Дс-16. Обряд чёрной крови

Коннор поднялся, снова кивнул — Ладе, остановившейся у порога в столовую. Девочка-маг пропала за дверью, а мальчишка-некромант пересел к Анитре. Посидел немного напротив, не стараясь разрушить тишины, в которой девушка-маг его даже не замечала. Она пошевелилась сама. Подняла голову и, заглянув в его глаза, вздохнула.

— Ты не испугалась, даже когда заговорили о новой войне с машинами, — напомнил Коннор. — Что случилось сейчас?

Анитра ответила не сразу. Снова опустила глаза, а когда снова взглянула на мальчишку-некроманта, стало видно, что под ними залегли тёмные пятна, будто она не спала всю ночь.

— Коннор, я не остановилась в развитии собственных магических способностей, — тихо, почти шёпотом проговорила она. — И я продолжаю учиться не только травничеству, но и целительству. А для целительства нужно уметь видеть... Вы с Трисмегистом наложили огромную защиту на Нейшу. Но вчера... я увидела, что с нею сделали. И в самом приюте, и некроманты. И мне стало страшно... За всех наших девочек. Извини, Коннор. Я знаю, что и ты, и Хельми, и Мирт дерётесь лучше всех. Но мне хочется, чтобы нас защитили и в деревне. Изгородь... Она есть и будет. Но мне спокойнее, когда хотя бы дома... есть те, кто умеет драться на уровне, как ты иногда говоришь.

Анитра боится, что кто-то из оставшихся преступников приедет в деревню. Вот что значили её слова.

Всё правильно — думал Коннор, глядя на её вновь опущенные глаза. Пока они все едут в школу — защищены. Потому что все вместе. А в деревне... Да, есть изгородь. Но один раз изгородь дала сбой: похищен самый сильный боец — Коннор судил о себе реалистично. И вот уже Анитра, которая никогда ничего не боялась — как минимум, никогда не показывала своего страха, в тревоге.

Коннор сглотнул и признался:

— Анитра, ты не должна бояться, что изгородь пропустит хоть кого-то. Лукас одолел меня, обманув. Он надел маску Селены. И я растерялся. И ещё. Никто не знает об этом. Лукаса напоили зельем, которое его постепенно убивало. Но с его первыми каплями он обретал страшную силу. Что ты должна знать: если бы он с этой страшной силой дрался со мной без обмана, меня он всё равно победить не сумел бы. Ты заходила в домик философов. Ты видела его. Анитра, ничего не бойся. Наши ребята сильные и умные. Ты понимаешь ведь, почему я сказал — умные. В деревне и в школе вы будете защищены.

Он шагнул к девушке-магу и обнял её.

Анитра глубоко вздохнула и сама обняла его.

— Спасибо, Коннор. Просто всё это... ужасно.

— Главный преступник пойман, — напомнил мальчишка-некромант, исподтишка посылая ей магическое успокоение. — Вряд ли его пособники будут мстить нам. Скорее, если они умные, залягут куда-нибудь, забьются в свои дома, лишь бы их не нашли.

Они постояли молча ещё немного, а потом Коннор первым отступил от девушки-мага и кивнул ей. Черты лица Анитры не разгладились от судорожной гримасы отчаяния, но стали гораздо мягче. Она тоже кивнула ему и ушла.

"Так переживала..." Мальчишка-некромант поразился и сейчас сам переживал все те эмоции бессилия, которые прочувствовала девушка-маг. Именно эти чужие эмоции заставили его собраться в железный комок.

"И я её хорошо понимаю..." — прошептал Мирт во внутреннем пространстве братства, нечаянно посылая образ Оливии.

Коннор вышел из столовой и сразу пошёл к Джарри.

Тот уже стоял на улице, ожидая, пока все школьники погрузятся по машинам.

— Джарри...

— Слушаю, Коннор, — обернулся к нему семейный Селены.

— Есть возможность начать пораньше? Ну, это дело с сообщниками Атриплекса? Может, нам троим — с Хельми и Миртом — необязательно идти на уроки? Может, сразу поедем в город? Зачем тянуть?

