
— Угу.
— В таком случае, — воодушевился Бенедикт, — вы не подбросите меня до метро?
Лео согласно кивнул. Когда джип вырулил из леса на основную дорогу, Бенедикт наклонился к Зое и тихо произнёс на ухо.
— Не следует оставлять талисман без присмотра. Если он попадет в чужие руки, отцу придется туго.
Он незаметно протянул ей зеленый камень, но мог не утруждать себя маскировкой. Лео не видел ничего. Казалось, он не видел даже дороги в ветровом стекле. Вдавливая педаль газа в пол, он увеличивал скорость, словно хотел заглушить ревом ветра, врывающегося в салон, свои неутешительные мысли. Стрелка спидометра перевалила за триста километров и продолжала отклоняться вправо. Зоя окликнула Лео, но он даже не шелохнулся.
— Да останови же его, — не выдержал Бенедикт, — иначе мы сейчас взлетим!
Зоя схватила его за руку и с силой тряханула.
— В чем дело? — спросил Лео так, словно его отвлекали по пустякам.
— Ты не мог бы немного сбавить скорость, — отозвалась она, — по-моему, мы уже проехали Москву.
Лео взглянул на спидометр и отпустил педаль газа.
— Там ещё тормоз есть, — заметил Бенедикт.
Лео резко нажал на тормоз, и ветровое стекло едва не превратилось в горсть осколков.
— Ты в порядке? — поинтересовалась Зоя, а Бенедикт осторожно предложил, — Может быть, я сяду за руль.
Лео коротко взглянул на него через зеркало заднего вида, и у Бенедикта отпала всякая охота к вождению. До города ехали молча на обычной для джипа скорости. Около первой станции метро Лео затормозил и высадил сына.
— Куда сейчас? — спросил он, когда Бенедикт скрылся в подземном переходе.
Зоя пожала плечами. Она не представляла, где они находятся, но больше её тревожило состояние Лео. Очевидно, разговор с Нордой был тому причиной.
— Что она тебе сказала?
— Ничего нового, — ответил Лео, — только без деликатного сострадания. Норда не умеет сострадать, и правильно делает.
— И всё-таки, мне хотелось бы знать...
Лео не желал говорить и лишь досадливо поморщился.
— Ты полагаешь, что я не в состоянии вынести правды? — настаивала Зоя.
— В состоянии, — мрачно ответил он, — ты в состоянии вынести очень много, но то, что она сказала, касается только меня.
Бессмысленно продолжать разговор. Может быть, она зря отказалась вернуться домой после своего чудесного спасения. К чему испытывать судьбу? Зачем она здесь? Никому не нужная покупка была лишь поводом к тому, чтобы вырваться за пределы поселка.
— Так, где находится твой магазин?
— На Войковской, — машинально ответила Зоя.
— Покажи.
И перед глазами появилась знакомая карта. Красный лучик бежал по схеме вслед за её взглядом. Зоя остановилась на одном из зданий.
— Здесь.
Лео включил зажигание и вырулил на проезжую часть.
На обратном пути Зоя ничего не имела против бешеной езды по магическому коридору. Ей хотелось поскорее вернуться домой. Лео замкнулся ещё сильнее, и она не могла избавиться от ощущения, что её присутствие его тяготит. При въезде в поселок он заложил такой крутой вираж, что они чуть не влетели в кювет.
— Ты хочешь покончить с нами одним махом, — невольно вырвалось у неё.
— Если бы хотел, прихватил бы с собой Теодора.
До дома ехали молча.
Теодор бросился им навстречу, но, взглянув на Лео, остановился на пол пути.
— Что-то случилось?
В его голосе позвучали отцовские нотки.
— Ничего особенного, — ответила Зоя. — Если не считать того, что Норда спасла меня от гарпии, а за это наговорила Лео всяких гадостей, и он их теперь мужественно пережевывает.
С некоторых пор Зоя стала относиться к брату, как к равному. Более того, в иных вопросах она считала его влияние на Лео существенней своего. Она давно не занималась с ним по школьной программе, потому что была уверена, школа Теодору уже не понадобится. Что-то радикальное произойдет с ними в недалеком будущем, что изменит их всех, и Теодора — прежде всего.
— Откуда взялась гарпия, — Теодор вопросительно посмотрел на Лео.
— Из разрушенной ловушки.
— Как мы не подумали! — произнёс он так, словно в его власти было избежать опасности.
— За нас подумала Норда, — резко оборвал его Лео и начал выгружать из джипа покупки.
Помимо упаковок со шлангами и вертушкой он осторожно извлек из багажника огромную коробку. Когда он умудрился приобрести её, Зоя не могла вспомнить. Ведь он ходил за ней по магазину, как пришпиленный, словно карикатурный телохранитель, оттесняя случайных прохожих.
