"Господин Кам, Здравия вам." — Слегка кивнув, поздоровался с Хордышем, огненно-рыжий, худощавый парнишка, которому на вид, было не более тринадцати лет. Кам кивком ответил подростку, который спешно посторонился, уступая Хордышу дорогу. Его примеру последовали и другие дети, которые стояли рядом, как и находящиеся поблизости взрослые люди. Пришлось Каму, отвечать на "посыпавшиеся" на него многочисленные приветствия, а один раз, пожать протянутую ему детскую ручонку. Сидящий у мамы на руках ребёнок, лет трёх отроду, сам видимо не ожидавший что протянутая им ручка, которой он просто хотел потрогать дядю, будет тем бережно пожата, засмущался. После этого, малыш, резко развернулся, от чего, его маму слегка пошатнуло и забавно, как это умеют только маленькие дети, уткнулся ей в плечо. Это вызвало несколько тихих, сдержанных смешков. Самое интересное было не в этом. Без всяких слов и понуканий, плотная толпа сделала невозможное, она, пропуская одного из командиров отряда вне очереди попрощаться с павшим соратником, умудрилась слегка расступиться, образовав для Хордыша узкий проход к небольшому подиуму. Именно на нём стояли три лакированных гроба, в буквальном смысле слова, утопающие в принесённых людьми подношениях. (На этой планете, принято преподносить усопшим не цветы, а мелкие бытовые предметы, или угощения. Которые шли умершим на костёр, или, укладывались поверх могилы. Всё зависело от того, хоронили воина, или гражданское лицо.) Вот и Кам, мимолётно кивнув стоявшим возле караульных Первуше и Эмре, поочерёдно подойдя к каждому погибшему солдату, на несколько секунд возле них останавливался, и что-то тихо говоря, оставлял по небольшому дару. Что это было, никто из окружающих не видел, впрочем, и не старался рассмотреть. Поэтому, изготовленные пищевым синтезатором пирожки с мясом, завёрнутые в плотные листы бумаги, ничем не выделялись на фоне других угощений. Ну что сказать? Здесь не произносили никаких торжественных речей, люди просто шли скорбной процессией, простоволосые женщины и девушки не сдерживали своих слёз, постоянно вытирая их кончиками накинутых на плечи головных платков. Мужчины и юноши, наоборот, были сдержанно серьёзны. Так же, присутствовали стоявшие в прощальном карауле сослуживцы погибших бойцов, которые никак не проявляли своих эмоций, если не считать того, что костяшки сжимавших автоматы пальцев, побелели. Да и у пары воинов, время от времени, на скулах перекатывались желваки. Став на свободное место, рядом с почётным караулом, Хордыш замер скорбной статуей, единственное, при этом, умудрился держать гордую осанку. А люди всё шли и шли, кто-то из них был в синих траурных одеяниях, кто-то облачился в полувоенные костюмы, а некоторые из обывателей, несли на руках мало что понимающих малышей. Не обошлось без нескольких обмороков, в основном, это были пожилые женщины. А одну из упавших без сознания баб, пришлось госпитализировать, из толпы, её, вынес на руках один из андроидов. Немного погодя Красава, через нейросеть объявила Первуше, что у несчастной слабое сердце, и поэтому, жена плотника была помещена в медицинскую капсулу. Там, пациентка пролежит чуть больше суток, так как из-за череды перенесённых стрессов, да и неблагоприятных условий жизни, её организм был сильно изношен.
