"Годы "Халкиона""

— Ничего. На самом деле, я надеюсь, что они последуют за нами. Мы будем ждать на другой стороне. У них будет всего несколько секунд, чтобы установить радиолокационный контакт с "Клеменси", но мы уже будем знать точную точку, в которую нужно целиться.

— Ты предполагаешь, что они проникнут через то же отверстие, — сказал Литц, как человек, который портит шутку.

— Возможно, у них не будет выбора, если только "Клеменси" может сделать отверстие достаточно большим.

Литц усмехнулся. — Чертовски азартная игра.

— Ничто не сравнится с русскими застольными играми, Лемми. У вас есть предложение получше?

— У него нет, и у меня тоже, — сказала Ведетт с твердостью, которая положила конец всем дальнейшим спорам по этому поводу. — Кроме того, я хочу знать, что находится по другую сторону этой оболочки.

— Сделайте себе одолжение и умрите сейчас, — ласково сказала Консуэла. — Это будет самый добрый поступок на свете.

— У вас не найдется еще ленты в запасе, Лемми?

— Да, миссис Эй, но нам нужно, чтобы они поговорили еще немного. По крайней мере, Доркас и Дориан. Они будут из кожи вон лезть, чтобы помочь Юрию подготовить энергопушку.

— Сейчас я перестану разгоняться, — сказал Юрий. — Если мы наберем слишком большую скорость, нам потребуется больше времени, чтобы развернуться и вернуться к отверстию. Какова текущая дальность стрельбы, Ведетт?

Она задержалась на секунду, чтобы изучить прицел. — Чуть меньше четырех тысяч километров.

— Значит, у нас осталось меньше пятнадцати минут. Пожалуйста, уточните расстояние ровно через пять минут, тогда я смогу оценить расчетную скорость для контакта. Нам понадобится очень точное время для выстрела, чтобы добиться максимального эффекта. Лемми: вы развяжете Дориана? Я верю ему насчет пушки.

— Наконец-то хоть одно разумное развитие событий, — ответил Дориан.

Литц подошел к контейнеру, в котором находился Дориан. Он отцепил сетку и уставился на связанного, извивающегося человека, плавающего в контейнере.

— Ну что, хоть раз в жизни вы будете послушным маленьким Делроссо? Прикройте меня, Ведетт: у меня свободна только одна рука для ножа, и мне нужна другая, чтобы держаться.

— Как вы думаете, он что-нибудь предпримет?

— Честно говоря, миссис Эй, я был бы разочарован, если бы он этого не сделал. — Литц ухватился рукой и наклонился к контейнеру, чтобы разрезать путы Дориана.

Юрий переводил взгляд с Литца на пульт, не желая отводить глаз ни от того, ни от другого.

— Хорошо, он свободен, — подтвердил Литц. — Теперь ваше шоу, Дориан, и лучше бы оно было хорошим.

Дориан выбрался из контейнера, разминая конечности и крутя шеей. Освобожденный, дрейфующий, он казался больше и мощнее, чем раньше.

— Где энергопушка?

— Под полом. — Он натянуто улыбнулся. — По понятным причинам мы предпочитаем прятать ее, когда у нас гости на борту "Клеменси". На подводной лодке она совсем не нужна.

— Я обыскиваю его на предмет оружия, — сказал Литц. — Не дергайся, Дориан, или все вернется в норму.

Дориан напрягся, как человек, с которого снимают мерку для костюма. — Как пожелаете, Литц.

Литц начал одной рукой осматривать своего пленника. Он ничего не обнаружил.

— Хорошо. Двигаясь медленно, покажите мне, как достать пушку.

Дориан оттолкнулся от ближайшей стены. В невесомости он двигался легко и уверенно, плавно опускаясь прямо на то, что было полом, когда они находились под действием силы тяжести "Халкиона". Пол был сделан из листов штампованного металла, но по краю одной из центральных панелей были отверстия для пальцев. Если бы Юрий их вообще заметил, то предположил бы, что они нужны для технического обслуживания и осмотра.

