Книга 1. Дневник Странных Путей

— Фантомы. Круг их не пустит, до рассвета мы в безопасности. А там посмотрим.

— Ты серьезно сможешь уснуть с этими страшилами под боком? — недоверчиво переспросил Рамирос.

— Главное, чтобы линии были целы. Вадик, ты сегодня возьми с собой Тёму, ладно?

Когда подогрелся ужин, испуганный Тимофей даже не стал клянчить добавки, а при первом же удобном случае забрался в хозяйскую палатку. Махнув рукой, мы не стали возражать. Вадик только проследил, чтобы его спальник остался свободным, устроив пса на ночь на мешке с запасной одеждой.

К моменту заката к двум страшилам присоединились еще три, подкравшись с востока.

Выспалась замечательно: как ни странно, но и комары сегодня нас не трогали. Бодро вылезла из палатки и принялась умываться. Когда у костра показались парни, я уже почти приготовила завтрак.

— Ну, как спалось? — поприветствовала командира, — меня комары, ну совершенно не кусали...

— Ужасно, — вид у Рамироса и в самом деле был неважнецкий, — эти страшилы всю ночь валежником трещали. Я еле заснул...

На Вадиковой палатке прожужжала молния, и к нам присоединились студент с псом. Судя по их виду, оба тоже спали плохо.

Раздав всем троим завтрак, предложила:

— Если хотите, можем сегодня туда не ходить — посидим, порыбачим, почитаем дневник...

— Нет! — решительно отрезал Рамирос, — как раз стоит пойти. Надо обследовать все на хуторе, хотя бы начерно.

— Интересно, сегодня эти монстры появятся? — хмуро поинтересовался Вадик.

— Все может быть, — пожала плечами, — кажется, вчерашние гости были результатом находки дневника...

— Если и сегодня они появятся, то буду в этом убежден...

— Ты же вроде как был за подобные события? — с улыбкой подначила студента.

— Тогда был за, а теперь же... не уверен...

— Почувствовал разницу между книгами и жизнью, — с пониманием кивнула, — ничего, привыкните, и, чего доброго, потом спать не сможете без такого сопровождения.

— Не дай бог!! — парни отозвались хором.

Осторожно оглядевшись, мы пересекли круг и направились по тропе к хутору. Обследовав к вечеру все хозяйственные постройки, не нашли ничего особенного — обычные мелочи, каких в любой деревне навалом. Снова подновив на закате круг, расселись вокруг костра и принялись зачитывать дневник старовера вслух. На этот раз читал Вадик. Не успел он одолеть и двух страниц, как Рамирос присвистнул и показал на запад — на фоне темной поросли появилось нечто, напоминающее какое-то чудовище вроде динозавра, состоящее из черного, слегка даже клубящегося тумана.

Тимофей взвизгнул и спрятался в Вадиковой палатке.

— Разнообразие, — присмотрелась к силуэту, — вот только интересно, откуда у тех древних северян были знания про ти-рекса?..

— Вад, читай, — в полголоса сказал командир, — если они не отступают, значит, мы на правильном пути.

— Вот только знаете что?.. — добавила я задумчиво, — как могут быть связаны между собой староверы и легендарные язычники, жившие здесь до славян? Магия-то стопроцентно не христианская!

Парни одновременно пожали плечами. Вадик передвинулся поближе к костру и снова начал читать вслух, как раз добравшись до момента переезда Ивана сюда, к Белому морю. Я навострила уши. Вадик бубнил:

— Зимой, во время вьюги, Бог привел к воротам хутора старца. Больной весь, еле на ногах стоит, а добрался!.. Груня устроила болезного в теплой баньке, на старых тулупах...

С востока из кустов поднялись вчерашние великаны. Посмотрев на них, подкинула в костер ветку побольше и в полголоса подбодрила друзей:

— Мы почти нашли разгадку... читай, Вадик!

