Реальность где-то рядом

— Подите к черту, — зевнув, сказал Сергей, встал со стула и подошел к массивному темному сооружениию, являющемуся, очевидно, кроватью. Чесноков откинул покрывало, обнажив простыни белоснежные настолько, что они казались светящимися в полутьме. Сразу потянуло в сон. Сергей присел, нащупал шнурки ботинок, потом одумался.

— Э... — нет, — пробормотал он. Очутиться в новом, очень даже возможно, что враждебном мире, босиком и в одних трусах — увольте. Сергей погрозил кому-то пальцем, завязал шнурок и бухнулся в постель прямо в ботинках.

— Желаете заказать сон? — спросил кто-то тихим вкрадчивым голосом, и Сергей подпрыгнул от неожиданности. Повернул голову в сторону невесть откуда возникшего свечения у изголовья и с изумлением увидел маленького зеленого человечка. Протер глаза, присмотрелся — так и есть — маленький зеленый человечек. С крыльями. Человечек легонько светился призрачным зеленым светом и неподвижно висел в воздухе на высоте полуметра от кровати. Прозрачные крылья с тихим жужжанием мелькали у человечка за спиной.

— Чего? — спросил Сергей, сглотнув. 'Все, свихнулся', — подумал он мрачно, — 'удивительно еще, что так долго держался'.

— Желаете заказать сон? — терпеливо повторил зеленый человечек, — Эротический, расслабляющий, тонизирующий. Или, может быть, кошмар?

— И... то, что я закажу, то и увижу ночью? — уточнил Сергей.

— Разумеется, — в голосе зеленого человечка проскользнули снисходительные нотки, — у народа холмов давние связи с царицей ночи, соответствие заказу гарантируется стопроцентное.

Сергей облегченно вздохнул. Виртуальная психбольница откладывалась.

— В таком случае, — сказал он, — я хочу увидеть нашу победу над всеми врагами.

— Как типично, — с сожалением сказал человечек, — уточнения будут?

— Нет, — сказал Сергей, — на ваше усмотрение. Только без ужасов и кошмаров.

— Будет сделано, — человечек издал серию звенящих звуков и исчез, оставив медленно опадающий шлейф светящихся пылинок. Сергей откинулся на подушку и закрыл глаза. Ступням в ботинках было жарко под одеялом, и Чесноков откинул одеяло с ног в сторону. 'Вот интересно', — подумал он, засыпая, — 'виртуальные прачки у них есть, или они грязное белье просто... обнуляют?'

// 0C. ШАЛТАЙ-БОЛТАЙ СИДЕЛ НА СТЕНЕ

Сергей вздрогнул и проснулся. Приподнялся, помотал головой и с удивлением прислушался. С удивлением, потому что только снившийся сон, похоже, продолжался — звуки потасовки и яростные крики звучали где-то совсем недалеко. Сергей вылез из кровати и, покачиваясь и протирая глаза, пошел к двери. За дверью определенно шла драка: слышались сочные удары, яростные выдохи и, референом над всей какафонией звучало непрекращающееся 'Драки здесь запрещены. Наказание — сутки ареста и тысяча золотых штрафа'. Сергей пожал плечами, подошел к окну и отодвинул тяжелые портьеры. За окном было раннее утро, слабо подсвеченный плотный туман казался твердым и ровным, как мрамор, и исполинские деревья торчали из него готическими колоннами. 'Что-то запаздывает Лахнов со своим обещанием', — подумал Чесноков злорадно, — 'явно уже больше трех часов прошло. Непонятно только, почему я все еще здесь. Неужели опять пространство добавили, Киру на радость?'

Драка за дверью тем временем подходила к концу — шум потасовки понемногу стихал, да и голоса местной эльфийской милиции звучали все реже. Сергею захотелось выглянуть и посмотреть, кто победил и с какой, собственно говоря, целью, но он даже не пошевелился — не на того напали. Не хватало еще попасться на такой простенький крючок. Поэтому Чесноков поднял лежащий у окна табурет, сел на него и уставился в окно, приготовившись к долгому ожиданию и стараясь не думать о горячем чае и завтраке. Звуки за дверью стихли совсем. Сергей невольно прислушался.

