Танцующая со Смертью. Лабиринт надежды

— Эль... — озадачено посмотрев на меня, Дарракши-Лан чуть придвинулась ближе. — С тобой все хорошо?

— Угу, — напряженно протянула я.

— Ну что тут опять?! — буквально подскочил к нам Правящий и застыл на месте, удивленно наблюдая, как сосредоточенно я осматривала ближайшие кусты. — Могу я спросить, что тебя так рассмешило, радость моя? И что ты там потеряла?

— Нет, не можешь, — отмахнулась я, даже не повернувшись к нему лицом. — Поверь, это ради твоего же самолюбия.

— Мое самолюбие как-то зависит от этих зарослей? — в голосе мужчины явно звучала насмешка.

— От них зависит все, — многозначительно произнесла я, повернулась к нему, и, словно смутившись, потупила взгляд. В голове созрел план. — Мне необходимо уединиться.

— А больше ты ничего не... Хм... — мужчина быстро замолчал, видимо поняв, на что именно я намекала. — Проклятье! А потерпеть ты никак не можешь?!

— Я уже и так целый час терплю! — возмущенно пробормотала я и упрямо сложила руки на груди.

— Ладно, пошли, — обреченно вздохнув, полукровка направился к густым кустам.

— Я, конечно, понимаю, что пленники не имеют никаких прав и привилегий, но все же думала, что хотя бы немного уважения к себе заслуживаю, — я не двинулась с места, посмотрев на него сузившимися от злости глазами.

— В чем на этот раз проблема? — надо отдать должное, терпения Ричарду было не занимать.

— Я лучше лопну, чем стану делать это перед тобой.

— Чтоб тебя! — и все же Правящего надолго не хватило.

Глянув на меня так, что волосы на голове встали дыбом, он жестом подозвал к себе одну из следивших за нами женщин и указал на меня.

— Проводи ее и смотри, чтобы не сбежала.

— Мне нет резона бежать пока в твоих руках Чувствующие и тебе это прекрасно известно, — пробормотала я и под пристальным взглядом нового конвоира быстро направилась в сторону.

"Козлиный корень" был не редкостью и рос практически везде, будь то грядка, поле, город или лес. Однако чтобы отыскать его требовалось время, которого у меня не было. Тьма побрала бы этого полукровку! Ну кто просил его отправлять со мной еще кого-то? Ведь он прекрасно знал, что мне даже в голову не пришла бы мысль о побеге. Теперь вот приходилось изображать из себя полную дуру и придирчиво разглядывать каждый попадавшийся на пути куст.

— Ну а этот-то чем тебя не устраивает?! — уже, наверное, в восьмой раз спросила женщина, когда я вновь вылезла из очередного кустарника и горестно вздохнув, покачала головой.

— Там муравьи! — пожаловалась я. — А они, между прочим, кусаются!

— Если ты сейчас же не найдешь себе подходящий туалет, то узнаешь, как Я могу кусаться! — не выдержала она.

— И давно у тебя такие наклонности, позволь узнать? — удивленно протянула я и тут же заткнулась, заметив, как потемнели от гнева глаза разъяренной заговорщицы. Причем Воина, а с ними лучше было не шутить.

Пробормотав, что попробую справиться побыстрее, я обогнула стоящее на пути дерево и глубоко вздохнула. Дольше тянуть я не могла, а заветная травка все так и не находилась. Нет, ну почему, когда не надо, всего всегда было вдоволь, а сейчас, как назло... Я замерла, заметив темно-красные листочки, растущие у самых корней дерева. Сердце пропустило удар. Неужели? Собрав волю в кулак, я заставила себя двигаться как можно спокойнее, чтобы не дать сновавшей рядом женщине повода усомниться в истинном назначении этого небольшого похода. Минута-две и вот драгоценные стебельки оказались у меня в ладони.

— Ну что, скоро ты там? — раздалось неподалеку.

— Иду, — поднявшись с корточек, я запрятала "козлиный корень" в длинный рукав платья, радуясь, что каким-то чудом в наступившей темноте смогла разглядеть заветное лекарство, и поплотнее закуталась в прихваченный в палатке мужской плащ.

