— Лорд Севиал? — Женщина повернулась к нему столь резко, что строгие складки ее просторного одеяния разошлись широким веером. Удивление, совсем не присущее столь древнему существу, неприятно прозвучало в ее шелестящем голосе. — Что вы здесь делаете?
Золотистые глаза лорда ярко выделялись во тьме. Они смеялись.
— Как же мне было не прийти? — обманчиво мягко спросил он. — И это после стольких переживаний за свой тщательно выработанный план. Одно неосторожное слово могло разрушить его в один миг, но... вы меня не разочаровали. Посему я хочу поделиться с вами своей законной радостью. Согласитесь, это так приятно, когда по указанному мною пути следуют не только более-менее простые люди, — он кинул взгляд на заботливо укрытую мраком фигуру Арлина, — но и вы.
Длинные черные ресницы опустились, скрыв от него ее ответный взгляд, но на бледном лице еще яснее проступила вечная печать скорби. Женщине не понадобилось много времени, чтобы понять смысл его фраз. Севиал улыбался откровенно насмешливо, даже не скрывая торжества. И ему было чем гордиться. Он сумел предугадать ее шаги и вовремя вплести их в паутину своего плана.
— У всех есть слабости, — негромко сказал лорд. — Я просто сумел выгодно использовать ваши. И не нужно говорить, что это бесчестно. Вы лучше других знаете, как давно я пытаюсь достичь своей цели. Зато с вашей неоценимой помощью мне уже вряд ли что-то сможет повредить.
Она кинула короткий взгляд вдаль, сквозь пространство и время, и только столетиями выработанное смирение не дало пробиться горечи наружу. Севиал все правильно рассчитал, своим вмешательством она лишь усугубила будущее да так, что теперь никто не сможет ничего исправить. А еще она увидела свою плату за опасный проступок — настолько тяжелую и длительную, как никогда раньше.
Она сама устранила себя с его пути. Лишила мага-одиночку последнего шанса на спасение. Хотя о чем можно говорить сейчас, когда ее взгляд неотвратимо медленно заволакивает туманная пелена. Будущее уже скрылось и ход его закрыт для нее на слишком долгий срок, чтобы быть в чем-то совершенно уверенной.
Женщина медленно отвернулась, чтобы уйти, но задержалась на краю мрака. Севиал выжидательно смотрел ей в спину до тех пор, пока не услышал несколько отрывистых слов, брошенных ею на прощание:
— Вырвав судьбу этого одиночки из моих рук, вы выпустили и его жизнь из своих.
Шорох серых одежд затих, когда Севиал с неудовольствием убедился, что врать напоследок она все же не стала.
Сон нехотя приразжал объятия, и я сладко зевнул во весь рот, с трудом поднимая отяжелевшие веки. Медленно повел глазами из стороны в сторону, отыскивая знакомый силуэт в свободных одеждах, но женщины рядом не было. Должно быть, ушла тихо и незаметно. Я даже расстроился. Стало как-то жутко неудобно за свое свинское поведение. Значит, она тут из сил выбивается, помогает мне, а я ей за это даже спасибо не сказал. Хотя сон, надо думать, тоже не просто так на меня свалился.
Я опасливо уперся рукой в ненадежный, вязкий мрак, и он мягко поддержал меня, помогая обрести равновесие среди покачивающегося пространства. Я распрямился и немо обозрел пустую тьму, удивляясь странной свободе от целого вороха неясных чувств, пробуждающихся во мне под действием мрака Врат. Но слишком долго пользоваться этой свободой мне не дали. Миры, очевидно, терпеливо дожидавшиеся моего пробуждения, закружились вокруг, как смешение ярких размазанных красок. Вспомнив о Силе, обещанной женщиной, я прикрыл глаза и мысленно позвал их к себе. Откликом стало не прежнее хрупкое тепло, а хлынувшая ко мне жаркая волна радости.
