Урбания

Несколько пассов в воздухе, и вместо нашей ведьмочки перед нами оказалась рогатая красавица. Нет, не корова! Красавица — в переносном смысле. Наверное, Астра скопировала какую-нибудь бродяжку орочьей национальности. Зубы — через один, патлы нечёсаные, а запах... все подивились, и тогда Астра вернула себе прежний облик.

-Нет, спасибо! — возразила я. — Орчанкой быть не хочу, особенно такой, как эта. Я уже другое придумала. Вот оденусь я попроще, лук и Сантар оставлю в крепости... Да, кстати, Таликор! Мне нужен реквизит, который не жалко. Где там твой короткий лук?

-Вот. Но я его сломал, когда со стены летел...

-Давай. Мне не оружие, мне реквизит нужен. Так. Думаешь, сойду я за минройскую дурочку?

-Без труда, — ухмыльнулся Дайнрил.

-Тебя не спрашивают.

Таликор придирчиво прищурился, обошёл вокруг и покачал головой:

-Плащ не такой.

-Одолжу у Колира, мы с ним примерно одного роста. Дальше?

-Причёска.

-Переделаю. Ещё что?

-Ты слишком похожа на эльфа...

-Я вспомню "доброго и отзывчивого" Дайнрила и та-акую зверскую рожу сострою! Это будет уж вовсе нетрудно. Ещё что-нибудь?

-Вроде нет.

-Вот и отлично! Колир! Нет, обниматься не будем. У тебя проблемы со слухом? Вынь бананы из ушей и покажи мне стриптиз. Нет! Штаны снимать не надо, я предпочитаю "стриптиз-лайт".

Колир покраснел, но плащ всё же отдал. Несколько второстепенных деталей, и я превратилась в минройскую наёмницу в возрасте от семнадцати до двадцати, отличающуюся прямыми извилинами и чрезмерным самомнением. Какой ещё может быть девчонка, решившая со сломанным луком покорить целую армию врагов?

-Блеск! — констатировал Зейтт. — К кому идёшь? Греллы, орки?

-Понятия не имею.

-А ты, Астра?

-Мне вообще до тролля. Давайте жребий бросим, что ли...

Пятигировая монетка легла профилем императора вверх, и это означало, что я иду в лагерь муати, а Астра, соответственно, к оркам. Зря практиковалась, что ли? В грелльское становище решено было вообще не ходить. Какие тут государственные тайны можно выведать у полуразумных?

Когда дело дошло до жребия, Клейтас — и тот махнул рукой на всю затею и послал первого попавшегося стражника за картами расположения "гадов". Пока стражник бегал, Ош Даруш высказал желание присоединиться к разведотряду в память об отце.

-И речи быть не может! — категорично заявил Фрекатта.

-Почему? Вы мне ещё не доверяете?

-Доверяй, но проверяй! — хохотнула Ника.

Ош Даруш надулся индюком. Конечно же, дело не в доверии. Во-первых, есть такая вещь, как возрастные ограничения, а во-вторых, уж его-то ни с кем не перепутают. Много ли в муатийском войске рогатых солдатушек десяти (ладно, одиннадцати) лет от роду? Что-то сомневаюсь, что больше нуля. Астра попыталась ему сие растолковать, но первое мнение обычно — самое устойчивое, и Ош Даруш продолжал дуться и даже попытался ускользнуть через чёрный ход в коридор. Наконец он всех достал до такой степени, что Оддар, как самый несдержанный, схватил его за ремень и отнёс в "спальню". А чтобы не было непредвиденных осложнений с "побегом из курятника", прислонил к двери огромную вазу, которую я сама, наверное, не подняла бы и в том случае, сели бы под ней лежал миллион баксов. Силён, ничего не скажешь. Или зол. А, скорее, и то и другое вместе.

Принесли карты. Да-а... если это — карты, то я — чемпионка мира по плаванию в болоте. Ну, никак не приучишь эльфов чертить простые схемы! Им непременно нужно всё изукрасить, буковки и те с финтифлюшками (хотя куда ещё витиеватее), а в углах — шаржи на разных чудищ нашлёпать. Это ещё что! Мы с Астрой долго гадали, что значит "Reveille Ze'likes", пока не поняли, что сие есть подпись создателя шедевра. Ну, какой дурак напишет своё имя после перечня особо зловредных боевых животных? Оказывается, есть такие, и не за тридевять земель, а в нашем ближайшем окружении. Говорят же психиатры: назвался груздем — лечись дальше.

