Гражданин

— Мои родители были пилотами. Мы жили на планете. Каждый раз улетая в рейс, они укладывали меня в детскую капсулу, а когда я просыпалась, они всегда оказывались рядом. Обнимали, целовали и рассказывали интересные истории, а потом мы ходили в парки и детские центры и ели мороженое. Я могла съесть сразу шесть шариков и папа над этим всегда смеялся. Говорил, что так можно живот заморозить. А мама говорила, чтобы не верила и он все врет. Заморозить можно только мозги. Однажды я проснулась, а их не было. Они не вернулись из рейса...

Я говорила, говорила и не могла остановиться. Впервые мне встретился тот, кто мог меня понять. Со мной работали медики, но они слушали по другому. Профессионально, иногда с искренним участием, но они не понимали. Знали, но не ощущали, не могли разделить мою боль. А большинство и вовсе спрятались в раковину профессионализма, да так в ней и окаменели.

Слова изливались из меня вместе со слезами, так и не выплаканными за все эти годы. Девочка поверила мне почти сразу. Вначале она показалась в круге света. Потом присела на край скамейки и взяла отложенное для нее угощение. Затем подтянула ноги, обхватила коленки руками и положила на них подбородок. Она сидела и слушала. Слушала, слушала, а потом заговорила.

Рассказала, как проснулась в пустом ангаре. Вылезла из капсулы и не увидела корабля. Рассказала о том, как хотелось пить и кушать. Как она подошла к внутренним воротам и настроенная родителями автоматика спросила у нее пароль. Она пропела песенку и ворота открылись. Она вышла в пустой коридор и пошла к знакомой площадке. Села в вагон и вышла в знакомом парке. Напилась из первого же фонтанчика и села на лавочку. Она не знала, что делать, но поняла, что потерялась и вспомнила, как ей много раз говорили — оставайся на месте и жди, когда мама с папой тебя найдут. Никуда не уходи, даже если будут звать и предлагать отвести к родителям.

— Наверно, мои мама с папой тоже умерли. Как твои, — закончила она рассказ.

— Может быть, они просто пропали, — сказала в ответ. — Ты помнишь, как называется их корабль?

— Помню, — кивнула она и слабо улыбнулась. — Они назвали его в честь меня. Анной.

— Тогда, — выдавила, сглотнула подступивший ком, и закончила, — тогда надо сходить в полицейский участок и спросить о нем.

Девочка недоверчиво посмотрела и задумалась. Торопить не стала. Сейчас любое неосторожное слово может порвать протянувшуюся между нами паутинку.

— В учебной капсуле говорили, что полицейские всегда помогают гражданам и заботятся о соблюдении законов, но мой папа всегда ругался на них и называл корпсами.

— Они просто люди, а люди бывают разными, хорошими и плохими, добрыми и злыми, сильными и слабыми, смелыми и трусливыми, — все эти повторения всплыли в памяти сами собой, ведь меня тоже воспитывала детская капсула.

— Мой дядя плохой. Очень. Папа с мамой его прогнали, когда он прилетел на мой день рожденья. Он на них кричал и ругался. Я его очень испугалась, а папа сказал, что лучше отдаст меня в детдом, чем ему. Наверно он прилетал меня забрать.

Ничего не поняла, но это и не важно. Главное, Анна поделилась не просто историей, но и личным, из прошлого, значит, она верит больше, чем думала. Может попробовать, нет лучше иначе.

— Хочешь, я схожу в полицию и спрошу про корабль твоих родителей?

— Да, — кивнула Анна.

— Пойдешь со мной? — Спросила, вставая и протягивая ей пакет с остатками сока. — Или тут, одна, посидишь?

Она не дернулась и даже не задумалась. Машинально взяла сок и отпила. Хороший знак. Потом посмотрела на темноту за границей освещенного круга. Поежилась. Взглянула на меня, на коробку в руке, опять на меня — и встала.

— Я тебе верю, — сказала она и протянула руку.

— Спасибо, — взяла ее за ладошку и повела к станции транспортной системы.

Дежурный полицейский встретил нас хмурым взглядом из-под густых бровей и вообще не выглядел радушным малым с агитационного плаката. Ну да, вид у нас не самый презентабельный. Тем не менее, сержант Сур не только выслушал меня, но и тут же за дело взялся. Остекленел взглядом и через пять минут сообщил, что корабль родителей Анны найден в соседнем секторе. Курьер засек маяк и сообщил флотским, те проверили.

— Присядь пока, отдохни, на вот, — сказал он Анне, протянув ей протеиновый батончик в яркой упаковке.

Малышка и без того на мне висела, на ходу засыпаля, еще бы, ночь на излете, так что возражать не стала. Посмотрела на меня вопросительно и, после разрешающего кивка, взяла угощенье и устроилась на стуле у стены. Села поближе к чахлому фикусу в кадке.

— Рубка в клочья, прямое попадание, тела опознаны, — быстро шепнул сержант, пока Анна шуршала оберткой.

— И что с ней будет? — Спросила машинально, не столько ради ответа, сколько переваривая то, что и так ожидала услышать.

— Отправится в детский дом второй категории, — ответил сержант. — Для первой слишком большая, для третьей маленькая, — пояснил он.

— Из нее же солдата сделают или еще кого нужного империи, — воскликнула и тут же на Анну посмотрела, но она так и сидела с закрытыми глазами и откинутой на подголовник головой. В руке был недоеденный батончик.

— Скорей всего так, — согласился Сержант. — Смотря как с КИ и психологической предрасположенностью.

— Это нечестно, у нее не будет выбора, — прошипела, сама не понимая, от чего так завелась.

— Зато будет счастлива и уверена в том, что делает важное и нужное дело, — пожал плечами сержант.

— Да с нашим императором она и ста лет не проживет, — буквально прорычала в лицо Сура. — Сгинет не на первой, так на второй войне. Или сгорит в каком-нибудь глухом месте. В никому не нужной стычке, о которой даже в новостях не упомянут.

— Скорей всего так и будет, — не стал он спорить, чем поразил меня и заставил растеряться, — но это не будет бесполезной смертью, — добавил он. — К тому же, она не обязательно станет военной.

— Все равно рядом с передовой окажется, — буркнула в ответ.

В самом деле, уж кто-кто, а он то ни при чем. И без того мог нас до утра оставить, а не тратить время. Дремал бы себе до смены и в ус не дул. Но все равно от возможной судьбы Анны мне становилось не по себе. Да, может она и будет рада умереть во имя Империи после правильного воспитания, но я бы предпочла увидеть ее живой, здоровой и счастливой.

— Можете удочерить, — неожиданно заговорил сержант. — Возраст у вас не очень, но востребованная специальность с льготами есть. Рейтинг приличный. Показатели, из тех, что вижу, более чем. Если еще и на счету кругленькая сумма найдется, получите одобрение.

— Но, э... Я же... У нее вроде дядя есть, — промямлила, совершенно сбитая с толку и шокированная услышанным.

— Ее дядя отказался от нее два года назад, о чем имеется договор между ним и ее родителями. В данный момент он отрабатывает третий тюремный контракт. Решайте сами, — буркнул сержант и отвернулся.

Прозвучало так, словно он уже знал — сбегу от ответственности. Наверно ему регулярно приходиться с чем-то подобным сталкиваться. Обидно, но ведь ребенок это ответственность, а я сама еще жизни толком не видела. 'Ты ведь хотела дочку Анной назвать', — шепнул внутренний голос. Так вот тебе готовая дочка. Чуть ли не один в один повторяющая твою судьбу. И заметь, не младенец, а вполне себе взрослая и самостоятельная. Ты же все равно собирались в отшельницы податься и астероиды в зеленом секторе копать, ну так хоть не одна будешь. И вообще, много ли возни — детская капсула все решит. Тебе только и придется, раз в полгода ее в парк и детский центр сводить. Будешь мороженое невозбранно лопать. Еще и рейтинг попрет, льготные кредиты, скидки, привилегии по мелочи и прочие разные...

'Заткнись тварь', — прошипела, скорей уж прохрипела, затрясшись от ненависти к себе, и со всей силы саданула по столу сержанта. Разбила в кровь костяшки, но почти не почувствовал боли. Это же откуда во мне столько дерьма взялось. Нет уж, бездной клянусь, таким опекуном не стану. Да меня бы уже в живых не было, если бы дважды случай не спас. И не вспомнил бы никто.

'А как же агент? Зачем ему баба с прицепом' — екнуло и замерло сердце. В животе, словно черная дыра образовалась, и меня стало засасывать в нее. Голова закружилась, показалось, что все, но тут меня схватили за руку и выдернули обратно. Анна стояла рядом и старательно дула на разбитые костяшки, а сержант смотрел сурово и требовательно.

— Под протокол. Я Эмма Олсон подаю заявку на удочерение Анны...

— Томпсон, — подсказал сержант.

— Заявку на удочерение Анны Томпсон.

— Принято, — кивнул сержант и на секунду остекленел взглядом. — Может быть ее и не одобрят, но я рад, что не ошибся в вас, — сказал он и улыбнулся.

— Ты теперь будешь моей мамой? — спросила Анна, смотря широко распахнутыми глазами.

— Если государство разрешит, буду. Твои родители...

— Умерли, я знаю. Давно поняла, еще когда ты про своих рассказывала.

— Умерли, — кивнула, не зная, что еще сказать или сделать.

Ничего и не потребовалось. Анна прикусила губу, посмотрела на меня, а потом обняла за шею, уткнулась в меня и заревела. Тихо, почти беззвучно, только плечи тряслись и все. Когда она уснула ни я, ни сержант не заметили, а потом мне пришло сообщение с ворохом приложений.

Мою заявку одобрили и назначили официальным опекуном на год. Все же возраст сыграл свою роль. Что ж, пусть так. Порой наша бюрократия действительно знает и делает как лучше. 'Выше нос и больше веры в себя', — подумала и погладила спящую девочку по голове. Дочка? Нет, сестренка. Была старшая, теперь есть младшая. Обе не родные, но самые близкие и дорогие. Да, сестренка. Так нам обеим будет легче и проще. По крайней мере, пока.

За то время, которое Анна сопела на моих руках, успела удивительно много сделать. Во-первых, как только немного переварила все случившееся, ознакомилась с приложениями. Слава бездне, они все в формате микро-баз были. Так что на их изучение не потребовалось много времени. Узнала много нового о своих правах и обязанностях. Заодно и о родителях Анны кое-что выяснила. Биография их меня не слишком заинтересовала, но вот наследство ими оставленное, заставило задуматься.

Из имущества у Анны имелся комбез, детская капсула и именные сертификаты корпорации 'Нейросеть'. Все остальное ее родители на корабле держали. Поскрипела немного мозгами и поняла, что Томпсоны были людьми умными и предусмотрительным. Ведь сертификаты можно использовать только на оплату услуг 'Нейросети', а именными исключительно владелец распорядиться может. Таким образом, они нашли надежный способ обеспечить будущее дочки при самых неблагоприятных вариантах.

Если пару корпов добавить, так Анна в двадцать и вовсе индивидуальную нейросеть получит. Пахали ее родители так, словно на тюремном контракте были. Им просто не повезло. Уверена, они предусмотрели разные варианты и имели вполне надежные страховки от превратностей космоса, но прямое попадание в рубку свело всё на нет. Скорей всего, их и вовсе из засады атаковали и вряд ли планировали убить. Пользы пиратам от мертвых нет. Просто стечение обстоятельств. Нелепое и трагическое. Может, и с моими так же? Нет, мои родители до сертификатов не додумались.

Отогнала воспоминания и сосредоточилась на делах. Заказала транспортной службе перенести детскую капсулу Анны ко мне. Пришлось немного повозиться, согласовывая доступ в ангар Топмсонов со службой безопасности 'Астроминерал', но это так, мелочи жизни. Подтверждение туда, заключение сюда — вот и все дела. Взаимодействие служб и отделов у 'Астроминерал' оказалось средненьким, но, из-за раннего времени, особой загруженностью они не страдали и все оперативно решилось.

Немного понапрягала затекшие мышцы и аккуратно, боясь разбудить Анну, слегка сменила положение тела. 'Уф, не разбудила', — улыбнулась, поправила ей волосы, чтобы в лицо не лезли и дальше делами занялась.

Определенно, бездна решила проявить благосклонность. Хоть и есть у меня кредиты на счету, но надо же и источник дохода иметь. Заглянула на деловой портал, перешла в раздел аукциона, отфильтровала шахтерские кораблики и увидела только-только выставленный на продажу. Мысленно запросила информацию и поняла — идеальный вариант. Жить можно хоть сейчас, но хламом не забит, много свободного места. Короче говоря — все нужное, ничего лишнего и есть где руку приложить. Особенно порадовал идущий бонусом пищевой синтезатор. Модель немного устаревшая, но обладающая великолепными возможностями.

Связалась с банком и быстренько оформила заявку. Обременение меня не волновало, но, благодаря выросшему рейтингу и льготам, мне предложили кредитную линию. Вместе с ней денег на покупку хватало. Еще и кое-что в запасе оставалось. Заинтересовавший меня кораблик продавался самим аукционом, так что за его техническое и прочее состояние волноваться не приходилось. Потому и решила не мелочиться — выкупила по экспресс-цене.

Со мной тут же связались и поинтересовались адресом доставки. Дала номер ангара, в ответ хмыкнули и поинтересовались, не будет ли мне проще самой переехать, пообещали оплатить половину от сэкономленного на транспортировке корабля. Деньги небольшие, но если еще учесть отказ от аренды жилого модуля, так вроде и вполне приятная сумма. Хватит разок в детский центр сходить и оплатить день пребывания по высшему разряду. Согласилась, тем более вещей у меня — в один рюкзак влезут.

Пришлось опять с транспортной службой связываться. Они как раз у ангара Томпсонов представителя СБ ждали. Вовремя успела дать им новый адрес доставки. Не пришлось дважды платить за одну и ту же услугу.

Вспомнила о том, что детская капсула Анну разбудила, значит, исчерпала резервы. Подумала о том, где бы ее перезарядить и вспомнила об осматривавшем мой старый корабль инженере. 'Если не он сам с помощниками, так подскажет кого', — подумала и написала Сапу письмо, решив не будить ранним звонком.

Что могла, не вставая с места, по сети, сделать, то сделала. Как-то неожиданно дела закончились. Теперь только Анну к доктору сводить, провести полную проверку и отправить результат в центр социальной службы. Чем раньше, тем лучше — мало ли, вдруг приглядывающий за мной искин в режиме паранойи работает. Да нет, это у меня самой она самая. Еще и базы эти для опекунов. Точно, сходим в 'Нейросеть', сразу и выучу их под разгоном, заодно и в медкапсуле отдохну. И Анне пусть проведут чистку с восстановлением. Потом вещи соберем, переедем и полетим камни грызть. Нет, сходим завтра в детский центр, а после него и полетим.

'Может не стоит ее с собой брать?' — пришла мысль, но я ее тут же отбросила. Во-первых, работать собиралась в зеленых секторах. Во-вторых, у меня теперь четверка — надо бы базу по дронам на ранг поднять — и нам не грозят опасности, подкидываемые астероидами при непосредственном контакте.

До вечера в нейросети проторчали, а потом в торговый центр зашли. Накупили кучу вещей и поужинали. Брали не только комбезы, но и обычную одежду. Анна не спорила, ходила за мной хвостиком и послушно примеряла все выбранное. Лишь когда дело до купальников дошло, удивилась и спросила: 'А это-то зачем?' Рассказала о том, как спустимся на планету и полетим к морю. Описала пляж, купание, водные горки и все прочее. У нее глаза загорелись и она тихо попросила купить ей виртшлем.