— Принято.
Тройка кораблей, внешний вид которых — они были немного похожи на огромные, неуклюжие бочонки — резко контрастировал с той быстротой и маневренностью, с которой они перемещались в пространстве, закрутилась вокруг терпящего бедствие корабля. Они сплетали вокруг него силовой кокон и одновременно, по мере того, как невидимая связь становилась все прочнее, охлаждали и гасили скорость.
— Николай? — в голосе старшего слышалось сомнение.
— Не успеваем. Я не смогу его остановить, даже сильно изменить траекторию до встречи с атмосферой и то не получится. Слишком велика скорость — мы потеряем и корабль и людей. Попробую опустить на поверхность.
— А реактор?
— Погасили, взрыва не будет.
— Не мало... Сможешь сделать виток?
— Это решит компьютер, — голос стал еще более недовольным. Если бы можно было обойтись без нейросети, тогда Николай был бы полностью счастлив. Правда, ее вмешательство в свою работу он выносил легче, чем людское. — Думаю, нет. Смотри, выбор точек вероятной посадки мал, а скорость падает очень медленно. Решай скорее. Я могу бросить его в океан, но тогда о людях внутри забудь.
— Хорошо, опускай. Удар при посадке все равно будет не малым, придется рискнуть. Постарайся ненароком не накрыть институт, нам только этого не хватает для полного счастья.
— Принято.
— Удачи.
Треугольник исчез с центрального экранчика и на нем появилась сетка поверхности планеты, даваемая одним из метеоспутников. Оцепеневшему Чарльзу оставалось только молча и с ужасом наблюдать, как вероятная зона посадки целиком накрывает институтский поселок, где сейчас в местном медцентре находился саркофаг с его единственной дочерью.
Чарльз не помнил, что, как и с кем он говорил, но когда челнок стартовал вниз, он оказался в нем вместе с тройкой диспетчеров. После того, как вызванная по тревоге смена приняла внеочередную вахту, участники событий спешно вылетели на поверхность.
Николаю удалось посадить терпящий бедствие лайнер на пустынном берегу озера, правда в пределах прямой видимости институтского поселка, но судя по первым рапортам, никто из жителей колонии не пострадал.
Челнок аккуратно сел на самой границе зоны безопасности. Все быстро выскользнули наружу и двинулись к кораблю, окруженному тройкой автоматов-спасателей. Впопыхах Чарльз оказался без защитного скафандра и теперь послушно тащился позади всех. Уже наступили плотные сумерки и если бы не прожектор челнока, на холмистой, неровной местности пришлось бы изрядно помучиться, спотыкаясь в темноте о разбросанные валуны.
Увидев собственными глазами невредимый поселок, Чарльз облегченно вздохнул, к нему вернулась способность здраво рассуждать. Теперь его, как и всех остальных, в первую очередь интересовал попавший в аварию корабль.
По мере приближения к лайнеру становилось заметно жарче. Хотя они находились на достаточно приличном расстоянии, а холодильные установки спасателей работали на полную мощь, даже отсюда было видно, как над корпусом лайнера дрожит воздух и поднимаются завитки дыма — он так и не успел полностью остыть. Однако опасность взрыва судя по всему миновала.
— Что за черт? — Жан вдруг резко остановился и Чарльз налетел на него. Неожиданно вокруг стало светло, как днем.
Огромное блюдце, внезапно вынырнувшее из-за низких облаков, казалось пикировало прямо на них, заливая все вокруг ярким солнечным светом. Все невольно пригнулись. Однако впечатление было обманчивым, блюдце мягко село на довольно значительном расстоянии от них и заметно ближе к кораблю.
Рев двигателей на мгновение оглушил всех, потом стал глуше и разом стих. Боты сопровождения опускались рядом с тарелкой почти бесшумно, во всяком случае после страшного грохота показалось именно так. Они еще не коснулись земли, как из открытых люков с коротким свистом вылетели юркие роботы ограждения. Они начали быстро сплетать в воздухе защитное кольцо. Воздух на высоте человеческого роста заметно задрожал, мерцающая невидимая пелена постепенно поднималась все выше и выше. Когда вслед за роботами появились люди в ярких форменных скафандрах, все уже было закончено.
— Быстро они среагировали, — сплюнул Жан. — Теперь можно и не спешить. Нас не пропустят. Хотя пошли, может, что и узнаем.
— Кто это? — недоуменно спросил Чарльз. Расцветка скафандров была ему совершенно незнакома.
— Карантинщики... Только этого колонии не хватало. Неужели корабль чем-то заражен? Вот принес черт на нашу голову!
Автоматы уже очертили зону безопасности, расцветив ее огнями, и теперь только громко повторяли предупреждение о запрете прохода. Когда они наконец приблизились к границе, человек в незнакомой форме сделал едва заметное движение парализатором, но его оказалось достаточным, чтобы окончательно взбесить Чарльза.
— Какого черта?
— Федеральная карантинная служба. Проход за барьер проход запрещен, вы обязаны повиноваться.
— Вы не имеете права!
— Имеем. У нас есть на это все необходимые полномочия.
Это было правдой. В некоторых ситуациях карантинщики могли прижать даже армию, не говоря уже о гражданском населении отдаленной колонии.
— Но это наша планета! Мы здесь живем! И вы запрещаете нам пройти туда?
— Да. Ничем не могу помочь. Обратитесь к руководителю операции.
Часовой что-то бросил в комм и махнул рукой направо. Не говоря больше ни слова, они послушно двинулись вдоль светового ограждения к большому флайеру, около которого что-то деловито обсуждала группа офицеров. Пока они подошли, короткий разговор закончился и все, кроме одного, сели в машину и улетели. Оставшийся повернулся к ним и молча ждал, поигрывая каким-то небольшим и незнакомым прибором в опущенной руке.
Говорить начал Жан, но возмущенный Чарльз не дал ему закончить. Однако перепалка длилась недолго. Офицер нахмурился и сказал, как отрезал, произнося фразы резким с хрипотцой голосом:
— На время проведения операции Совет колонии ограничивается в правах и все вопросы, касающиеся карантина, переходят к руководителю операции. Указ завизирован Председателем Совета. Советую вам успокоиться и выполнять распоряжения штаба. Обстановка предельно серьезная. Если нам понадобится помощь жителей колонии, то к вам обратятся с соответствующим призывом, через Совет. А сейчас извините, дела.
— Но там моя дочь!
— Не волнуйтесь, о детях позаботятся в первую очередь. У нас очень квалифицированные специалисты. А через несколько часов здесь будут все лучшие врачи Федерации.
— Это моя единственная дочь, как вы не понимаете!
— Сожалею, — офицер качнул головой и повернувшись, стал что-то негромко надиктовывать в комм. Чарльз посмотрел на часового, стоящего рядом в оцеплении. Тот едва заметно пожал плечами.
— Пойдем, — Моуди силой старался отвести своего друга. — Чарли, не теряй головы! Вспомни, когда-то мы с тобой точно также торчали в поле, с оружием в руках. Парни просто выполняют приказ.
— Если они думают, что меня остановят эти хлопушки, — начал яростно Чарльз, но высокий режущий звук заставил его замолчать. Звук становился все выше и выше, на мгновение у всех заныли зубы, потом нестерпимый визг перешел слуховой барьер и о его силе можно было догадываться только по непреходящей давящей боли в перепонках.
Прямо перед ними, в нескольких метрах за карантинным барьером, из ниоткуда, вырастал мутно-белый пузырь, невообразимых, гигантских размеров. Когда его верхушка пробила тучи, то на ней радужными бликами заиграли лучи заходящего солнца.
Чарльз, скрипнув от бешенства зубами, замолчал и безропотно дал себя увести. Лезть башкой вперед на силовой барьер мог только сумасшедший. При всем своем отчаянии он таким не был. В голове крутилась только одна дурацкая мысль: что он скажет жене? И лишь через некоторое время до него дошло, что говорить ему теперь не с кем.
Эти несколько сотен метров разделили надвое всю его жизнь.
Неосязаемое марево намертво отрезало его от самого дорогого, что было у него в жизни. Он оказался по одну сторону карантинного барьера, а его жена и дочь — по другую.
ГЛАВА 7
1
Адмирал поздоровался первым, спокойно глядя на нахмуренное лицо Председателя.
— Неприятности?
— Да, и не малые. Для расследования инцидента создана международная комиссия, с участием всех заинтересованных сторон. Нет сомнений, что очень скоро они потребуют доступ в карантин. Есть возможность быстрой подвижки в этом направлении?
— Пока нет. Какие основания для подозрений?
— Последний корабль на станции — земной лайнер. Раулляне совершенно правы, выдвигая свои претензии, мы на их месте поступили бы точно также. Сколько потребуется времени?
— Не меньше месяца. За это время проблема будет решена.
Председатель покачал головой.
— Слишком долго, давление чересчур велико. Совет также включился в это дело, создана инспекционная группа. Как всегда, когда происходит что-нибудь непонятное и неприятное, все тычут пальцами в Проект. Готовьтесь к приезду гостей.
— Вы не сможете лично ее возглавить?
Председатель замялся.
— С политической точки зрения это было бы не совсем корректно, — осторожно заметил он. — Выгоднее отдать этот пост оппозиции...
Адмирал промолчал, красноречиво глядя на Председателя. Тот вздохнул:
— Попробую что-нибудь сделать. Надеюсь, я вас правильно понял.
— Я жду вас. Прилетайте, как только сможете.
2
Как только над Элин распахнулась крышка саркофага, она, не слушая настойчивых уговоров врачей, доковыляла до резервного гравилета, который постоянно дежурил на их базе, и взяла курс на островную резиденцию Адмирала. Ее гнала вперед ни на минуту не прекращающаяся тревога за судьбу Ника.
Вопреки ее опасениям, Адмирал согласился встретиться с ней после первого вызова по комму. Она сделала вызов, как только машина поднялась в воздух. Элин получила разрешение на беспрепятственный вход в посадочную воронку и быстро прошла входной контроль.
Когда она входила в кабинет, Адмирал заканчивал какой-то, видимо не очень приятный разговор по своему личному терминалу и только махнул рукой, приглашая садиться. Хотя Элин заметно покачивало, она не двинулась с места и продолжала упрямо стоять.
Закончив разговор, Адмирал хмуро посмотрел на нее, потом тяжело поднялся и придвинул Элин кресло. Он не садился до тех пор, пока она не опустилась в него. Махнув рукой помощнику — это был кто-то новый, Элин его не знала, он сам закрыл изнутри дверь и сел за свой стол.
— Вы не хотите объяснить мне причины изменения плана операции?
Элин хотела произнести фразу спокойно, но голос предательски дрогнул, и уже не сдерживаясь, она почти закричала:
— Как вы могли отдать приказ об атаке? Ведь это был пассажирский лайнер! Даже если на борту находилась банда преступников — остальные, это невинные люди!
Перед глазами возникла серая пелена, стены кабинета закачались... Она ухватилась руками за подлокотники, пережидая приступ головокружения. Потом ощутила около губ стакан и жадно отпила. Зрение немного прояснилось.
— Полегчало? — Адмирал убрал стакан, поставил на стол. И покачал головой.— Глупо. Глупо так рисковать, девочка... Молчи и слушай.
Он подождал, а потом негромко заговорил, глядя Элин прямо в глаза:
— Помнишь, что я говорил при первой встрече? Нельзя делать выводы, не обладая полной информацией.
— Но ведь я права!
— Нет. Ты ошибаешься. Там были не преступники, а носители смертельно опасной инфекции, их было необходимо остановить любой ценой. Остановить, пока они не заразили остальных. В старину сжигали целые селения, зараженные чумой. Не глядя на то, что там оставались живые. Советую почаще вспоминать историю.
— Вы передергиваете, — с трудом ответила Элин. — Сейчас другое время!
— Молчи. Частично ты права. Да, сейчас другое время. Но и болезни теперь другие. Сейчас опасность грозит не отдельному городу и даже не одной планете, а всему обитаемому космосу.
Он сделал отрицательный жест, обрывая все ее возражения, и жестко закончил:
— Если бы существовал реальный шанс, что вы достанете лайнер, я не колеблясь ни секунды бросил бы вас в бой с кораблями Патруля, практически на верную смерть! И надеюсь, что вся группа, вся, без исключения, выполнила бы приказ так, как делала до сих пор. Если я о чем-то и сожалею, то только о том, что на этот раз вы не смогли довести операцию до конца. Все?
Элин отрицательно помотала головой, но не произнесла ни слова. Перелет достался ей дорого. Наступила неизбежная реакция, организм всеми доступными ему средствами протестовал против такого зверского обращения.
— Давай сменим тему.
Он повернул к ней страницы экрана.
— Лайнер был перехвачен спасательной службой Астары и принудительно опущен на планету. Смотри, вот данные карантинной службы. Их датчики отслеживают каждый крупный живой объект, попавший в охранную зону. Вот сводная таблица — несколько десятков животных, птицы и люди. Те, что с лайнера: команда и пассажиры. Два кольца — местные жители. Все человеческие существа к настоящему времени абсолютно точно идентифицированы. Ника там нет. Давай рассуждать.
Он встал и привычно зашагал по кабинету.
— Конечно, поручиться за то, что данные верны стопроцентно, не может сейчас никто. Но в высшей степени маловероятно, что бы он там обнаружился. Мы контролируем в зоне практически все, каждую щель. Я ручаюсь тебе, что он может быть где угодно, но только не в зоне посадки и не на этом корабле.
— Где же он?
— Не знаю. Но на твоем месте, как это не жестоко, я бы готовился к худшему. Скорее всего, он по каким-то причинам оставался на станции. До конца.
— Вы думаете, Ник погиб во время взрыва? Или... еще раньше?
Адмирал ничего не ответил, но молчание было очень красноречивым.
— Спасибо, что ответили на все мои вопросы, — тихо сказала Элин и стала медленно подниматься.
— Ты сможешь добраться?
Ничего не ответив, Элин осторожно, закусив губу и стараясь двигаться ровно, без резких движений, направилась к выходу. Говорить больше было не о чем.
3
На огромном, в пол стены экране, высветилась трехмерная паутина сферических координат и яркая точка, двигающаяся по красной, прерывистой нити.
— Капитан туристического лайнера засек неопознанный объект, на границе сектора и сообщил диспетчеру. Мы немедленно затребовали данные к себе. Аналитики утверждают, что это каким-то образом уцелевший биоотсек с научной станции. Вероятность совпадения очень приличная, больше восьмидесяти.
Адмирал некоторое время молча рассматривал записи, а потом покачал головой.
— Даже если его успели катапультировать до взрыва, как же он мог отойти незамеченным? Ведь группа была совсем рядом?
— При определенных совпадениях это возможно. Ребята уходили в спешке, сначала его закрывал корпус станции, а потом — конус взрыва. На полградуса левее или правее, и локатор бы его взял. Простое невезение, так тоже иногда бывает.
Адмирал хмыкнул.
— Да уж, простое. Что с материалами?
— Ведем расшифровку. Связь оказалась не совсем удачной.
