— Что у тебя с ним? — негромко и вроде бы спокойно спросил Нейс.
— С кем? — мне стало не по себе, и я попробовала выбраться из-под его руки, но Кин вернул меня обратно.
— С Ронаном. Я не слепой, — все так же спокойно уточнил мой очень злой кот. — Киска, лучше честно ответь.
Хм... А что у меня с ним кроме постоянного выяснения моей личности и подробностей прошлой жизни? Так ведь ничего.
— Я для него не мурлыкала, — честно ответила я, как и просил Кин.
Нейс некоторое время вглядывался в мои глаза, потом устало вздохнул. Руки соскользнули со стены и обняли меня.
— Я ведь никогда от своего не отказываюсь, киска, а ты моя, — сказал он. — За свое я буду драться до последнего, и мне неважно, кто противник. Неважен его статус, резерв и уровень. Я бы мог уйти до той ночи, когда стал твоим первым мужчиной, но теперь нет, и я предупредил тебя еще тогда. Измены не прощу, наказывать буду больно. Понимаешь меня, киска? Ответь, Марсия.
— Понимаю, — я покладисто кивнула, раздумывая над словом — измена. Что это вообще такое?
— Мне было бы гораздо легче, если бы я знал твое отношение к себе. Мы вроде бы вместе, но у меня иногда появляется ощущение, что ты просто позволяешь себя любить, — Кин снова заглянул мне в глаза. — Ты словно сама по себе. Это очень нервирует. Чтобы не дергаться и не кидаться на всех подряд, я должен быть уверен в тебе, в том, что ты со мной. Ты со мной?
Я снова кивнула. Но опять не до конца поняла, что он хочет сказать. Он ведь моя пара.
— Кто я для тебя, Марсия? — совсем тихо спросил Кинан.
— Мой кот, — улыбнулась я. — Мой большой и сильный кот, который почему-то шипит на меня.
Кин усмехнулся, потрепал меня по щеке, обнял и повел на выход из сарая. Теперь мы шли в сторону первого общежития. К совету ректора как-то оба забыли прислушаться. Мы снова прошли мимо академии, я обернулась и увидела, как из дверей показался Джар. Он подмигнул мне, но останавливать нас не стал. Выглядел Аерн сейчас гораздо лучше. Кин приятеля не заметил, а может просто не захотел замечать, у них почему-то последнее время не ладились отношения. Джар так и шел за нами, не догоняя и не обгоняя.
Возле общежития Кин все же обернулся и дождался Аерна. Хотел его о чем-то спросить, но только хлопнул по плечу, и Джар кивнул. Когда мы втроем вошли внутрь, нам навстречу встал мужчина, которого я видела в охране. Он поздоровался и закрыл своим телом проход на мужской этаж.
— Прошу прощения, господа студенты, — сказал он. — Ознакомьтесь с новыми правилами проживания в общежитие. — И ткнул на деревянную рамку.
Мы дружно подошли к правилам, начали читать, и Кинан выругался так, что я покраснела.
— Особы противоположного пола могут посещать комнаты проживающих в общежитие студентов только в случае их помолвки и официального обручения, — с выражением прочитал Нейс. — Это что за бред?!
— Прошу прощения, лорд Нейс, — снова поклонился охранник. — Это новые правила, которые вошли в силу с сегодняшнего утра. Ваша спутница является вашей невестой?
— Да, — рявкнул Кин.
— Насколько знаю, лорд Нейс, это неправда, — охранник был вежлив и непреклонен. — Госпожа Коттинс является всего лишь вашей девушкой, которой официального предложения вы не делали. Госпожа Марсия не может пройти к вам.
Я перевела взгляд на Кина, он вновь кусал губы. Не хватало маленького толчка, чтобы он взорвался. Джар, стоявший молча все это время, взял Нейса за плечи, развернул к себе и что-то очень тихо сказал моему взбешенному коту, и тот немного остыл. Кинан снова взял меня за руку и повел на выход. Молча, довел до моего общежития, затем долго и как-то ожесточенно целовал, я даже чуть не укусила его за грубость. Потом подождал, пока я не зайду внутрь. Я поднялась к себе, выглянула в окно и увидела, как Кин удаляется стремительной походкой в сторону полигона и поняла, хочет выпустить пар.