С грехом пополам мы всё же разобрались в дивной картине, то есть карте. Ближе всего к Перекрёстку ставка орков, муатийцы чуть южнее. Греллы разбили лагерь дальше всех и к тому же на северной стороне. По данным башенной разведки, общая численность всех вышеперечисленных — от тридцати до сорока пяти тысяч рыл. Из них — пятнадцать тысяч орков, самых опасных по классификации господина или госпожи Reveille Ze'likes. Там были обозначения в зверях страхолюдных, и оркам этих зверей пожаловали три штуки из трёх возможных. Муатийцам — два из трёх, а греллам всего "один штук". Впоследствии Дайнрил объяснил, что зверюшки эти зовутся балрогами и взяты из традиционной эльфийской мифологии. Сперва-то я решила, что художник, творец, "творюга"... что он изобразил больного ветрянкой орка, дышащего огнём. Вопрос: зачем орку дышать огнём? Уж, наверное, не потому, что он перца острого наелся...

Ош Даруш в комнате ломиться перестал, видать, силёнок не хватило. Я его вполне понимаю, с такой вазочкой повоевать — хоть медаль за храбрость давай. Ругаться, как бывалый вояка, он уже научился. Эти несколько минут, в течение которых мы изучали карту, обогатили мой запас местных ругательств, муатийских и орочьих, хотя гномьи тоже попадались. Чего стоит, например, "an-gelled court trafte siihven'n"! Это я сейчас знаю, что он сказал, а тогда-то не знала. И, как назло, оборачиваюсь, а Оддара в комнате нет. Куда, интересно, он смотался, когда у меня есть желание продолжить образование в сфере лингвистики? Я окликнула Лизу.

-Он спустился в обеденный зал.

-На кой? — изумилась я. — Время одиннадцать вечера! Он что, жрать собрался?

-У тебя всегда мысли только о том, чего бы съесть! Нет, не ужинать, его туда Дайнрил повёл. Разговор у них. Как там Оддар сказал... серьёзные вопросы.

-Вот не расстройся! — фыркнула Ника.

Я махнула рукой. Серьёзные вопросы! Что может быть серьёзнее обороны крепости? Для Оддара — одно: куданнская проблема. Причём не детская проблема. Как хорошо, что я — не королева! Как-то раз монархистка Ника сказала, что, если у нас возродят монархию, но королевой буду я — то она предпочтёт старого доброго дядю президента. Тут же такие заморочки из-за бочки... с одной стороны, как правитель страны, гном должен быть в Куданне и защищать её от врагов, буде таковые совсем обнаглеют. А с другой стороны, как Хранитель, он обязан быть вместе со всеми до последнего и не упустить Талисман ни за какие коврижки... пардон, короны. Только зря Оддар в "столовую" пошёл. Страшно представить, что ему там Дайнрил присоветует! Лучше бы Оддар с Лизой пообщался, она бы подсказала, что делать, а так... похоже, обиделась. Обычно бывает так, что, когда мужчине плохо, он ищет женщину, а, когда ему хорошо, его ищут женщины. Интересно, а тут — какая ситуация? Хотя это и не моё дело. А может, и моё... размышления были прерваны истошным воплем Ош Даруша:

-Я должен пойти! Я должен отомстить!

-Шиш те! — я отозвалась так спокойно, как могла себя заставить. — Деточка, разве ты не знаешь, что месть, как и любое подобное блюдо, подают холодной? Да и кому ты мстить-то собрался?

-Убийцам!

-Тех, кто непосредственно это сделал, уже и в живых нет. А те, кто остался...

-Мне плевать! Выпусти меня!

-Если тебе не дано, то и не дадут... Ты хоть из штанов выпрыгни. Блин! Дети — цветы жизни! Собрал букет — подари бабушке! До свидания. Астра, ты что, корни пустила?

