1435 г. в Смоленске в среде православных феодалов против Свидригайла был составлен заговор. Дикая расправа, учиненная по приказу Свидригайла над одним из организаторов этого заговора — митрополитом Герасимом, которого сожгли заживо, еще более поколебала авторитет князя среди его православных сторонников и умножила число противников. Наконец, на освободительном движении на украинских землях отрицательно сказалась продолжительная борьба Свидригайла за великокняжеский стол. Она отвлекала с Украины значительные военные силы, что вело к ослаблению сопротивления польским захватчикам на Волыни и Подолии. Такой была обстановка, когда 1 сентября 1435 г. близ Вилькомира на р. Свенте произошла решающая битва между польско-литовскими правительственными войсками и войсками Свидригайла. Армия Свидригайла была разгромлена. Погибли 13 украинских и белорусских князей, 42 попали в плен. Свидригайло с единственным оставшимся при нем князем и тремя десятками воинов спасся бегством и укрылся в Полоцке.
Некоторое время под властью Свидригайла все еще оставалась Чернигово-Северщина, Киевщина, Восточная Подолия, Луцкая и Кременецкая земли Волыни. Стремясь упрочить здесь свое положение, Свидригайло обратился к польскому правительству с предложением принять его вместе со всеми украинскими землями в вассальную зависимость. Однако польская сторона не решилась на этот шаг, чтобы не нарушить польско-литовского государственного союза, укрепившегося в борьбе против освободительного движения украинского народа. Вскоре украинские земли перешли под власть Сигизмунда. Свидригайло удержал только Луцк, подписав в июне 1440 г. документ, ставивший его в вассальную зависимость от короля. Дальнейшие события показали, что эта зависимость была формальной, и польским феодалам в то время не удалось подчинить Луцкую землю своей власти.
Западная Подолия окончательно перешла под власть Польши и была превращена в отдельную провинцию. Привилеем короля Владислава III от 1434 г. на Подолии вводилось польское право, а подольская шляхта уравнивалась в правах со шляхтой коронных земель. Несмотря на это, польская шляхта заняла здесь господствующее политическое и экономическое положение, оттеснив местных феодалов на второстепенные позиции. Одновременно ширилось наступление католицизма.
«Заговор князей» 1480—1481 гг. В период существования восстановленных Киевского и Волынского княжеств (40—60-е годы XV в.) местные украинские феодалы, возглавляемые удельными князьями, прежде всего киевскими, старались ослабить зависимость украинских земель от центральной великокняжеской власти. Более того, они стремились к объединению украинских, белорусских и русских земель, входивших в состав Великого княжества Литовского, в независимое от Литвы Русское княжество. Киевские князья стали выразителями интересов тех кругов украинских, белорусских и части литовских феодалов, которые выступали против унии с Польшей, за политическое сближение с Московским великим княжеством. В это время в пределах Киевского княжества и Чернигово-Северской земли находили убежище вынужденные эмигрировать видные польские сторонники московского князя Василия II, а также его татарские союзники.
Ко второй половине XV в. созрели социально-экономические предпосылки для окончательной ликвидации удельных княжеств в Великом княжестве Литовском. Проводя изменения в политико-административном устройстве Украины, великокняжеская администрация стремилась укрепить здесь власть литовских феодалов. В этих условиях начался новый этап освободительного движения. Он характеризуется усилением ориентации украинского, белорусского и русского населения Великого княжества Литовского на Русское государство. Со стороны московского правительства стремление к объединению в составе Московского княжества украинских, белорусских и русских земель, находившихся под властью Великого княжества Литовского, проявлялось в поддержке феодалов этих земель, участвовавших в освободительном движении.
В 1471 г., после смерти киевского князя Семена Олельковича, для укрепления на территории Киевщины литовской власти Киевское княжество было ликвидировано, воеводой в Киев был назначен литовский пан Мартин Янович Гаштовт. Однако киевляне отказались подчиниться католику-литвину и не допустили его в город. Они просили короля назначить воеводой в Киев Михаила Олельковича, брата умершего князя, или другого православного князя. Обстановка обострилась настолько, что литовской власти пришлось утверждаться здесь силой: литовские войска овладели городом штурмом.
Лишение Михаила Олельковича права занять киевский стол (и даже стать здесь наместником) явилось королевской местью князю за его промосковскую ориентацию во время борьбы между Великим княжеством Литовским и Московским княжеством за влияние в Новгороде. По поводу причины лишения Олельковичей киевского княжения в литовской столице говорили: «Дед их, князь Владимир, бегал на Москву и тем пробегал отчину свою Киев»[103]. После возвращения на Киевщину Михаил Олелькович и служивший с ним в Новгороде Иван Ольшанский, опираясь на широкие слои местного населения, стремившегося противостоять натиску польско-литовских феодалов и католической церкви, продолжали ориентироваться на Московское княжество.