— Сергей, ты здесь? — спросил смутно знакомый женский голос и Чесноков вздрогнул. Подумал мрачно: 'А куда я денусь?' и промолчал.

— Это я Лиля, — продолжил, не дождавшись ответа, тот же голос, — из Меча и магии, помнишь?

Сергей, сам не поняв, почему, обрадовался.

— Привет! — громко сказал он, улыбаясь, — а ты что здесь делаешь?

— Привет, — голос повеселел, — к тебе прорываюсь.

Сергей встал со стула, сделал шаг к двери, но тут же себя одернул и остановился. Они только что Кирова отца изобразили так, что сам Кир поверил. Что им стоит изобразить какую-то Лилю, которую он видел раз в жизни?

— А зачем? — осторожно спросил Сергей.

— Ну, ты даешь! — возмутилась Лиля, — а кто у меня вчера помощи просил? Не ты, что ли?

— Так вы же вроде шевелиться не собирались, пока мы с Киром к вам не вернемся? С чего это вдруг передумали?

Лиля фыркнула.

— Передумаешь тут, когда тебе бизнес прикрывают и в обезьянник кидают. В жизни камеры не видела и не собиралась, а тут на тебе! Вот, решила найти и поблагодарить за новые впечатления.

— Извини, — сказал Сергей без особого, впрочем, сочувствия, — но я тут не при чем.

— Причем-причем, потом объясню. Ну ладно, извиняю. А че это мы с тобой через дверь разговариваем, как примерный ребенок с почтальоном? Может откроешь, стул даме предложишь?

— Уж извини еще раз, — ответил Сергей ехидно, — но придется тебе за дверью постоять. Мама сказала никому дверь не открывать. А если серьезно, то у меня есть для этого основания. Совсем недавно кто-то из сподвижников Лахнова изображал из себя Аркадия Безрукова, да так правдоподобно, что даже его сын поверил. Какая гарантия, что ты — это именно ты? Я думаю, никакой. Более того, я почти уверен, что ты — это не ты.

— А-а, — протянула после недолгого молчания Лиля, — понятно. Нет гарантии, ты прав. Но я — это все-таки я. Давай тогда сразу к делу. Как вам помочь?

Сергей пожал плечами и напряг память.

— Надо встретиться или хотя бы созвониться с начальником службы безопасности Реалити-2 Егуновым Русланом... Дмитриевичем, вроде. Рассказать ему, что происходит, а то он только догадывается, что дело нечисто и подробностей не знает. Надо сказать ему, в каком саркофаге лежит Кирилл — он в шестом корпусе, у Чистых Прудов, на третьем этаже, в комнате триста шестнадцать. Повторить?

— Погоди, — деловито сказала Лиля, — Марат?

— Ща, — ответил мужской голос, — этаж три, комната триста шестнадцать, так?

— Да, — сказал Сергей, — либо надо связаться с Аркадием Безруковым и сообщить ему, что угрозы Лахнова беспочвенны, он не может ничего сделать. Ты случайно не знаешь, когда совет акционеров?

— В Реалити-2? Неслучайно знаю, завтра.

— Тогда надо это все сделать до завтра. Потому что если опоздать, то у Лахнова снова будут все пароли.

— Понятно. Марат, Игорь дуйте в реал. Марат, выйдешь, сразу звони Саркисову, пусть своего опера подключает. И сам тоже пусть шевелится, а то знаю я его. Потом не сидите без дела, вместе с Игорем ищите выходы на Безрукова и этого, Егунова. По Безрукову инфа в папке 'Невидимка' на компе Саркисова, пароль у него спросите. И еще — там будут люди звонить-приходить, ну, которые нам тут помогали — выплатите им, сколько обещано. Все, бегом!

Мужской голос негромко спросил что-то — Сергей не разобрал, что.

— Я тут пока побуду, — ответила Лиля, — пообщаюсь с человеком. Понадоблюсь — шлите кого-нибудь.

— Ладно, — с неохотой сказал мужской голос, — пока.

Лиля не ответила. Больше звуков из-за двери не слышалось, Сергей даже подумал, что его собеседники все ушли. Но через минуту Лиля вдруг сказала:

— Чего молчишь? Скажи что-нибудь.