— Давай быстрее, холодно все-таки!

— Поверь мне, я это чувствую гораздо лучше тебя, — тихо пробормотала я, появившись из-за деревьев, и с завистью осмотрела ее с ног до головы.

Кожаные высокие сапоги, явно теплый, толстый добротный плащ, защищавший от ветра, перчатки. Куртку и брюки, которые так любили представительницы нашей гильдии, видно не было, но я была уверена, что качеством и теплом они не уступали уже увиденному мной. Ей явно было намного теплее, чем мне, в тоненьком платьице и чужом плаще. Отвернувшись, я глубоко вздохнула и выдохнула, постаравшись расслабиться и не думать о пронизывающем насквозь ветре, как делала это последние несколько часов.

Нас ждали с нетерпением. Стоило только появиться перед Ричардом, как тот мгновенно оказался рядом и до боли сжал мое предплечье, подтолкнув вперед.

— Надеюсь, ты не пытаешься меня обмануть, дорогая? — в тихом шипении мужчины послышались нотки ярости и напряжения.

— Обмануть? — меня бросило в жар при мысли, что он догадался о моих действиях.

— Решила потянуть время? — он ускорил шаг, оказавшись во главе отряда. — Не думаю, что это хорошая идея, малышка. Я не терплю непослушания.

— А ведь ты боишься, — внезапно заметила я. — Боишься, что они найдут нас быстрее, чем мы доберемся до вашего логова. Вот только кого, интересно, страшишься больше, Десмонда или Дана? А может Грейгора? Мой наставник весьма поднаторел за свои годы в искусстве ведения боя.

— Я бы на твоем месте замолчал и не выводил меня из себя, Рианоэль, — по голосу полукровки теперь было невозможно понять его чувства, но напряжения скрыть ему все же не удалось. — Я всегда гордился тем, что не поднимал руку на женщин, но если ты не закроешь свой рот, мне придется отойти от этого правила.

— Так значит, ударить самостоятельно не можешь, а вот посылать своих людей на убийства — пожалуйста? — я едва поспевала за Правящим, который так и не отпустил мою онемевшую руку. — Какие интересные у тебя принципы.

— Поверь, они покажутся тебе еще более интересными, если сейчас же не заткнешься!

Я решила послушаться совета, тем более что бежать и разговаривать было не слишком удобно. Да и стальная хватка мужчины причиняла очень даже ощутимую боль. Меня интересовало одно: как скоро должен был закончиться этот марафон, и я смогла бы дать противоядие ученикам. Про собственное состояние думать было некогда, а за Ниссу я была спокойна, все-таки Дарракши-Лан не зря так боялись люди. Нечисть есть нечисть, у нее свои способы борьбы за жизнь. Да и нашей безопасности, учитывая то, что нигде не было даже намека на присутствие Рейны, ничего не угрожало. Хотя, возможно в этом был виноват блок Ричарда.

Ноги гудели от усталости, горло пересохло и безжалостно болело, тело, словно одеревенело, а зубы от холода против воли выбивали монотонную дробь. В голове пронеслась мысль, что если Правящему я нужна была в роли жены и матери наследника, то ему стоило бы немного обеспокоиться некоторыми деталями моего состояния. Как же было плохо... Но я упрямо молчала, прекрасно понимая, что ребятам приходилось намного хуже. Первой, однако, не выдержала Нисса.

— Если вы планировали нас убить, то могли сделать это сразу, а не доводить до измождения, — как бы, невзначай заметила девушка. Никакой реакции. — Или же вам, ребята, нравится мучить людей? — снова молчание. — Мда... И это нас еще обвиняют в жестокости!

— Заткнись, тварь, пока я не помог тебе это сделать! — раздался справа низкий мужской голос одного из заговорщиков. — Ты явно не принадлежишь к числу людей, так что и на снисходительность не рассчитывай.

— Ты мне тоже очень нравишься, красавчик, — ехидно отозвалась подруга. — Именно тебя я и убью первым.

— А ну...

