...дальше всё было хуже. Через год появилась секта бога Вечности. Очень скоро, всего за пару лет, секта разрослась в целую религию, жрецы которой обладали огромными силами, даруемыми своим богом. Имя бога так и осталось тайной — его звали Безымянный. Потом начали пропадать эссели. Заметили это не сразу, поскольку эссели весьма скрытны, а общаться с людьми могут только старшие из них. Внимание на исчезновения обратили фейри, наиболее близкие к эсселям существа. За помощью дивный народ обратился не сразу, попытавшись расследовать дело своими силами. Неудачно. Совет Всемудрейших выделил нескольких чародеев — те не справились. Тогда лично Всемудрейших Ос-Тарот провёл высший ритуал поиска — пожалуй, это было первое разумное решение со стороны Совета. Ритуал сообщил главное: эссели мертвы, а их убийцы — люди. Следствие было переориентировано. Вскоре вышли на Священную Охоту Вечности. Почти все охотники избирались из жрецов Безымянного, объект охоты был неизвестен, но, в общем-то, понятен. После допросов охотников выяснилось, что захваченные эссели передавались в главный храм Безымянного. Первожрец приносил их в жертвы — один из следователей смог проникнуть под покровом невидимости на жертвоприношение.
— Ему, первожрецу, вынесли предупреждение, — с какой-то монотонной обречённостью вещал ра-сохай. — Да, предупреждение... Шолли лично зачитывал его! О, первожрец лишь усмехнулся и попросил не вмешиваться в дела его церкви. И сказал, что эссели — не подданные Совета. Проигнорировал... Совет терпел. Совет научился терпеть, не торопиться — потому и пал. Шолли просил, Шолли умолял сделать хоть что-то — Совет молчал, Всемудрейшие ждали...
...и дождались. В ответ на официальную просьбу короля фейри защитить эсселей, Совет выдал им официальные же результаты расследования, включая ответ первожреца. Расчёт был то, что фейри, очень привязанные к духам местности, попросту сотрут первожреца с лица земли, оставив Всемудрейших чистенькими и добренькими. Подобный сценарий реализовывался не единожды. В этот раз расчёт не оправдался. Карательный отряд фейри весь до единого сгинул в храме. Второй отряд — аналогично. Этого король фейри терпеть уже не мог — гордый народ объявил войну церкви Безымянного. Соответственно, Совет попытался вмешаться, не допустить бойни, ведь большая часть адептов — слабые маги, польстившиеся на обещания силы, коей делился бог Вечности.
— Война не сразу переросла во всеобщую, — Шолли говорил чуть тише, иногда прерываясь на шипение, выдающее душевную боль. — Шолли пытался остановить... Шолли не слушали. Фейри отправили слабых на Элайю и сражались до последнего воина. Адепты Безымянного — тоже. И они привлекли помощь! Шолли старался, Шолли пытался отговорить — многие маги присоединились к обеим сторонам. Остальные захотели поживиться, решить войной давние противоречия — а кто-то даже решил свергнуть Совет Всемудрейших! — ра-сохай склонил голову в скорби, а затем резко её вскинул. — Но Шолли не бездействовал! Шолли помог эвакуироваться, пока это было возможно, всем, кто согласился. Шолли старался, Шолли видел тенденцию, Шолли угадал исход!
Когти ра-сохая впились в камень пола. Глаза его горели гневом. Он молчал, не в силах продолжить, вновь переживая события тех дней. Наконец, Гарри осмелился спросить:
— Что было потом, Шолли?
— Ш-ш-ш-ш! — сначала яростно, а потом тоскливо зашипел тот. — Потом была смерть. Шолли был разведчиком. Шолли проник в храм бога Вечности. Шолли узнал. Шолли успел скрыться. Шолли рассказал, но было поздно. Первожрец провёл ритуал, и души павших адептов стали проклятыми тенями. Первожрец объявил остаткам сражающихся, кто он на самом деле. Усгаор. О, не ослеплённые ненавистью, переметнулись на стороны проигрывающих фейри — Шолли помог, Шолли не молчал! Но было поздно. Шолли попытался привлечь Совет Всемудрейших — но они желали отсидеться на острове, угнав его на северный полюс. Недальновидные тупицы!
Рука ра-сохая рванулась вверх, разрывая камень. Дети едва успели прикрыть глаза от каменной крошки.
— Конечно, феи проиграли. Проклятые тени были чем-то новым, изобретать оружие против них не было времени и ресурсов... Потом — штурм Города-Над-Облаками. Шолли не видел его, но чувствовал отголоски. Позже Шолли узнал. Предатель Илсидор поделился с Усгаором знаниями, недоумки Всемудрейшие так и не закрыли ход в Чёрные Просторы — штурм не занял много времени. Удар сзади и коды доступа к защитным системам сыграли свою роль. Усгаор лично убил Всемудрейших. Око Совета им не досталось, — зло ухмыльнулся ра-сохай. — Шолли постарался, Шолли послушались — башня до сих пор в изоляции. Усгаор не в силах одолеть её мощь, копимую эпохами. Ну а дальше...
Ра-сохай расслабил ладони, судорожно скрежещущие по камню.
— Дальше было выживание. Остальные погибли. Шолли ещё жив. Шолли не знает, все ли, но искать — самоубийство. Шолли часто спит... — Погасший блеск в глазах, мёртво лежащие руки — сидящий на корточках, ра-сохай выглядел опустошённо. — Шолли проспал целую эпоху. Когда Шолли не спит — он охотится на теней. Много охоты — много внимания. Шолли редко охотится. Шолли много спит, — повторил ра-сохай и уставился в пол.
Подавленные трагической историей, Гарри и Гермиона ещё долго молчали. Перед их мысленным взором проносились страшные события — гибель целого мира. Конечный итог они уже видели. Каменистые пустоши Диххуса, уныние, серость и проклятые тени. Обломки мира, разрушенного в давние времена волшебником по имени Илсидор.
— Атика?
— Не напрягайся, Альбус, — женщина устало откинулась на кресло. Рядом точно также позе расслабились Эммелина и Флитвик.
— Удачно? — спросил Снейп, опередив своего начальника.
— Ну как сказать... Хуже, чем я думала, когда мы начинали и лучше, чем опасалась в конце. Пеленг на Гарри и Гермиону есть, и он устойчив. А вот с точностью неладно — Диххус защищён от духовных воздействий. За счёт тонкости защиту мы обошли, но всё равно, точнее, чем круг радиусом в сто километров, место не определить. И можешь не торопиться с поисками — они ещё под одним слоем чар сокрытия, довольно сильных, судя по искажениям духовного плана.
— Сенсосеть? — подала голос Вэнс.
— Ну да, сенсосеть на сто километров, — хмыкнула Атика. — Нет, в принципе можно, но долго. Предлагаю "тер-ритар" в пару сотен мегануманов.
— У меня найдётся накопитель, — кивнул Дамблдор.
— Есть идея получше, — заметила Эммелина. — Как насчёт проективного поиска?
— Проективного? — заинтересовалась Атика. — Новая разработка? Рассказывай.
— М-минерва? — удивился Квирелл. — Что в-вы тут делаете?
— Проверяю защиту, конечно же, — пожала та плечами. — Альбус хотел быть уверенным, что никто её не пройдёт. А что вы тут делаете?
— В-вам нужна п-помощь? — Квирнус проигнорировал вопрос.
— Разумеется, нет, — отрезала Макгонагалл. — Повторяю вопрос — что вы тут забыли, Квирелл?
— Х-хотел пров-верить моего тролля, — профессор сжался под строгим взглядом женщины, отступив на шаг.
— Ваш тролль в полном порядке, уверяю, — с холодной вежливостью уведомила Минерва, не сводя с Квирелла палочки. — Больше вам ничего здесь не надо?
— Н-нет.
— В таком случае прошу удалиться немедленно. Я переделываю сбоящий контур и не потерплю посторонних!
— Да-д-да, разумеется, — пролепетал Квирелл, разворачиваясь и практически убегая подальше от проницательного взгляда этой женщины, так кстати разгадавшей попытку захватить камень его "повелителя". Интересно, что бы сказал Тёмный Лорд, если бы знал, что Макгонагалл — так себе ритуалист и уж явно не занялась бы переделкой контура сложной системы?
"Северо-северо-восток".
— Да вижу я, вижу, — пробормотала Атика. Армейские ботинки месили влажную пыль — женщина не прибегала к магии, кроме той, что отталкивала от неё капли дождя. — Расстояние?
"Десять метров".
— Что?! — она замерла, вслушиваясь в колебания сенсосети. Сделала несколько шагов. — Расстояние?
"Девять с половиной метров".
— Пространственное или духовное искажение? — скорее себя спросила волшебница. — Скорее пространственное. Ну-ка, ну-ка...
Палочка уверенно выпустила вперёд поток магии. Поток распался на несколько лент, уверенно раскинувшихся во все стороны — и тут же исчезнувших.
— Духовное. Интересно. Вентус магика эморе!
На этот раз от выпущенной мощи содрогнулось само пространство. Нематериальный, но вполне ощутимый ветер поднялся от палочки, взмётывая вверх серую пыль и снося капли дождя.
— Эммелина, для заметки — здесь всё пронизано волшебством. Можно на материю действовать как на магию.
"Приняла. Филиус волнуется".
— Пусть не беспокоится, — холодная усмешка. — Я почти прошла. Это был предпоследний барьер. Замечательная иллюзия и духовное искажение. Последний, вероятно, рассчитан на силу. Готовы?
"Да. В такие моменты я боюсь Альбуса".
— Да уж, мой ученик страшен в праведном гневе. Но ты ещё не видела меня.
"Может, мне остаться тут, о великая волшебница?"— смешок.
— И не надейся отмазаться таким примитивом, — хмыкнула Атика. — Ага, вот и последний.
Этот барьер был вполне видимым. Зелёное свечение напоминало "тегмено", хотя, определённо, являлось чем-то более продвинутым. Впрочем, перед "Саори фламмо" не устояло и оно. Ещё бы! От влитой в него силы окружающий мир трепетал. Учитывая специфику места, Пламя Разрушения здесь могло и воздух разрушать. "Интересно, до каких пределов? — мелькнула мысль. — До атомов, нуклонов или этих, как их там? Ах да, кварков? Хотя вряд ли. Вроде бы, кварки нельзя разделить. С другой стороны, физики вряд ли сталкивались с такой концентрацией волшебства..."
"Смещение! Юг, скорость растёт".
— Что за чёрт? — прыжок, и она стоит на каменном холме перед входом в пещеру.
Внутрь, быстрее! Ещё один барьер, хитро спрятанный — что ж, ожидаемо. Так дальше... никого?!
"Новый пеленг — пять километров на юг. Что там у тебя происходит?"
— Сбежал, — коротко ответила Атика, наблюдая за затуханием синих огоньков. — Опытная сволочь. И способ выбрал интересный, только вряд ли рассчитывал на...
Взмах палочкой, прикрытые глаза, губы шепчут почти забытую формулу — и синие огоньки перестают тухнуть. Ещё взмах — и разгораются новые, окружая чародейку плотным коконом.
"Не знаю, что ты делаешь, но поторопись. Рядом с детьми мощный всплеск. Альбус почти грызёт свою палочку".
"Тогда размыкайте ритуал и перемещайтесь сами", — мысленно ответила волшебница.
"Всё ещё не можем взять координаты. Видим только через тебя. Быстрее!"
— Уже иду, — пробормотала Атика, перед тем как исчезнуть.
— Нас ищут! — встрепенулся Шолли. — Ищут, ищут, опять, бежать, немедленно... — ра-сохай встревоженно заметался по пещере, заталкивая в карманы плаща целую кучу невзрачных камушков. — Нас нашли, Шолли не справился!
— Что стряслось, Шолли? — спросил Гарри. — Кто нас нашёл?