Она оглушила меня напором, и я чуть покачнулся, не в силах ее сдержать. Основываясь только на интуиции, я вновь начал искать, но уже совсем не так, как раньше. Новая Сила объяла все миры, замыкая их бег вокруг меня в одно неразрывное кольцо. Вспыхнул, как недавняя молния, один мир, другой. Вспышки становились все быстрей, ослепляя меня зеленоватым светом. В какой-то момент четкие световые пятна размылись, и зрение померкло. Я больше не видел миры, просто чувствовал их мелькание вплоть до тех пор, пока не отыскал тот единственный, что был мне нужен...
Из Арки я вывалился усталый, едва различающий краски вокруг, но безмерно счастливый. Все таки я смогу достать амулет для Веланда и тем самым перестану быть ему должным. А это сейчас казалось для меня самым важным.
Как только зрение малость прояснилось, я отметил, что в Убежище стало намного светлее. Вот только радоваться этому обстоятельству я не спешил. Думаю, в кромешной тьме злые лица наемников выглядели бы намного лучше. Большая часть воинов расселась на мокрой траве, парочка застыла возле лошадей. Еще нескольких я попросту не досчитался. Но вне зависимости от количества все они взирали на меня абсолютно одинаково — как на своего заклятого врага, и при этом не двигались с места. Навстречу мне поднялся лишь один Хенигас. Отряхнул мокрые руки, поправил меч и неторопливо приблизился.
— Ты как сквозь землю провалился, маг, — сквозь зубы процедил он, остановившись напротив. Его взгляд безразлично скользнул по мне, и темные глаза наемника удивленно расширились, заметив засохшие пятнам крови на длинной одежде. — Что произошло? — отрывисто осведомился он. — Ты что, ранен? Тоже мне, маг, постоять за себя не...
— Я нашел мир, Хенигас, — с достоинством прервал я его. — Ты ведь этого хотел? Так командуй своим подъем. Хотя... может, я лучше один управлюсь?
— Э, нет, — придвинулся ко мне вплотную наемник. Его губы искривила неприятная ухмылка. — С меня хватит и этого двухчасового отсутствия. Больше ты никуда один не отправишься. Старший что сказал — мы с тобой теперь одна команда.
— Ну, что сказал Веланд, мне неизвестно, — безразлично пожал я плечами. — Меня там, как-никак, и близко не было.
— Можешь поверить на слово, обманывать тебя мне ни к чему.
Я обидно рассмеялся, и лицо Хенигаса потемнело.
— Поверить тебе? Наемнику? Да ты, никак, издеваешься надо мной. Пусть мы знакомы не так уж давно, но что-то мне подсказывает, что верить тебе нельзя ни в коем случае. — И вскинул руку, увидев, что он собрался возражать. — Давай не будем. Желаешь отправиться со мной — пожалуйста. Противиться приказам Старшего я пока не собираюсь.
Хенигас недобро прищурился.
— Пока? — переспросил он с угрожающей интонацией.
— Не повторяй за мной, — поморщился я. — Ну, что ты цепляешься к словам? Мы теряем время.
Неопределенно мотнув головой, он отвернулся. Наемники по его знаку мигом вскочили с травы, деловито поправили оружие. Я невольно сравнил себя с ними и пришел к тоскливому выводу — на их фоне я явно проигрываю. То ли дело воины, с присущей их облику жесткостью, усиливающейся железным блеском. А у меня из оружия только маленький кинжал, да и до того еще добраться надо.
— И вообще, чего ты такой злой, Хенигас? — невинно поинтересовался я. — Случилось что ли чего в мое отсутствие? И людей твоих вроде как меньше стало...
Наемника даже передернуло от моего замечания. Глаза вмиг стали колючими и злыми.
— А тебе-то что?
— Да просто так спросил. А что, нельзя?
— Ничего не было, маг, понял? Ни-че-го.
— Понял, — послушно закивал я. — Чего уж тут не понять, когда тебе все по слогам раскладывают.