Дориан наклонился, засунул пальцы в отверстия и включил скрытый механизм. Панель в полу со щелчком сдвинулась с места. Дориан передал ее Литцу. — Закрепите ее в контейнере — мы не хотим, чтобы она летала повсюду, если нам придется маневрировать.

Дориан отдал приказ так, как отдавал приказы всю свою жизнь: с абсолютным ожиданием, что они будут выполнены. Это был скорее не приказ, а заявление, произнесенное с непринужденной небрежностью. Эффект был таков, что Литц начал действовать еще до того, как его разум, должно быть, успел выдвинуть возражение.

Дориану было достаточно этого времени. Он залез в отсек под полом и достал оттуда рукой блестящий металлический предмет. Это был изящный предмет, похожий на игрушку, в котором не сразу можно было узнать пистолет.

Но это был пистолет, и первое, что Дориан сделал с ним, — выстрелил в Литца.

Он попал ему в правую часть живота, звук выстрела был тихим, как у мышонка, Литц выдохнул с шумом, отпустил панель пола и отшатнулся от шока и боли, когда на его рубашке появилось расширяющееся пятно крови.

Дориан поднялся с пола, целясь из пистолета в переднюю часть кабины, где все еще сидели Юрий и Ведетт.

Дориан слегка запыхался, но в остальном был совершенно спокоен.

— Как далеко мы от оболочки?

Юрий посмотрел на Литца. Литц отлетел к стене и застрял там. Он стонал, а кровавое пятно расширялось. Он ощупал его, глядя вниз в зачарованном ужасе. Литц поднял окровавленную руку и медленно потянулся к своему карману.

— Нет, — сказал Дориан, направляя пистолет снова на Литца. — Вы не сможете этого сделать, никто из вас. Вы будете недостаточно быстры. Я выстрелю еще раз, если вас нужно будет уговаривать.

— Вам вовсе не обязательно было в него стрелять, — сказала Ведетт. Затем, повысив голос, добавила: — Лемми. Надавите на рану. Я помогу вам, как только смогу, обещаю.

Литц все еще был в сознании. Он пошевелил губами, как будто хотел что-то сказать, но издал лишь мучительный стон. Медленно последовал ее указаниям, снова поднес окровавленную руку к ране и надавил. Боль смяла его лицо, как выброшенный бумажный пакет. Другой рукой он пошарил у себя за спиной, как человек, который ищет что-то за диваном.

— Останьтесь с нами, Лемми, — сказал Юрий.

Литц захрипел. — Думаю, пуля прошла сквозь меня.

Юрий кивнул. — Это хорошо или плохо?

— Спроси меня через час.

Дориан повторил. — Как далеко?

— Две тысячи четыреста километров, — ответила Ведетт. — Что вы собираетесь делать: развернуть нас и встретиться лицом к лицу с Урри?

— Нет. — Дориан сжал челюсти, жилы на его шее напряглись, как тросы моста. — Вы не оставили нам иного выбора, кроме как продолжать полет через оболочку. Мне это не нравится, но это единственное, что имеет смысл. Теперь мы действуем на моих условиях. — Он ткнул пистолетом в Юрия. — Гагарин, уберите руки с пульта управления. Я не хочу, чтобы вы пытались выкинуть что-нибудь умное.

Юрий убрал руки с пульта. Это было справедливое замечание. Он был готов пойти на риск резкого изменения курса, надеясь, что это причинит больше вреда Дориану, чем Литцу.

— Вам все равно понадобится действующая энергопушка.

— Да, но это не так сложно, как вы могли бы себе представить. — Дориан снова склонился над открытым люком и опустил свободную руку в пустоту. Незаметно он нажал на что-то вроде жесткого рычага, затем убрал руку. Послышался нарастающий гул, и от пола стало исходить все более яркое свечение. — Фотонная пушка теперь запитана. Аккумуляторы поглощают энергию из батарей.

— Как она нацеливается?

— Не нацеливается. Она стреляет вдоль нашей главной оси, через люк в носу. Для стрельбы с кормы есть вторая пушка, повернутая назад, но сейчас она нам не нужна. — Он кивнул в сторону пульта. — Важно только время. Куда бы ни стреляла передняя пушка, "Клеменси" должна повернуть туда. — Он помахал маленьким пистолетом. — А теперь отойдите от пульта. Я могу пилотировать "Клеменси" не хуже любого другого.

