В этот момент официант, молодой парень в солдатском мундире, принес генеральский обед, он аккуратно и с большим профессионализмом расставил перед Мольтом всякие там блюда, тарелки с различными вкусностями, отошел на шаг от стола, ожидая, заказа на блюда для полковника Дермье. Но генерал армии Герман Мольт сегодня явно был не в духе, он сделал вид, что не заметил этого поведения официанта. А Оливер Дермье ясно понял, что он больше не в фаворе у этого генерала армии, что сегодня он так и не получит столь желанную генеральскую звездочку на свои полковничьи погоны!
— Так что, Оливер, сегодня я могу тебе предложить в командование 22-ю пехотную дивизию. Сейчас она бежит вместе с другими дивизиями Восточного фронта. Если хочешь ее спасти, то после встречи с моим начальником штаба, можешь поспешить на фронт, тебя уже ждет мой персональный глайдер со взводом имперских десантников, которых я попросил выделить для тебя лично! Мой начальник штаба у себя в кабинете, вместо обеда ему придется тобой заниматься! Так что всего хорошего, полковник! Надеюсь, услышать от тебя в самое ближайшее время!
Генерал армии Герман Мольт с видимым удовольствием принялся разрезать на маленькие кусочки большой кусок мяса, бифстейк. Ошеломленный разговором, а также тем, что ему не дали и слова вымолвить, полковник Дермье поднялся из-за стола, козырнул Мольту и, чеканя шаг, направился к выходу из генеральской столовой! Внутри себя он вдруг понял, что ему не стоило бы раньше времени выписываться из госпиталя! Он не выдел и того, что, как только за его спиной захлопнулась дверь столовой, Герман Мольт достал свой коммуникатор, с кем-то соединился и сказал:
— Встретился, дал ему 22-ю имперскую дивизию! Ну, и что, должен же кто-то стабилизировать Восточный фронт!
Получив в штабе все необходимые документы, Дермье вышел на улицу!
Напротив входа в штаб стоял новенький, только что с завода пушечный глайдер. Вокруг глайдера группировался взвод имперских десантников 81-й имперской десантной дивизии, которая была самой элитной десантной дивизией Кирианской империи. Взводом командовал старый унтер-офицер, который стоял, спиной облокотясь о корпус глайдера, строго поглядывая вокруг себя. А его десантники, чуть ли не парочками с умильными улыбочками на дебильных физиономиях, разгуливали вокруг. Увидев полковника Дермье, вышедшего на улицу, унтер, не поднимая голоса, рявкнул команду:
— Братва, строиться!
В мгновение ока на тротуаре выстроил шеренга в два ряда, когда полковник Дермье приблизился, то унтер небрежно шагнул вперед и, правую руку бросив к берету, он отрапортовал:
— Господин полковник, 3-й взвод 1-й роты 4-го десантного батальона 1-го полка бригады "Мамонт" 81-й имперской десантной дивизии построен! Больных и задержавшихся нет! Готовы вас сопровождать в полете на линию фронта! Рапортовал старший унтер-офицер Усачов!
Еще на подлете к командному пункту дивизии, расположенному в деревушке Ильхансон, Оливер Дермье начал убеждаться в том, что в расположении 22-пехотной дивизии происходят непонятные вещи. С высоты в сто метров на подступах к этой деревушке ему было хорошо видно, что все дороги заняты колоннами пехоты, которые передвигались пешим порядком. Причем, все эти колонны двигались в различных направлениях, две колонны столкнулись лоб в лоб и полковник Дермье увидел, что головы этих колонн едва не передрались за право первыми пройти этой дорогой.
Ильхансон была обыкновенной имперской деревушкой, небольшой по имперским меркам, всего в сто дворов, но весьма зажиточной. По крайней мере, крестьяне этой деревни имели большие дворы, со многими хозяйственными постройками. Но эти дворы были хорошо прибраны, каждая щепочка там знала свое собственное место! На фоне такой крестьянской аккуратности имперские пехотинцы, время от времени проходившие колоннами по деревенским улицам, выглядели неопрятно одетыми, шли не в ногу, а колонны — более походили на неорганизованные толпы!
Глайдер полковника Дермье приземлился на центральной площади, неподалеку от здания, в котором заседали деревенские старейшины. Пару минут Оливер потоптался у своего глайдера, ожидая, появление дежурного по штабу дивизии офицера, или кого-нибудь из представителей властей этой деревушки. Минуты прошли, но так никто и не появился, тогда полковник повернулся к унтеру десантников и тихо сказал:
— Усачов, мне нужен кто-нибудь из штаба моей дивизии! Или любая информация о том, где этот штаб находится?!
Долю секунды старый унтер внимательного рассматривал пехотного полковника, затем повернулся к своим десантникам, чтобы глухим голосом прореветь команду, понятную только своим. В момент взвод десантников рассыпался на пары, каждая пара десантников умчалась строго по своему направлению.
Первая же возвратившаяся пара десантников притащила какого-то юного капитана с красной повязкой, на которой белыми, почти затертыми буквами было написано: "дежурный по штабу".
— Молодой человек! — Несколько не по уставному Оливер Дермье обратился к этому капитану. — Не могли бы вы подсказать, где сейчас находится командный пункт или штаб 22-й имперской пехотной дивизии?
— В этом здании! — Капитан головой кивнул в сторону здания совета деревенских старейшин. — Но вскоре мы покинем это здание, так как передислоцируемся в другую деревушку, расположенную в тридцати километрах от этой!
— Это чей же приказ? Правда, последнее меня пока не интересует! Господин капитан, вы не подскажете, где я мог бы найти командира дивизии?
— Потеряв управление полками дивизии, генерал майор Нансен застрелился в своем собственном кабинете. Сейчас собирается стреляться полковник Солнцев, начальник штаба дивизии!
— Вы, что тут все решили со своими жизнями покончить самоубийством! Как же вас тогда мы будет вас на погосте хоронить. Батюшка запрещает самоубийц в пределах церковной ограды хоронить, что нам тогда с вами делать? — Чуть ли не со смехом, злым смехом поинтересовался полковник Дермье. — Может быть, тогда вы, капитан, меня проводите в свой штаб самоубийц?
— Да, прошу, господин полковник, следовать за мной. — И капитан решительно отправился к входной двери в здание деревенских старейшин. — Но только я стреляться не собираюсь, я еще и не пожил, как следует!
— Замечательно, молодой человек, мне приятно слышать об этом!
Начальника штаба 22-й имперской пехотной дивизии, полковника Игоря Солнцева, они действительного одного нашли в его кабинете. Полковник сидел за своим рабочим столом, на поверхности которого не было ни одной бумажки, он задумчиво в своих руках вращал магрибский наган с удлиненным стволом. Когда Оливер Дермье вместе с капитаном перешагнул порог кабинета начальника штаба дивизии, то полковник Солнцев, похоже, не обратил на них внимания на их появление.
— Вы, полковник, видимо, тоже, как мне доложили, решили стреляться? — Весело поинтересовался Оливер. — Так, может быть, нам покинуть ваш кабинет, чтобы вы могли бы пулю пустить себе в рот в одиночестве?
На эти слова в глазах полковника Солнцева появилось какое-то понимание, он, вскинул голову, долго рассматривал Оливера Дермье, а затем поинтересовался:
— Так вы, полковник Оливер Дермье, новый командир дивизии?!
— Так точно, полковник Оливер Дермье, командир 22-й имперской дивизии, к вашим услугам!
Глава 8
1
Сюжет Поли о неудавшемся покушении на принца Барка наделал немало шума в столице. На следующий день его повторили практически все частные и имперские каналы галовидения, а Поли в тот день проснулась еще более знаменитой журналисткой. К ее славе непревзойденной ведущей ток-шоу, добавилась слава лучшего репортера империи. Ее цитировали, у нее брали интервью и ее постоянно разыскивали собратья по перу, а иногда звонили очень серьезные кирианцы, предлагая ей заняться подготовкой для них того или иного материала. Но девчонка оставалась девчонкой! Часто совершенно по непонятной причине, она отказывала или бралась за такую работу, которая ей, как мне казалось, была не по плечу. Одним словом, дворцовые операторы с удовольствием соединяли журналистку с вызывающими ее абонентами, подслушивали, о чем она с ними говорила, а затем слухи, один замысловатее другого с быстротой молнии разносились по дворцу.
Было еще рано, когда я пригласил Поли позавтракать вместе со мной и моими друзьями — генералами Валдисом, по которому вчера имперский министр обороны подписал приказ о присвоении ему звания "генерал майор", и Германом Мольтом. Завтрак прошел в любимой принцессой Лианой и детьми малой дворцовой столовой. Утром в столицу, несмотря на то, что по-прежнему себя плохо чувствовал, прилетел Император Иоанн, он тоже хотел позавтракать вместе с моими друзьями, которые ему очень понравились. Ему страшно хотелось пообщаться с такой журналистской знаменитостью, как Поли Ньювумен, но вчерашнее убийство высокопоставленных имперских военных чиновников, заставило его, не заезжая во дворец, умчатся на внеурочное заседание, проводимое опять же в имперском Генеральном штабе.
Валдис был по-настоящему голоден, он сметал со стола все, что только ему попадало под руку, поэтому завтрак он был вынужден промолчать, но внимательно прислушивался ко всему тому, о чем болтали за столом его коллеги. Генерал Мольт, остаток ночи провел в гостевой комнате дворца, мне больше не хотелось рисковать этим бравым генералом, оказался настоящим "бабником", Он настолько разошелся, делая комплименты Поли, что в этом деле заткнул меня, всех других за пояс. Поли, это внимание и комплименты генерала Мольта понравилось, она с удовольствием выслушивала его провинциальные неологизмы. Лицо ее раскраснелась, временами она искоса погладывала на меня, интересуясь, а как же я реагирую на это поведение старого генерала.
К тому же она к этому моменту настолько вошла в роль знаменитой, но весьма капризной дамы, что обнаглела и попросила разрешения на то, чтобы покурить за чашкой кофе. В принципе, я и сам курил в моменты большого волнения, но моя принцесса Лиана на дух не воспринимала курение в дворцовой столовой, где часто обедали наши дети. В данную минуту я так и не мог отказать этой капризной девчонке, знаменитой журналистке. Я утвердительно кивнул головой, но тут же демонстративно пересел в дальний угол стола, подальше от курившей Поли. Своим личным примером, как бы предупреждая всех остальных в том, что не всем им позволено курить в этой дворцовой столовой!
Позвонила принцесса Лиана, которая давно проснулась, но до нее только сейчас дошли новости о новом на меня покушении. Она была по-настоящему взволнована, рвалась ко мне в столицу, чтобы всеми своими силами меня ограждать и защищать, я же всеми своими силами старался ее успокоить. Хорошо, что принцесса не видела кроваво-сусального сюжета Поли, тогда одними успокоительными словами мне бы не удалось ее успокоить. Затем принцесса Лиана перешла на разговор об убийстве Низами и Стефанюка, которых хорошо знала. которых считала честными, достойными уважения кирианами, близкими друзьями своего отца.
Честно говоря, я не ожидал подобного поворота дела, когда моя умная супруга, наших врагов, которые планировали под корень вырезать всех членов императорской семьи, причислила к сонму близких и лучших друзей. Я не знал, в каком тоне дальше продолжать разговор с женой на эту тему. Впервые за время проживания с принцессой Лианой между нами возникло небольшое недоразумение. К слову сказать, жена почувствовала эти мои колебания, она тут потребовала, чтобы я говорил ей только одну только правду, но, оставаясь при этом абсолютно убежденной в том, что погибшие имперские офицеры были настоящими друзья императорской семьи. Поэтому она считала, что я должен был бы бросить все дела, чтобы заняться расследованием их убийства. Чтобы уйти от дальнейшего разговора на эту неприятную мне тему, я прибегнул к своему испытанному методу, поинтересовавшись здоровьем и поведением детей. В течение двадцати минут я выслушивал о подробностях поведения Ланы и Артура.
В этот момент я почувствовал на себе взгляды друзей и, слегка приподняв голову, увидел, что Поли, Мольт и Валдис допили кофе. Сейчас они сидели за столом, ожидая завершения моего разговора с женой по коммуникатору.
Но только я закончил говорить с принцессой Лианой, как дисплей коммуникатора вспыхнул новым вызовом. На этот раз меня снова вызывал император Иоанн, я извинился перед друзьями, соединился с Иоанном. В этот момент в столовую протиснулся ужасно голодный полковник Герцег, который скользнул за стол и стал доедать оставшиеся на столе бутерброды, запивая их кофе с молоком, куда бухнул весь сахар из сахарницы.
Император поинтересовался:
— Принц, как у вас дела со временем? Мне хотелось бы, чтобы вы в течение десяти минут прибыли в имперский Генеральный штаб. Сейчас здесь проходит заседание, на котором обсуждаются кандидатуры нового начальника имперского Генштаба! Мне не совсем нравится то, как идет это обсуждение, так что жду тебя. Барк! Приезжай, как можно скорее!
Через восемь минут два глайдера с эмблемами дворцовой службы безопасности приземлились на крыше здания имперского Генерального штаба. Новое название своей службе от нечего делать придумал полковник Герцег. Он же саморучно нарисовал эту эмблему. На крыше нас встретили два штаб-сержанта военной полиции, которые мою небольшую группу сопроводили в зал заседаний, где я только вчера познакомился с бригадным генералом Мольтом.
Новая же дворцовая служба безопасности во главе с ее командиром полковником Герцегом была задержана для выяснения обстоятельств, слишком уж подозрительно выглядели мои гномы с фазерными автоматами, карабинами и пулеметами наперевес. Причем, гномья охрана была задержаны по личному распоряжению начальника караульной службы имперского Генштаба, который даже не появился на крыше здания, чтобы меня встретить. Я не стал ждать, чем закончатся разборки этих двух охранных служб, так как был уверен в своих злобных гномах, сам же не хотел опаздывать к императору Иоанну.
Проходя к лифтам, я вежливо попросил полковника Герцега особо не буйствовать, чтобы не было никаких трупов или покалеченных военнослужащих. Тот же в ответ отвернул в сторону свое лицо, пряча от меня свои хитрющие гномьи глаза.
На этот раз меня сразу же провели в президиум, усадили рядом с императором Иоанном, генералов Валдиса, Мольта и журналистку Поли усадили на места где-то в задних рядах. Президиум собрания был переполнен генералами с тремя или даже с четырьмя звездочками на погонах. Ну, знаете, все эти генералы выглядели подобно отъевшимся на дешевых имперских хлебах боровами, габаритами своих тел они не уступали имперскому министру обороны, господину Кабанову!
В связи с преждевременной кончиной генерал полковника Стефанюка, а также в связи с предстоящими выборами нового начальника Генерального штаба Кирианской Империи внеочередное заседание имперского Генштаба вел сам имперский министр обороны Кабанов.
Еще в доисторические времена существования Кирианской империи один из императоров династии Иоанидов в особую группу выделил министров силовиков своего имперского правительства, напрямую подчинив их себе. В число таких министров вошли министр обороны, имперский государственный министр, имперский министр внутренних дел и руководитель имперской службы безопасности. К нашему времени имперские министры силовики стали столпами кирианского общества, на которых всегда стояла, всегда держалась императорская власть. По своей значимости и положению в обществе один министр силовик наголову превосходил всех министров имперского правительства вместе взятых.