Оставаться в "гостиной" не захотел никто, даже Лиза нашла в себе силы отойти от тёплого камина. Хотя, между прочим, во время битвы она тоже не бездельничала, и — удивительно — не ныла, как она устала и какие мы все бессердечные создания. Но руки у неё всё же дрожали. Я это поняла, когда маленькое зеркальце, которое она постоянно носила с собой, упало на пол и со звоном разбилось. Лиза посмотрела на нас огромными глазами:

-Может, вы останетесь?

-Чего это? — Астра непонимающе моргнула.

-Зеркало разбилось. Это же... очень плохо.

-Почему?

-Видишь ли, — объяснила я, — в нашем мире разбитое зеркало — плохая примета.

-Да ну?

-Угу. Особенно — разбитое о твою голову.

-О мою?! — одновременно возмутились Лиза и Астра.

-Да не о ваши лично головушки! Так, вообще, собирательно. Во народ пошёл, совсем шуток не понимает!

Они (так же синхронно) вздёрнули носы: мол, знаем мы эти шутки и не желаем иметь с ними ничего общего. После этого мы пошли к тому самому тайному ходу, от которого отвлекали орков днём. Через этот ход надлежало выбраться на "улицу". Всю дорогу Лиза сокрушалась о потере любимого зеркальца — до тех пор, пока Клейтас не простонал:

-В зале для победных пиров полно зеркал. Выбирай любое, хоть в полный рост!

-Любое? — обрадовалась Лиза. — Здорово. А маленькие, с мою ладонь, там есть, да? А я точно смогу его взять?

Клейтас кивнул со страдальческим видом.

-Уж на этот раз я ничего не разобью! — пообещала она, сбив на пол пустого железного рыцаря.

-Береги его как зеницу... о как! — засмеялась я.

Лиза хмыкнула и свернула в "столовую" — отвлекать своего почти что благоверного от серьёзного мужского разговора. Остальные (спасибо большое) проводили нас до самого лаза и даже ручкой помахали, прежде чем закрыть за нами "дверь".

-Дурацкий вопрос... — пробормотала Астра. — Не боишься? Дайнрил говорил, что...

-Что там ещё он про меня растрепал?!

-При чём здесь ты? Я про греллов. Он сказал, любой грелл может тебя поймать и съесть даже в том случае, если у тебя будет оружие. Ночью с ними справится только целый отряд.

-А ты собираешься к греллам в гости? По-моему, мы не планировали забираться так далеко на север, то есть на полночь.

-Никто к этим греллам не собирается! Просто интересно — что будет, если мы наткнёмся на их дозор?

-Постараемся не натыкаться.

-Слушай, ты когда-нибудь говоришь серьёзно?

-А то! Когда жрать хочется, или когда кто-нибудь меня сильно достаёт, вот как твой источник информации. Да-а, мы идём или будем до рассвета обсуждать этих греллов?

Астра пожала плечами и шагнула в сторону. Я развернулась — в другую. До успешного (надеюсь) завершения миссии нам нельзя разговаривать и даже просто рядом топать. На всякий случай. А то хорошая парочка, орчанка и минройская наёмница! У случайного свидетеля от изумления глаза на лоб вылезут или вовсе выйдут на круговую орбиту вокруг буйной головушки.

Со стороны мой поступок мог показаться совершенно сумасбродным, но я ж знала, на что иду, тем более, сила Ветра должна была оградить меня от любых сюрпризов со стороны хотя бы тех же греллов. Дайнрил перестраховался. Самонадеянность, знаю! Но в таком состоянии я бы и армии троллей не испугалась, что уж говорить о кучке кочевников!

Половину пути я "ступала" по выжженной земле так тихо, как только могла (отдельное спасибо дриадам Изменчивого Леса), а вторую, наоборот, шаркала ногами и топала, как слон — или же полоумная минройка. К сожалению, спектакль пропал зря, потому как часовые крепко спали. Да-да, у кочевников действительно были часовые: командование всерьёз считало, что на такую армию кто-то ещё может напасть. Однако, сложив руки "после трудов праведных", дозорные преспокойно улеглись спать. Видимо, дабы набраться сил перед предстоящей атакой. Это, кстати, радует, потому что означает, что рекомая атака будет не раньше, чем через час или даже полтора.