Чутко уловив желание, Врата вывели нас прямо в мир чужаков. К слову, ничего оказался мирок. Интересный. Даже Хенигас, с его-то опытом, и то сразу потащил меч из ножен. Я аж засмотрелся на голубоватое лезвие и чуть не растянулся, запнувшись о чей-то череп прямо тут же, около почерневшей деревянной Арки. ЧЕРЕП?! Я подскочил на месте, прямо таки взмыв в небо, и едва не взвизгнул. Сердце забилось часто-часто, когда я чуть нагнулся, решив рассмотреть его поближе. Крупный. Вытянутый. Серовато-желтый, с двумя узкими вертикальными прорезями на месте глазниц.
— Эт-то еще что такое? — распахнул я глаза, оглядывая череп со всех сторон.
— Понятия не имею, — сурово отозвался Хенигас. — Что я тебе могу сказать, маг, умелец ты, однако. Я ведь практически все миры облазил, но таки умудрился ты завести нас именно в тот, которого я так упорно избегал.
— Да будет тебе. Я ж помню чужаков — нормальные люди, как ты и я. — Стараясь подавить нервозность, я улыбнулся. — Ничего похожего на... это. И вообще, чего ты так сразу напрягся? Может, водится у них тут в лесах кой-какая живность.
— Больно здорова твоя находка для лесной зверюшки.
— Ты ж здесь не был никогда. Откуда тебе знать? Вот мы сейчас дальше пройдем и...
Вой ворвался в уши, как рев надвигающегося урагана. Я замолк, рука невзначай юркнула в незаметную боковую прорезь верхнего одеяния и коснулась рукоятки кинжала. Но даже не успев сжать пальцы, я понял, что одним кинжалом тут не обойдешься.
Буровато-желтые заросли раздвинулись, и на свободное пространство вылезла троица с весьма примечательной внешностью. Правая мускулистая рука их предводителя сжимала белесый витой рог. Вторая непринужденно поглаживала прицепленное к поясу странное приспособление из толстых жил и тщательно отполированных костяных пластин. На вид никакой опасности оно не представляло, потому как не имело ничего схожего с известным мне оружием. Хотя, может, не следует так торопиться с выводами? Я ж все таки не воин и в оружии разбираюсь из рук вон плохо. Это вон у нас Хенигас все знает, все видел, вот и сейчас с замысловатой штуковины не спускает острого взгляда.
Воспользовавшись всеобщим замешательством, я с затаенным интересом рассматривал незнакомцев. Очень осторожно так, искоса, чтоб невзначай без лишних слов не получить в челюсть. Чтобы увидеть их лица, пришлось запрокинуть голову, потому как они оказались выше меня раза так в полтора, а может, даже больше. Синеватая кожа неизвестной троицы хоть и сильно бросалась в глаза, но пугала все же меньше, чем, по идее, должна была. Что кожа, вот рост — другое дело. Как и мускулы, мало скрытые короткой свободной одеждой.
Необычные, вытянутые по вертикали глаза столь же пристально разглядывали нас, и выражение их было крайне далеко от дружелюбного. Скорее, смесь вялого интереса и холодной настороженности. Я напоследок скользнул взглядом по длинным волосам предводителя. В отличие от остальных, у него они не струились свободной волной по спине и плечам, а были заботливо заплетены в несколько косичек и свисали до середины груди, как черные блестящие змеи.
Хенигас грубо отодвинул меня плечом в сторону, из-за чего я чуть не наступил на череп несомненного родича троицы, и встал передо мной, заслонив весь обзор. Я поморщился и сдвинулся влево, но лезть вперед него не стал, сочтя это не слишком благоразумным на данный момент.
— Не знаю, кто вы, а я... — начал наемник, глядя на незнакомца с косами с таким превосходством, словно это он тут возвышался над ними, а вовсе не наоборот.
Синекожий предводитель прервал его взмахом руки и небрежно засунул витой рог за пояс.
— Можешь не представляться, воин, — неприязненно произнес он глухим голосом, — нам это и так прекрасно известно. А потому в этот мир мы тебя не пустим. Ни тебя, ни твоих убийц. Привратников по вашей милости больше нет, но мое племя взяло на себя их обязанности вплоть до прихода новых хранителей.
Хенигас криво ухмыльнулся и взвесил меч на руке.
