Енот поднял глаза и громко произнёс:
— Поясняю для простоты. Если кто в течение суток избавит город от нежити близ кладбища на Старой Мельнице, то он получит всё что причитается лису по контракту, а Реар Дальни избежит наказания. Поэтому я даю вам пять минут чтобы решиться, и пойти на Старую Мельницу. Если же желающих не найдётся, то приговор вступит в силу. Так сказал уважаемый глава города Фараст Неплохослышащий. И да будет так.
Енот достал из кармана песочные часы и перевернул их:
— Время.
А свет палящего Батта заливал площадь, и даже редкие облака не могли умерить пыл этого жаркого светила. Хитрость барса стала ясна: с одной стороны он, играя в благородство, дал шанс лису на избавление от наказания. А с другой стороны он учёл, что желающих пойти на гибель будет мало. А того хуже, для рискнувшего помочь был шанс, не выгнав нечисть, разделить участь осуждённого с этим наёмником-магом в случае, если при этом удастся остаться в живых. Так что ожидать наплыва желающих не приходилось, а скорее всего таких вообще не будет.
Стою и пускаю трубочкой разноцветные пузыри, на изнанке вся эта площадь сейчас выглядит как хаос, переплетение нитей вероятностей, но лишь некоторые из них имеют отношение к заключённому, заметив, что несколько светлых нитей связывают отчётливым треугольником (простейший контур светлых энергий, однако!) мэра города, заключённого и мою команду, решаюсь. И быстро, пока последние крупицы песка не упали на дно песочных часов выхожу на помост, опершись на руки несколько ошарашенных стражей.
— Ты желающий?
— Именно, с этого момента обязуюсь выполнить в течение суток обязательства по избавлению города от нечистой силы на Старой Мельнице около старого кладбища.
— Протяни руку,— енот был недоволен, явно не ожидал, что найдётся защитник, взявший на себя ответственность за Реара, поэтому метку на ладонь (Магическую, жжётся гадина!) он ставил явно так, чтобы побольнее было.
— Это магическая метка, гарантия того, что ровно через сутки ты вернёшься сюда, в любом виде, живом или мёртвом, исполнившим или нет, так что бежать не советую.
— И не собираюсь, только дайте проводника до Мельницы, да час на сборы. И ожидайте завтра.
В проводники мне приставили основу службы Надзора — старшого Стро, это был волчара с шерстью странного серо -серебристого цвета, с остевым волосом черного цвета. Старшой попытался было увлечь сразу меня за собой. То, как он при этом держался говорило — он мне не доверяет. Пытаюсь разрядить обстановку.
— Старшой, не держите на меня зла, я ж действительно собираюсь на Старую Мельницу, мне с друзьями нужно только забрать оружие, да защиту в гостинице, ну а после этого мы сразу и двинем туда, потому пойдем сейчас в "На удачу" мы соберёмся, а вы пропустите пока за наш счёт чего— нибудь согревающего...
Старшой, вертел в лапах символ своей власти — короткий жезл, заряженный магией, аналог Земного парализатора. Подумав, он согласился. Пока мы шли в гостиницу, Хво сходила с ума и порывалась поговорить, но каждый раз сбивалась с мыслей и не могла довести до конца ни одного предложения. И-стик, тот вообще носился кругами, как сумасшедший показывая, что он полагает о моём решении активной жестикуляцией. Так мы и дошли до противоположной стороны площади, возле трактира нас ожидал еще один представитель Надзора в чине старшого, это была Куница в рыжем сюртуке с пером за ухом, она держала в лапах некоторое странного вида устройство, когда мы подошли ближе, она бросила взгляд на прибор и удовлетворённо хмыкнула,— Уважаемые,— ты и ты, она тыкнула в меня и в Хво,— вы уже три дня в городе, потому я выношу вам официальное предупреждение, если вы не приобретёте гражданство в течение следующих шести дней, то я вас арестую как бродяг. А это, я вам скажу будет означать несколько недель работ на полях.
Хво наконец обрела чувство речи:
— Эй уважаемая, мы то считай явились только что, а уже собрались гражданство приобретать, так что подруга ты зря дело до нас пришла иметь. Во!— Выдра подняла палец вверх.
— Уж не на Старую Мельницу ли вы собрались?— Голос куницы сочился сарказмом, ибо она точно знала, что только этим способом пришельцы без больших денег могли приобрести гражданство без обязательной в таких случаях отработки. Обычно инородцев через неделю после их обоснования(если они не догадывались к сроку уйти из города сами) ловили и препровождали месяца на три на поля, на общественные работы, после которых и приобретали они право на гражданство, а город некий профит. Так и город избавлялся от бродяг, и имел с этого вполне неплохие доходы, регулярные, хотя и небольшие.
— Да уж, подружка, на её родимую, уж кому как не нам избавить город от того, кого и целым городом без нас не могли до этого прогнать,— выдра выпалила эту фразу и сразу скрылась за моей спиной, так как куница стала уж совсем откровенно и довольно зло на неё посматривать, а последние наглые слова вообще довели её до состояния близкого к бешенству.
Что касается И-стика, то парень всё это время старался показать всем своим видом, что он вообще тут ни при чём и к нам не имеет отношения, что-ж вполне его понимаю, но, раз уж он слуга, то пусть несёт и свою долю ответственности, потому ловлю его за лапу и тащу за собой. Гепард понуро идет внутрь трактира. Нацепив на себя всё припасённое железо, через четверть часа выходим. Всё же здорово, что плетение кольчуги здесь так изменили, что она почти не защемляет волосы и не дёргает за них при движении, иначе часто бы встречались голые стражники с воспалённой кожей — это преимущество местного обмундирования я успел прочувствовать на своей шкуре пока спускался вниз по лестнице.
Сзади раздался шум и по лестнице с руганью, лязгая, скатился гепард, пытающийся остановится, докатившись до основания лестнице он сел на пушистый зад и помотав головой бросил в никуда:
— Ну кто так строит, а? Ну кто так одевается, а?— Потом попытался подняться, но не смог, хорошо что вышибала барсук был рядом, тот поднял его за шиворот, немного покачал на вытянутой лапе и осторожно поставил на пол, после этого отряхнул и тихо добавил от себя,— И больше не шали, не для того строили, чтобы всякие глупые гепарды наворачивались на лестнице. Понял,— и слегка провёл когтями по чешуйчатой поверхности кольчуги, от чего раздался противный скрип. И-стик судорожно кивнул, А Ерда Двайн уже повернулся ко мне,— Что Дабби уже идёте?
— Да, пора,— по лестнице, почему то хвостом вперёд спускалась выдра, цепляясь за стену когтями, я заморгал глазами — уж чего только не приходилось наблюдать в течение жизни, но эдакого ещё не видал.
— У Хво проблема с хво... стом?— хором пропели служанки кошечки, которые не совсем случайно подошли к входу на второй этаж именно к этому времени.
— Наденьте эту тяжесть сами, да ещё в лапах путается,— выдра перешла в наступление,— счас вы от меня получите, и попыталась быстро развернуться и пробежать несколько шагов до Радды с Даррой. Ровно на втором шаге её лапы заплелись и она грохнулась на пол. Двайн вздохнул и, подойдя, помог Хво встать. Та опять было дёрнулась, но лапа барсука не дала это сделать. Наш проводник и уже встречавшаяся нам куница — старшой надзора сидели около стойки и тянули какое-то густое пойло, повернувшись к нам последняя произнесла,— Понятненько, это и есть могучее войско которое избавит город от кладбищенского пожирателя? Ну, ну. Только учтите,— кружка ткнулась мне в грудь,— если вы не справитесь, то поля вас ждут, а я считаю, что это неизбежно, так, что? Может прямо сейчас за мной пойдёте, как говорится, раньше сядешь, раньше выйдешь?
— Не торопись,— старшой волк, — опустил свою лапу на лапу куницы,— они уже под обязательством перед высоким судом и городом. Так что пойти они просто обязаны. Земля им пухом.
— Ну если так,— куница ухмыльнулась и произнесла,— тогда, господа, выгнать эту мерзость ваш долг и, более того, последний шанс остаться в городе. Если у вас не выйдет, живыми мне не попадайтесь.— Подумала и добавила,— и мёртвыми тоже.
— А что так,— старшой удивился,— ведь при неудаче поля их и так ждут да надолго, почему последний шанс.
— Просто из-за таких ловкачей — как эти в свой срок у меня братишка пропал,— оскалилась куница,— тоже были олухи, мол чего нам стоит выгнать хищника из подвала. Ну и "выгнали", а мой брат на следующий день по дури и полез туда проверять, мы тогда только вторую неделю в Надзоре служили.
Куница вздохнула:
— То что хоронили, поместилось в шляпной коробке. А тех умников я потом три недели по углам искала. Так что их и хоронить не пришлось.
— Ну, ну, не надо так строго,— старшой похлопал куницу по лапе и встал вздохнув,— пошли, отведу я вас, а то действительно придётся прямо на поля вас вести, для скорости,— и он подмигнул левым глазом, потом повернулся и не спеша прошёл к выходу, его серебристая грива развевалась в такт шагам, действуя почти гипнотически.
Поворачиваюсь к барсуку:
— Спасибо за помощь Ерда, а то мы наверно смотрелись как группа комиков на представлении.
Двайн почесал нос и протянул лапу:
— Не за что и... удачи. Она вам пригодится.
Подняв примостившихся было товарищей я потащил их к выходу, хорошо что кольчуги не слишком гремели при ходьбе, иначе о позоре, с которым мы покидали трактир, вспоминали бы ещё долго. Дарра и Радда вышли на порог и некоторое время молча стояли, глядя как гремя как старые кастрюли друг о дружку, не спеша, мы тащились за старшим городского Надзора, время от времени волк оборачивался, и ждал, когда же мы доплетёмся с этим грузом до него. Судя по тому как тот качал при этом головой в наше предприятие он не верил ну ни на грош.
Подул ветер, ветер был прохладен, но не принёс свежести, а только поднял пыль, да сорвал со столба одно из объявлений, которое долго летело в след удаляющейся группе.
* * *
Куда идём за старшим мы,
Кольчугами гремя,
Куда бредём и за каким
Чертякою в полдня?
Туда идём мы, следом в след,
И волк наш проводник,
Туда бредём и где нас нет,
Дойдём мы напрямик.
И там оставит нас одних
И сам тогда уйдёт:
Мы будем биться за троих,
А он не идиот.
Ведь он оставит нас внутри
Наверно помирать.
Недолго будет он, пойми,
Нас в мыслях поминать.
Но мы пока еще идём,
За волком в страшный дом,
И нежить ежели найдём,
То будем ей судом.
Нам помереть не суждено,
Не волку это знать,
Команду волку не дано,
В таверне поминать.
Но это только впереди,
Пока же мы бредём.
Дом этот надо нам найти,
А битва лишь потом...
* * *
Приближение команды к нужному месту ощущалось почти физически, чем ближе мы подходили к Старой Мельнице, тем меньше попадалось навстречу нреков, тем грустнее становились их морды и реже слышались шутки. Прохожие старались пробегать не останавливаясь мимо, дома стояли по сторонам в лучах Батта какие — то блеклые, будто выцветшие, в спину дул неприятный холодный ветер, несущий лишь мусор да пыль.
Когда очередной, особенно неприятный порыв ветра заставил обернуться назад, мне на морду буквально наклеился листок объявления (глаза закрыл — тот и приклеился...), когда я его отодрал от шерсти то прочитал следующее : "Срочное изгатавление памятников, оград покраска и иные дела пахаронные. Обращаться на улицу Мёртвой Хватки, дом кирпичный, спросить Морра Грра".
— Чего там у тебя?— Хво тяжело дышала — видно было что кольчуга тяжела для неё, впрочем И-стик был в не лучшей форме. Со мной дела обстояли получше, но тому были свои причины, как — то пришлось в последнее время много ходить, да и не оставил я вес кольчуги на плечах, слегка её облегчил, жаль что могу это сделать только для себя, правила рычага никто не отменял и чем дальше я бы попытался магически приподнять кольчугу, тем больших сил это бы потребовало без сложного закрепления, а времени и сил было похоже в обрез.
— Дрянное объявление,— мну лист и выбрасываю его,— Исти ты как? Что— то я гляжу ты совсем выдохся.
— Я... да... ничего,..— гепард стоял опершись передними лапами на колени, передыхая.
— Эй, уважаемый старшой, долго ещё?
Старшой, стоявший немного далее и ожидающий нас, пожал плечами,— Да уже за поворотом. Но может всё же бросите это дело, я гляжу вам уже туго, так что шансов у вас и нет, практически. А поля ждут, и работа там хоть и не сахар, но с голодухи не пропадёте, да года через три, глядишь и гражданство получите, а?
— Э, старшой, нет, не гляди что мы тут корячимся, нам не в перегонки гонять, а для нечисти защита у нас самый раз, да Хво?
— А то!— Хво залихватски наклонила шлем на голове,— мы на него кольчуги как все три нацепим, тут ему и конец придёт. От тяжести,— и ткнула меня в бок.
Гепард, наконец, выпрямился:
— Пошли... Что-ли... Дальше... Уже близко...
И правда, стоило зайти за угол, как перед нами появился Дом...
На вид дом не представлял собой ничего особенного: небольшая башенка о трёх этажах, оставшаяся от остова старой ветряной мельницы а после того, как мельница перестала функционировать — она была перестроена и обрела три этажа с окнами, смотрящими в разные стороны, эта башня с крышей в виде колпака была фактически окружена одноэтажным зданием, где раньше обреталась семья мельника, да его конторка для приёма зерна и выдачи муки. Также, судя по всему к дому прилегал огород: на первый взгляд площадь всего этого богатства была сотки в три, впрочем площадь дома была не намного меньше, так как раньше половину дома, скорее всего использовали под склад. Был ли подпол и каков он был — можно было только догадываться, также непосредственно перед и с каждого бока дома рос садик с плодовыми деревьями, на вид что-то вроде земных яблонь, вишен и груш. Сад был в запущенном виде, за газоном никто не следил, да и за деревьями, похоже тоже, что и не мудрено с теперешним жильцом. Забор перед домом был чистой формальностью, высотой до колена. Да, судя по дому, когда-то это было довольно богатое жильё, не купеческое правда, да и не дом для элиты города, но дом говорил о том, что его владелец — довольно зажиточный горожанин, не испытывающий нужды, с приличным заработком.
И всё бы хорошо, да с момента как здесь поселилась нежить, на всём этом "благосостоянии" как будто бы появился некий налёт страха, а от вида дома пробирала внутренняя нервная дрожь, от дома исходили эманации подавленности и некоторой обречённости. Не мудрено, что все дома в округе были уже несколько месяцев как покинуты жильцами, а на улице нельзя было увидеть ни одного прохожего.
— А где собственно кладбище о котором говорили, когда посылали нас сюда?
— Если обойти по проулку дом, то как раз придомовая территория примыкает к старому кладбищу, которое уж давно выглядит как очень широкая аллея с мини парком посередине, впрочем, если каким-то чудом вам удастся избавится от этой гадости, то сами сможете увидеть.— Волк говорил не очень решительно, и видно было что около этого дома чувствовал себя неуверенно и неуютно,— Прошу внутрь, и побыстрее, а то мне тут стоять уж больно неприятно...