Да уж, дозорные! Колир и тот в одиночку порубал бы немереное количество косоглазых, прежде чем кто-либо из охраны изволил бы зевнуть и продрать глаза. Я уж не говорю о взводе обученных ратников! Вернуться, что ли, в крепость за подмогой? Нет, не стоит, а вдруг тут какая-то хитрая ловушка? И я продолжила пробираться в глубь становища, прихватив с собой арбалеты засонь. Первый изломала на щепки, а второй, получше, оставила себе. Если меня так и не обнаружат, придётся доказывать, что я действительно из породы "умственно отсталых сверхчеловеков" и меня нужно "имать да хватать". Хотя. Если всё пойдёт дальше по тому же сценарию, то можно будет подслушать интересующую меня информацию, не показываясь людям.

-Стой! Кто идёт?

Окликнули меня по-муатийски, но за время общения с Рором я уяснила, что значат эти слова. Не "пошла к троллю", например, и то ладно. Ну, начало хорошее. Было! Я сама его испортила, когда выстрелила из арбалета на звук — и, конечно, попала. Нарочно так метко не получится! Будь вокруг кто ещё, даже до тупицы дошло бы, откуда ноги растут. Если и есть люди, способные стрелять с эльфийской точностью и скоростью, то они точно не попались бы так глупо. А меткость-то у меня — ух, ещё на уровне! Ну, конечно, из арбалета любой дурак в цель попадёт! Но, к счастью, бдительный гражданин был один (наверное, по нужде выходил), и моего ляпа никто не заметил. Я быстро выдернула стрелу из тела и вернула её на место.

И вот, практически в самом центре становища, меня увидели. Вернее, поймали за шпионаж. Самое интересное, что в тот момент я как раз ни о чём таком не думала, просто нагнулась поправить пряжку на сапогах, и тут из "юрты" выполз поддатый мужичок. Поза тоже располагала к умственной деятельности... узкие глазки муатийца противно заблестели, масляно так... Нет, я на многое готова для Родины, но не на это! Я поспешно выстрелила, но уже с умом — так, чтобы стрела его не убила и не причинила чересчур серьёзных увечий. Так, сквозная дырочка недалеко от паха. Вот что значит подумать! Мужик схватился за пробитое место и громко, истошно заорал. Ну что он, на самом деле? От импотенции ещё никто не умирал. Правда, никто и не рождался, но это уже её вторичное проявление. На шум выглянули заспанные соседи, кто-то даже без кальсон. Думали, приятеля змея укусила, а получили бесплатный цирк. Вернее, канкан, уж очень потешно несостоявшийся развратник ноги задирал. Только потом замечали меня и качали головами. Кстати, в армии степняков было довольно много женщин, так что моё появление никого, кроме раненого, не удивило и не раззадорило.

Пришло время играть на публику. Я завизжала и попыталась натянуть лук Таликора, который в результате падения со стены треснул по всей длине. Коротенькая стрелка вонзилась в ступню всё того же героя-любовника, и на этом подвиге закончился славный боевой путь самого грозного оружия в Минройской Империи. После этого мне, то есть, минройской наёмнице оставалось только сдаться в плен.

Короче, связали мне руки и отправили на допрос к палачу. Мол, кто такая, зачем припёрлась, кто послал и далее по списку. Очень хотелось помолчать и немного посмеяться над доверчивыми ослами. Любимая пытка у муати — огнём, а мне, конечно, никакие угли не помеха. Ведь, властвуя над воздухом, автоматически командуешь и температуру. Н-да... к сожалению, это мгновенно выдало бы "Солле", и неизвестно, что тогда случится с моим планом, не говоря уже о моей же шкуре. Поэтому перед палачом пришлось делать круглые глаза, плакать и рассказывать какую-то совершенно невероятную историю о нечастной сиротке, ушедшей в наёмницы ради куска хлеба и карьерного роста. Даже имя себе какое-то придумала, только не помню, какое. Кажется, Ромашка или что-то в этом духе. Палач был совершенно невероятным: худой, как палка, господин средних лет, которому куда больше подошла бы должность гробовщика. По крайней мере, чувства юмора он был лишён начисто и в ответ на мой невинный вопрос, когда же меня отпустят, изрёк: