Наблюдая за происходящим, Ойкен постоянно сверялся со списком, что-то нашептывая. Ожидавшие студенты попытались глянуть на листок, но Эрнест быстро отправил их на место.
Все ждали, но ничего не происходило. Внезапно требуны начали вскакивать, указывая в сторону Запретного леса. Дима тоже глянул туда и мгновенно вскочил на ноги. В сторону поля джины вели Лауврала в тугом наморднике. Дракон постоянно рвался взлететь, но цепи держали крепко. Предположение, что стадион был малым для такой махины оправдался. Лауврал взмахнул крыльями, перелетел ограждение (раньше его не было, ведь так?) и опустился на снег. Ойкен отвел студентов к сидениям у самых стен (а этих точно не было) и дал сигнал джинам. Туманные существа, не удерживавшие дракона, начали какой-то заурядный танец, который окончился их сходом в плотный круг. Катя объяснила, что таким образом они воздвинули невидимую стену в виде "крыши", чтобы Лауврал не улетел, и оградили ту часть, где находились студенты.
— Дракон — неотъемлемая часть драконобола. Ворота. В игре вашей целью является забросить как можно больше мячей в пасть дракона. И если вы считаете, что не сможете этого сделать, или боитесь, — джины сняли цепи и намордник, что повлекло оглушительный рев Лаурвала и его попытку проглотить туманных джинов, — то лучше уйдите сейчас и не тратьте мое время.
Секунд десять ничего не происходило, но потом студентов шесть стремительно направились к выходу. Первой стал ловец Рейвенкло, кто и запустил механизм. Лауврал снова пронзительно зарычал — еще одна девушка поспешила убраться. Другие оказались более стойкими, хотя на дракона поглядывали с опаской. Были и такие, что смотрели на огромного ящура с интересом и без страха.
— Теперь, — Ойкен специально дождался, пока все отказавшиеся уйдут, — вы будете выходить по одному. Вот мячи, — со взмахом палочки у его ног появилась корзина. — Они не производят никакого эффекта на дракона при взрыве. Если после броска увидите яркую вспышку, значит, вы достигли цели, — Ойкен взял мяч и бросил его Камистеру, стоявшему ближе всех. — Начинайте. Вы можете использовать любые методы и увертки. Пока это позволительно. Только учтите, что когти, шипы, рога у дракона не просто так. Более того: он огнедышащий. Сейчас на нем намордник, который значительно понижает градус пламени. Максимум: вы получите сильные ожоги. Все понятно?
— Стараться попасть ему в пасть?
— Не стараться, а попасть. Другие вопросы? — молчание. — Хорошо. Камистер, начинайте.
Это было интересней всего прочего. Не зря они так долго торчали на стадионе. Трибуны воодушевились и начали болеть за своих сокурсников. Выкрикивали их имена, давали указания и даже старались отвлечь дракона. Но Лауврал решил по иному.
Том выступил не плохо. Он сумел подлететь к морде дракона, но был сбит порывам ветра от внезапного взмаха крыльев. Гриффиндорец хотел снова попробовать, но Ойкен его отозвал, дав понять, что у каждого лишь одна попытка. Другие старались но получилось не на много лучше. Лауврал отмахивался от студентов, будто от надоедливых мух. Но ученики не отступали. Они старались одурачить дракона, подлетая с разных сторон, подкрадываясь сзади и пикируя сверху. Некоторым удавалось достичь результата Тома. Но большинство так и не смогли приблизиться к "воротам" на длину броска. Один студент был настолько неосторожен, что попал под передние лапы дракона. Травма была незначительной (продольная царапина), но Ойкен настоял на посещении медсестры.
С каждой новой неудачей студенты начинали сомневаться в возможность закинуть мяч дракону в пасть. Бред (специально, что ли?) был последним, кому предстояло встретиться с Лаувралом один на один. Он оседлал метлу, взял мяч и начал стремительно кружить вокруг дракона. Змей сначала старался схватить назойливого игрока зубами, но быстро потерял его из виду. Тогерти подловил момент и направился к цели вдоль хребта дракона. Но Лауврал был не прост. Он успел заметить Бреда и, в момент броска, выпустил струю пламени. Трибуны замерли. Зрелище было неожиданное, так как до этого дракон не пременял огонь. Мяч сгорел во мгновение ока, не оставляя и следа. Гриффиндорцу удалось уйти в сторону и избежать ожогов.
На стадион опустилось молчание. Никто так и не смог забросить мяч. Студенты на поле переминались с ноги на ногу, чувствуя себя пораженными. А, может, эта задача вообще была невыполнима?
— Ну да. Мы не смогли забросить ни одного мяча, так как у нас была только одна попытка и нулевой опыт в общении с драконом!
— Вы хотите второй круг, Крут?
— Нет. Я хочу увидеть, как это делают "профессионалы". Загорный, покажи нам как это делается! Ты так много рассказывал про драконобол и твои подвиги. Так покажи: на что ты способен!
— Да! — большая часть парней на стадионе поддержали этот призыв.
При звуке своего имени, Дима был немало удивлен. Ну, рассказывал он про драконобол, но только Винсу, Бреду и старостам. Неужели последние так быстро разнесли его слова своим сокурсникам? Как не бывать, но про "свои подвиги" он не рассказывал старостам. Подслушивал ли их кто-то или сами все придумали?
Стадион с нарастающей силой поддерживал призыв: "Загорный". Дима глянул на сидящих рядом. Винс с интересом наблюдал, сокурсницы с благоговением его разглядывали, а Катя лишь губами поддерживала скандирующих.
— Покажи им на что ты способен, — тихо прошептала она.
Дима с сомнением смотрел на подругу, задавая немой вопрос: "А стоит ли?". Катя кивнула и вскочила на ноги, аплодируя и вопя. Ее мгновенно поддержали сидящие рядом. Решение было принято и без него. Дима довольно вздохнул и поднялся, пробираясь к ступенькам. На удивление остальных, он не собирался спускаться по ступенькам. Дима быстро достал палочку, прошептав: "Асио метла", и направился к краю трибуны. Мгновение и он спрыгнул с перил вниз, где его уже поджидало средство передвижение.
Поскольку на стадион наложили купол, Дима, следуя ранешнему наблюдению, глазами отмерял середину и спикировал вниз. Дырка в преграде была на прежнем месте. Этим он удивил не многих (многие и про купол-то не знали), но оставил с открытыми ртами стоявших на снегу студентов и Ойкена. Подлетев к импровизированной ложе, Дима слез с метлы и подошел к Эрнесту. Мужчина стоял молча, держа в руках мяч.
— Я уже вижу, что ты отдаешь отчет своим действиям.
— Позволите? — Дима немного раздвинул руки и поймал брошенный мяч. Покрутив его, слизеринец быстро снял мантию и бросил ее Бреду. Дима предпочел бы получить еще перчатки, но их неоткуда взять. Окинув стоявших взглядом (выражения их лиц стоили всего этого), он развернулся и снова запрыгнул на метлу.
Лауврал вел себя спокойно, полностью осознавая намеренья парня. Это усложняло ситуацию. Но вариантов не осталось. Придется идти напролом. Дима подлетел ближе и завис на уровне глаз дракона. Два большие золотые блюда, рассеченными сужеными зрачками. Загорный довольно улыбнулся и устремился вперед. Он резко свернул перед самым носом Лауврала, уходя вправо. Дракон ринулся за ним. Фактически, действиями Дима повторял Бреда. Он тоже мельтешил у морды дракона, всячески раздразнивая его. Парень пролетел вдоль хребта Лауврала, стараясь попасть в зону его виденья. Вылетел вперед и резко спикировал вниз, избегая потока пламени. Пролетев между когтистых лап, Дима устремился вверх к драконьей пасти. Лауврал, только выпустивший огонь, набирал воздух для возможного нового залпа. Этим слизеринец и воспользовался, бросая мяч. Вспышка синего.
— Молодец парень, — Ойкен вышел немного вперед. — Один ты работаешь хорошо. Но как на счет соперников? Питерсон, Оувинс, Камистер, не дайте Загорному забросить еще один мяч, — Эрнест сильным броском отправил мяч Диме и поторопил гриффиндорцев жестом.
Возможно, в этом списке было что-то еще. Неспроста Ойкен вызвал трех загонщиков одной команды. Дима с интересом смотрел на оглядывающихся назад гриффиндорцев. Питерсон еще глянул на Диму, улыбаясь, пожимая плечами: "Я это делая только по указанию". "Оправдывается", — весело подумал Загорный, стараясь оценить ситуацию. Трое против одного и недоброжелательно настроенный дракон. Веселья не прибавилось. Ойкен же говорил, что они могут использовать любые методы?
Дима вытащил платок и подбросило его в воздух, отлетая на пару метров. Искра и белая ткань растянулась до размеров простыни, покрывшись красными кружками. Гриффиндорцы замерли в недоумении, но быстро сориентировались, услышав пронзительный рев. Лауврал, как Дима и надеялся, увидел ненавистную расцветку. Дракон рванул вперед, выпуская струю пламени. Том не успел вовремя убраться и ему немного подожгли метлу. "Соперники" бросились в рассыпную. Простыня было сожжена, а Дима как раз получил возможность забросить мяч во все еще открытую пасть. Еще одна вспышка синего.
— Молодец, парень! — Ойкен направился к снижающемуся Диме. — Почему ты не принял участие в отборе? Я прямо сейчас готов зачислить тебя в команду!
— Вы уж простите, но я буду играть за Тибидохс.
— Тогда понятно: откуда у тебя навыки, — Ойкен пожал Диме руку и обратился к остальным. — Теперь вы видите: на что способен один игрок команды, с которой вам предстоит встретиться. Завтра я объявлю результаты отбора и мы начнем усиленные тренировки, — Эрнест взял список и направился к выходу, этим показывая, что отбор окончен.
— Молодец, Дима, — Бред протянул другу мантию, в которую слизеринец с удовольствием завернулся. Февраль-месяц на дворе.
— Загорный, — Дима обернулся и увидел парня, который и позвал его на поле. — Если ты не за нас, значит, ты — против нас!
Глава 32. Выбор наугад
Для Димы началось самое худшее. Заявление о вступлении в команду соперника разнеслось с молниеносной скоростью. Слова Крута, студента седьмого курса Хаффлпаф, стали почти лозунгом. Если раньше Диму воспринимали как нечто окруженное тайнами, то теперь к этому прибавился вражеский окрас. Значительное большинство учащихся встали на сторону хаффлпафца, который возглавил негласное недружелюбное ополчение. На сторону своего сокурсника встали слизеринцы, хотя некоторые и не поддерживали его стремлений. Возможно, они поступили именно так из-за того, что никто с их факультета не прошел в команду. Вероятность была шесть к сорока, но она не оправдалась. А вот Крут прошел. В списке он числился одним из последних, но все же числился. Факультет поддержал своего товарища, но все-таки предпочел без нужды с ним не общаться (но в каком-либо споре — Загорный и только он). У Димы появился круг сторонников, которые прекрасно понимали его действия и даже стали дружнее чем раньше. В их число вошли шестикурсники Слизерина, некоторые промежуточные знакомые с других курсов, игроки по команде квиддича, Бред Тогерти и, как не странно, шестикурсники Гриффиндора. Последние о своем отношении прямо не заявляли, но не теряли возможности переброситься парой тройкой фраз при случае.
Как Ойкен и обещал, результаты отбора в команду были вывешены на следующее утро. Первым в списке числился Бред Тогерти (Дима порадовался за друга, но запоздало сообразил, что теперь они стали соперниками). За ним шли Питерсон, Камистер и Оувинс. Слаженая работа этих трех гриффиндорцев не скрылась и от Ойкена (или его списка?). После были записаны ловец Рейвенкло — Шарлота Диргони, два загонщика Хаффлпафа — Натали Ройсен и Сильвиа Крентон, рейвенкловцы Дин Тернет и Карл Варол. Последним был Файтон Крут.