— Ты настроен серьёзно, — оценил Джарри. — Почему?

— Надоело ждать неожиданностей, — ответил Коннор. — Кто из взрослых, кроме наших, поедет туда? Полицейский? Чистильщики? Что сказал Ильм, кстати? Он с нами?

— Он уехал с утра, — напомнил Джарри. — Не думаю, что вернётся в нужное время.

— Значит, едем без него, — спокойно отозвался мальчишка-некромант. — Надо предупредить Трисмегиста и Ривера, что едем раньше назначенного времени.

Джарри открыл было рот что-то сказать, а то и возразить. Но промолчал, хотя Коннор понял его: договорённость была, но Джарри согласен, что нужно ехать уже сейчас, чтобы раскидывать пространственную сеть на город.

— Иду за Трисмегистом, — сказал Коннор и быстро зашагал к домику философов, размышляя о том, каково Анитре постоянно видеть перед глазами Нейшу и переживать из-за девочки-эльфа...

В машине Джарри ехали и Трисмегист, и Ривер. Колр уже сидел рядом с Джарри, в кабине. Трое братства сидели в салоне машины, болтая с остальными старшеклассниками, болтая о том о сём и то и дело хохоча. Никто из братьев не подавал виду, что план на сегодняшний день изменился. Что школьники Тёплой Норы сейчас выйдут из машины и разбегутся по учебным кабинетам, в то время как братья только сделают вид, что тоже выходят и собираются идти в свои классы...

Когда стоянка опустела, сидевшие в салоне машины братья вышли, глядя вслед последним ребятам, пробегавшим лестницу на школьное крыльцо.

Коннор оглянулся первым. И ухмыльнулся. Как и Колр, вышедший из своей машины. Ривер только усмехнулся. А Трисмегист безмятежно улыбнулся, когда машина Ильма юркнула к ним, на школьную автостоянку.

Кажется, храмовник Белостенный не ожидал увидеть старших братства среди тех, кто обычно привозит учеников в пригородную школу.

— Доброе утро, — приветствовал он всех, глядя только на братьев. — А вы почему не уходите? По классам?

— Мы решили изменить расписание, — ответил Мирт, доплетая косу и закрепляя её на затылке артефактами-накопителями.

Хельми просто скрутил взятые в кулак лохмы своих огненно-чёрных волос и парой палочек прихватил их на макушке.

Белостенный скептически оглядел всех, спокойно ждущих его реакции, а потом пожал плечами и снял плащ.

— Я правильно понимаю, что вы уже сейчас едете в город? — пожелал он убедиться.

— Правильно, уважаемый Ильм, — кивнул Джарри. — Вы с нами?

— С вами.

У штаба Чистильщиков к ним присоединилась ещё одна машина — с Рамоном в качестве водителя и с полицейским Арвидом в качестве пассажира. На границе пригорода и города остановились все машины, и все водители и пассажиры приблизились к машине Джарри. Здесь братья уже разостлали карту города.

Заинтригованный Арвид всунулся в салон машины и спросил:

— Вы собираетесь каким-то образом искать тех, кто остался вне нашего расследования?

Ему коротко напомнили об эльфе, который предложил Селене взять в приют новенького. По сути, ведь с него началась новая ниточка расследования дела об Обряде чёрной крови. Затем объяснили, каким образом они пытаются отыскать его.

Взрослые осторожно вошли в салон машины и уселись на скамьи, поджав ноги, в то время как братья и Трисмегист накидывали примитивную пространственную сеть на карту города. Наконец невидимая для немагического глаза сеть полностью легла на плотную бумагу.

Коннор вдруг улыбнулся, кое-что вспомнив: было дело, когда Трисмегист постепенно обучал ребят своим магическим хитростям, которые появлялись чуть ли не импровизированно: например, когда искали разбежавшихся, но всё ещё остававшихся в опасности детей из Пертовской школы-интерната для некромагов. Помнится, бросали на карту пригорода чёрный клочок от одеяния учеников-некромагов, и этот клочок перекатывался по карте, обозначая нужные места...

А теперь на сети, уложенной на карту, расположились уникальные формулы следа того самого эльфа "из комиссии".

Трисмегист, стоявший на коленях перед картой с сетью, мягко провёл ладонью над картой, не касаясь её поверхности. И зашептал что-то не вполне внятное. Старшие братства переглянулись: узнали заклинание из древних, основанных на серой магии.

Коннор чуть скосился на Ильма: тот тоже уловил язык заклинания и слегка поморщился, невольно завозившись на месте. Недолго. Движение на карте, плохо заметное даже магам, заставило склониться над графическим городом и затаить дыхание.

Рамон напряжённо всматривался в карту, но ничего не видел. Чуть обернувшись к нему, Трисмегист ткнул пальцем в карту и чётко спросил:

— Рамон, ты знаешь это место?

Приглядевшись к узкой линии улицы — больше переулка, Чистильщик кивнул:

— Знаю. Поведу вас туда.

— Адрес запомни, — велел эльф. — Больше в карту смотреть не будем.

— Запомнил.

— И договариваемся: к самому дому подъезжать не будем. Остановимся за пару-тройку улиц до него, — предупредил Трисмегист.

С этим предложением согласились все.

Все рассыпались по машинам, и машина Чистильщиков перестроилась вести остальных по городским дорогам. Утро еле приходило в себя тёмно-пасмурным светом солнца, застрявшего где-то за хмурой пеленой высоких и плотных облаков.

"Раньше я бы потянулся к окну — смотреть на эти улицы, — вдруг печально сказал Мирт в личном пространстве братства. — А сейчас даже вставать не хочется. Коннор, колись, почему ты передумал ехать туда после уроков..."

"Я видел тебя с Анитрой в столовой, — добавил Хельми. — И ты открыл наши браслеты, чтобы мы слышали ваш разговор. Это из-за неё?"

"Из-за неё, — откликнулся мальчишка-некромант. — Мы привыкли к ней и не замечали, что она настолько сильно развивает свой магический дар, что... В общем, вы слышали... Она знает, что случилось с Нейшей. Анитра... испытывает страх. Поэтому она хотела, чтобы поехали только мы".

"В каком смысле? Ну — только мы?"

"Ей страшно. Поэтому она хочет, чтобы в деревне осталось больше хороших бойцов..."

Больше об Анитре не говорили.

Дом, в котором засел эльф "из комиссии", оказался на улице неподалёку от Старого города. Машины оставили на небольшом пятачке автостоянки, которая находилась неподалёку от небольшого рынка с мелкими фруктово-овощными лавочками.

Удобно. Никто не будет спрашивать, кто приехал сюда — покупатели или продавцы. Даже если из одной из машин вышел довольно представительный высокий эльф в форме храмовника Белостенного. Затем ещё один эльф — седоголовый, довольно почтенной внешности — и с доброжелательной улыбкой, словно навсегда приклеенной к его губам. А из другой машины вышел тоже довольно высокий (может, чуть ниже) и крепкий мужчина с необычными чертами лица, в которых угадывался представитель высшей расы — дракон. Остальные-то привычны глазу... На широкоплечего парня тоже никто бы не глазел, если учесть, что вышел он из машины и сразу надвинул на голову широкий капюшон. Может, удивили бы мальчишки, которые вышли из машины и тут же встали ближе друг к другу, словно давние друзья, хотя один был белокурым эльфом, а второй — обыкновенной внешности русоголовым мальчишкой-человеком. На Рамона тоже внимания не обратили: Чистильщик — и Чистильщик, полно их даже в городе. Полицейский рядом со всеми — тоже неплохо. А уж на Джарри и Ривера кто бы ещё посмотрел — обычные горожане, каких много.

Все эти существа растянулись цепочкой по пешеходной дороге: кто в паре с кем-то, кто — в одиночку. По дороге негромко и даже дружески беседовали. И был бы кто-то подслушивавший, оторопел бы, услышав, о чём толкует эта странная компания.

А толковали, как начать операцию.