В комнате я скинула пальто, разделась и пошла в душ, где долго стояла с закрытыми глазами, не двигаясь, позволяя струям воды смывать с меня все ужасы ночи. Потом накинула сорочку и повалилась на кровать, мечтая скорей провалиться в сон. Я уже задремала, когда почувствовала запах еды, которой у меня не было. Глаза сами собой открылись, и я села на кровати.
— Ничего, что я без приглашения? — спросил ректор, удобно устраиваясь на стуле.— Позавтракай со мной.
— Хм... — я вылезла из-под одеяла, накинула халат и прошла к столу, потянув носом запах свежих булочек, явно биддиной выпечки.
— Тебе чай с молоком? — спросил Ормондт.
— Молоко без чая, — отозвалась я, отщипывая кусок от булочки. — Неожиданный визит.
— А что делать? — усмехнулся ректор. — Ко мне ты идти отказываешься, даже в собственном кабинете поговорить уже спокойно не дают. Приходится идти напролом.
— Бедняга, — усмехнулась я в ответ. — Цель визита? Допрос?
— А что же еще? — он мило улыбнулся. — Для всего остального у тебя есть вспыльчивый дружок.
— Мой кот, — с гордостью ответила я и нагло взглянула в глаза ректора.
— Облезлый, — ядовито добавил Ормондт.
— Ревнуешь? — я с интересом посмотрела на лорда Ронана.
— Госпожа Коттинс, займитесь своим завтраком, а не моими чувствами, — раздраженно ответил ректор.
— Приятного аппетита, лорд Ронан, — вежливо кивнула я и забрала себе все молоко и все булочки с колбасой. Ему и с вареньем хватит.
— Ты невыносима, — фыркнул Ормондт и стащил у меня одну булочку, вызвав мое злобное шипение. Ненавижу, когда воруют мою еду.
* * *
Завтрак проходил в тишине, не нарушаемый разговорами и вопросами. Булочки закончились как-то очень быстро, молоко тоже, и я начала подумывать, что варенье тоже ничего. Пока думала, и эти булочки закончились. Я разочарованно засопела, и Ормондт развеселился. Он перегнулся через стол и тоном заправского искусителя произнес:
— А у меня дома еще есть...
— Несите, — согласно кивнула я, решив, что сон может еще подождать.
— Предлагаю переместиться к булочкам, чтобы десять раз не бегать, — подмигнул ректор. — Там их много. И не только булочки.
Я немного подумала, тоскливо покосилась на пустое блюдо и замотала головой.
— Не пойду, — озвучила я свое решение.
— Почему? — он облокотился на переплетенные пальцы. — Разве я менее привлекателен, чем Кинан Нейс?
Я повторила его позу и посмотрела ему в глаза.
— У вас, дорогой лорд Ронан, есть одна отвратительная черта, — ректор с насмешливым любопытством вздернул бровь, и я закончила. — Вас хватает на один раз, а завтра у вас все по-прежнему.
— Хм.. — Ормондт откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. — Звучит крайне двусмысленно. Однако, шутки в сторону. Ты переезжаешь ко мне.
Он встал из-за стола, и поднос с посудой исчез. Теперь ректор был похож на себя обычного, собранный и холодный, как призрак господина Кадана. Я передернула плечами и не сдвинулась с места.
— Что-то непонятно, госпожа Коттинс? — полюбопытствовал ректор.
— Кину это не понравится, — ответила я и пошла обратно к кровати. Похоже продолжения завтрака не будет.
Ормондт некоторое время наблюдал, как я скидываю халат и устраиваюсь под одеялом. Он подошел, сел на край кровати, провел рукой по ноге, очертания которой легко угадывались под тонким покрывалом, тут же отдернул руку, словно опомнившись, и встал.
— Не пойду, — повторила я.
— Хорошо, — вдруг покладисто согласился ректор. — Сейчас отдыхайте у себя. Но ночуете у меня, это не обсуждается.
— По этой причине изменились правила общежития? — насмешливо фыркнула я, выбираясь из-под одеяла и подходя к нему.