Юрий натянуто улыбнулся. — Я бы не был так уверен.

— Вы детектив-бездельник, у которого даже нет офиса. Залезайте в задний отсек. Там вы никому не причините вреда.

Юрий протянул руки к пряжке удерживающего ремня, словно намереваясь подчиниться.

— А как насчет миссис Эйполиси?

— Она может передавать мне данные о расстоянии. Я сделаю все остальное.

— Спасибо, я останусь за пультом управления. Я не верю, что в последний момент у вас не сдадут нервы.

Дориану это показалось забавным. — Вы думаете, что что-то знаете о нервах?

— Да, — скромно подтвердил он. — Я Юрий Алексеевич Гагарин.

Хорошо, что он не расстегнул удерживающий ремень, потому что в следующее мгновение полетел бы. "Клеменси" сильно тряхнуло, и она резко свернула вправо. Юрий ничего такого не делал.

Прозвучал сигнал тревоги. Замигали лампочки. Внимание Юрия вернулось к пульту, и он заметил, как Дориан оторвался от пола, выбросив вперед обе руки, в одной из которых ничего не было, а в другой он все еще сжимал пистолет. Прицел пистолета отклонился от передней части рубки.

Ведетт уловила момент. Она выхватила свой пистолет, который дал ей Литц. Сняла его с предохранителя, прицелилась в Дориана, прищурилась от ожидаемой вспышки и нажала на спусковой крючок.

Однажды. Дважды. Три раза.

Каждая пуля подбрасывала Дориана, как воздушный шарик на ниточке. Пули проходили сквозь него насквозь и попадали в перегородку в задней части рубки управления. Она трижды выстрелила ему в грудь с очень близкого расстояния.

Стреляные гильзы продолжали двигаться, со звоном перелетая с одной поверхности на другую, пока, наконец, их инерция не иссякла, и они не прилипли к полу и переборке.

Дориан беззвучно произнес несколько слов и замер, его глаза все еще были открыты и полны отчаянного космического удивления.

Консуэла ничего не сказала. Если в глазах мужа читалось недоумение, то в ее глазах был непреклонный упрек.

Доркас закричала.

— Возьмитесь за управление, — сказала Консуэла. — Верните нас на курс. Это был выстрел с дальнего расстояния с одного из катеров.

Юрий положил трясущиеся руки на пульт. На тыльной стороне рук были мелкие капли крови.

Как и на всем остальном.

— Мы повреждены?

— Да, скорее всего, но сейчас не стоит на этом зацикливаться. Мы готовы?

— Я выправляюсь. — Рулевые двигатели издали резкий лающий звук. — Курс не изменился. Восстанавливаю осевую стабилизацию. Лемми, с вами все в порядке?

— Не обращайте на него внимания. Нажмите на черный переключатель без маркировки слева от датчиков давления топлива. Это пушка, расположенная сзади. Удерживайте ее нажатой в течение десяти секунд, затем отпустите.

Юрий сделал, как ему было сказано.

— Она достанет их на нынешнем расстоянии?

— Если они могут навредить нам сейчас, мы можем навредить им. В основном я рассчитываю на то, что это временно ослепит их системы наведения. Подождите тридцать секунд, прежде чем стрелять снова — пушке нужно время для перезарядки.

— Расстояние до оболочки? — спросил Юрий.

— Тысяча триста километров, — сказала Ведетт. — Около пяти минут, больше или меньше?

— Да, пять минут.

Доркас перестала кричать. — Ты убила его, — сказала она, выплевывая слова. — Ты убила моего брата, ты чудовище. Я уничтожу тебя. Мы все уничтожим тебя.

— Ваш брат стрелял в Лемми Литца, — заметила Ведетт тоном, который, по мнению Юрия, был в высшей степени разумным в данных обстоятельствах.

Юрий положил руку на рукав Ведетт. — Следующие несколько минут я могу поработать дальномерщиком. Может быть, вы посмотрите, как там Лемми?

Литц начал говорить, закашлялся, предпринял вторую попытку. — Нет, не обращайте на меня внимания. Я получил пулю, которая вышла из меня. — Он зажал что-то между пальцами, похожее на маленькую красную фасолину. — Надеюсь, что она прошла через жир. Знал, что когда-нибудь он может пригодиться. — Он снова закашлялся, захрипел, мужественно улыбнулся, превозмогая боль. — О, какие семейные развлечения и игры можно устроить внутри космического корабля. Я рад, что вы всадили через него пули прямо в заднюю переборку, миссис Эй, а не через корпус.

— Честно говоря, это не принималось во внимание. — Ведетт вздрогнула, опустив взгляд на пистолет, который все еще держала в руках, и, казалось, впервые осознала, что натворила. — Он бы убил нас, не так ли? Пожалуйста, скажите мне, что я это не выдумываю?

— Он бы убил нас, — повторил Литц. Он хмыкнул, закатил глаза и осмотрел свои окровавленные руки. Они были такими красными, как будто он окунул их в краску.

— Продолжайте давить на рану, — сказал Юрий. — Мы доставим вас в больницу как можно быстрее.

— Ты получишь ответы, за которыми пришел, а потом беспокойся о больнице, — ответил Литц.

Доркас одарила его презрительной усмешкой. — Надеюсь, вы истечете кровью медленно и мучительно.

Литц встретил ее взгляд и ответил ей с удвоенной силой. — Простите, что разочаровываю, куколка, но кровь уже очень хорошо свертывается.

— Тише, Лемми, — сказал Юрий. — Берегите силы. Они вам понадобятся. — Затем, обращаясь к Ведетт, он добавил: — Это была самооборона. Вы поступили правильно, миссис Эйполиси. — Он смягчил тон. — Вы поступили единственно правильно.

Она все еще не могла отвести взгляд от пистолета. — Вот моя прежняя жизнь, и вот моя нынешняя. Я только что убила человека.

— Не перегибайте палку, — прохрипел Литц. — Вы всадили в него всего три пули. Я называю это похвальной сдержанностью.

— У нас осталось три с половиной минуты, — сказал Юрий. — Теперь я точно определил скорость. Консуэла, какова максимальная продолжительность активации передней энергопушки, прежде чем аккумуляторам потребуется перезарядка?

— Десять секунд непрерывной стрельбы. Пятнадцать, если хотите выжать все до последней капли и рискуете сжечь катушки. Сделайте это, и будете полагаться только на направленную назад пушку.

— Тогда мы будем стрелять только десять секунд. Но это должно занять ровно десять секунд, чтобы добиться максимальной проникающей способности. — Юрий посмотрел на своих товарищей с надеждой, что их доверие к нему не было напрасным. — Я подожду двадцать секунд до контакта, на случай небольшой погрешности в оценке расстояния. Этого будет достаточно, Консуэла?

— Я не уверена, что мы можем доверять хоть одному ее слову, — сказала Ведетт. — Возможно, она все еще думает, что лучший исход для нее — это убить нас всех и сохранить Замысел.

Доркас говорила сквозь слезы. — Возможно, так оно и есть, но я хочу жить. Оболочка тонкая. Десять тонн материала лобового щита — это не так уж много, если распределить его на квадратный километр.

— Что входит в состав?

— В основном это металлы, некоторые полупроводники и полимеры. Тонкая, темная, эластичная оболочка толщиной в несколько миллиметров, прошитая множеством микросхем. Фотонная пушка довольно быстро прожжет ее насквозь. Вы без труда проделаете отверстие, но по краям может образоваться рябь. Вам нужно будет быстро пролететь, пока она вас не зацепила.

Юрий кивнул. — У вас есть опыт, основанный на предыдущих повреждениях оболочки от ударов микрометеоритов.

— Да. Нам приходится ремонтировать ее почти постоянно. Однако это не так сложно, как кажется. Оболочка не представляет собой единую структуру — это множество пластин, слегка перекрывающихся по краям. Когда одна из них выходит из строя или сильно повреждается, не так уж сложно заменить ее новой.