— Вообще-то для меня, как служащего не только Единым магам, но и лично Веланду, всегда были открыты все миры.
— Меч-то убери, наемник, — спокойно посоветовал предводитель, — и про Веланда тут лучше не вспоминай. А что до вседозволенности, так считай это уже прошлое. Да убери меч, тебе говорят! — чуть тверже повторил он. — Не маши тут — своих заденешь.
— Препятствия, значит, чинишь личному отряду Старшего? — нехорошо прищурился Хенигас, так и не озаботившись спрятать меч в ножны.
— Значит, чиню, — безразлично отозвался тот. — Так что катись, воин, да весь свой выводок прихватить не забудь. И глазами на меня не сверкай. Они у тебя убийственной силой не наделены. В отличие от нас, — прибавил он.
Лицо наемника потемнело, выражение стало еще жестче, непримиримее. А предводитель, решив его окончательно добить, выдал еще один секрет.
— Видишь это, — он постучал по своему рогу. — Как только вы вышли из Врат, я с его помощью созвал сюда всех своих воинов. Один мой знак — и вы умрете.
Я покосился на густые заросли и невольно поежился.
— Я вернусь сюда с Веландом, — хрипло пообещал Хенигас, с ненавистью глядя на предводителя синекожих.
— Да хоть с тремя Веландами, — насмешливо ответил тот. — Да и не пойдет он сюда, поверь. Так что никому из твоего отряда не пройти через наши границы.
— Даже мне? — неожиданно спросил я и выдвинулся вперед. Вертикальные щелки опалили меня огненным взглядом, но я не отступил. — Не наемнику, а Единому магу?
— Докажи, — властно потребовал он.
Я вздернул руку и показал ему запястье, отмеченное лучом Единых.
Голова предводителя склонилась, глаза пристально вгляделись в треугольный шрам.
— Так как, меня вы пропустите? — настойчиво повторил я.
— Пропустим, — после недолгого молчания неохотно ответил он. — А они, — и предводитель мотнул головой в сторону наемников, — твои сопровождающие?
— Да, — искоса глянул я на Хенигаса. Тот полоснул меня злым взглядом.
— Тогда пусть ждут твоего возвращения здесь.
Заранее заготовив извиняющуюся улыбку, я начал поворачивать к наемнику, но тот и не думал отпускать меня одного.
— Я оставлю здесь всех своих людей, но сам пойду вместе с ним, — холодно сказал он, глядя сквозь меня. — Магу не пристало путешествовать в одиночку, тем более, что этот стал Единым только сегодня.
— Я заметил, — сдержанно ответил предводитель. — Свежесть магии трудно не уловить. Хорошо, у него будет сопровождающий, но только один и не ты. Кого с ним отправить — можешь выбрать сам. Лошадей пусть не берут, там с ними все равно не пройти.
Хенигас скрипнул зубами, но вынужден был согласиться. Как я понял, драться с синекожими он не собирался. То ли силенок не хватало, то ли приказ какой имелся, неважно, главное — мне таки удалось отделаться если не от всех, то уж от Хенигаса точно. А одного наемника я, так и быть, как-нибудь переживу. Пусть только попробует мною покомандовать. Я ему вмиг покажу мага во гневе.
— Цирон! — отрывисто скомандовал он, и коренастый воин тут же сделал шаг вперед и склонил голову. — Пойдешь с ним.
Тот коротко кивнул и повернулся ко мне лицом. При этом рожа стала хитрой просто до невозможности, прям не как у воина, только и знающего, что кромсать все живое, а как у прирожденного торгаша. Н-да, не понравился мне Цирон, можно сказать, с первого взгляда.
— Ну что, ваше магическое великолепие, в паре, значит, работать будем? — нахально осведомился он.
Я едва сдержался, хотя меня так и подмывало без всяких магических выкрутасов съездить ему по наглой харе. Ну да ладно. Свидетелей что-то вокруг многовато. Хенигас этот, синекожие, опять же, свои щелки не сводят.
Так что я удовольствовался тем, что вздернул подбородок и высокомерно уведомил зарвавшегося Цирона:
