-Не смей упоминать его в моём присутствии! — практически прорычал он. — Была бы моя воля, я оставил бы тебя здесь под конвоем из десяти охранников. Только вот тогда бы я не смог присматривать за тобой.
-О чём ты? — недоумённо спросила я. — Он же ничего не сделал.
-Замолчи! — видеть его таким злым было странно и страшно. — Если я увижу тебя рядом с ним, то убью этого наёмника. Ты моя невеста, и не смей так смотреть на кого-то другого.
А это теперь разозлило уже меня. Оттолкнув его, обиженно поджала губы.
-Ты не имеешь права так поступать со мной.
-Имею, — как-то не слишком хорошо улыбнулся Лекс. — С того момента, как Император отдал тебя мне в жёны, ты принадлежишь мне. И меня иногда гложет вопрос... а так ли нам нужно ждать свадьбы?
Что? Крылатый с силой притянул меня к себе и жёстко поцеловал. Он был сильнее меня, так что сопротивление было подавлено в зародыше. Это отличалось от его обычного поведения. Чувствуя его руки на своей спине и его жёсткие болезненные поцелуи, я замерла. Альзариль была права, ревность страшное чувство. И даже сейчас я не замечаю, как по щекам текут слёзы, а сердце невыносимо болит, не замечаю, как тело вопреки чувствам бросает в жар. И только сейчас понимаю, это не любовь. Это магия, приворот... называй как хочешь, только вот я этого уже не хочу. Какая же я дура!
И ты позволяешь ему это?!
Я не могу! Это противно, но я даже не могу его оттолкнуть. Я такая глупая... Тоже ощущение, что и тогда при последнем его появлении. Его злость, его ревность... И этот туда же. Да идите вы все к демонам! И тут случилось то, что предвидеть было невозможно. Чувствуя, как Лекс прикоснулся губами к невидимой метке, понимаю свою ошибку.
Тело выгнулось дугой от невообразимой боли, сердце затрепетало подстреленной птицей и на мгновение остановилось, чтобы потом забиться о грудную клетку. И словно в полнейшей тишине слышится звук разбиваемой ледяной клетки, словно хрусталь, уроненный на пол.
-Нет! — и вместе с моим криком эта неясная расплывчатая тень с силой отталкивает крылатого от меня, но Лекс даже не замечает её.
Я кинулась к двери, оглушённая болью и вновь обретённой силой, но даже не успела открыть её, когда его рука заблокировала мне выход.
-Шейн...
-Не прикасайся ко мне.
Он с силой сжимает руку в кулак, но отходит назад, освобождая выход. Когда закрывается дверь, я успеваю услышать только одно единственное слово.
-Прости.
Уже не в силах сдерживать слёз и начинающуюся истерику, бегу в комнату, по счастью пустующую. Как больно. Душа словно разрывается на куски, и вновь замечаю как зрачок вытягивается, а на руках появляются серебристые чешуйки. Дверь в комнату чуть не снесло, когда внутрь ворвался брат. Его глаза так же изменились, а руки с когтями практически полностью были покрыты чешуёй. Увидев меня, он не на шутку испугался.
-Шейн...
Меня подхватили на руки и прижали к себе, и вот тогда плотину прорвало. Я давно так не плакала, со смерти папы наверное. Тогда я, кажется, пообещала себе, что больше никогда не буду плакать. Глупые обещания.
-Тссс... тихо, сестрёнка, тихо. Теперь всё будет хорошо. Я с тобой.
Но на это мои рыдания только усиливались, что несказанно огорчало Арина.
-Может, ты всё же скажешь, что тебя так расстроило?
Я только отрицательно качала головой, вцепившись в его рубашку. Не знаю, сколько я так проплакала, пока, наконец, не забылась тревожным сном. Похоже, мы вдвоём так и заснули в этом кресле. Потом Альзариль пыталась тоже узнать, что произошло, но будить она нас не стала. Пожалела, наверное. Конечно, на утро всё так жутко болело, но на душе, действительно, стало легче. Я так и не смогла рассказать брату, что такого произошло, что даже заклинание полудуха разрушилось как песочный замок. Вся эта ситуация оставила неприятный осадок в душе, и казалось бы уже ничто не будет таким, как прежде.
* * *
Пламя свечей колебалось от еле заметного ветерка. Откуда бы ему взяться в богато уставленной комнате? Но ветер всё же был... Север подошёл к столу и налил себе бокал вина, задумчиво глядя в никуда. Мыслями он явно был далеко отсюда. Сзади послышался недовольный женский голосок.
-Ты опять где-то летаешь, ветерок...
Полудух обернулся и со смешком стал разглядывать лежащую на кровати женщину, укутанную только в одну простыню. Красные волосы разметались на подушке, а зелёные глаза с явным удовольствием оглядывали хорошо сложенную фигуру мужчины.
-Тебя что-то не устраивает, Шамиль?
Крылатая встала, прогибаясь как довольная кошка, и наслаждаясь взглядом мужчины, заинтересованным взглядом провожающего сползающую всё ниже простыню.
-Ты вечно сваливаешься, как снег на голову, погостишь, проведя пару ночей в моей постели, и опять исчезаешь без следа. Мне иногда кажется, что тебя тут и не было...
-Накинь обратно простыню.
Женщина лишь фыркнула, обиженно закутываясь в белоснежную ткань.
-Скажи, кто я для тебя, Север? — внезапно спросила крылатая.
-Зачем ты спрашиваешь это, Шамиль? Ты же сама знаешь ответ. — накидывая сверху рубашку, сказал мужчина.
-Понятно, не жди, что я буду сожалеть об этом, — внезапно усмехнулась женщина. — Вокруг и так слишком много достойных мужчин. Только больше не появляйся здесь.
-Откажешься от моего общества, прекраснейшая?
-Как-нибудь переживу. Я слышала ты здесь по делу. Уж не связано ли это с той светловолосой девочкой?
-С чего бы это?
-Я видела, как ты смотрел в ту сторону. И такой взгляд у тебя бывает только когда ты чем-то увлечён. Будь осторожнее.
Полудух только рассмеялся, застёгивая рубашку.
-Не беспокойся, я и не в таких переделках бывал. Это всего лишь просьба старого друга присмотреть за его внучатами.
-Хм... значит, я была права. Сочувствую бедным детишкам. Зная тебя, легко предугадать, что их ждёт.
-Не смейся, это просто работа.
Шамиль улыбнулась, прекрасно понимая, что имел в виду мужчина, а потом задумчиво сказала:
-Кстати, тот золотоволосый ан'нэлор... он ведь посвященный свету, да?
-Рыбак рыбака видит издалека? — усмехнулся Север, падая в кресло. — Прости, Шамиль, если напомнил о наболевшем.
-То, что я прошла через этот неприятный обряд, не относится к делу. Просто я подумала, что нас всех объединяет что-то общее. Мне жаль его.
-Полвека назад ты была такой же, — задумчиво сказал полудух.
Женщина сильнее закуталась в простыню и с грустью посмотрела на него.
-Но именно ты помог мне вновь обрести себя. Через столько лет я всё задаюсь вопросом зачем, но ты никогда не отвечаешь.
-Ты ведь сама знаешь, что это за обряд. Если я не помогу этой девочке, её ждёт именно такая судьба, а её брат, скорее всего, погибнет.
-Быть марионеткой Императора не слишком приятно, с этим я согласна, — вздохнула женщина. — Этот обряд самая большая ошибка в этой империи, нет ничего хуже, чем потерять свою личность. Мне вот интересно, та девочка смогла бы помочь ему?
-Не думаю, что это важно. Иди сюда, всё же я завтра уезжаю.
-Я не буду скучать по тебе.
-Только не лги сама себе, Шамиль.
Крылатая смерила его тяжёлым взглядом и направилась к двери. Внезапно остановившись, она обернулась и, усмехнувшись чему-то, тихо сказала:
-Если я не нужна тебе, Шайре, лучше уходи и больше появляйся в моей жизни. Я устала всегда тебя ждать. Просто дай мне свободно вздохнуть.
-Даже не поцелуешь на прощание?
-Иди в бездну, полудух.
Шайре провёл рукой по волосам, приведя их в крайний беспорядок, и устало посмотрел на закрывшуюся дверь. Что-то было не так, и это явно не нравилось полудуху.
-Женщины... от вас одни неприятности.
* * *
Глава 16.
В памяти почему-то долго хранится — то,
что мы забыть всеми силами стремимся.
Нейах
...Снег быстро кружился в воздухе, засыпая дорогу, которую и так было плохо видно. Город был похож на большой сугроб, и это навевало воспоминания о детстве, когда не существовало проблем, сложнее, чем отобранная нянькой конфетка. Ледяной ветер трепал занавески на окнах, но холодно не было. Внутри поселилось странное ощущение, как будто моё сознание, моя душа пыталась выскользнуть из тела, словно оно сковывало меня. Я становилась самим ветром, и мне это начинало нравиться. Потому что там не было проблем, которые сковывали меня в настоящем. Это была свобода... безграничная, сладкая как нектар и освежающая как ледяная горная вода, если эти значения вообще можно отнести к этому определению. Не было слова, чтобы полностью описать это состояние, потому что это было выше, чем окружающее нас.
-Не стоит... — вернул меня в действительность голос брата, и я почувствовала, как его горячие руки ложатся мне на плечи. Он словно якорь в этом мире, всё ещё удерживающий меня...
Повернувшись, в его глазах я увидела своё отражение, как две капли воды похожее на его собственное. Ветер развивает длинные волосы, и пряди переплетаются. Зрачки дрожали, то вытягиваясь в узкую щёлочку, то вновь становясь знакомой с детства звёздочкой. Радужка переливалась всеми оттенками серебра с тёмным ободком по краю. Глаза цвета ртути, в которые так не любили смотреть мои учителя и знакомые... Они просто не могли выдержать этот взгляд, потому что он, казалось, был способен заглянуть в самую суть.
-Почему? — в голосе не проскальзывает ни одна эмоция.
-Я не знаю, но это... плохо.
То ли его слова, то ли его эмоции отрезвили меня, и я вдруг почувствовала, как замерзаю, но Арин быстро прижал меня к себе, согревая своим теплом. Высвободив одну руку, он быстро закрыл окно.
-Мне холодно... — голос задрожал, а зубы буквально выбивали чечётку.
-Сама виновата. Ты со вчерашнего вечера сама не своя. Почему ты не расскажешь, что случилось? — обеспокоенно спросил он.
-Я не хочу об этом говорить.
-Хорошо, — тяжело вздохнул брат. — Потом сама расскажешь. Пойдём, мы сегодня уезжаем, а тебе ещё объяснять Альзариль, почему в комнате так холодно. Тебе повезло, что она очень крепко спит, и что я накинул на девчонок полог теплоты до того как они проснутся.
Я только хмыкнула и, стащив с кресла тёплый плащ, закуталась в него с ног до головы. Чувства понемногу возвращались, а вместе с ними и память, к великому сожалению. Хотелось зажмуриться и мечтать, что это был только кошмар. Но ноющие руки показывали, что об этом можно только мечтать. Наверное, там уже появились жуткие синяки. Было бы легче, если бы я не понимала, что во всём произошёдшем есть моя вина.
-Как бы я хотела всё забыть... — тихо прошептала я, бросая ещё один взгляд в окно. Метель стала стихать и скоро грозила прекратиться вообще.
-Ты же знаешь, я могу помочь, — откликнулся откуда-то сзади Арин, который искал свои перчатки, оброненные где-то возле кресла.
Я знала это, как и то, что братишка обладал зачатками магии разума, что больше было присуще драконам, чем крылатым. Так же для меня не являлось тайной, что он пытался развивать свои способности, как и я, магию воздуха, не всегда удачно впрочем. Нам ещё повезло, что заблокировали только способности крылатых.
-Нет, не нужно. Некоторые вещи надо помнить, чтобы они стали уроком на будущее.
-Странно слышать это от тебя, но в этом есть смысл.
Я обернулась и сдержанно улыбнулась, а потом ещё одно неприятное воспоминание стёрло это проявление чувства, как будто его и не было.
-Клетка, которую поставил полудух, разбилась. Теперь я вновь могу причинить тебе вред...
Брат тяжело вздохнул и потёр лицо ладонями, а потом вновь подошёл ко мне и обнял. А мне хотелось уткнуться лицом ему в грудь и просто постоять так немножко. Как давно в детстве после незаслуженного наказания мы прятались где-то в саду, мечтая о том, чтобы наши родители были живы. Тогда всё было бы по-другому. Но нельзя повернуть время вспять.
-Не думай об этом, всё будет хорошо. Если ты не будешь использовать свою силу, то ничего плохого не случится. А потом мы что-нибудь придумаем... — тихо сказал Арин, а потом отстранился, увидев, как на кровати сонно заворочалась эльфийка. — С добрым утром, Альзариль.
Эльфийка разлепила слипающиеся глаза и с трудом села на кровати. Она провела рукой по запутавшимся каштановым волосам и зевнула.
-Вы чего так рано встали? — пробормотала она, натягивая одеяло ещё выше. Рядом заворочалась Эва, пытаясь стянуть одеяло на себя, а потом зарылась головой в подушки и затихла.
-Уже рассвет, скоро должен прийти Нарий, чтобы разбудить вас. Но раз уж я здесь, сделаю эту миссию за него, — усмехнулся брат, протянув руки к кувшину с холодной водой.
Глаза Альзариль расширились, а потом она недовольно сморщилась, подтягивая одеяло повыше.
-Не смей...
-Но ты же будила мою сестру таким образом.
-Что даже Эву не пожалеешь? — обиженно протянула остроухая, метя в самое слабое место у моего доброго братишки.
Я рассмеялась, видя внутреннюю борьбу эмоций на лице Арина. Эльфийка тоже не осталась равнодушной. От шума проснулась крылатая, которая обводила нашу веселящуюся компанию сонным и ничего не понимающим взглядом. Сдёрнув с расслабившейся Альзариль одеяло, она закуталась в него наподобие кокона, так что только глаза и были видны.
-А почему здесь так холодно? — пробормотала она, пытаясь ещё и зарыться в подушки. Смешно кстати выглядело... Услышав это, первородная только пожала плечами. В отличие от остальных та не испытывала никакого дискомфорта, так как огненная магия была буквально у неё в крови, и пользовалась она ею неосознанно.
-Солнышко, вставай, пора собираться, — с улыбкой сказал Арин, одевая куртку.
Эва миленько покраснела и стала понемногу сползать с кровати. Тут эльфийка видимо вспомнила что-то очень важное и внимательно посмотрела на нас с братом. Последний кстати уже собирался выходить из комнаты, чтобы собрать свои сумки и позавтракать.
-Арин, объясни мне неразумной, что собственно ты тут делал? Насколько я знаю, твоя комната дальше по коридору.
Арин смущённо посмотрел на нас и тяжело вздохнул. Я чувствовала его лёгкое беспокойство за меня и раздражительность. Прекрасно зная, что вопросов не избежать, он не хотел, чтобы это ещё как-то коснулось меня. Хотя это всё равно случится рано или поздно.
-Шейнара вчера немного расстроилась, и я остался с ней. Сам не заметил, как заснул.
Видимо эльфийка сложила вместе произошедшие вчера события и поняла, что именно расстроило меня. В этот момент я порадовалась, что никто из присутствующих не владеет телепатией. Не хотелось бы, чтобы о вчерашнем инциденте кто-нибудь узнал. Но потом меня прошиб холодный пот, когда я вспомнила о полудухе. Он же телепат. Насколько я успела его узнать, крылатый так просто не отделается. Фантазия у Северного духа богатая. Осталось только как-то отговорить его от этого. Но эльфийка не стала развивать эту тему, сама осознав, что сама возможно была причастна к появлению моего братишки в нашей комнате, так как тоже слегка расстроила меня.
-Можешь идти, не смущай девушек. Нам ещё одеться надо. И завтрак нам закажи! — крикнула Альзариль ему вдогонку.
