-Уже нет, -ответил Максим. -После всего, что видел, трудно бояться чего-то абстрактного. И потом... Судя по последним данным по пси-физике, смерть — не обязательно конец. Сознание не исчезает, просто меняет структуру. Если ад существует, думаю, мне там постелют красную дорожку.

Крал опустил взгляд.

-Странное выбираешь утешение для себя.

-Это не утешение. Это факт, если верить измерениям.

Крал выключил карту и тихо произнес:

-Все уже готово, говоришь. Значит, остается только решить, когда ты вылетишь.

-Да. Долгой подготовки не требуется.

-Отговаривать тебя не буду в таком случае. Вижу, ты настроен решительно.

-Спасибо, губернатор.

Крал вернулся к теме смерти, очевидно, тема его сильно заинтересовала.

-И все же, что нас ждет по ту сторону? Как считаешь?

-Скажу так. Мы регистрировали, как сознание взаимодействует с материей, как остаточные пси-поля сохраняют структуру даже после гибели носителя. Память, эмоции, образы — они не исчезают, а уходят в другой уровень, где информация существует без субстрата.

Губернатор чуть усмехнулся.

-То есть ты считаешь, что жизнь после смерти — это не вера, а закономерность.

-Если сознание — поле, а поле не подчиняется времени в нашем смысле, то смерть — просто смена координат. Мы уходим из одной модели пространства в другую, теряя привязку к телу, но не к самому существованию. Мудрец говорит, что пси-сигнатуры некоторых добровольцев, умиравших от естественных причин, фиксировались в течение двух-трех недель после смерти. Не как привидения, а как устойчивые... квантовые остатки.

Крал медленно кивнул.

-Слушая тебя, я понимаю, почему религии не умерли даже после Обелисков и юнитологии. Люди всегда ищут оправдание неизбежному.

-Возможно, там, за гранью, все то же самое — только без боли, без необходимости бороться с безумием Маркеров. Если смерть действительно переход, то, может быть, даже Луна — это просто изуродованное сознание, запутавшееся между состояниями. И если я смогу его разрушить, может быть, я помогу ему освободиться.

Крал прищурился.

-Ты говоришь о Братской Луне как о больном существе, а не как об угрозе.

-А она и есть больное сознание, -ответил Максим. -Изначально Маркеры — не оружие против разумной жизни, а инструменты для форсирования эволюции. Но они стали жертвами сбоя, занесенного из-за пределов реальности вируса в информационном поле.

-Странно, -произнес Крал. -Я привык думать, что человек, способный уничтожать Обелиски, будет говорить о долге, о выживании, о войне. А ты рассуждаешь, как философ.

-Когда слишком долго живешь среди мертвых миров, начинаешь думать не о войне, а о причинах. Если я смогу разрушить Луну, это будет не месть и не победа. Это просто возвращение баланса. Мы уберем из реальности то, что в ней не должно было существовать.

-Есть версия, которую Мудрец озвучил мне не как метафору, а как рабочую гипотезу: то, что мы называем ''история с Братскими Лунами, Маркерами и мертвым космосом'' может быть в корне иным видом реальности — не чисто материальным слоем, а слоем смыслов. И вы с Евгенией пришли из другой ее версии, где эта событийная линия была вымышленной. Не в смысле лжи, а в смысле альтернативной модели, где правила были другими.