За завтраком было много разговоров и веселья. Студенты поздравляли вошедших в команду и успокаивали непрошедших. Слизеринский стол сидел, как ни в чем не бывало. Еще вчера у них в гостиной произошли скромные разборки по этому поводу. Уже тогда студенты морально готовились, что не пройдут (показали они себя не самым лучшим образом). Теперь они собирались поддерживать политику нейтралитета: мы не с вами — играйте сами, а Дима тут ни причем.
Да и если призадуматься, выбранным игрокам можно было и посочувствовать. Тренировки у них должны были проходить четыре раза в неделю: вторник, четверг, пятницу и воскресенье. Первые три дня студенты должны были тренироваться только четыре часа (не считая занятий сутра), а четвертый день предполагалась семичасовая тренировка с перерывом на обед. И это при учете того, что четырем игрокам надо было готовиться к ПАУКу, а одну ждала СОВА.
Занятия проходили вяло, тянулись длительные часы учебы. Дима старался загрузить себя и отгородиться от отвернувшихся товарищей. Катя улетела почти сразу после отбора, обещав извещать его о любых изменениях. А от Грегорья Прокопьевича ничего не было слышно. Именно он отвечал за подготовку команды Тибидохса к предстоящему матчу. Должны же игроки снова собраться на поле и приступить к тренировкам. Команда Хогвардса уже сколько запланировала, а они!.. Когда Дима думал над этим, то понимал, что эта ситуация весьма неудобная. Не мог же он на каждую тренировку летать в Тибидохс (далековато как-то). Не мог и переселиться туда. Не хорошо прерывать учебу, а заочную форму парень никогда не воспринимал (не для него это). Таким же образом не могли переселить сюда членов его команды (смысл где?). И не он один был таков. Большинство его товарищей по игре выпустелись вместе с ним. У них тоже свои дела и своя жизнь. Оправданный ли ход собрать их всех снова? Как управление Тибидохса собирается это все обыграть?
— Дима, может, уже пойдем?
Винс толкнул друга плечом. А ведь Дима уже сколько ковыряет этой суп. Он его вообще ел? Картошки нет — ел.
— Идем. Что у нас сейчас?
— Защита. Потом у тебя руны и все.
— Побыстрее бы.
— Какой-то ты сегодня не веселый.
— Так уж получилось. Не обращай внимания.
До кабинета они добрались без происшествий. Даже странно. Дима уже почти начал привыкать к подколкам со стороны студентов. Он всегда старался ответить достойно, но уже просто... достало!
— Смотрите, кто идет. Загорный. Почему ты еще тут? Разве тебя на тренировки не звали? — сам Файтон Крут изволил обратиться к "звезде зарубежного драконобола".
Видимо у седьмого курса была Защита от темных искусств. Многие его сокурсники, покидая аудиторию, не спешили уходить.
— Крут, твоя зависть моей свободе, только лишний раз показывает — насколько ты бездарен в драконоболе. Если бы я согласился вступить в команду, ты бы смотрел на дракона только со зрительской трибуны.
— Но ты НЕ в команде!..
— Идиот, я в команде, которая в сотню раз получше вашей, — Дима хотел войти в аудиторию, но Крут схватил его за локоть.
— Не советую меня оскорблять!..
Дима выдернул руку и развернулся лицом к собеседнику. Теперь они загораживали проход. Оставшиеся и успевшие войти не выйдут, а стоящие снаружи — не уходят.
— Иначе ты расплачешься и побежишь жаловаться декану?
— Все же прекрасно знают, что ты только притворяешься темным магом, а на самом деле ты ни на что не способен!
— Я притворяюсь "темным магом"? Это новость. Скажи, а может Лари Лестерсон тоже притворяется мертвым? Фаворит среди драконов Тибидохса сжег меня пламенем? Авроры Англии закрывали глаза, когда я проходил мимо них, направляясь сюда? — Дима подошел почти вплотную к Круту. — Так что советую тебе забрать свои слова обратно.