— Не льстите себе, госпожа Коттинс, — обдал меня лорд очередной порцией холода. — Ваши отношения со студентом Нейсом меня совершенно не интересуют. — И добавил ядовито. — И причина, по которой ужинать нужно без платья, тоже.
Я уже собралась вернуться в постель и уснуть, наконец. Булок нет, идти я никуда не собираюсь. Ничего интересного он мне больше не скажет, а язвить может и сам с собой. У Кина шерсть дыбом встанет, если я ночевать буду в ректорском доме. Может я еще и не во всем разбираюсь, что касается человеческих взаимоотношений, но то, что внимание ректора его злит, прекрасно поняла. Драка между котами за кошку и за территорию дело нормальное, только вот сильнейший тут Ормондт. Мне по всем законам нужно будет остаться с сильнейшим, а он нос воротит. Значит, драка пустое дело и допустить ее нельзя. Мне мой кот нравится. Придя к этому выводу, я пожелала лорду хорошего дня и повернулась, чтобы воплотить свое решение в жизнь, но ректор схватил меня за плечо и дернул обратно к себе.
— Когда Тьма начала действовать? — жестко спросил он.
— За воротами, отпустите, — возмутилась я.
— Что говорила? — тем же тоном спросил лорд.
— Что я попалась, отпустите! — пальцы ректора болезненно впились в плечо.
— Что еще?
— Тело требовала, мне больно! — я зашипела и размахнулась, чтобы цапнуть.
Ректор перехватил мою руку, и я разозлилась. Да что он о себе думает?! В таком бешенстве я давно не была, наверное, со времен, когда дралась с кошаком. Недавний выплеск ярости не в счет. Ну, держись, любознательный доставучий лорд! Тело взвилось вверх, и я налетела на хладнокровного мерзавца, стараясь добраться до лица, до глаз, вцепиться зубами в шею. Всегда была не последняя в драках, даже в деревне, где все коты и кошки совсем не робкого десятка. Здоровенных кобелей гоняли, но я им ни в чем не уступала. На моем пушистом тельце даже несколько шрамов есть. А большим котом меня вообще не напугаешь.
Схватка продолжалась гораздо меньше, чем я рассчитывала, и вовсе не потому, что я победила ректора. Ректоров вообще оказалось побеждать непросто, это я поняла сразу, когда обе мои руки поместились в одной ормондтовской длани, второй он перехватил меня поперек живота и легко оттащил к кровати, кинул на нее, перехватил запястья теперь двумя руками и навис сверху.
— Тебя Тьма вчера покусала? — поинтересовался Ормондт.
— Сейчас я тебя покусаю, — зашипела я.
— Уже не получилось, — усмехнулся он, и я поняла, что на меня даже не обиделись, просто забавлялись моей вспышкой.
— В рожу вцеплюсь, — я немного поутихла.
— Странное поведение для леди, даже воскресшей, — теперь ректор просто улыбался. — Никак не пойму, что в тебе так притягивает. Вроде одно осознание, что ты возрожденная, должно отталкивать, а из головы выкинуть совершенно невозможно.
Я перестала вырываться и удивленно смотрела на лорда Ронана. Он еще больше нагнулся, и мне показалось, что поцелуй неизбежен, когда Ормондт отпустил мои руки и уперся кулаками в кровать, снова приподнявшись выше.
— Ночуешь в моем доме, и это не обсуждается. Можешь беситься сколько влезет, но решение я не изменю. Это ради твоей же безопасности. — Тон стал более сухим. — Придется потерпеть. Надеюсь, скоро все разрешится, и угроза исчезнет. В академии вводится комендантский час на неопределенное время, это уже касается не только тебя. Поездки в Эйлин и походы по ресторациям отменяются. Столовая будет работать в новом режиме. Кроме обедов, студентов начнут кормить завтраками и ужинами.
— Зачем так строго? — хмуро спросила я.
— Если вы не заботитесь о своей безопасности, о ней буду заботиться я своими методами. — Ответил Ормондт. — Пока здесь находится то, что нужно Тьме, она не оставит академию в покое. Хватит с меня двух трупов. Защита усилена, но не настолько, чтобы я мог рисковать своими студентами, преподавателями и обслуживающим персоналом. Вопросы остались?
