Легенда N1. Отстойник

Тим обернулся к Майке:

— Ты останешься в машине.

Девочка недовольно нахмурила лоб.

— Кто-то ведь должен ее сторожить?— подмигнула ей Алиса. Похоже, она знала, как вести себя с капризными детьми. Ее уловка сработала, и Майка, пусть и нехотя, полезла в салон.

Шли гуськом. Впереди, опустив ружье на сгиб локтя, шагал Тимофей. Чуть отстав, брела Алиса, а за ней Башмачник. Время приближалось к полудню, палило знатно, дышать было тяжело. Тим торопился добраться до скал, которые все еще отбрасывали тень на весь проход, но тут возникли непредвиденные обстоятельства, заставившие изменить планы.

Она появилась неожиданно, ниоткуда. Обернуться Большакова заставил жуткий лязг и, как ему показалось, пронзительный детский писк. Старая знакомая, песчаная блоха, нависала над одиноко стоявшей у кратера машиной и короткими лапами пыталась вскрыть ее, как консервную банку. Прочные когти чертили глубокие царапины на кузове, но металл не поддавался. Пока. Блоха срывала недовольство на вездеходе, отчего машина раскачивалась из стороны в сторону на рессорах и, казалось, вот-вот перевернется.

— Майка!— переполошился Большаков и бегом бросился назад. В боковом окне он видел лицо перепуганной девочки. Когда блоха ударила лапой по стеклу, Майка отпрянула назад. Стекло разлетелось вдребезги, успела девочка уберечься от осколков или нет, Тим не заметил. Зато увидел, как монстр запустил лапу в разбитое окно.

Большаков выстрелил. Пуля ударила блоху в бок. Благодаря покатости поверхности и прочности панциря, она не нанесла никакого урона и срикошетила вверх. Но вместе с тем привлекла внимание песчаной гадины и заставила ее развернуться, оставив в покое машину.

В качестве добычи Тим представлял собой для хищницы более интересную цель. Перебирая лапами, она ринулась вперед, а потом... Тим так и не понял, как это у нее получается — смазанное движение, и вот блоха стоит перед ним и уже заносит длинную лапу для окончательного удара. Тим уже не успевал отреагировать и лишь зажмурился, когда лапа опустилась ему на голову.

Его спас Талант Мимо Цели. Иначе и не объяснишь, как так вышло, что в последний момент лапа дрогнула и ударила не в цель, а рядом, пронзив песок у ног Большакова. Он отпрыгнул назад, но блоха достала его другой лапой. Однако на этот раз Тим успел прикрыться ружьем и поставить Блок. Талант не подвел — лапа лишь слегка коснулась оружия, после чего ее отбросило назад. Получив зеркальный урон, блоха пронзительно заверещала и попыталась достать Тимофея жвалами. Но и Тим не стал медлить и выстрелил ей в морду. На этот раз пуля попала в раззявленную пасть, заставив тварь заткнуться и отпрянуть назад. Большаков не остановился на достигнутом и сделал еще несколько выстрелов, всякий раз отбрасывая блоху все дальше. Пули рвали и крошили хитин, казалось, вот-вот чудовище рухнет, но... Когда у Тима закончились патроны, блоха перестала пятиться, встряхнула изувеченной мордой и издала душераздирающий писк ярости.

Увы, все только начиналось.

Оставшись без патронов, Тим попятился назад. Блоха прыгнула на него, но наткнулась на Щит, поставленный Башмачником, который вовремя заскочил вперед, прикрыв собой товарища. Лапы выбили звучное стаккато по щиту, но не смогли его пробить. И все же тот поменял цвет, сигнализируя о том, что долго не выдержит.

В это время Тимофей не терял времени даром и быстро заряжал патроны в казенную часть. Эти были последними. Теперь нужно было тщательно рассчитывать каждый выстрел, выбирая уязвимые места, иначе...

— В сторону!— крикнул он, заметив, что Щит Башмачника вот-вот исчезнет, и приготовился к стрельбе.

— Секунду!— остановил его водитель, продолжая оставаться на месте.

И Щит лопнул. Правда, на этот раз оглушительно громко и с последовавшей за этим взрывной волной, отбросившей назад песчаную блоху. Особого вреда взрыв не нанес, но дал Башмачнику время отскочить назад, к каменным обломкам. После чего они вместе с Большаковым открыли огонь по хищнице.

Башмачник стрелял из пистолета, и его пули лишь щекотали песчаную тварь. Выстрелы Тима были гораздо мощнее, к тому же он нащупал уязвимое место блохи. Им оказались конечности. Они были прочными, но вместе с тем хрупкими. С близкого расстояния пули из ружья крошили их, как фарфор.

Выстрел. Хруст. Передняя лапа трескается и ломается под весом блохи. Выстрел. Хруст. И вторую лапу за малым постигает та же участь: лапа ломается, но остается висеть на честном слове. Тварь заваливается вперед, однако подставляет короткие лапы, и только поэтому не зарывается изуродованной мордой в песок. Она приподнимается, смотрит на Тима ненавидящим взглядом и вдруг окатывает его какой-то гадостью, потоком хлынувшей из раззявленной пасти. Вязкая масса, покрывая тело Тима, очень быстро твердеет, лишая его подвижности. Он решает убежать, но успевает сделать лишь несколько шагов. Он оборачивается на бегу и... замирает, превратившись в причудливую статую.

Лишившись двух лап, песчаная блоха предпочла поберечь оставшиеся и полностью перешла на более короткие конечности, коих было восемь. Четыре длинные лапы она задрала верх, решив использовать их в качестве оружия. Пятая, надломленная, мешалась ей при передвижении, и блоха без сожаления отгрызла ее окончательно. После чего бросилась на обидчика.

Башмачник выпустил в тварь последние патроны, но не смог ее остановить. Алиса напала на блоху с голыми руками и вцепилась в одну из лап. Чего она этим хотела добиться — неизвестно. Потому что блоха, взбрыкнув конечностью, отбросила девушку в сторону, и та, кувыркнувшись, замерла на песке.

В глубине души Тим был благодарен своим друзьям. Не щадя себя, они пытались его защитить. Жаль только, что все напрасно. Оставалось надеяться лишь на запасную жизнь. Впрочем... Был у Тимофея еще один полезный Талант, воспользоваться которым на этот раз ему никто не мешал.

Отвод Глаз

Однако что-то пошло не так. То ли Талант не сработал (хотя энергия на него была потрачена), то ли Отвод Глаз не действовал на блоху (возможно, она видела Тима в ином спектре, нежели обычный оптический). Но она лишь на мгновение остановилась, встряхнула башкой и продолжила приближаться.

Тим попытался освободиться от покрывшего его тело панциря, но тщетно. И тут он, скосив глаза, увидел Царя Зверей. Тот стоял на обломке скалы, скрестив на груди руки, одна из которых была механической. За происходящим он наблюдал равнодушно, как будто собирался досмотреть, чем закончится вся эта возня в песочнице, после чего развернуться и уйти. Возможно, он так и сделал бы. Кто для него Тим Большаков? Конкурент. Сегодня между ними все ровно, а завтра, как знать, у конкурента может возникнуть желание избавиться от Царя. Еще недавно такая ересь не могла бы прийти Тимофею в голову даже чисто гипотетически. Но он учился, хотя не сказать, что очень быстро. Так что даже он сам не мог ни за что ручаться. Как бы он сам поступил на месте Царя?

На этот вопрос он тоже не смог ответить.

И все же их взгляды встретились. Окуляр на правом глазу Легенды Отстойника сверкнул на солнце, Тим зажмурился. А когда открыл глаза, окружавшая его картина резко изменилась.

Сначала откуда-то сверху на блоху спикировала стальная птица. Она упала с неба, но перед самой землей перешла на бреющий полет и, расправив крылья, одним из них снесла пустынному обитателю сразу три лапы. Они были перерублены, как тростинки. К сожалению, на состоянии хищницы это никак не сказалось — три короткие лапы она худо-бедно заменила одной длинной и продолжила ковылять к Тимофею. Но тут появился еще один питомец Царя — динозавр. Он выскочил из-за скалы и, набирая скорость, бросился на гигантское членистоногое. Он был слишком далеко, чтобы защитить Большакова от надвигающейся беды. Но... Раздался грохот, и с плеч динозавра ударила сначала одна пушка, затем вторая. Мысленно называя эти штуки пушками, Тим оказался недалек от истины. Необычное оружие стреляло гранатами. Обе попали в цель, заставив блоху остановиться, обе еще сильнее разворотили ей морду. Кроме того тварь лишилась одного из жвал. И все же она была жива и вполне дееспособна. Путь она продолжила уже не так уверенно, но и до цели оставалось пройти совсем немного. Прилетела еще одна граната, однако на этот раз она ударила в песок, окатив им блоху, но не сумев остановить. Новых выстрелов не последовало. Может быть еще и потому, что появился третий питомец — ягуар. Это чудо механики помимо прочего умело уходить в стелс. Оно незаметно подкралось к блохе и стало видимым перед самым прыжком. Гибкое тело изогнулось, оттолкнулось от земли, взмыло ввысь и ловко приземлилось на спину твари. Поверхность оказалась слишком покатой и прочной, и ягуар заскользил вниз, но в последний момент ударил лапой — острые когти пробили хитин, как яичную скорлупу, подарив шанс механическому зверю закрепиться. За первым ударом последовал второй, третий, четвертый. Когти пробивали панцирь, а ягуар карабкался вверх, пока не оказался на более-менее ровной поверхности. Здесь он снова пустил в ход когти, принявшись бить практически в одно место. Пришлось постараться, чтобы пробить более прочную броню. К тому же блоха, почувствовав угрозу, принялась покачиваться и подпрыгивать, пытаясь сбросить с себя настойчивого наездника. Но ягуара было уже не остановить. Пробив дыру, он активно заработал обеими передними лапами, как будто пытался вырыть ямку. Во все стороны полетели податливые ошметки мякоти гигантского насекомого. Впервые за все это время оно издало дикий вопль боли, похожий на скрежет. Стальная птица зашла на второй круг и скосила еще две лапы, но уже с другой стороны. Добравшийся до цели динозавр встал на пути чудовища и принялся кромсать его физиономию похожими на изогнутые кинжалы когтями передних лап. Блоха вертела башкой, пыталась сбить с ног нападавшего при помощи единственного жвала, но динозавр ловко, как профессиональный боксер, уворачивался и продолжал наносить удар за ударом.

Лапы твари подкосились, и она рухнула на песок. Питомцев Царя это не остановило, они месили местного старожила до тех пор, пока он не сдох. Лишь после этого Царь, не произнеся ни звука, отозвал своих зверей, спустился со скалы и неторопливой походкой направился к месту схватки.

К тому времени Алиса пришла в себя и присоединилась к Башмачнику, который издалека разглядывал "окаменевшего" Тимофея. Его лицо выражало неземную печаль.

— Не беспокойтесь!— издалека начал Царь Зверей.— Скоро эта шелуха отпадет сама собой.

Алисе казалось, что незнакомец ошибается, но так оно и произошло. Корка, покрывавшая Тима сама собой начала трескаться в тот момент, когда Царь еще приближался. Она, на самом деле, осыпалась на песок частичками, похожими на шелуху. И все же повод для беспокойства нашелся: когда корка утратила целостность, ноги Большакова подкосились, и он начал оседать. Его подхватил оказавшийся рядом Царь и осторожно уложил на землю рядом с упавшим раньше ружьем.

И снова на него уставились две тревожных пары глаз. Была еще и третья пара — Майки, которая выбралась из автомобиля и присоединилась к старшим,— но девочка смотрела на Тима и готова была расплакаться.

Лишь Царь казался образцом невозмутимости.

— Это действие нейролептика, входящего в состав слюны блохи,— спокойно пояснил он.— Минут через тридцать его воздействие закончится. И все же парня лучше перенести в тень.