Он сделал паузу, чтобы дать Максиму осмыслить сказанное, и продолжил:

-Мудрец предложил рассматривать реальность как совокупность моделей — языков, по которым мы интерпретируем данные. В этой картине не все одинаково фундаментально: есть уровни, более чувствительные к смысловым коррекциям. Некоторым агентам, не только людям, но и структурам сознания, дано воздействовать не только на локальные поля, но и на правила интерпретации. Ты стал таким агентом. Ты не просто участник событий, ты — актор, способный менять саму концепцию мира. Мудрец объяснил это так: когда когнитивная сигнатура пересекает определенный порог сложности и несовместимости с преобладающими моделями, она создает ''окно'' — место, где старые описания теряют валидность и возможны перестановки правил. В таком окне мир не ломается, он переконфигурируется. Ты стал фактором, который инициирует такие переконфигурации. Именно поэтому твоя пси-сигнатура вызывает разрушение Лун и Обелисков — не потому, что ты сильнее, а потому что ты поражаешь тот уровень структуры, на котором они опираются. Это дает и объяснение, и ответственность. Если ты актор на уровне правил, то ты способен менять смыслы, конструирующие саму реальность. Мудрец говорил, что впервые за эоны появилась возможность прервать цикл вселенского разрушения, впервые в истории системы возник свет в конце туннеля... Я говорю это не для того, чтобы приподнять тебя на пьедестал, а чтобы ты понимал масштаб изменения.

-Поправка, моя сигнатура в первые пару лет не вызывала разрушения Обелисков и их фрагментов, лишь причиняла им некоторый... дискомфорт, вызывала диссонанс.

-Ты научился управлять этим.

-Скорее моя психика со временем изменилась. А возможность морально гнобить хтонический кошмар является приятным побочным эффектом.

* * *

Они сидели на кухне и спорили на повышенных тонах, чего не случалось уже несколько лет.

-Ты серьезно собираешься убиться о некролуну? -спросила Женя прямо. -Там же десятки подобных. Даже если вы уничтожите эту, ничего глобально не изменится. Зачем рисковать?

-Речь не об уничтожении в классическом смысле, -ответил Максим. -Я собираюсь разрушить ее психику. Луна на Тау Волантис никого не позвала на помощь, она вроде бы остается жива, но ее сознание сведено к овощному уровню. Ослабив или разрушив ее разум, мы существенно ослабим маркерную активность в нашем уголке космоса.

Женя недоверчиво хмыкнула.

-Кто даст гарантию, что это не только временная победа?

-Гарантий нет, -признал он. -Но есть шанс. И это лучше, чем ничего не делать. Мы уже научились генерировать контрсигнал, у нас есть Мудрец, который умеет направлять и стабилизировать взаимодействие... Мой сын должен расти в мире, где не каждое утро начинается с мыслей о том, как не превратиться в трупохода. Это и есть мой основной мотив. А риск... куда уж без него. Все наше нахождение здесь с первого момента был риском и прогулкой по лезвию бритвы.

-С каких пор ты решил поиграть в героя? Раньше я не замечала за тобой такого, -ее голос дрогнул. -Пусть этим занимаются профессионалы.

-Я не играю в героя, -сказал Максим. -И да, я ценен. Но ценность — не оправдание. Я не собираюсь приближаться к Луне ближе, чем на сто тысяч километров. У меня уже есть опыт контакта с мясным шариком, ослабленную тварь было сравнительно просто вывести из строя, со зрелой наверняка придется повозиться. Однако меня будет поддерживать Мудрец и контрсигнал.

-Хорошо, -сказала Женя. -И какой у вас конкретно план?

-''Каракурт'' летит в Солнечную систему один под полным управлением ИИ. При приближении к объекту я вхожу с ним в телепатический контакт, попутно запускается контрсигнал. Мудрец осуществляет коррекцию, отслеживает все показатели. В экстренном случае операция сразу прекращается и корабль возвращается домой. Вот.

-Какие шансы на успех? Только честно.

-По прогнозам Мудреца, от пятидесяти пяти до семидесяти двух процентов. Скорее да, чем нет.

-Что мне делать, если ты не вернешься? -коротко спросила она.

-Расскажи Илье, что его батя сыграл в ящик, попутно укокошив кучу трупоходов и минимум одного космического титана.

-Не смешно!

-А, по-моему, наоборот. Триллеры нашей эпохи нервно курят в сторонке. Жень, думай о хорошем. Я делаю это не по мимолетной прихоти, желания прославиться.