— Почему ты не можешь выкинуть меня из головы? — любопытная я, особенно когда что-то касается моей персоны.
Ректор сел рядом, устало потер лицо и посмотрел на меня со странным выражением. Затем протянул руку и ласково провел пальцами по щеке. Встал, не говоря ни слова, и открыл портал, собираясь покинуть меня.
— Почему посещение общежитий теперь можно только обрученным? — крикнула я ему вслед, садясь на кровати.
— Это старое правило, о котором все благополучно забыли, я воскресил, — ответил лорд Ронан, не оборачиваясь. — До вечера, Бидди подготовит вам комнату. — Он исчез, а я упала обратно на кровать, думая, как на мое переселение отреагирует Кин.
Когда я выползла из своих комнат, был уже вечер. Темнеть еще только начинало, и студенты только начинали покидать академию. О нововведениях ректора уже знали все, и академический городок наполнился возмущенным гулом. Обсуждали новые правила не только студенты, столкнувшиеся с тем, что не могут пройти к своим возлюбленным, как обычно, но и преподаватели, оказавшиеся взаперти вместе со студентами. Даже призраки выползли на улицу, пристраивались к сбивающейся в кучки возмущенной общественности, и жадно слушали. Много ли надо не живым для счастья?
Я брела между жужжащими компаниями, особо не вслушиваясь. Ко мне подплыли Бриндан и Кадан. Они пристроились по бокам и выжидающе уставились на меня.
— Что? — спросила я, настороженно глядя на них.
— А что думаете вы, прелестная Марсия, обо всем происходящем? — заговорил господин Кадан.
Я пожала плечами. Для меня это все уже было не новостью и единственное, из-за чего я переживала, это решение ректора в отношении меня. Без всего остального я могла обойтись. Хотя нет, ночевать у Кина мне нравилось, что уж тут скрывать. Призраки, сообразив, что я не настроена не разговоры, исчезли в неизвестном направлении. Я оглянулась в поисках Кина или кого-нибудь из его группы, не нашла и направилась к первому общежитию.
Меня догнала Сильвия и повисла сзади, чуть не завалив на землю.
— Покусаю. — С угрозой произнесла я, оборачиваясь к ней.
— Марси, — теперь она висела спереди. — Я такая счастливая! Такая! Мне Нарв предложение сделал, мы только что засвидетельствовали нашу помолвку у ректора! Ну, поздравь же меня, бесчувственная ты кошка, — Силя захохотала мне прямо в ухо, и я скривилась, уворачиваясь.
— Поздравляю, — проворчала я. — А зачем это вообще все нужно?
— Ну, как зачем? — моя дуреха опешила. — Ай, ты же не понимаешь ничего. Это же как доказательство любви. Когда мужчина зовет женщину замуж, он говорит этим, что никто ему больше кроме нее не нужен, что она для него одна единственная.
Я задумалась, анализируя Силино объяснение, и возмущенно спросила:
— Как на всю жизнь? То есть только один кот и все?!
— Конечно! — Силя посмотрела на меня, как на дурочку. — Ты бы хотела замуж на Кина?
— Мы и так пара, — пожала я плечами. — Кстати, что такое измена?
Сильвия округлила глаза, но тут же махнула рукой.
— Это когда ты не только со своим котом, но и еще с кем-то, — пояснила она.
— Но это же нормально, — я покачала головой. — Напридумываете, сами себе жизнь осложните, а потом Марси думай, что от нее хотят. Нельзя, так нельзя. Но это неправильно! А замуж, значит хорошо? — Сильвия кивнула. — Ну, ладно, поняла.
Я ничего не поняла, пришлось обратиться к памяти собственного тела, там были воспоминания и о правилах поведения. Элана вообще о таких вещах не задумывалась, она о замужестве не думала, пока ее отец не умер. Но радостных визгов, как у Сильки, предстоящее событие у нее не вызывало. В своем женихе она искала защиту. Но ведь Кинан и так моя защита, с ним вообще не любят связываться.