— Чего говорить? — пожал плечами Сергей, — дверь я все равно не открою.

— Ну и не открывай, — раздраженно сказала Лиля и разговор снова затих.

— А где Стрейнджер? — спросил Сергей.

— Работает, — с готовностью ответила Лиля, — занят он, понимашь! Но вас именно он нашел, так что его благодарите...

— А почему это он нас искать стал? — с недоверием спросил Сергей, — у меня осталось впечатление, что он не очень мне поверил тогда.

— Ха! — сказала Лиля, — почему-почему. По кочану. Потому что возвращаюсь я со встречи себе в офис, а меня берут под ручки и ведут прямо в ментовку. И, ничего не объясняя, отправляют за решетку. И я сижу там сутки в компании бомжей и проституток, лезу на стенку от непонимания происходящего. Потом меня, так ничего и не объяснив, выставляют на улицу. Я, злая и растерянная, иду в офис, а он опечатан. Менты что-то блеют про налоги, в налоговой — ни сном, ни духом. Я совершенно шизею, ору на людей, которые не при чем, матерю своих юристов, которые тоже ни черта не понимают. А потом мне, наконец, объясняют. Кто-то звонит мне на сотовый и, не представившись, предупреждает, чтобы я и думать не смела про Реалити-2. И вообще пару дней в вирт не лезла. Иначе, говорит, могу потерять не только фирму, но и кой-чего поценнее. Я, признаться, слегка растерялась от такой наглости и не успела ему высказать все, что думаю. А номер его не определился, так что и перезвонить не знаю куда. Вот такие пироги. Хотя, пожалуй, оно и к лучшему. Пусть думают, что напугали. Короче, взяла я Стрейнджера за грудки и сказала ему, чтобы он в лепешку разбился, но вас нашел. Ну, он поломал голову, связался с каким-то знакомым, который на Реалити-2 одно время работал и раздобыл через него кусок карты виртуала — Меча и Магии с прилежащими играми. Поначалу искалось туго — я ему каждые полчаса звонила, так он только злился и в трубку шипел, но потом...

— Погоди, — перебил Сергей, — Ты сколько в обезьяннике сидела, говоришь?

— Сутки, — недоуменно отозвалась Лиля, — даже чуть больше. А что?

— А то, что не складывается у вас ни фига. Смотри, я от тебя... в смысле, от настоящей Лили, ушел где-то через полчаса после того, как она на эту встречу отбыла. Потом мы около часа с майором общались, потом я поспал, но немного, тоже около часа, потом часа два-три мы опять... общались. Все с тем же майором. Потом мы уже здесь оказались. Еще часа три-четыре плюсуем на дорогу и прочие приключения тела и духа. Потом... ну ладно, допустим, спал я часов восемь, хотя это вряд ли. Скорее четыре-шесть, а то и того меньше — здесь, говорят, не принято долго спать. А потом уже ты объявилась. Ладно, допустим в МуМу и в спецназовском симуляторе время реальное, но здесь-то наверняка ускоренное. Но пусть даже и тут — один к одному, все равно, как ни крути — даже суток не получается. А ты говоришь, что еще после того, как тебя выпустили, ты еще долгое время в неведении была. Ты вообще-то не говорила, насколько долгое, но подразумевала явно не десять минут. А потом еще и Стрейнджер меня искал, по твоим словам, никак не меньше пары часов. Минимум сутки расхождения получается. Халтурите, господа, могли бы и получше легенду продумать.

— Тебе в детстве мама не говорила, что перебивать невежливо? — раздраженно сказала Лиля, — я как раз к этому и вела. В вирте скандал небольшой разгорелся — в Забытых землях какой-то оператор напортачил и напутал с ускорением — вместо стандартного полуторного он зачем-то запустил семикратное замедление. Типа, в экспоненте ошибся, уж не знаю, как он умудрился. Оператора, конечно, с треском вышибли, но народ разбушевался — там исков уже на несколько миллионов напредъявлвли. Пока рублей, но такими темпами скоро и на миллионы евро перейдет. Прикинь, зашел человек на часик поиграть, вышел, а в реале уже семь с половиной часов прошло. Вот Стр и заподозрил что-то неладное. Благо Забытые земли — через один квдарат от Меча и магии, и вы вполне могли успеть туда добраться. Он присмотрелся, нашел ваше объявление про реальное дело, звякнул мне, я послала сюда Игорька. Игорь порасспрашивал трактирщика, убедился, что к тебе не пробраться и вернулся ко мне. Мы со Стрейнджером посовещались, придумали план, точнее — он придумал, а я народ на акцию собрала.

— Молодец, — одобрительно сказал Сергей, — почти выкрутилась. Один только тонкий момент остался: как-то уж больно кстати этот оператор напортачил и ваше внимание к игре привлек. Такая удачная случайность, что просто диву даешься. Удобно получилось, правда?

— На что это ты намекаешь?! — возмутилась Лиля, — Козе понятно, что вовсе это не случайность, оператор специально время в игре замедлил. Думаю я, чтобы вы не успели ничего сделать — ты же сам сказал, Лахнову всего-то до завтра время протянуть надо.

Сергей задумался.

— Похоже на правду, — сказал он наконец неохотно, — не придерешься, в общем-то. Тебя, значит, предупредили, что ты можешь жизни лишиться, если полезешь, куда не положено, а ты и раздумывать не стала, да? Бросилась спасать двоих незнакомых людей, один из которых то ли лгун, то ли даже не человек, а второй вообще не факт что существует?

— А че? — спросила Лиля, — ты бы по-другому сделал? Хотя ты, наверное, логичный насквозь, вот меня и не понимаешь. Но я, во-первых, терпеть не могу, когда мне указывают, что мне делать, а что не делать. Я просто беситься начинаю от этого. И всегда делаю наоборот. А во-вторых, ты мне понравился.

— Я женат, — автоматически отозвался обескураженный Сергей.

Лиля засмеялась.

— А с чего это ты размечтался, что я тебя в постель тащу? Я тоже замужем, между прочим, и мужа своего люблю.

Сергей смутился:

— Ну, как-то само вырвалось, на автомате. Не знаю, правда, можно ли считать мой брак законным, учитывая то, что моя жена существует только в моей же памяти, но ощущаю я себя женатым, так что... кстати, дверь я все равно не открою.

Лиля хмыкнула.

— Вот заладил. Да поняла уже, не тупая. Ладно, здесь от меня помощи, как я понимаю, не требуется, так что пойду я. В реале от меня пользы больше будет. Пока!

— Пока, — немного удивленно откликнулся Сергей.

— Пошли, ребята, — сказала невидимая Лиля, из-за двери послышались удаляющиеся звки шагов и стихли в отдалении. Сергей постоял немного, прислонившись к двери ухом, потом, обзывая себя недоумком, безмозглым кретином и прочими нелестными словами, принялся тихонько отодвигать засов. Отодвинул, подождал немного, потом резко открыл дверь, сразу же захлопнул, задвинул засов и замер, прислушиваясь. Из-за двери не донеслось ни звука, да и вообще, насколько успел заметить Сергей, никого в коридоре не было. Чесноков вздохнул и снова отодвинул засов. Уже без предосторожностей, широко открыл дверь. В коридоре было пусто и, если не считать двух масляных ламп, украшающих стены танцующими тенями, никакой активности в поле зрения заметно не было. Сергей бросился к лестнице.

Высокая темноволосая девушка в изумрудно-зеленой накидке стояла, облокотившись о столик, и беседовала о чем-то с трактирщиком. Сергей остановился у начала лестницы, ухватился за перила и застыл столбом, не зная, что делать дальше. Девушка, видимо услышав шум со стороны лестницы, повернула голову, увидела Сергея и удивленно подняла брови.

— У тебя брови двигаются, — настороженно сказал Сергей, отодвигаясь

— Ясен пень, — хмыкнула Лиля, — сюда нельзя по сети зайти, только через саркофаг. Тут же ускорение. Я так понимаю, к тебе лучше не подходить, а то ты испугаешься и убежишь?

Сергей усмехнулся:

— Постараюсь как-нибудь побороть свой страх. Пойдем в номер что-ли?