Над Большаковым склонился Башмачник, поднял его неподвижное тело. Тим безучастно смотрел на небо. Подошла Алиса, взяла с песка ружье. Патронов в нем не было, но оно само по себе успокаивало девушку.

— Думаю, будет лучше, если его возьмет Джанго,— обратился к Башмачнику человек с окуляром вместо глаза.

— Кто?— не понял водитель.

— Он,— Царь указал на динозавра. Тот неторопливо подошел к Башмачнику и протянул передние лапы, предусмотрительно убрав когти. Водитель недоверчиво уставился на питомца, перевел взгляд на Алису. Девушка неуверенно пожала плечами.

— А вы... Царь?— спросила она.

— Царь,— кивнул тот...

Предложение Царя оказалось небеспочвенным: идти пришлось далеко, и Башмачник не донес бы тело рослого Большакова. Зато механическому динозавру это не составило проблем. Он бодро шагал всю дорогу, удерживая Тима в одном положении, и даже не вспотел.

Большую часть пути они молчали. Лишь однажды Алиса, с любопытством разглядывавшая шедшую рядом механическую кошку, обратилась непосредственно к Царю:

— У вас замечательные зверушки. Это вы их создали?

— Нет, их создал другой... человек.

— И где он?

— Я его убил и стал Легендой. К слову сказать, мерзкий был тип, его даже собственные звери терпеть не могли. Он над ними постоянно издевался. Они, хоть и механизмы, но с адаптивным интеллектом и гибким саморазвитием. Так что мне не пришлось их долго уговаривать и приручать. Более того, они мне даже помогли избавиться от несносного хозяина. И теперь мы с ними большие друзья...

Гости поняли, что добрались до места, когда Царь остановился перед скалой, выразительно взмахнул рукой, после чего неторопливо открылась массивная металлическая дверь, лишь покрытая для маскировки камнем. За такой, пожалуй, можно было спокойно переждать ядерный взрыв.

— Проходите,— любезно предложил хозяин. Первым зашел Джанго, несший тело Тима, за ним грациозно следовала кошка, потом гости. Царь замыкал процессию. И только механическая птица осталась снаружи, присев на выступ скалы. После чего дверь так же медленно и беззвучно закрылась. Тем же гуськом люди и механизмы проследовали по освещенному дающими мягкий приглушенный свет лампами коридору, который привел в просторную добротно обжитую пещеру.

В плане она была похожа на большую несимметричную амебу с множеством проходов-ложноножек. При этом она была рачительно и с любовью обустроена. Кое-где на ровном полу лежали шкуры, у стен стояла неприхотливая мебель различных эпох и цивилизаций. Свет давали лампы чуть ярче тех, которые освещали коридор. Мельком заглянув в одно из ответвлений, Башмачник увидел стоявшее там техническое оборудование. То же самое касалось и других закутков и ниш. Кое-что было ему знакомо и даже привычно, но в большинстве своем это были незнакомые водителю аппараты и приспособления.

Группу встречала девушка неопределенного возраста с крашенным ирокезом на голове. Гости, не чаявшие увидеть в жилище никого, кроме Царя и его питомцев, были удивлены. Сама незнакомка — тоже. А увидев Тимофея, она и вовсе забеспокоилась:

— Что с ним?

— Ничего страшного, скоро он придет в себя,— ответил Царь, проходя мимо.

— Пора бы уже,— прокряхтел Башмачник — обещанные полчаса давно закончились.

— Похоже, нейролептик у блохи был сильнее, нежели я предполагал изначально. Но сути дела это не меняет. С вашим другом будет все в порядке...

Второй раз за короткий промежуток времени Тима лишили подвижности при помощи какого-то яда. Но его очередное пробуждение было тяжелее предыдущего. Его сильно мутило, кружилась голова, душили рвотные позывы. Первой, кого он увидел, была сидевшая рядом Майка. Девочка вцепилась своими пальчиками в его руку и не отпускала.