Студент перевернул страницу и продолжил рассказывать, как всей семьей раскольники выхаживали немощного старца, назвавшегося Кукшей, до самой весны. Когда наступило лето, старец пришел в себя, взбодрился, принялся помогать по хозяйству. Иван особенно хвалил умение старика отвадить от хутора дикого зверя — медведей от борти, от коров и прочей скотины, даже гнус и оводы больше не донимали животных, в прошлые лета так и норовивших забраться по самые глаза в болотину от докучливых насекомых. Так вот, и жилось вольготно дружной семье на берегу Белого моря...

Вадик замолчал и допил последние глотки остывшего чая. Мы задумчиво смотрели на костер, размышляя о той, уже безвозвратно ушедшей жизни. Рамирос встрепенулся и посмотрел на светящиеся стрелки своего хронометра:

— Ух ты, спать пора!.. Давайте уж ложиться...

Притушив костер, мы прибрались в лагере на ночь и разошлись по палаткам.

На рассвете на небе столпились тучи, принеся нудный мелкий дождь и пронизывающий ветер. С трудом запалив костер под брезентовым тентом, мы собрались у огня, кутаясь в свитера и куртки.

— Похоже, природа сегодня против нас, — вздохнул Вадик.

— Думаю, она хочет, чтобы мы поскорее разобрались с дневником Ивана, — отозвалась, почесывая собаку за ушами. Тёма блаженно заурчал.

— Тогда читай! — Рамирос принес дневник и положил передо мной.

Послушно открыла книжицу.

К вечеру мы сообща, наконец, закончили это нелегкое дело: к концу повествования у автора, по-моему, начались проблемы с чернилами, так как строчки из угольно-черных сначала стали сине-фиолетовыми, а потом и вовсе обесцветились до грязно-серых. Перевернув последние страницы, захлопнула дневник и посмотрела на друзей:

— Вот вам и разгадка... а я-то думала!..

— Необычно... — кивнул Рам, — другие раскольники за свои убеждения сжигались заживо, а этот сам в исконную веру возвратился...

— Думаю, не возвратился, а начал... — Вадик замолк, подбирая слова, — ну, сочувствовать, что ли... Не забудьте, он потом в Сибирь уехал, к староверам, и дневник этот с собой не взял!.. Думаю, он не хотел брать к людям доказательства своего отступничества и тайну наследства Кукши.

— Эх, представляете, сколько же знаний того времени потеряно!.. — мечтательно воскликнула, поднимаясь и направляясь к погребку с припасами.

Вадик тоже поднялся и отправился к морскому садку, где несколько рыбин ожидали своей очереди быть съеденными.

— Ну, у тебя-то как раз есть шанс восстановить если не все, то хотя бы большую часть, — отозвался командир.

— Ты о чем? — приостановилась и посмотрела на Рамироса.

Тот пожал плечами:

— А чем мы сейчас, по-твоему, занимаемся?

— Тогда уж надо было сказать не "у тебя", а "у нас", — наставительно отозвалась, продолжая прерванный путь.

— Ладно, у нас, — покладисто согласился командир.

— И у Братства, — эта мысль только что пришла мне в голову и поспешила выйти наружу.

Рамирос остановился и задумался. Потом медленно кивнул:

— Ты права... да, ты просто невероятно права!..

Он бросился к палатке и торопливо настучал в коммуникатор маленькую заметку на память.

— Неожиданные идеи? — поинтересовалась, возвращаясь к костру с котелком, — поделишься?

— Просто вспомнил слова Полковника, — Рам сел рядом, — в самом начале моего ученичества он сказал такую фразу: "наша работа возвращает из небытия крупицы материальных ценностей и знаний, ныне забытых". Помню, тогда я подумал только о сокровищах, но теперь-то понимаю, что знания точно также могут находиться. Только зачастую они спрятаны в сути вещей, в их устройстве... Братство всегда было в основном настроено на материальную сторону, но не пора ли нам заняться информационной? Это, знаешь ли, уже совершенно иной уровень...

— И уникальный шанс, — подхватила, кивая.

Мы с командиром посмотрели друг на друга, одновременно подумав о возможности для Братства стать поставщиком такой информации. Вадик, только что вернувшийся от морского берега, где в заливчике на кукане мы хранили пойманную рыбу, немного растеряно переводя взгляд с меня на командира, поинтересовался:

— Вы о чем это?.. Я что-то не понял...

— Тут одна идейка родилась просто, — пояснил Рам, — поговорю со Старшинами, и уже после этого займемся ей вплотную. А сейчас наша задача — найти схрон Кукши и Ивана!

Немного удивившись, Вадим покладисто кивнул и подошел ко мне, вручив большую камбалу, которую мы собирались пожарить на ближайшие пару кормежек. Быстро заколов рыбину, принялась за чистку и разделку на широкой деревянной колоде возле костра. Командир, заняв мое место за столом, продолжил трудолюбиво тыкать стилом по экранчику коммуникатора, записывая нашу идею. В лагере воцарилось деловитое спокойствие.

На следующий день наконец-то распогодилось, и мы собрались вглубь леса, к описанной в дневнике "Золотой яме".

Подумав, помимо металлоискателя в чехле и лопат, командир повесил на плечо винтовку:

— Мало ли что...

Я собрала в рюкзак аптечку и три комплекта противогазов со сменными фильтрами, а также термос с кофе и пакет бутербродов. Вадик нес альпинистское снаряжение и заступ.

Приказав собаке охранять снова начерченный вокруг лагеря периметр, мы углубились в лес. Ведя наш маленький отряд по компасу и карте, Рамирос чутко прислушивался к лесным звукам, пресекая на корню любые громкие разговоры.

После двух с лишним часов ходьбы по непроходимой чащобе мы заметили, что почва стала посуше и покаменистее, а впереди появились долгожданные просветы, в которые проглядывало серое северное небо.

— Уже скоро, — Рамирос подтянул лямку рюкзака повыше и показал вперед, — там сделаем привал.

— Угу, — пропыхтел Вадик.

Я прибавила шагу, поравнявшись с командиром. Неожиданно деревья расступились, и бригада вышла к не особо высокому увалу, поросшему мелкими горными елями.

Высмотрев поваленную сосну на опушке, Вадик подозвал нас:

— А вот и местечко для отдыха нашлось!..

Мы с наслаждением скинули груз на землю и устроились на теплом стволе. Я сразу же постаралась лечь на спину и задрала гудящие ноги повыше, уперев их в скрюченный корень. Вадик лег следом за мной, голова к голове, уложив ноги на свой рюкзак. Рамирос усмехнулся и просто присел, оглядывая местность и сверяясь с картами и записями.

— Э-ей, просыпайтесь! Привал закончен! — раздался над ухом голос командира.

Открыла глаза и повернула голову:

— Вот же как!.. Заснула и не заметила...

Рамирос весело протянул мне кружку с кофе. Я села и осмотрелась. Вадик рядом жевал бутерброд, запивая прямо из горлышка термоса.

— Вон там уступ ужасно похож на описанный Иваном, — Рамирос протянул мне бинокль и ткнул пальцем, подсказывая, куда смотреть.

Я взяла в руки прибор и направила в указанном направлении. Да, действительно, один из каменных монолитов невероятно напоминал вставшего на задние лапы медведя.

— Значит, — отставила в сторону кружку, — нам осталось только добраться до него и осмотреть подножие?..

— Да, и только-то! — кивнул Вадик, снова надевая на голову шлем с портативной видеокамерой.

Подкрепившись, отряд собрал вещи и двинулся дальше. Раньше мы путались в ветках над головой и скрытых мхом корнях под ногами, сейчас нам жутко мешали ненадежные валуны, только немного прикрытые лишайником и редкой травкой.

— Осторожнее, берегите ноги, — Рамирос подхватил меня под локоть, спасая от падения на предательском склоне.

Медвежий уступ медленно приближался. Наконец, мы преодолели последнюю каменную россыпь и остановились, задрав головы и рассматривая гиганта.

— А вблизи он больше на слона похож, — наконец, сообщил Вадик.