Позади нас раздался характерный звук пощечины. Споткнувшись, я попыталась обернуться, чтобы убедиться, что с Ниссой все в порядке, но была остановлена Ричардом.

— Замолкни, Карл, и убери от нее руки — это приказ.

— Но эта тварь...

— Ты смеешь мне перечить? — полукровка чуть снизил темп и, оглянувшись через плечо, посмотрел на мужчину. — Действительно смеешь?

— Нет, господин, — спустя пару секунд заминки глухо пробормотал тот, — не смею. Я был не прав.

— Помни об этом, — холодным тоном закончил Правящий, и в кое-то веки взглянув на меня, внезапно напрягся. — Осталось совсем немного, ты сможешь дойти сама?

Сказать, что я была удивлена — все равно, что ничего не сказать. Мне послышалось, или в его голосе действительно были обеспокоенные нотки? Переживал? За меня?! В голове промелькнули две мысли: либо Правящий сошел с ума, либо я действительно напоминала окоченевший от холода труп. В лучшем случае — нежить. Я попыталась ответить положительно, искренне надеясь, что он обратит свое внимание на кого-нибудь другого, но губы наотрез отказывались шевелиться, поэтому пришлось лишь кивнуть головой.

— Действительно? — недоверчиво протянул мужчина. — Что-то мне так не кажется.

Не дав мне опомниться, он подхватил меня на руки и понес дальше, ничуть не сбавив шага. А я что? Мне оставалось лишь прижаться к нему еще ближе и спрятать заледеневшие руки у него на груди. Гордость гордостью, а умирать от переохлаждения я не собиралась, к тому же, весила я порядочно, явно больше перышка, как любили приукрашивать правду поэты, так что удовольствия таскать мое замерзшее тело по лесу было минимальным. Заглянув за плечо полукровки, я заметила, что мои ребята точно также несли на руках измученных целительниц и пешей осталась лишь Дарракши-Лан, выносливость которой объяснялась ее расой. Нечисть может выслеживать свою жертву целыми сутками, отказывая себе в еде и отдыхе.

Прошло совсем немного времени, прежде чем Ричард, наконец, остановился и указал кивком головы одному из отряда на черневшуюся впереди стену. Я заставила себя собраться и пристальнее вглядеться туда, куда только что убежал мужчина. Не стена, а скала, уходившая далеко в небо, возвышалась сейчас над нами. Рассмотреть что-нибудь в наступившей темноте было практически невозможно, поэтому пришлось вместе с остальными дожидаться возвращения гонца.

— Все в порядке, они нас ждут, — доложил спустя некоторое время мужчина.

— Лилиан уже добралась?— судя по тону, Правящего это не слишком то и волновало.

— Еще нет, — последовал ответ.

— Ну что ж, у нее все еще есть шанс, — равнодушно произнес полукровка и двинулся прямо на скалу.

Какое интересное, однако, было у заговорщиков логово... Хотя нет, логовом можно было назвать особняк, а это скорее, тайное убежище, где они могли чувствовать себя в полной безопасности. Внутри скалы оказалась очень глубокая пещера с множеством переходов и ответвлений, которые некие умельцы переделали во вполне уютные (по меркам пещерной жизни) комнатки. В одну из них нас и завели.

— Девушки останутся здесь, а вас, молодые люди, мне придется попросить еще немного прогуляться со мной, — произнес Ричард и опустил меня на сделанный из сваленных в кучу одеял лежак. — Карл, Марта, присмотрите за нашими гостьями, пока я не разберусь с остальными.

— Да, господин, — дружно ответили мужчина, сцепившийся по дороге с Ниссой, и сопровождавшая меня женщина.

— И держи себя в руках, Карл, — напомнил полукровка, многозначительно взглянув на высокого широкоплечего блондина с густой бородкой.

— Слушаюсь, господин, я вас не подведу.

— Куд-да ты их ув-водишь? — все еще стуча зубами от холода, едва вымолвила я и вцепилась одеревеневшими пальцами в подол плаща Ричарда.

— Не волнуйся, Рианоэль, этим юношам предоставят не менее роскошные апартаменты, чем вам. Не могу же я разочаровать своих гостей.

— Здесь всем места хватит, — я попыталась подняться, но ноющие от усталости ноги попросту отказывались слушаться. — Оставь их здесь.

— К сожалению, не могу, — излишне печально вздохнул полукровка, — пока ты будешь беспокоиться за их безопасность, я могу рассчитывать на твое повиновение. Считай это моей страховкой.

— Не волнуйтесь, госпожа, с нами все будет в порядке, — попытался подбодрить меня бледный от переутомления и плохого самочувствия Майкл.

— Позволь мне хотя бы убедиться, что они не погибнут из-за той гадости, что ты им подлил! — я упрямо поджала губы и все-таки поднялась на дрожащие ноги.

— Я ведь уже говорил, что отвар не причинит им особого вреда, лишь временно ослабит и лишит силы, — недовольно посмотрел на меня мужчина. — Ты не доверяешь моему слову?

— А я должна тебе доверять? — искренне удивилась я. — Ты мне не муж и не любовник, коими так стремишься стать, не брат или отец, и даже не друг! Да и вижу я тебя всего во второй раз в жизни. Мне абсолютно наплевать какие планы ты строишь относительно меня, но вредить своим ребятам я тебе не позволю, чего бы мне это, ни стоило.

— Какие громкие слова... — холодно протянул он.

— Ты знаешь, что это правда.

— Именно это меня и удивляет, — усмехнувшись, он резко отвернулся и посмотрел на целителей. — Можете подойти к своей найрин, детки, но не советую вам заставлять меня долго ждать.

Дважды повторять не пришлось: едва Ричард закончил фразу, как шестеро парней, едва не сбив его с ног, ринулись ко мне. Я все-таки не удержалась на ногах.

— Госпожа, не переживайте, мы обязательно что-нибудь придумаем, — одними губами произнес Майкл и опустился на корточки рядом со мной.

— Да, мы вас не бросим! — поддержали его ребята.

— С нами все в порядке!

— Никакой отвар на нас не действует, — твердо прошептал самый младший из парней посиневшими от холода губами.

Я даже не знала, плакать мне или смеяться, наблюдая, как храбрились мои ученики. Старались не выдать своего измождения и страха. Дети выросли. Вот только глаза выдавали их с головой.

— Значит так, — я даже не пыталась понизить голос, прекрасно зная, что Правящий все равно услышит каждое слово, — кажется, пришло самое время напомнить вам ваше обещание беспрекословно меня слушаться и выполнять все, что я скажу. Поэтому, во-первых, — я посмотрела на опустившего взгляд Майкла, — вы немедленно оставите свои -идиотские планы по освобождению, а во-вторых, дадите мне слово, что не будете нарываться на неприятности. Мне и так хватает головной боли. А теперь помолчите минутку, и дайте мне удостовериться в вашем состоянии.

— Как будто у вас на это есть силы, — едва слышно пробурчал один из ребят, за что заслужил увесистый подзатыльник. — Ащщщ...

— Попререкайся мне тут, — процедила я сквозь зубы, в который раз убедившись, что эти негодники замечали абсолютно все. — А ну-ка повторите мне все триста заповедей и правил поведения истинного Чувствующего.

— Что?

— Прямо сейчас?!

— Нет, завтра! — раздраженно фыркнула я и обхватила ладонями лицо Майкла, порадовавшись тому, что он сидел спиной к полукровке. — Вспоминай, родной, вспоминай, напрягай мозги.

— Госпожа...

— Молчи и вспоминай! — едва слышно прошипела я, резко перебив парня, и незаметно засунула ему в рот несколько листиков "козлиного корня". — Не смей думать ни о чем другом, кроме заповедей! И вы тоже, — добавила я, быстро взглянув на остолбеневших целителей.

— Триста заповедей? — во взгляде старшего Чувствующего появилось понимание. Чуть отстранившись, он переглянулся с друзьями и, чуть повысив голос, начал, — Первое правило гласит, что в любом месте и в любое время Чувствующий должен быть готовым придти на помощь больному или раненому. Второе...