Как проявление искреннего уважения к павшим воинам, их похороны, состоялись на рассвете — с первыми лучами солнца, тела, как для ратников и положено, уложили на большое кострище. Пока женщины, на почти забытом языке пращуров пели песню, в которой духам предков говорилось о том, что к ним отправляются славные сыны гордого народа, мужчины укладывали рядом с покойниками посмертные дары. Стоило светилу осветить лица умерших, как погребальный костёр был подожжён. Надо сказать, что на местном погосте, это было первое погребенье, поэтому с виду, это была обычная, заснеженная поляна. И вновь, как и недавно, возле Малых Лук, андроиды уложили между дров закамуфлированные под обычные поленья термические шашки. Естественно, как быстро разгорелся и полыхал погребальный костёр, заметили все. А увидевшие это люди, восприняли этот невероятный для их понимания огненный жар как хорошее знамение, то есть, предки справедливо оценили жизненный путь умерших и, решили помочь их душам добраться к ним. Местное светило только достигло зенита, а над прогоревшим кострищем, уже насыпался первый слой воинского кургана. Подробно рассказывать о самой тризне, устроенной в одном из крупных сельских дворов, не стоит. Люди пили, ели, мужчины исполняли положенный в таких случаях воинский пляс; вспоминали умерших от ран бойцов, и ...
Уже в полночь, вернувшись в свой кубрик, Кам и Жунка, не смотря на усталость, отправились в душ. (Местный обычай — после окончания тризны, необходимо обязательно обмыться. Это можно сделать в речке, в установленной в сенях лохани воды, бане. В общем, где получится. Главное, ложиться спать чистым.) Искупавшись первой, высушив волосы и облачившись в чистый халат, молодая женщина присела на небольшой диванчик и со скучающим видом, ждала, когда её муж покинет санузел. Когда это произошло, она соблазнительно потянулась, и лукаво улыбнувшись, поинтересовалась:
— Ну это, дорогой, чем займёмся?
— Если учесть степень нашей накупанности, эта ночь обещает быть бурной. — в тон ей ответил Хордыш.
— Э-э нет, чужеземец. Значит так. Как бы ты хорошо не говорил на нашем языке, а чужак в тебе никуда не делся. — вмиг посерьёзнев ответила Жунка.
— Это ещё почему?
— Запомни это правило на всю жизнь. Побывавшие на погосте, и справившие по кому-нибудь тризну, люди, ровно на три дня обязаны воздержаться от телесных утех. Иначе, какой-нибудь из неприкаянных духов, постарается воспользоваться моментом. Ну это, ты меня понял?
— Так чего же ты тогда спрашивала, чем мы займёмся, если нельзя?
— А кто же тогда, кроме меня, тебя, неуча, научит нашим обычаям. — скорчив наигранно угрюмую мордашку, ответила молодая женщина, показательно погладив свой ещё незаметный животик. — Тем неписаным законам, которые нам завещали наши мудрые предки, которые все мы соблюдаем даже не задумываясь, даже малые дети о них знают. Значит это, если ты не захочешь учиться, то будешь позорить не только меня, но и нашего, ещё не родившегося ребёночка.
Наблюдая за женой, чьё поведение, в этот момент не соответствовало тому, к чему он привык за время совместной жизни, Кам вначале сильно удивился, а далее, начал злиться. К тому же, во взгляде, как и жестах супруги, сквозило бездарной театральщиной. Будто какой-то режиссёр, заставил необученного человека выучить текст, и от силы раза два с ним отрепетировал любительский моноспектакль. После чего, ничего не объяснив, выставил на сцену.
— И что? Мой сегодняшний урок пройден? — с отчуждённой холодцой в голосе поинтересовался Кам. — Или я должен пройти ещё какой-то тест?
— Нет, нету тут никаких тестов, — резко потупив взгляд, и как-то скукожившись, еле слышно ответила Жунка, а затем совсем тихо прошептала, — клянусь, больше не будет никаких уроков.
— Тогда, пошли спать. Я сильно устал, а завтра, у меня очень тяжёлый день. Спокойной ночи.
С этими словами, поцеловав жену в подставленное ею темечко, Хордыш развернулся, и неспешно направился в спальню. Он чувствовал спиной, как его вторая половина смотрит ему вслед, и подавил желание обернуться. Остановился уже возле двери, когда услышал вопрос, заданный слегка дрожащим голосом.