Михаил Олелькович стал одним из организаторов так называемого «заговора князей» 1480—1481 гг., целью которого было свержение литовского господства на Украине. В Софийской летописи об этом заговоре сказано: «Того же лета бысть мятежь в Литовской земле: восхотеша вотчичи, Олшанской, да Оленкович, да князь Федор Белской, по Березышо реку отсести на великого князя (московского. — Ред.)»[104]. Есть сведения, однако, что заговорщики имели намерение включить в состав Русского государства значительно большую, чем указано в летописи, территорию украинских, белорусских и русских земель, находившихся под властью Литвы.
Несмотря на родственные связи между Олельковичами и Иваном III, заговор не носил династического характера. Он был следствием широкого народного движения на Поднепровье, направленного против господства литовских феодалов, и исторически обусловленного тяготения украинского народа к объединению с русским в составе единого государства.
Заговор готовился втайне. Исторические источники конца 70-х годов содержат свидетельства того, что по поводу предстоящего присоединения украинских земель к Московскому княжеству происходили активные переговоры между князьями — организаторами заговора и Иваном III и к этому событию велась деятельная дипломатическая подготовка.
Однако «заговор князей» был раскрыт. Узнав об этом, Федор Бельский с некоторыми из своих сподвижников бежал в Москву. Михаил Олелькович и Иван Ольшанский были схвачены и казнены в августе 1481 г. План воссоединения юго-западных и западных русских (украинских и белорусских) земель с северо-восточными в составе Русского государства на этот раз не осуществился.
Угроза господству литовских феодалов на Украине была настолько реальной и серьезной, что нарушила все внешнеполитические планы королевского правительства на 1481 г. Король, располагавший информацией о настроениях на Поднепровье, вынужден был отказаться от предполагавшегося ранее совместного с Крымским ханством выступления против Русского государства, опасаясь потерять в ходе войны украинские земли.
Таким образом, освободительное движение на украинских землях против власти литовских и польских феодалов, причиной которого был все усиливающийся социальный и национально-религиозный гнет, прошло в своем развитии несколько этапов.
Вплоть до середины XVI в. освободительным движением руководили и использовали его в своих классовых интересах украинские феодалы. В конце XIV в. это были удельные князья, сопротивлявшиеся королевской и великокняжеской политике ликвидации удельных княжеств в юго-западных русских землях. Последней попыткой князей реставрировать удельно-княжеский строй на украинских землях явилось восстание Глинского в 1508 г.
Однако, несмотря на то что местные феодалы использовали освободительное движение в своих узкоклассовых целях — для достижения безраздельного господства на украинских землях, оно опиралось на достаточно широкую социальную основу. Именно поэтому народное восстание на Подолии 1401—1404 гг., ставшее наиболее яркой страницей освободительной борьбы против литовских и польских феодалов начала XV в., не могло быть подавлено в течение более чем трех лет.
В 30-е годы XV в. освободительное движение на Украине переживало новый подъем. В это время оно было направлено главным образом против польских феодалов, оккупировавших летом 1431 г. Волынь. Районами всенародного восстания против захватчиков стали Волынь и Подолия. Восстание было подавлено лишь в 1434 г.
Освободительное движение народных масс украинских земель против иностранного господства во второй половине XIV — первой половине XVI в. основывалось на сохраненном ими со времен Древнерусского государства сознании их этнического родства с населением русских и белорусских земель и тяготении широких народных масс Украины к создавшему Русское государство русскому народу. Оно проявлялось в массовых переселениях в пределы России, а также в том, что руководители освободительного движения, выражая стремления народа, всякий раз обращались за помощью к России. Уже в этот ранний период освободительное движение характеризуется стремлением украинского народа к воссоединению с русским в едином государстве. Ярким проявлением этого стремления стал так называемый «заговор князей» 1480—1481 гг. Освободительная борьба на рубеже XV и XVI вв. увенчалась воссоединением Чернигово-Северских земель с Россией.
Движущей силой освободительной борьбы конца XIV — первой половины XVI в. было украинское крестьянство, больше других слоев населения страдавшее от усиливавшегося национального и социального гнета. В своей освободительной борьбе русское, украинское и белорусское население, находившееся под властью Великого княжества Литовского, выступало против польско-литовской власти, за воссоединение с Россией единым фронтом.
3. АНТИФЕОДАЛЬНЫЕ ВЫСТУПЛЕНИЯ НАРОДНЫХ МАСС
Жалобы крестьян и отказ от выполнения феодальных повинностей. С усилением феодально-крепостнического гнета росло антифеодальное движение народных масс. Острая классовая борьба между феодально зависимыми крестьянами и феодалами-крепостниками была характерной чертой феодального общества. Крестьяне боролись за то, чтобы сбросить с себя ярмо крепостничества, ликвидировать феодальную зависимость в любых ее формах и проявлениях и стать свободными. Указывая на закономерность гражданских войн, т. е. войн угнетенных против угнетателей, В. И. Ленин подчеркивал «прогрессивность и необходимость… войн угнетенного класса против угнетающего… крепостных крестьян против помещиков»[105].