-Да я понимаю, просто... У меня кроме сына и тебя никого нет.

Максим положил руку на плечо жены.

-Знаешь, что довольно сильно изменило мое отношение к Лунам и добавило мотивации разобраться с ними?

-Нет.

-Осознание того факта, что каждая Братская Луна заключает в себе десятки миллиардов живых душ. Эти твари используют несчастных в качестве батареек, подпитываются их агонией и болью, которую невозможно выразить никакими словами. Может на меня никто не налагал великих миссий, я один из немногих, кто имеет шанс покончить с этим кошмаром.

-Все-таки, Максим, ты хороший человек.

-Нет, просто меня задолбала космическая мясорубка.

На следующий день Максим отправился в ''Гнездо'', посмотреть, как идет подготовка к миссии и заодно заглянул в жилой сектор, в комнату Айзека, который сидел на койке в обнимку с Элли.

-Элли?.. -удивился Максим. -Откуда ты тут?

Айзек усмехнулся и ответил:

-Новости смотреть надо, старик. После нападения юнитологов флот Надежды взял под полный контроль весь Новый Пекин. Администрацию Элизы Чан арестовали, теперь там нормальный порядок без террора и массовых расстрелов. Элли разрешили вылететь сюда. Таких, как она, невосприимчивых к маркерному влиянию, по пальцам пересчитать. Моретти сама подписала разрешение. Сказала, пусть поживет пока в комплексе, поработает подопытной... мышкой.

Максим подошел ближе, взглянул на нее внимательнее. Элли кивнула, и в ее движении было больше сдержанности, чем радости.

-Рад, что ты выбралась.

-Да, -тихо ответила она. -На Новом Пекине было тяжело, здесь же чувствуешь себя комфортнее.

Наступила короткая пауза, прерванная Айзеком.

-А теперь, Макс, расскажи, -сказал он. -Зачем ты собрался в одиночку лететь в Солнечную систему? Когда мне сообщили, я не поверил.

Максим оперся на край стола.

-Все правда. На днях вылетаю на ''Каракурте''.

-Это же самоубийство, -отрезал Айзек. -Ты хочешь лезть к Луне один, без поддержки?

-Зато никто больше не погибнет, -спокойно ответил Максим. -Если я не вернусь, у вас останется шанс закончить начатое. По крайней мере кто-то из нас двоих должен остаться жив.

Айзек тяжело выдохнул, покачал головой.

-Чертов ты отморозок.

Максим усмехнулся.

-Я просто устал от ожидания. Пора поставить точку в этом вопросе. В моем мире не было этого. Там не приходилось вставать под звуки тревоги, не приходилось смотреть в глаза людям, которых воздействие артефактов свело с ума. Мы не знали слов ''Маркер'', ''юнитология'', не считая фанатов видеоигр. Я помню те вечера, когда можно было оставить дверь открытой и не бояться шума в коридоре, не опасаться, что из вентиляции выползет очередная жопорукая мразь, желающая порвать тебя на клочки. Сейчас это кажется почти сказкой, но именно эти воспоминания позволяют держаться...

-До ''Ишимуры'' у меня тоже была нормальная жизнь, -ответил Айзек. -Обелиски считали сказкой, придуманной юнитологами. Скажи честно, ты ведь не веришь, что вернешься.

-Верю, -ответил Максим. -Просто не строю иллюзий. Если я помру, ты продолжишь дело. Все просто.

-Есть еще кое-что, -замялся Айзек. -Это важно.

-Говори.

-Я очень долго считал тебя чудовищем, за те две сотни умерщвленных женщин и детей. Но потом пришел к простому выводу: в той ситуации я бы сделал то же самое. Другого пути не было.

Он сделал короткую паузу и добавил ровным тоном:

-Любой юнитолог, просочившийся на Надежду, был бы хуже любой бомбы.

-Ну, ты признаешь свою неправоту, Айзек. Похвально. Значит между нами не осталось обид.

-И почему наш разговор похож на прощание?

Глава 21

Переход из шокового пространства завершился мягко. ''Каракурт'' вынырнул в обычный космос где-то между орбитами Марса и пояса астероидов. Чернота перед обзорными экранами дрогнула, и голографические панели сразу зажглись зелеными индикаторами, свидетельствующими об успешном завершении сверхсветового прыжка. Мудрец сразу начал последовательное торможение, чтобы за двое суток вывести корабль на устойчивую орбиту вокруг Земли.

-''Каракурт'' завершил переход, -сообщил Мудрец. Голос ИИ звучал спокойно, почти человечно, без металлической интонации. -Все системы в норме.

-Принял, -отозвался Максим, сидевший в кресле командира корабля. -Какой фон?

-Пси-излучение на всех частотах превышает порог безопасности в тысячу восемьсот двадцать семь раз. Любая форма жизни со сложной нервной системой, кроме тебя, погибла бы в течение нескольких минут.

Максим усмехнулся.

-Приятно осознавать свою исключительность.

Нейрочип в голове Максима временно заглушил восприятие, отрезая его биоантенну от приема и передачи сигналов. Братской Луне лучше не знать, что по ее душу прилетел гость.

-Также обнаружено несколько десятков радиосигналов, -продолжил Мудрец. Большинство от аварийных маяков. Некоторые автоматические станции все еще активны.

-Живые люди есть?

-Ни одного. После Схождения в системе все живое погибло или ассимилировано.

Максим кивнул. Он знал, что услышит именно это, но все равно хотелось спросить. Бортовые телескопы вывели на главный экран изображение планеты. Земля больше не была голубой. Она представляла собой серо-черный шар с узорами мертвых океанских лож, трещинами и кратерами. Никаких облаков, никаких континентов. Все, что когда-то жило, пошло на строительный материал.

На ближней орбите вращался другой объект — массивная масса багрово-коричневого цвета, почти идеальной формы. Она казалась монолитной, но приборы фиксировали постоянное шевеление под поверхностью. Тело Братской Луны выглядело собранным, цельным — не разорванным, как на Тау Волантис.

-Пси-активность Братской Луны высокая, но не максимальная, -произнес Мудрец. -Вероятно, объект погрузился в спячку.

-Ну да, что может быть лучше, чем поспать миллиард лет после хорошего ужина?

-Сознание объекта в фазе покоя. Любое вмешательство может его разбудить.

Максим смотрел на экран, не мигая.

-Недолго ей спать. Сделаем все быстро. Главное — не дать подать сигнал братанам.

-Понял. Начинаю подготовку фильтров и контрсигнала. Начинаем через сорок восемь часов.

Максим откинулся в кресле, прикрыл глаза. В кабине стало совсем тихо. Два дня предстояло провести в одиночестве, в полумраке, среди сигналов мертвого мира. И он не чувствовал страха, только усталое ожидание...

''Каракурт'' шел по рассчитанной траектории, постепенно снижая скорость. Все системы работали в автоматическом режиме, Максиму ничего не нужно было делать. В кабине царила тишина, нарушаемая только голосом Мудреца, отчитывающегося по циклам проверки.

Максим большую часть времени проводил на мостике. Он ел, спал, изредка вставал для разминки, читал сводки и результаты сканирования, которые предоставлял Мудрец. На экранах выводились увеличенные изображения планет Солнечной системы в зоне видимости. Юпитер с Ураном никак не изменились, зато Марс превратился в братскую могилу для более чем миллиарда людей. Огни городов на его поверхности три года как не горели.

Не вполне ясно, почему вторая по населенности планета не стала точкой формирования еще одной Луны. Схождение запускалось и при меньшем количестве биомассы... Слишком много остается вопросов.

-Максим, -заговорил Мудрец. -Ты слишком долго бодрствуешь. Твоему организму требуется восстановление.