Трисмегист предложил поставить кое-кого под окнами той квартиры, где прячется эльф "из комиссии". Ещё кого-то оставить в подъезде — на лестницах наверх и вниз. На тот случай, если преступник будет силён и захочет сбежать.

Старшие братства помалкивали, прислушиваясь к походному совещанию взрослых. Коннор вскоре вообще отстранился от делового разговора. Зная, где находится дом: Рамон с пешеходной дорожки показал примерное его расположение издалека, — и мальчишка-некромант уже на расстоянии пытался узнать, что их там ожидает. И что-то неясное подсказывало, что в том месте, в квартире преступника, их ждёт нечто неожиданное и неприятное. Коннор даже скривился на промелькнувшее в мыслях слово "неприятное". Глупости потому что. Они же настроены именно на неприятности, но почему...

Дом будто выдвинулся из-за угла. Оставалось перейти небольшую дорогу — двухполосную. Шедшие впереди Ривер и Джарри быстро оглянулись на Трисмегиста и сразу пошли вокруг дома — под те самые квартирные окна — и сторожить преступника, если он захочет-таки сбежать... Остальные встали за углом, определяясь с дальнейшими действиями. Храмовника решили поставить на лестницу, ведущую наверх. На лестнице вниз преступника будет караулить Колр. Старших братства, как единую боевую единицу, решили использовать в качестве... Ну, в качестве тех, кто позвонит в дверь. Всё-таки это тоже неожиданность — подростки. А фактор неожиданности многое значит... Кто этих преступников знает. Может, Атриплекс тоже вручил им горошины с чёрной кровью...

Трисмегист и полицейский будут стоять за спинами братьев. С оружием в руках.

Коннор чуть не споткнулся на первой же лестнице. Он сам себе не поверил, но продолжал подниматься, суеверно раздумывая: а что, если то, что он ощущает, это ещё одна обманка от Атриплекса? Поэтому надо идти быстро, чтобы убедиться: он чувствует именно то, что должен чувствовать как некромант!

И вот третий этаж.

Братья переглянулись, и Коннор шагнул вперёд, как договаривались. Ощутил, как за спиной встала нерушимая стена из сильнейших магов. Перед тем как позвонить, оглянулся на Трисмегиста. Уловил странность, которая хорошо сочеталась с его впечатлением: эльф-бродяга морщился, словно тоже не верил себе...

Коннор позвонил. Трели звоночной внутри квартиры не услышал. А потому осторожно взялся за дверную ручку и медленно согнул её вниз: проверка на закрытый-открытый замок. Пожал плечами. Закрыто.

Снова оглянулся.

— Ломаю?

Удар ногой по замку. Дверь дёрнулась и лишь слегка отошла от косяка.

— В стороны! — бросил Трисмегист и шагнул между братьями. Полицейский бросился следом.

Оба замерли на пороге между прихожей и большой комнатой.

Коннор не выдержал и быстро протиснулся между ними.

Комната была большой и неуютной, потому что в ней из мебели было слишком мало предметов: кровать у стены напротив окна. Два кресла и высокий шкаф.

И комната воняла мертвечиной.

Мальчишка-некромант машинально поднял высокий ворот джемпера, в то время как братья и взрослые прижали ко рту — кто что сумел найти.

В комнате находились трое. Один лежал на кровати. Следы перед кроватью, которые они научились различать, указывали, что это тот самый эльф — "из комиссии". В двух креслах полулежали ещё два мёртвых эльфа.

Взрослые медленно опустили оружие.

Трисмегист подошёл к окну и открыл его. Склонившись над подоконником, позвал:

— Ривер! Джарри! Зайдите в квартиру!

Снизу не стали спрашивать о чём-либо.

Сзади, от прихожей, раздались шаги Ильма и Колра. Белостенный тут же быстро приблизился сначала к эльфу на кровати. Закрыв нос, присмотрелся к лицу мертвеца. Стоявший за ним Трисмегист, негромко заметил:

— Неделя? Примерно?

Не отвечая на вопрос, Ильм с какой-то горечью заметил: