Девушка подняла голову и встретилась взглядом с его ярко зелеными глазами... В едином порыве они прильнули друг к другу губами, сплелись дыханиями и душами. Руки Гарри гладили ее спину, мимолетно забираясь под тонкую школьную рубашку, касаясь кожи подушечками пальцев и тут же отступая. От этих прикосновений по телу Гермионы будто проходили разряды тока, девушка подалась вперед, и они вместе повалились на кровать Гарри, пружины которой тут же протестующе заскрипели.
Гермиона почувствовала, что у нее уже темнеет в глазах от нехватки воздуха, но она не могла заставить себя остановиться, равно как и Гарри. И все же они на мгновение разорвали поцелуй, но лишь чтобы вздохнуть.
-Я... люблю... тебя... — голос Гарри нельзя было узнать, он был низким, бархатистым и чуть хрипловатым от напряжения. Гермиона задрожала всем телом от этого звука и смогла лишь тихо застонать в ответ от удовольствия. Они перевернулись, чтобы лечь удобнее, девушка оказалась прижата к кровати его крепким телом. Губы юноши коснулись ее шеи чуть пониже подбородка, затем спустились к небольшой впадинке между ключицами, поцеловали мягко пульсирующую голубую жилку, плечо...
Девушка не заметила, как пальцы Гарри расстегнули ее блузку и теперь мягко поглаживали кожу вокруг груди. Тянущая боль пронзила низ живота и отдалась во всем теле жаром, когда он провел рукой по ее спине, спускаясь к поясу юбки.
Пальцы сами, будто подчиняясь некому приказу, принялись расстегивать одну за другой пуговицы рубашки Гарри, ладони легли на упругое тело юноши и легко заскользили, будто изучая. Гермиона чувствовала, как при каждом ее прикосновении мышцы его пресса сокращаются, становясь на мгновение твердыми, как камень и тут же расслабляясь.
Они оба уже ничего не соображали, осталась лишь непреодолимая тяга друг к другу, лишь их сердца, стучащие так близко и так яростно...
Гарри напрягся, разрывая поцелуй, и приподнял голову. Его глаза тут же зажглись желтизной, ноздри затрепетали, будто он принюхивался.
-Что такое?.. — голос Гермионы был немного путанным, язык не желал слушаться. Девушка опьянела от их с Гарри близости.
-Кто-то идет, — коротко сказал парень. Эта фраза в мгновение ока отрезвила девушку.
-Идет? О, Господи! Мы же в больничном крыле! Черт! Сюда может зайти кто угодно!! — глаза гриффиндорки блеснули страхом.
Гарри, казалось, ее не слышал. Он все так же каменным изваянием нависал над Гермионой, упираясь локтями в матрас.
-Это мадам Помфри... но она еще далеко. У нас есть время привести себя в порядок... — пробормотал Гарри сам себе под нос и тут же громко сказал, — Нужно одеваться скорее!
Будто сигнал к старту. Они принялись лихорадочно натягивать на себя одежду, юноша посекундно вслушивался, не приближается ли кто-нибудь к палате.
В итоге, Гарри и Гермиона успели как раз до прихода медсестры. Мадам Помфри неодобрительно покосилась на них, но ничего не сказала, а лишь с постным видом прошаркала к себе в кабинет.
-Ну... я пожалуй пойду, — пролепетала смущенная Гермиона, глядя куда-то в пол. Ей вдруг стало очень неловко за тот порыв. И все же... девушка ни в коем случае не жалела о нем. Если бы не вездесущая мадам Помфри...
-Да, поздно уже. Зайдешь завтра? — Гарри чувствовал себя менее неловко, он уже давно понял, что Гермиона — именно та девушка, с которой он бы разделил всю оставшуюся жизнь... а не только постель.
-Конечно зайду.
Гриффиндорка быстро чмокнула его в губы и побежала к выходу. У самых дверей она остановилась, хитро посмотрела на Гарри, будто прикидывая что-то в уме... Несколько быстрых взмахов палочкой и... палата заполнилась охапками осенних листьев, сухих веток и отцветших трав, кое-где на стенах вырос мох. Еще парочка слов на непонятном наречии, и вместо "аромата" лечебных зелий появился запах ночного леса.
-Пока, — быстро сказала Гермиона и выскользнула за дверь.
-Пока, — пробормотал ошеломленный Гарри. Он уже представлял реакцию мадам Помфри на все это... буйство... однако четко знал, что не даст ей разрушить подарок Гермионы. По крайней мере, пока его не выпишут отсюда.
~*~*~
Малфой сидел, тупо уставившись в камин слепым взглядом. Рядом о чем-то без умолку тарахтела Пэнси Пэркинсон, совершенно не видя, что ее среброволосый "принц" даже не пытается ее слушать.
В голове у Драко сейчас было абсолютно пусто, за исключением одной единственной мысли: Поттер. Нет, даже не мысли, а всего-лишь слова. Просто "Поттер".
"Поттер, Поттер, Поттер..."
Слово сидело в мозгу навязчиво, нагло, прочно. Оно не вело за собой никаких мыслей, просто беспрестанно звучало, монотонно повторяясь, словно запись в этом маггловском приборе... как его там?.. Черт!
"Поттер, Поттер... Гарри Поттер..."
Черт!
"Гарри Поттер..."
-Четов Поттер! — прошипел слизеринец в слух, сам того не замечая.
-Что? Ты что-то сказал, Драко? — наигранно обеспокоенный голос Пэнси заставил еще больше разозлиться.
Малфой скривился, даже не взглянул в ее сторону и буркнул:
-Ничего. Отстань.
Пэркинсон удивленно на него посмотрела, но через некоторое время, как ни в чем не бывало, возобновила свое "повествование". Однако это не продолжалось долго, Драко резко поднялся и вышел из гостиной слизерина, вслед ему неслись недоумевающие возгласы и взгляды однокурсников.
"Поттер! Гребаный Мальчик-Я-Не-Как-Не-Сдохну!* Черт!" — Малфой быстрым шагом шел по коридорам Хогвртса. Он почти бежал. Просто так, без цели, стараясь убежать куда-нибудь подальше от беспрерывного стрекота Пэркинсон, от переполненной людьми гостиной, он этих долбаных идиотов, что населяют эту долбаную школу!
"Но куда тут убежишь?! Везде этот герой-Поттер, этот..!"
Шаги гулко отдавались в коридоре, картины на стенах возмущенно кричали ему вслед, некоторые даже ругались на средневековый манер. Драко ни на что не обращал внимания. Мысли о том, что Поттер... по сути дела СПАС его... Эта мысль не давала покоя, скручивала все внутренности железным кулаком, не давая вздохнуть.
Теперь он должен Поттеру!
"И не только ему одному! Еще есть тот незнакомый парень, что видел утер мне сопли после "приятного разговора" с Уизли!.. Меня все спасают!" — слизеринец скривился. Он несколько неловко взобрался на широкий каменный подоконник в конце одного из коридоров и уставился в окно. Стекло было покрыто тонкой корочкой льда, не дающей разглядеть вид на улице. Впрочем, сейчас было довольно поздно и темно.
Легкий сквозняк заставил вздрогнуть и поежится, Драко поплотнее закутался в мантию и уткнулся подбородком в колени.
"Уизли сказал, чтобы я не подходил к Ней... Очень надо, можно подумать!.. Пусть лучше сам как следует следит за своей сестрой-шлюшкой. Эта... рыжая веснушчатая дура..."
Малфой вспомнил, как Уизли столкнулась с ним в коридоре, ее сумка с учебниками порвалась, зацепившись краем за запонку Драко, учебники градом посыпались на пол, чернильница разбилась об каменные плиты, заливая все округ изумрудными чернилами.
-Смотри куда идешь, Уизли! — рявкнул слизеринец.
-Сам смотри! — огрызнулась рыжая. Она наклонилась и принялась собирать заляпанные зеленым вещи. Он несколько мгновений просто наблюдал за ней, стоя рядом. Внезапно, сам не понимая зачем, Драко также присел на корточки, помогая Уизли. Он пробормотал пару заклинаний, все снова стало чистым, а сумка — целой.
-Спасибо, Малфой — пробормотала сбитая с толку Джинни. Она прижала к себе вещи и недоумевающе уставилась на него.
-Э-ээ... пожалуйста, Уизли.
Драко развернулся и зашагал в другую сторону.
-Малфой!
Парень обернулся и посмотрел на нее с вопросом.
-А... Нет, ничего... — запинаясь сказала Джинни, развернулась поспешила уйти.
Иногда за обедом или завтраком он украдкой посматривал на гриффиндорский стол, находя взглядом Джинни, неизменно сидящую рядом с этим ее тупоголовым братцем или около грязнокровки Грейнджер. Поттер был не частым "гостем" в Большом зале... Порой Драко чувствовал на себе чей-то взгляд, и знал, что это девчонка Уизли смотрит на него.
Он не предавал этому особого значения. До того момента, как ее братец не подумал, что Малфой не спроста играет с Джинни в гляделки. Рыжий урод что-то надумал своей тупой башкой и решил, что должен оградить свою сестру от "посягательств" слизеринца.
Тупой выродок нищего магглолюбца! Он не нашел ничего лучше, чем просто побить Драко в пустом классе! И что самое обидное... у него это получилось!..
И опять же какой-то таинственный спаситель без имени и лица! Как будто Драко был какой-то нежной девицей, а не самым крутым парнем на всем слизерине (и во всем Хогвартсе, как сказала Пэркинсон). Черт!..
-Черт! — вскрик Драко не предназначался Рону Уизли, Джинни, Поттеру или тому тайному помощнику. Он означал смесь боли, удивления и страха. Пальцы Малфоя ухватились за запястье левой руки, которое в этот момент горело огнем. Слизеринец потянул рукав мантии... Он выругался. Длинно, грязно, с нотами отчаянья в голосе — на бледной коже чернела, словно обуглившись, Метка.
Волдеморт вызывал его.
Глава 21. Экзамены, стресс...
Волдеморт с самого раннего детства, еще будучи Томом Риддлом, был очень подозрительным. Позже, когда он стал Темным Лордом, эта подозрительность переросла в паранойю (не без причины, надо сказать). Поэтому, его верные и преданные слуги Пожиратели Смерти никогда не знали, где будет проходить следующая "встреча". Аппарируя, они ориентировались только на Метку. Знак Мрака сам задавал направление. Отследить перемещение Пожирателей было практически невозможно. А там... никто не мог заранее предугадать, в каком настроении будет сегодня их Господин...
Именно поэтому Драко Малфой, идя по направлению к границе антиаппарационного барьера Хогвартса, дрожал всем телом. Ночь не могла скрыть неестественной бледности его лица, на висках чуть подрагивали маленькие капельки пота, однако пальцы юноши были холодны, как лед. Он шел, словно сомнамбула, не видя перед собой ничего и ощущая только страх.
Он не забыл последней сходки Упивающихся, не забыл Круцио самого Темного Лорда...
Плечи зябко передернулись, но не от влажного, промозглого тумана, что висел в воздухе белесым облаком.
Замок Хогвартс был уже достаточно далеко, отсюда можно было разглядеть только темную громаду не сливающуюся по своей черноте с небом лишь из-за озорно поблескивающих огоньков окон. Там в своих мягких, безопасных постелях спят глупые ученики, дремлют профессора, не подозревая ни о чем, даже старик Дамблдор дрыхнет у себя в комнатах... лишь один Снейп, грязный предатель летучей мышью скользит по коридорам замка...
Тепло и уют... уже так далеко...
Малфой резко остановился и уперся руками в колени, переводя дух. Пар густыми клубками вырывался изо рта и устремлялся куда-то вверх. Но стоять было некогда, боль в Метке усилилась. Драко торопливо достал внутреннего кармана мантии крохотные плащ и маску Упивающегося Смертью, прошептал заклинание, увеличивая их, и быстро одел.
Стало очень не по себе, руки дрожали, когда Малфой пытался поровнее нацепить белый, бархатный кусок ткани с прорезями для глаз на лицо. От маски шел какой-то неестественный жар.
Жжение в руке стало совсем невыносимым, Драко еще раз обернулся, посмотрел на поблескивающий огнями Хогвартс, глубоко вздохнул, будто собираясь прыгать в воду, и аппарировал.
На этот раз Волдеморт проявил большую изобретательность и оригинальность, чем обычно, собрав Упивающихся не в одном из поместий своих приближенных, а в каком-то странном, заброшенном маггловском заводе. Если его слуги и были удивлены этим, то виду конечно же не показали.
Сегодня людей было не так уж и много: весь внутренний круг и несколько рядовых, но "подающих большие надежды" Пожирателей. Драко с легким хлопком появился в центре круга, прямо перед троном Волдеморта.
-Мой Господин, — слизеринец на коленях подполз к Темному Лорду и припал губами к краешку его мантии, — Мой Господин...
-Драко... как ты... вовремя... — в шипении Волдеморта с трудом можно было разобрать слова, его голос с каждым днем все больше походил на змеиный.
-Я спешил к вам, мой Лорд... Я... я прибыл как только смог, Господин!.. — запинаясь, проговорил слизеринец и сжался, предчувствуя немедленное пыточное проклятие. Однако, его не было.
-Встань, Драко... — прошелестел Волдеморт. Юноше два раза повторять не пришлось, он попятился назад и вскочил на ноги уже на некотором расстоянии от Хозяина. Драко видел, как все взгляды, поблескивающие из прорезей белых масок Пожирателей, обращены к нему.
-Ты хорошо выполнил мое поручение в прошлый раз, Драко. Ты доставил ко мне Поттера... хотя и не без трудностей... — начал Волдеморт. Драко внутренне весь напрягся, ожидая, какие же слова последуют за этой фразой. Обычно, все что говорил Темный Лорд, худо оборачивалось для его слуг.
-Я ценю твои старания, Драко... Ты выполнишь еще одно мое задание... Оно аналогично предыдущему.
Змеелиций Повелитель на несколько мгновений замолчал, изучающим взглядом уставившись на юношу.
Слизеринец спохватился и торопливо сказал, стараясь, чтобы голос не был дрожащим:
-Конечно, мой Лорд. Я не подведу вас!
-Я знаю. Потому что, если ты провалишь задание — ты умрешь, — ответил Темный Лорд с насмешкой, гадко ухмыляясь безгубым ртом. К горлу Малфоя подкатила тошнота, холодный пот струился уже по шее и спине, впитываясь в рубашку, маска жгла кожу лица, словно перцовый пластырь. Драко сжал челюсть так, что заломило в висках, лишь бы не стучать зубами. Голос Волдеморта, рассказывающий новый план по поимке Золотого Мальчика, доносился как сквозь завесу воды, однако слова прочно впечатывались в память.
~*~*~
Начало Апреля было на удивление теплым и приятным. Снег почти везде сошел, открыв солнцу голую землю, покрытую неопрятного вида прошлогодней травой, лишь у самой опушки Запретного Леса еще сохранились тающие на глазах белые пятна.
Ученики старались как можно больше времени проводить на улице, наслаждаясь этим обманчивым и недолговечным затишьем в природе. Все по опыту знали, что морозы еще впереди. И все же, уже сейчас чувствовалось неумолимое приближение лета, а с ним и годовых (а у седьмых курсов — заключительных) экзаменов. Впрочем, студенты не придавали этому особого значения, отчасти из-за давно сложившейся привычки ничего не делать, отчасти из-за гнетущего спокойствия в стане Волдеморта и отсутствия каких-либо конкретных решительных действий с его стороны. Опять над миром нависло тревожное, нервное ожидание.
Гарри по-прежнему усердно упражнялся в заклинаниях, отрабатывал навыки Концентрации самостоятельно или же на ставших довольно редкими занятиях со Снейпом. Дамблдор был очень доволен и даже не пытался скрыть этого. Он постоянно намекал на близящийся "экзамен" с таинственным Знатоком всевозможных Заклинаний Агриппиусом фон Кляузенцем, хотя с тех пор, как директор отослал тому письмо, прошло уже несколько месяцев. Видимо, у Дамблдора были некие свои временные понятия.