— Что это?
От изумления она забыла об их натянутых отношениях. Откуда ни возьмись, появился Садовник и, ни слова не говоря, уволок коробку с глаз долой. Зоя проводила его долгим взглядом и попыталась заглянуть внутрь сквозь стенки. Не тут-то было. Коробка была заговорена от любопытных. Оставалось гадать о таинственном содержимом. Судя по тому, как бережно Садовник нес свою ношу, она представляла собой что-то хрупкое.
— Ну, что, — отрывая её от зашедшего в тупик расследования, произнёс Лео. — Будем монтировать твою вертушку сейчас или завтра?
— Сейчас, — загорелся Теодор.
Он опять превратился в нетерпеливого мальчишку и принялся разворачивать ближайший сверток. Странно, что при сборке не оказалось ни одной ненужной детали, как, впрочем, и недостающей. Обычно в таких случаях Зоя выкидывала в мусорное ведро бесполезные крепежные принадлежности и бежала в магазин за подходящими. Очевидно, магия окружала их и на бытовом уровне. Иначе, чертовщина какая-то. Вертушку опробовали через полчаса, и все остались довольными, даже Садовник.
За ужином наметилось легкое оживление. Непринужденно болтая о пустяках, Теодор отвлек Лео от тягостных раздумий. Интернет, в свою очередь, попросил Зою рассказать о её послеобеденных приключениях, и, слушая, то и дело вздыхал.
— Это хорошо, — вставил он, — Что Диана не перенесла на тебя свое отношение к Лео. Иметь её в качестве врага — приятного мало. Надеюсь, ты не забыла того заклинания, что она тебя научила?
— Мне кажется, я знаю его с детства.
— Это значит, — важно произнёс гном, — Магия материнства тебя принимает.
— Магия материнства сильная? — поинтересовалась Зоя.
— Очень сильная и древняя.
— Тогда почему Диана ничего не смогла сделать с гарпией?
— Гарпия — исчадие тьмы, — пояснил Интернет. — Только Норда способна с ней сладить. Странно, что она помогла тебе.
После ужина Лео исчез. Зоя мысленно поискала его и не нашла, но его присутствие где-то рядом она чувствовала. Значит, есть возможность спрятаться от любопытных глаз. Надо будет попытать на очередном занятии, как он это делает.
Не смотря на утомительный день, спать ещё не хотелось. Зоя разобрала электронную почту, написала ответ на Женькино письмо, дожидающееся её два дня, и принялась за новую задачу, решить которую для Женьки было вопросом жизни и смерти.
Голоса в доме постепенно затихли. Лео так и не объявился, а она надеялась поговорить с ним перед сном. Придется оставить разговор на завтра. Зоя выключила компьютер, направилась в свою комнату, но у двери в нерешительности остановилась. Ей представилось, как она будет ворочаться с боку на бок, сражаясь с бессонницей. Перспектива мало приятная. Может быть, стоит искупаться?
Зоя вышла на крыльцо. Глухая ночь новолуния встретила её тревожными шорохами. Идти одной к озеру показалось жутковатым. Словно угадав её мысли, из темноты появился Сторож. Лучшего попутчика и пожелать трудно. Зоя потрепала его за ухом и позвала за собой. Ночь достигла своего предела. Светлая полоска с северо-запада переместилась на северо-восток, а над головой сияли россыпи мерцающих звёзд. Иногда на их фоне вспыхивали блуждающие по орбите спутники. Где-то у самого горизонта скользнула вниз падающая звёзда.
Зоя вышла на пляж, быстро скинула одежду и бросилась в воду. Упругое прикосновение ласковых волн снимало остатки напряжения. Берег остался далеко позади. Перевернувшись на спину и раскинув руки, Зоя испытала неодолимое желание взлететь. Теперь, когда заклинание Дианы предоставило ей такую возможность, было бы глупо им не воспользоваться. Вот только как поведет она себя в крылатом обличье на поверхности воды? На водоплавающую солнечная птица походила мало, поэтому лучше не рисковать. Зоя решительно повернула к берегу.
Заклинание вертелось на языке, и едва ступив на твердое дно, она дала ему волю. На этот раз метаморфоза вызвала легкое изумление.
— Крылья, конечно, грешно не похвалить, — подумала Зоя, разглядывая свои бывшие руки, — Но, вот, лапы...
Бывшие ноги смущенно перетаптывались под её неодобрительным взглядом.
— Надо быть последовательной в своих суждениях, — вступился за них Здравый Смысл, — Сама же все время выбираешь в магазине куриные тушки с толстыми ляжками.