— Они, они! — воскликнул ра-сохай. — Проклятые тени, да, больше некому, Шолли спасёт тёплых магов, у Шолли не одно убежище, Шолли подготовился...
— Нас тоже должны искать, — осторожно сказала Гермиона. — Профессор Дамблдор, профессор Флитвик, Атика.
— Вас? — Шолли резко повернулся. — Да, могут, но Шолли не верит, сюда не пробьёшься, Шолли знает, Диххус отрезан...
— Шолли, а ты не думал, что маги из другого мира могут сюда пройти? — возразил Гарри. — Этот способ называется "прямой портал" — с помощью него мы и попали сюда.
— Риск недопустим, — отрезал ра-сохай. — Тени, если это тени, они доберутся до кода. Шолли хранит его долго, Шолли придётся умереть, Шолли хочет жить! Мы уходим.
Вихрь синих искр окружил их и унёс прежде, чем Гарри успел возразить. Очутились они в пещере, кажущейся копией предыдущей. Разве что на выходе ярко горел колдовской щит. Шолли наклонил голову, будто прислушиваясь, и молвил:
— Придётся уходить. Далеко уходить. Шолли не хотел, нет-нет, Шолли старался, но нас заметил хранитель области. Они летят сюда — время ещё есть.
Ра-сохай присел на камень. Когти разных рук тёрлись друг о друга, скрепя. Всем своим видом Шолли олицетворял задумчивость.
— А этот мне нравится, — Атика осмотрела барьер во всех деталях, перед тем как уничтожить. — Саори фламмо. Саори фламмо, — два разрушительных импульса снесли защиту. — Всё? Что за...
— КТО ТЫ? — голос послышался сзади. Рефлексы не подвели — поворот вокруг оси и "конфринго" в упор.
— А кто ты? — с неизвестного слетели довольно высокоуровневые чары невидимости, открыв белоснежный балахон и благородное старческое лицо. Седые волосы и старый шрам на щеке — в душе чародейки откликнулось что-то давно забытое. — Ты воин, так? Офицер?
— Офицер? — теперь его голос не был громоподобным, видимо, маг посчитал этот эффект ненужным. — Можно сказать и так. Жрец бога Вечности, комендант данного округа. Что здесь делает одинокая леди?
— Оставь галантность, жрец. Здесь есть кое-что ценное.
— Тоже охотишься за кодом? — чуть удивился жрец. — Откуда ты узнала о нём, иномирянка? Впрочем, неважно. Уйди с дороги. Шолли нужен мне, я не погнушаюсь привлечь все силы округа, — в подтверждение за его спиной появились проклятые тени, — и даже обратиться к самому Усгаору. Уходи.
— Мне нет дела до твоего кода, — отмахнулась чародейка, воздев палочку. — Мне нужны люди. Два ребёнка. Они были похищены неизвестным. Если это твой Шолли — забирай, мне он не нужен.
— Прости, леди, но не верю тебе, — покачал головой жрец. — Последний раз прошу — уйди с дороги. Если там есть кто-то ещё — они тоже должны быть доставлены к первожрецу.
— Мне не хочется сражаться из-за такой малости, но если ты настаиваешь... — чародейка встала в боевую стойку, держа в поле зрения и теней.
— Мои указания не подразумевают двусмысленности, — жрец явно не хотел сражаться с неизвестным противником. — Очень жаль. Убить!
Пять теней спикировали на Атику — и исчезли в огненных вспышках. Она даже не дёрнула палочкой, продолжая напряжённо следить за жрецом.
— Ясно, — он вздохнул и размял руки. — Что ж, представьтесь, прекрасная незнакомка, чтобы я знал, чьё имя записать на сто пятую позицию.
— Атика Сей-Тиор. А твоё имя, жрец?
— Леотарт, слуга Безымянного, бога Вечности. Начнём?
— Начнём. Исв сайтртс.
С руки жреца слетел чёрный луч. Навстречу ему полыхнуло жёлтое пламя. Под серыми небесами раздался первый взрыв.