— Ну это ... Мы эту ночь спим вместе, или как?
— Если это очередной экзамен, то мой ответ таков. Я не знаю, как в подобном случае следует поступать.
— Нет, это не проверка. А спать, можно в одной кровати, значит это ..., главное не нарушать уже озвученное правило.
— Тогда пошли, что ли? Честное слово, я хочу спать. А завтра, если пожелаешь, расскажешь кто тебя надоумил подобным способом заняться моим воспитанием.
— Это Красава, она сказа...
— Давай поговорим завтра. Сегодня уже слишком поздно — глаза слипаются.
Утром, было не до разговоров. Дежурный связист, где-то за сорок минут до общего подъёма, разбудил всю троицу командиров, объявив, что от находящихся в городе агентов поступили сведения, требующие немедленного принятия решения. Почему-то, этот вызов пришёл и на нейросеть Эмры, которая так же засобиралась.
— А ты куда "намылилась", солнышко? — с искренним удивлением поинтересовался у жены Кам. — ложись спать, пока есть такая возможность.
— Меня тоже разбудили. Значит я тоже нужна.
— Спи давай. Этот раздолбай, за свою небрежность ещё сегодня получит. Он вообще не должен был тебя будить. Нет никакого нападения, чтоб ты, как снайпер вела отстрел приоритетных целей. Не имеется никакого потока тяжелораненых, чтоб ты как медтехник настраивала капсулы. Ну и перебоев в работе электроники, не наблюдается. Так что, спи.
— Э-э-а-а, это точно? — сладко зевнув, поинтересовалась молодая женщина.
— Точнее не бывает.
Ещё через десять минут, вся троица совещалась в штабном кабинете. Как выяснилось, молодой специалист по связи, разбудил не только беременную Жунку, но и сожителя Эмры — Краса, как и зазнобу Первуши — Раду. За что, получил троекратный нагоняй, кстати, Эмра не поленилась и зайдя на пост связи, в процессе высказывания всего что думает о виновнике напрасного пробуждения своего мужчины, наградила того тремя звучными затрещинами. Ну, это к делу не относится, вернёмся к самой причине неожиданного сбора самой тройки.
— Значит так. — задумчиво проговорил Кам, ознакомившись с полученным на сеть документом. — Вы все прочли этот файл?
— Угу. — синхронно ответили Первуша и его невестка, аж сами после этого заулыбались.
— Разугукались понимаешь ли, филины вы мои, доморощенные. Мать вашу за этак. Что будем делать?
— А что тут думать? Камушка. — ответил Бортник, проигнорировав сравнение его с ночной птицей. — Детей, в любом случае нужно освобождать. Ведь их туда не на курорт везут. И я больше, чем уверен, на чужбине, из них сделают бесправных рабов.
— Понимаю. Только где мы семьсот девушек и юношей будем размещать?
— Только не говори, что не планировал закладывать ещё одну цитадель.
— Собирался, вы сами об этом знаете. Только там, ещё не начали даже строительство ЗЭБ -4.
— А если начать сразу с цитадели? — взяла слово Эмра. — Ну, поделим мы личный состав не на два, а на три объекта. А деревеньку мы позднее возведём. Да и хватит нам штамповать полноценные тайные базы.
— Ну, всё, хватит понапрасну балаболить. — возразил Хордыш. — Насчёт того, что придётся временно потесниться, я не возражаю. Но, при каждой цитадели должен быть построен полноценный тайный комплекс. Не забывайте, что над нашими головами частенько кружат вражеские спутники. А они, пусть чисто теоретически, способны обнаружить наши высокотехнологичные комплексы и уничтожить их. Так что, наличие запасных бункеров лишним не будет, желательно их построить и законсервировать. Всё, этот вопрос решён, а сейчас, переходим к поиску приемлемого решения возникшей проблемы и обсуждению планов освобождения детей.
