— Именно. И когда нам повар стал рассказывать о тонком контрасте вкуса изысканнейшей икры и чистого золота, с которым наш язык впервые встречается в таком сочетании, мне очень хотелось рассказать ему, что по аналогии надо было бы подавать бифштексы с медными шурупами, а супы с железными гвоздями. Оттеняя вкусом благородного металла всякие харчи.

Промолчал, однако, повару ведь невдомек, что я точно знаю — золото инертный металл и вкуса никакого не имеет, потому из него и делают зубные коронки. Это пара стальных зубов тут же устраивает во рту гальваническую батарею. А золото — нет. Да и с икрой вышла несуразица, я еще студентом был, когда оказался в Астраханской области с приятелями в пиковой ситуации — несколько дней вынужденно питались только черной икрой и коньяком. Больше ничего не было.

И если в первый день все было круто и мы собой гордились, то потом с удовольствием махнулись бы на борщ с жареной картошкой. Так что мы опять возвращаемся к прошлой теме. Можно изменить сознание людей, чтоб жрать алюминиевую фольгу было позором, а золотую — пределом мечтаний, можно выставить приоритетом потребление всего и вся, но на этом человек просто превращается в свинью. Меняющую раз в год авто и айфон на более навороченные марки, но от этого не перестающую быть свиньей.

Самый большой грех американцев на мой взгляд в том, что им была дана уникальная возможность действительно стать лидерами человечества, колоссальные ресурсы, полная безопасность — за обе мировые войны на территорию США упало полтора десятка снарядов которые выпустил полоумный японец с подводной лодки, то есть это оранжерейные условия жизни, а они все прожрали и просрали в буквальном смысле этих слов, и вместо уважаемого лидера превратились в мирового гопника, от которого всем соседям одни проблемы.

— У нас тоже ничего не получилось, вы же сами сказали. Коммунизм не построили, страна развалилась — метко подметил Паштет.

— Не скажите. Первоначальная задача была выполнена. И мало того — мы вынудили и соседушек, как им ни горько было, а тоже выполнять социалистические преобразования. Иначе их работяги устроили бы тоже раскардач, вот и пришлось тратить на чертовых пролетариев деньги и силы, давая этим мерзавцам то, что получили наши — и тот же восьмичасовой рабочий день и запрет детского труда и оплачиваемые отпуска и массу всего такого же.

— Вы уже говорили про восьмичасовой рабочий день — буркнул Паша.

— Знаете, сейчас это кажется вам данностью. Типа "неба голубого" и "солнце греет". Но совсем недавно всего этого и в помине не было. И это — именно наша заслуга, так бы черта лысого западные работяги бы получили все эти блага. Другое дело, что это вымарывается из памяти и старательно заваливается ворохом всякой шелухи, создающей белый шум. В СССР были только жюткие рЭпрессии и больше ничего хорошего, а солнце всходит на благословенном Западе. С распадом страны тоже не все гладко, чем дольше живу, тем подозрительнее мне становится. Понимаете ли, у меня все сильнее крепнет уверенность в том, что нашу страну гробили наши же правители, наша же элита самозабвенно пилила сук, на котором сидела. И соседушки нам помогали всемерно и от души, просто выкладываясь в рвении помочь нам сдохнуть.

— Знаете, это попахивает конспироложеством — хмыкнул Паша. Разговор чем дальше, тем страньше становился. И при этом Паштет вдруг понял, что он получает возможность, попав в прошлое — реально изменить будущее. Только вот беда — не знает он о том СССР, как получается, ничерта. Нет, честно читал, запоминал, но все, что толковал сегодня странный старичок как-то не вписывалось в устоявшееся впечатление.

Врач между тем выкопал в кармане еще пару блистеров с таблетками. привычно вылущил пилюли и всухую, без запивки, привычно проглотил. Усмехнулся тенью улыбки, сказал:

— Я, изволите ли видеть, живу в центре Петербурга. А там, на небольшом пятачке всего лишь за триста лет в результате заговоров устроили несколько дворцовых переворотов, убили двух царей, с нескольких сорвали короны, угробили и посадили толпу членов монарших фамилий, не говоря уже о куче разного менее титулованного народа. И не только цари от заговоров страдали, это просто известные фигуры.

Эсэр Канигиссер застрелил председателя ЧК Урицкого тоже не по бытовухе, опять же заговор был. Да в центре Питера куда ни плюнь — попадешь в историческое место с заговорщиками. Молчу про города с более древней историей — ту же Москву, а уж Лондон или Рим — так и вообще сплошной заговор на заговоре и заговором погоняет.

Вас не удивляет простой факт, что почему-то всякие утверждения про несского лоха или инопланетных аурочистов нимало не вызывают массивного воя и лавины возражений? А невинное и научно обоснованное утверждение о том, что заговоры — составная часть политической жизни государств и вообще человеческого общества — просто самум ненависти и опровержений. Дыма без огня не бывает, потому лично мне кажется, что это специально стараются затоптать весьма обоснованные подозрения, взамен выдав ерундовый бред о случайности и хаотичности всего происходящего.

Марионетки сами по себе пляшут, никаких кукловодов нет и быть не может, нет влиятельных групп, нет действующих элит, нет корыстных выгод, нет корпоративных и государственных интересов — все само, волей божией. Но такой взгляд вызывает очень неудобные вопросы.

— Хаос ведь был у нас и бардак. Много раз слыхал, что вся система прогнила — подначил его Паша.

— Не надо повторять глупости. Иначе придется вас спросить, почему это у нас в России только в двадцатом веке трижды под соусом "система у вас прогнила" приходили соседи нас грабить до костей, а в Англии та же монархия с чего-то не прогнила ни разу. И боюсь, что у вас не будет ответа на этот вопрос, разве что кроме "Королева у них авторитетная была". Или еще более иррациональное — англичане — оне особенные и все тут. Ну как, есть что ответить?

— Да ладно. Вы хотели сообщить что-то о своих подозрениях. Я, честно сказать, не надеюсь, что сразу же со Сталиным встречусь, но знать как СССР умирал может быть мне полезно — ответил уже серьезно попаданец.

Врач кивнул.

— Так вот должен заметить, что в 80 годы у нас в стране прокатилась волна катастроф — сказал старый лекарь.

— Человеческий фактор. Катастрофы есть везде и у всех, хоть и в той же блаженной Швейцарии бывают, а уж японцы со своей Фукусимой и совсем корку отмочили — хмыкнул Паша. Он чуточку троллил собеседника, что-то он слыхал о Чернобыле, но чтоб вот так, валом катастрофы и все злоказненные — ему казалось все же преувеличением. Чего — чего, а идиотов у нас в стране полным — полно. Любой, кто поездит за рулем машины, легко в этом убеждается за пару часов.

— То-то и оно, что катастрофы перед развалом Советского Союза были из ряда вон выходящими. Вопиющими и очень такими, кинематографичными, словно сценарии писал опытный мастер по хоррору. Разумеется, аварии и катастрофы всегда будут там, где человек портачит. Но это не означает, что отсутствует злой умысел напрочь. Тем более, что задача стояла вполне понятная — население должно было наглядно видеть, что их государство — дерьмо бесполезное.

Причем во всем. И эти катастрофы 80 — они из ряда вон, как в тогдашнем анекдоте, где "поезд столкнулся с пароходом, потому что на них сверху самолет упал". Понимаете, государство должно обеспечивать безопасность, это его основная задача. Что можно сказать хорошего про государство, если в нем поезд столкнулся с пароходом и так все время? Вот вы смеетесь, а к слову такая катастрофа была в США, еще до первой мировой — но там все ясно и понятно — из-за разлива реки так вышло. А у нас теплоход "Александр Суворов" во время круиза по Волге впилился в железнодорожный мост на полном ходу — не в тот пролет пошли. И стальная ферма как бульдозерным ножом срезала всю верхнюю палубу с рубкой, танцзалом и кинозалом. Только убитых — 176 человек, в том числе и штурман с рулевым, которые как бы в катастрофе и виноваты. По мосту шел товарняк с бревнами и от удара бревна посыпались в тот фарш из кусков теплохода, зрителей из кинозала и танцевавших. Жуткое получилось месиво, матерые судмедэксперты и то обалдели, когда там работали.

— И при чем тут заговоры? — удивился Паштет.

— Да я тоже считал, что не при чем. а оказалось, что было еще достаточно светло. В рубке два человека, трезвых, что характерно, опытных, обученных. И они полным ходом прут прямо в мост, отлично видя из окон рубки, что идут в стальную стену. И ни удрать не пытаются, ни повернуть, ни задний ход скомандовать. Словно их и нет в рубке.

У меня достаточно моряков было в пациентах, должен вам заметить — странно такое для этих мужчин. Их неплохо готовят. И психологически они не барышни сопливые. А тут — словно их и нет в рубке, словно они "кайтеном" управляют. Но ведь наши моряки — не камикадзе. Зато если предположить, что некто зашел в рубку и вырубил обоих, что в принципе несложно сделать, все становится вполне объяснимым.

Или попались мне фотографии по взрыву в Арзамасе, где на железнодорожной станции бахнул состав с взрывчаткой. 774 раненых, 91 погибший. Из ряда вон случай, хотя взрывы и раньше случались, но не с такими жертвами. А тут снесло кучу домов.

— Сами же говорите, что и раньше такое бывало — скептически сказал Паштет.

— Да, но на фото запечатлен гриб взрыва сразу после этого бабаха — многозначительно сказал врач.

— И что? Я таких фото в инете много видал.

— Но это 1988 год! Тогда не было у людей мобил с встроенным фотоаппаратом. Чтобы пленочный фотоаппарат подготовить к съемке — его расчехлить было надо, взвести, выставить диафрагму и выдержку, навести самому на резкость — а это все секунды. И гриб должен бы подняться высоко, а тут словно стояли наготове и ждали, и щелкнули сразу, как бахнуло. Понимаете?

Словно как с тем самым терактом по башням — оказалось, что в нужных точках стояла аппаратура и сняли со значительным операторским мастерством. И повторюсь — что ни катастрофа, то прямо хоть фильмы снимай. К слову и снимали, да. По тому же утонувшему "Нахимову". И по Чернобылю, где вроде бы тоже можно списать на молодецкую глупость, но опять же, как вспомнишь, что рядышком с АЭС был крупный и секретный военный объект, очень неприятный для наших соседей — а именно станция загоризонтного обнаружения пуска ракет — тоже задумаешься. Ведь понимаете ли, заговор — это не обязательно адская машина с часовым механизмом и не снайпер на крыше дома.

— Мне кажется, что вы что-то намудрили — заметил Паштет, судорожно думая, а что толку с рассказов об этих вычурных происшествиях.

— Вот, к примеру, царь Алексей Михайлович решил жениться. И серьезные люди ему и невесту правильную подобрали. А царю молодому другая невеста понравилась, неправильная. И этой невесте при подготовке к выходу так туго заплели косы, что у нее ожидаемо произошел спазм сосудов головного мозга и она упала в обморок, выйдя к царю. Этот казус случился прилюдно и очень вовремя, несчастную девушку тут же объявили "порченной" и сослали в монастырь, а царь женился на удобной серьезным людям невесте. Лишнее свидетельство тому, что и тогда не дураки жили, сейчас эта методика — тугое сжатие головы, пользуют дамы, страдающие от мигрени.

— Ну, изящно сделано, если и впрямь специально, а не от избытка усердия. Хотя опять же никакого документального сопровождения и твердых свидетельств. И получается опять голимая конспирология — примирительно, но твердо ответил Паштет.

Он глянул в окно, с грустью убедился, что туман стал еще гуще, хотя казалось бы — некуда уже. С другой стороны на душе было как-то тревожно, слова странного старичка убеждали в том, что портал будет в этот раз. Это с одной стороны радовало, с другой стороны напоминало те секунды, когда год назад перед открытой дверью спортивного самолетика Паштет решался прыгнуть с парашютом. При том зудело от понимания того, что надо как говорится в поговорке "перед смертью надышаться", не в смысле, что Паша собирался помирать, а в том плане, чтоб подготовиться лучше перед броском.

— Говаривал один римский император, что заговор до той поры не виден, пока не свершился. А потом уже поздно доказывать, потому как императора-то уже убили. И поди знай — коварных ли заговорщиков превентивно казнили перед самым тем как, то ли невинных зарезали зазря. Хотя есть способы прикинуть — было оно или не было — задумчиво сказал старый врач.

— Это вы о чем? — немного рассеянно спросил Паша, прикидывающий судорожно, что было бы лучше у этого собеседника узнать, не слишком углубляясь в дремучие дебри медицины и истории. Честно признаться, уже то, что врач рассказал про желудочные и кишечные беды, громоздилось в сознании Паши здоровенным ворохом и надо было спешно распихать знания по полочкам, пока не забыл, что да как. Поэтому попаданец не стал мешать лекарю болтать, в это время незаметно приколачивая гвоздиками на видные места памяти основные положения лекции об инфекциях.

— Научный подход, он же — здравый смысл.

— А вы — ученый? Я полагал, что вы практик, судя по вашей информации о лечении дизентерии — усмехнулся Паштет.

— Конечно. Ученые бывают блестящие (тут врач погладил себя по гладкой лысине), выдающиеся (выпятил животик яичком) и сложившиеся ( по-покойницки скрестил руки на груди, закрыв глаза и приняв постный вид). Так что, как видите — я блестящий ученый — улыбнулся довольный розыгрышем лекарь.

— И что подсказывает вам здравый смысл? — посмеявшись, спросил Паша.

— Здравый смысл, если уж толковать о конспирологии и ее основных темах последнего времени, говорит мне, например, что любое научное открытие обязательно дает "круги по воде", это такое шило, которое в мешке не утаишь. Изобрели обжиг глины и черепки от горшков с кирпичами подтверждают это открытие. Научились плавить медь — и вот уже везде археологи находят кинжалы, шлемы, бусы и браслеты. А мы пользуемся медными проводами. Изобрели порох — пожалуйста, батальоны мушкетеров, батареи орудий, фейерверки по праздникам.

Даже секретные изобретения о себе дают знать — появились радары, а сразу же за ними — микроволновки, использующие один из побочных эффектов этого процесса. И тут же меня пытаются убедить, что американцы катались на Луну, словно студенты на трамвае — и это никак себя не проявляет, хотя доставка нескольких людей на Луну и возвращение их живыми обратно означает колоссальный прорыв сразу в нескольких областях.

Это означает потрясающую систему жизнеобеспечения, сверхмощное средство доставки, великолепную систему управления, что возможно применить в самых разных областях. Да с такой системой жизнеобеспечения можно легко колонизировать морское дно, к примеру. Ан вдруг оказывается, что через сорок лет эта система лучше у русских.