Классовая борьба крестьянства проявлялась в самых разнообразных формах: подаче жалоб, побегах, потравах посевов и порубках лесов, захватах и поджогах панского имущества, нападениях на отдельных феодалов, а также их слуг, вооруженных выступлениях в одном или нескольких пунктах и, наконец, массовых выступлениях.
В XIV—XVI вв. одной из наиболее распространенных форм антифеодального протеста явилась подача крестьянами жалоб в местные и высшие государственные органы. Крестьяне жаловались на произвол феодалов, управляющих имениями, на арендаторов, которые незаконно увеличивали бремя феодальных повинностей, забирали имущество, жестоко издевались над подданными. Они жаловались также на чиновников различных рангов, обвиняя их в несправедливости при рассмотрении дел в судах, в том, что они защищают интересы магнатов и шляхты. До нас дошло немало подобных документов, где подробно говорится о тяжелом положении зависимых крестьян, произволе и издевательствах магнатов и шляхты. Однако, как правило, жалобы оставались без последствий или же власти выносили решения в пользу тех, на кого крестьяне жаловались.
Поток крестьянских жалоб, особенно в Галичине, на Волыни и Подолии, непрерывно нарастал В начале XVI в. он достиг таких размеров, что в 1518 г. польский король и великий князь литовский Сигизмунд I Старый издал специальное распоряжение о запрещении крестьянам жаловаться на панов.
Убеждаясь на собственном опыте, что жаловаться властям бесполезно, поскольку они защищают интересы эксплуататоров, крестьяне стали все чаще прибегать к более решительным действиям. Прежде всего участились случаи отказа от выполнения различных феодальных повинностей, особенно нововводимых или увеличенных. Так, уже в середине XIV в. на Закарпатье крестьяне в массовом порядке отказывались отбывать повинности в пользу феодалов, в связи с чем венгерский король Людовик в 1351 г. вынужден был произвести «унификацию» повинностей, несколько упорядочив их. В 1457 г. на Закарпатье прокатилась новая волна крестьянских волнений, в частности в Шаришском и Земплинском комитатах. Крестьяне отказывались выполнять барщину и другие повинности, вносить разного рода платежи, произвольно установленные феодалами налоги. Вооруженные крестьяне прогоняли сборщиков налогов и панских слуг. Они единодушно требовали «взимать дани по справедливости», не препятствовать свободному отходу «по старому обычаю». В некоторых селах протест крестьян вылился в стихийные вооруженные выступления. Одновременно народные массы выступали и против усиления католической экспансии. Массовый отказ от выполнения феодальных повинностей имел место в конце XV — начале XVI в., во время русско-литовских войн, на Чернигово-Северщине. Местное украинское население резко выступило против администрации Великого княжества Литовского и литовских войск, активно поддерживало русскую армию. Во время выступления в 1508 г. группы украинско-белорусских феодалов, возглавляемых М. Глинским, против великого князя литовского, за воссоединение с Русским государством сельское и городское население украинских и белорусских земель, особенно Поднепровья, отказывалось от выполнения феодальных повинностей и проявляло неповиновение местной администрации.
Грамота о сборе податей в Перемышльской земле. Конец XIV в.
Крестьянские побеги. Одной из наиболее распространенных форм классовой борьбы на Украине в XV — первой половине XVI в. являлись побеги крестьян от угнетателей. Чаще всего крестьяне бежали из западных районов — j Волыни, Галичины, Западной Подолии, где феодально-крепостнический гнет был намного сильнее, чем на южных и восточных землях Украины. Крестьянские побеги, особенно усилившиеся в первые десятилетия XVI в., вели к потере феодалами даровой рабочей силы зависимых крестьян, а это сказывалось на их хозяйствах.
Феодалы восточных и южных земель, заинтересованные в притоке рабочей силы, стремились привлечь в свои имения беглых крестьян обещаниями различных льгот. Так поступали не только отдельные феодалы, но и управляющие имениями и замками великого князя литовского, которому принадлежали огромные земельные владения на Украине, особенно в малозаселенных районах. Более того, остро нуждаясь в дополнительных рабочих руках, феодалы Восточной и Южной Украины посылали в западные местности своих агентов, которые уговаривали крестьян переселяться к новым панам на льготных условиях. Это вызывало недовольство феодалов, из имений которых бежали крестьяне. Часто они обращались с жалобами к королю польскому и великому князю литовскому и настоятельно требовали, чтобы он запретил принимать беглых крестьян. В 1457 г. великий князь литовский издал грамоту, в которой обязался не принимать в свои владения беглых крестьян. Кроме того, в судебник Казимира IV (1468) была внесена специальная статья, предусматривающая максимальное наказание лицам, сманивавшим крестьян: «А который будеть люди выводити, а любо (особенно. — Ред.) челядь невольную, а хватить съ челядью того на шибеницю»[106].