В этот день, Кам, попал в свой кубрик после окончания ужина, что можно было уверенно назвать устоявшейся традицией. Были и исключения, когда Хордыш возвращался домой перед обедом, или наоборот, мог вообще не явиться ночевать. Эти случаи, только подчёркивали устоявшееся правило. Более или менее, эту неприятную для его супруги ситуацию скрашивала её возможность связаться с супругом через нейросеть, да и он, не забывал предупреждать свою половинку о своей вынужденной "отлучке". Но сегодня, можно сказать, что Кам вошёл в свой "кубрик" вовремя, но, забыв оповестить об этом свою женщину. В прихожей, вполне ожидаемо, его встретила полная тишина. Нашлась Жунка в "гостевом зале", она стояла возле стола и машинально натирала тряпицей трёхрожковый бронзовый подсвечник. Её тоскливый взгляд буравил пустоту, а рука с бархаткой, продолжала натирать идеально отполированный лепесток декоративной завитушки.
— Радость моя, я дома. — тихо сказал Кам, от чего, его жена всё равно испуганно передёрнулась и уронила подсвечник на пол.
— А! Что? Фу-ты, напугал, нельзя же так. — ответила Жунка, одновременно, быстро присев и подняв канделябр, после чего, поставила тот на стол и, неспешно развернулась к мужу.
— Извини, солнышко, — виновато улыбнувшись повинился Хордыш, — не подумал, что так оно может получиться.
— А почему ни разу не вышел со мною на связь? — не слыша извинений, обиженным голосом поинтересовалась молодая женщина. — Я весь день ждала, а ты ...
— Как-то так вышло. Ну ладно я, замотался так, что минуты свободной не было. А чего сама мне не "позвонила"?
— Не хотела отвлекать, вдруг будешь занят.
— Милая, раньше это тебя не останавливало. Сама же знаешь, если ты выйдешь на связь, а я, в этот момент сильно занят, то отвечу, мол позднее "перезвоню". И всё, проблема решена.
— Но, мы с тобою вчера повздорили, и ты ы-ы-ы ...
Заревев, Жунка, в два шага оказавшись рядом с Камом, уткнулась тому в грудь, и со всхлипами, что-то неразборчиво забормотала. Мол, она не хотела его обидеть, а всего лишь это ... А она, эта самая Красава, мол, ей посоветовала всё именно так устроить ... А ещё ... И всё в том же духе, и не всегда, новые фразы были продолжением предыдущих слов. Каму только и осталось, что нежно обнять супругу, да поглаживая её как ребёнка по голове, выслушивать её малоразборчивую речь. Позднее, где-то через треть часа, если не больше, супруги легли спать. Вернее, Хордыш закинув руки под голову, лежал на спине, а его жена, уже в который раз извинялась и рассказывала, как Красава её отчитывала за то, что Жунка не обучает мужа общепринятым правилам поведения в обществе. Затем, спохватившись, резко сменила тему:
— А ты завтра уходишь? Да?
— Куда это я ухожу? — от неожиданного вопроса, Хордыш слегка оторопел.
— Ну все в цитадели говорят, что оккупанты, свозят в Зюевку молодёжь и на днях отправляют их в империю. Ну, на какие-то там принудительные работы.
— Мне, там делать нечего. У меня и без того, здесь, забот полон рот. Утром, выходят Первуша и Красава, они ведут десяток наиболее подготовленных бойцов. Остальные, продолжают учить боевые базы и отрабатывать их на виртуальных симуляторах. И да, почти все наши андроиды, загрузив едой несколько бортовых машин, покинули базу.
— А куда это они?
— Детей необходимо не только освободить, но и доставить к нам. К месту проведения операции, группа Первуши подойдёт за двое суток. Назад, по обходному пути, они будут двигаться дней пять. Подростков, во время этого так сказать неспешного марша, необходимо кормить, поить, для этого, на местах будущих привалов, будут создаваться магазины.