— И еще, — открыла глаза, закончив сканирование местности Силой, — здесь жуткая какофония завихрений и потоков.

— Значит, ни дневник, ни схема Ивана не солгали, — подытожил командир, — так, теперь надо найти тот самый вход...

Он прошелся вдоль каменной стены утеса, присматриваясь к трещинам и впадинам. Я пошла в другую сторону, используя телеметрию. Вадик сел на камень возле сложенных в кучу рюкзаков. Мы наметили три возможных места и принялись за работу, разрыхляя грунт заступом и отбрасывая его в сторону, стремясь попасть к основанию трещины. В первом месте трещина быстро сошла на нет. Вторую мы тоже почти сразу забросили, выяснив, что внизу плоский слой серого сланца, а не темный, базальтовый. Наконец, перешли к самой симпатичной, на мой взгляд, широкой трещине в пологой выемке.

Отбросив в сторону приличную кучу земли, мелких камней и валунов, расширили ее до возможности просунуть палец.

— Теперь нам надо найти знак, — Рамирос присел на корточки и присмотрелся к камню.

— Только уже завтра, — Вадик погладил камень ладонью, — через пару часов станет темно, а я бы не хотел наткнуться на тех страшил вне лагеря.

— Вернемся завтра, — кивнула, — ничего страшного.

Мы собрались и двинулись напрямки к лагерю. Уже в сумерках еле успели замкнуть круг, когда из кустов поднялись знакомые силуэты. На этот раз страшилы не ограничились простым трещанием сушняка, прибавив к звуковым эффектам загробное постанывание и подвывание.

— Значит, мы почти у цели, — резюмировал командир, показав пальцем через плечо на нежить.

— Опять будут мешать ночью, — проворчал Вадик, вытряхивая из палатки сосновые иголки и мелкий мусор.

— Не думаю, — высказалась, на скорую руку подлатывая испорченные за поход части одежды, — мы все так ухайдокались, что теперь и пушечная канонада за колыбельную сойдет.

Так и случилось. Когда утром мы вылезли наружу, вид у всех был жутко заспанный, но при этом отдохнувший. Наскоро подкрепившись, снова направились к заветному утесу.

Убедившись, что ничего на развороченном склоне не изменилось, мы взялись за инструменты, стараясь максимально обнажить скальную стенку. Потом аккуратно уселись рядком и начали изучать камень почти по миллиметру. Круг с точкой и трехлучевую свастику все увидели почти одновременно.

— Вот оно! — я вскрикнула, приподнимаясь и указывая пальцем, как всегда, от волнения забыв, что пальцем указывать нехорошо.

— Точно, — в один голос отозвались парни, опоздав всего на полсекунды.

Проследив пальцем грубые петроглифы, отмерили вниз отвесную линию и уже там принялись искать ключ, описанный Иваном — более светлый, шестиугольный камень-замок. Для этого пришлось еще углубиться где-то на полметра. Вконец умаявшись, мы сели передохнуть и подкрепиться.

— Надо сделать сбоку ступени, — предложил Вадик, — чтобы было проще туда-сюда ходить.

— Успеем, — Рамирос подошел поближе и начал водить пальцем по знакам, — сначала нужно открыть вход. Там и ступени уже сделаем, как лучше всего будет. А сейчас что наугад мучиться?..

Согласно кивнула. Вадик вытащил из нагрудного кармана записную книжку и прочел вслух:

— Если же захочешь войти в ту пещеру, то найди камень бел да ровен о шести концах, нажми вельми сильно, пещера и откроется...

— Камень мы вроде как нашли, — подытожил Рамирос, — но лучше малость подстраховаться, прежде чем нажимать.

Он поднялся и раскрыл Вадиков рюкзак, извлекая наружу снаряжение. Выдав каждому по комплекту строп, закрепил канат в стороне, на стволе кривой, но матерой сосны, вросшей неподалеку в осыпь, потом достал противогазы, шлемы и бандажные накладки:

— Так как впереди неизвестность, технику безопасности лучше не забывать.