— У тебя вид, словно ты решаешь задачу вселенского масштаба, — усмехнулся Элион.
— Мы все молодцы, — подвела я вслух итог своих наблюдений, решив Бусю признать полезной, все-таки моя лошадь.
— Даже спорить не буду, — хмыкнул вампир и взял кобылу за повод. — Прошу, ваше сиятельство.
— Благодарю, мой лорд, — я чуть склонила голову в поклоне и забралась в седло.
Элион слегка похлопал кобылу, отчего у Буси случился маленький ступор, подобных нежностей от нашего кровопийцы она еще не удостоилась ни разу. Я тоже с некоторым удивлением смотрела, как вампир обошел лошадь, обнял ее за голову и выглянул на меня.
— Помнишь, ты обещала мне два дня? — спросил он, не сводя с меня взгляда.
— Помню, — кивнула я.
Услышав ответ, Элион кивнул, снова погладил Бусину и сел в седло. Мы тронулись с места, спеша скорей покинуть лес. Мы негромко болтали, привычно подначивая друг друга. Солнце незаметно исчезло не только за деревьями, но и с небосклона. Поднялся сильный ветер, швырнувший в нас сором с земли. Я зажмурилась и тихо пискнула.
— Только бы не дождь, — сказал вампир.
Я прочистила глаза и посмотрела на него.
— Вы же любите дождь.
Элион повернулся ко мне и смерил насмешливым взглядом.
— Гадость моя, ты у меня отбила всю любовь к нему. Дождь теперь неизменно ассоциируется у меня с озерной ведьмой и поисками тебя. Лучше уж солнце, ты тогда сидишь рядом и никуда не влезаешь. — Ответил он.
Но дождь все-таки начался. Мы накинули плащи и помчались в поисках укрытия, потому что деревья перестали защищать, и теперь ветер нес в лицо жесткие капли. Было жутко неприятно. Элион некоторое время посматривал на меня, затем что-то проворчал и перетащил меня к себе. Я быстренько скинула мокрый капюшон и нырнула под полу его плаща, почувствовав себя сразу лучше и уютней.
— Теперь я еще и изнутри мокрый, — с добродушной насмешкой сказал вампир.
— А мне все нравится, — подала я голос из-под полы.
— Кто бы сомневался, — услышала я. — Мелкое чудовище, ты знаешь, что ты невозможно наглая?
— Не-а, — я наотрез отказалась принимать правду о себе. — Я очень милая девушка.
— И в этом я тоже не сомневаюсь, — уже гораздо тише ответил вампир, и я высунула лицо наружу, чтобы посмотреть на него. — Прячься уже, гадость-радость, — засмеялся он, засовывая меня обратно. — Ты приятно греешь.
Чего?! Приятно грею? Не удержалась и снова высунулась наружу, тут же получив дождем по лбу.
— Ни слова, — предупредил меня телохранитель, и я вернулась на его сухую грудь.
За эти слова можно и пару часов быть хорошей девочкой. Приятно грею... Надо же. Чтобы было удобней, я обняла своего спутника, прикрыла глаза, и сама не заметила, как задремала. Оз уже давно не бежал, рядом с ним брела унылая, мокрая Буся. А я бессовестно сопела, довольная всем раскладом.
Разбудил меня вампир.
— Чудо мое, просыпайся, — прошептал он, добывая меня из-под собственного плаща. — Сейчас обсохнем и погреемся.
— Вы назвали меня чудо, — сонно вздохнула я, никак не желая добываться.
— Еще чего, я сказал — чудовище, — не согласился Элион. — А если будешь вредничать, я тебя укушу.
Я подняла правую руку и сунула ему в нос метку Пресветлой.
— Кусайте.
— Находчивая? — усмехнулся вампир.
— Защищенная, — улыбнулась я и поддалась настойчивым попыткам.
Мы все еще были в лесу, но выехали из зарослей, и теперь нас окружал тонкоствольный молодняк. Более юная часть леса была светлей и дружелюбней. Дождь уже перешел в мелкую морось, скорей, раздражающую, чем пугающую своей влагой. Сапожки защищали ноги от мокрой травы. Я накинула капюшон и огляделась. Мы стояли перед одиноким домиком, чья дверь оказалась распахнутой настежь. На мой вопросительный взгляд вампир пожал плечами и первым направился к нему.
Я ждала, пока он осмотрел дом, после выглянул и махнул мне рукой. Лошадь и озвара он завел под крытый навес с обратной стороны, а я пошла осматривать неожиданное укрытие.
— Ничего, сойдет, — констатировала я и направилась к очагу.
Рядом с ним лежало немного полусырого хвороста, и ушло много времени, прежде чем он разгорелся. Вампир вернулся с дровами, которые нашел под навесом. Он посмотрел на мои старания, хмыкнул и отогнал. Через некоторое время огонь все-таки запылал, и запах горящего дерева заполнил маленький домик.
— Чей это дом, как думаете? — спросила я, протягивая руки к огню.
— Без разницы, — пожал плечами мой телохранитель. — Главное, что здесь безопасно и сухо. Скорей всего, это охотничий домик. — Затем посмотрел на меня и скомандовал. — Раздевайся.
— Вот уж нет, — решительно мотнула я головой.
— Глупая, простынешь, — попробовал достучаться до меня Элион.
— Нет, я сказала, — высокомерно произнесла я и отвернулась к огню.
Через мгновение мне стало не до огня. Вампир не стал уговаривать. Он решительно шагнул ко мне.
— Элион! — взвизгнула я, глядя на удлинившиеся когти.
Раз, и платье в клочья, мои нервы тоже. Два, на бледной щеке телохранителя алеет отпечаток от моей ладони. Три, меня развернули, и вампирья длань звонко приложилась к моему седалищу.
— Мерзавец! — возопила поруганная княжна.
— Еще какой, — ухмыльнулся вампирюга, снова разворачивая меня к себе лицом и перехватывая руки.
Его взгляд вдруг застыл, где-то ниже моего лица. Я проследила направление этого взгляда и вспыхнула от негодования. Своими когтями вампир зацепил нижнее белье, и предательская ткань на груди порвалась, обнажая скрытое под ним.
— Сейчас вернусь, — севшим голосом произнес Элион и отвел взгляд.
После развернулся на каблуках и покинул домик, кинув на ходу.
— Переоденься.
Только сейчас я заметила дорожную сумку, сиротливо стоявшую в углу. Еще раз испепелив взглядом захлопнувшуюся дверь, я поспешила к сумке, добывая целое белье, платье и чулочки. Вампир вернулся через некоторое время, мрачный и молчаливый. Постучался, удостоверяясь, что я уже одета, после вошел и достал из своей сумки, прихваченные на последней стоянке припасы. Так же молча, разложил все это на столе, протертому мной бывшей сорочкой, и снова вышел, оставив мне заботу о нашем небогатом позднем обеде или раннем ужине, это уж как посмотреть.
* * *
Дождь снова зарядил стеной, настойчиво барабаня по крыше и в маленькие окошки. Мы сидели у огня, задумчиво глядя в его жаркую сердцевину. После неприятного происшествия с моим бельем и бестактностью вампира, ни он, ни я еще не произнесли ни слова. Я ждала извинений, которые мне никто не спешил принести. Что ждал и думал клыкастый наглец, я не знаю.
— Придется здесь заночевать, — наконец, заговорил он.
— Может, дождь сейчас закончится, — возразила я.
— До темноты не успеем выехать из леса, — ответил Элион. — Будем устраиваться на ночлег здесь.
— Здесь? — я со священным ужасом посмотрела на узкую деревянную кровать, где мог разместиться только один человек, ну или не человек.
В нашем случае, конечно, человек.
— Я спать на полу не собираюсь, — заявил вампирюга, лишенной всякого такта, манер и воспитания, сразу разгадав ход моих мыслей. — Ты тоже.
— Благодарю покорно, — я отвесила ему ироничный поклон.
— Пользуйся на здоровье, — с достоинством кивнул Одариан. — К чему столько возмущения во взгляде? — спросил, глядя на меня вампир. — Ты уже забыла, что значит спать на своей половине кровати. Все равно ко мне жмешься каждую ночь. Сейчас даже не придется подкрадываться.
— Я не подкрадываюсь! — воскликнула я, живо представив себе картину, где коварная я подбираюсь под покровом ночи к беззащитному упырю.
— Да-да, — хмыкнул он. — Это работает притяжение двух тел в одной постели. Я ведь такой притягательный, да, ваше сиятельство?
— Я отказываюсь вести подобные безнравственные разговоры! — холодно сообщила я и отвернулась.
— Притягиваться не отказываешься, а говорить отказываешься? — осклабился упырь.
— Если только вы меня к себе притягиваете, — возмутилась я.
— А я тебя притягиваю? — подмигнул наглец, и я вскочила.
— Лорд Одариан, вы забываетесь! — воскликнула я. — Я все-таки леди.
— Какая-то у тебя странная мораль, — покачал головой Одариан, продолжая издеваться надо мной.
— Только не вздумайте опять обвинять меня в пьянстве и разврате, — отмахнулась я.
— Ну, вот, ты сама все знаешь, — расплылся в ехидной ухмылочке мерзавец. — А еще невеста.
— Вам это покоя не дает, да, Элион? — я развернулась и посмотрела ему в глаза.
Вампир осекся и снова отвернулся к огню. Я вернулась на свое место и протянула руку, дотронувшись до него. Элион едва заметно вздрогнул, но отстраняться не стал.
— Может, все-таки скажете, что вас гнетет? — тихо попросила я.
Он отрицательно покачал головой. Затем перехватил мою руку и потянул на себя. Я не стала сопротивляться, послушно встала и подошла к нему. Вампир усадил меня к себе на колени и прижался щекой к плечу. Я замерла, боясь спугнуть это неожиданное проявление его отношения ко мне, которое он так тщательно прятал. Может, я и не опытна в сердечных делах, но не слепая. Да и как еще можно отнестись к поцелуям от Пьющего кровь, которого не так давно воротило от одного только слова — человек. И все же он продолжал молчать.
— Элион, — позвала я.
Он поднял на меня взгляд, после приложил палец к губам, и я так и не решилась нарушить молчание. Несмело обвила его шею рукой, и объятья вампира стали крепче.
— Попроси меня, — прошептала я, опустив глаза. — Тебе стоит только попросить.
— Я знаю, — ответил мой телохранитель.
И все. Не попросил. Ни поцелуя, ни того, что мне так хотелось услышать. Я не знала, что сказать. Хотелось так много объяснить ему, еще о большем спросить, а язык отказывался повиноваться. Элион не хотел этого разговора, и дал ясно понять это, так к чему мне устраивать новый скандал, когда можно просто сидеть у него на коленях, ощущая уже привычную прохладу тела вампира, и чувствовать его едва уловимое дыхание. Смотреть на огонь и хотя бы помечтать, потому что через несколько дней...
— Пресветлая, — выдохнула я.
— Что? — вампир поднял на меня взгляд.
Но ответить я не успела, в дверь постучались. Ноздри моего телохранителя затрепетали. Я вопросительно посмотрела на него, и Элион пожал плечами. Затем ссадил меня с колен и направился к двери. Я тоже подошла и встала за его плечом, ожидая, пока вампир откроет дверь.
Там стояла старуха. Расу ее определить не представлялось возможным. На женщине был накинут плащ, и капюшон скрывал большую часть лица. Из под него виднелись седые пряди, указывавшие на возраст нежданной гостьи. Или хозяйки? Женщина была невысокого роста, к тому же сильно сутулилась. Сухая старческая рука со смуглой кожей сжимала клюку. Из-под капюшона на нас взглянули цепкие глазки.
— Удачи во Мраке, — поздоровалась старуха.
— Мрака, — коротко ответил Элион.
— Так и будете держать хозяйку на пороге или впустите? — поинтересовалась женщина, но вампир не отошел с прохода.
— Этот дом выглядел необитаемым, — ответил он, пристально разглядывая визитершу.
— Я не живу здесь, — пояснила она. — Прихожу время от времени. Так впустишь?
Элион, нехотя, посторонился, и старуха проковыляла в дом. Она сняла капюшон и вновь обернулась к нам.
— Зовите меня Жаена, можно тетушка Жаена, а можно и матушка Жаена. Мне без разницы, — сказала женщина. — А вы, значит, вампир и человечина. Интересно.
Жаена скинула плащ, повесила его на спинку стула, прислонила клюку к столу и села ближе к огню. Мы с Элионом переглянулись и подошли к ней. Старуха грела руки.
— Ну и погодка, — сказала она. — Еле дошла. Ноги совсем не те стали, чтоб их Тьмой перекорежило.
— Извините нас, — обратилась я к ней. — За то, что своевольно заняли ваш дом.
— Пустое, детка, — отмахнулась старуха. — Оставайтесь. Я все равно не усну. А вы ложитесь, отдыхайте. Молодость не должна равняться на старость.
Женщина улыбнулась, и я рассмотрела крепкие белые зубы. У нее имелись и увеличенные клыки. Впрочем, многие расы могли этим похвастаться, кроме людей, разумеется. Элион сел напротив нее, все еще пристально разглядывая. Я встала у него за спиной и положила руку на плечо. Вампир накрыл мои пальцы своей ладонью и чуть сжал.
— Пара, — отметила Жаена. Затем снова взглянула на нас уже более внимательно и покачала головой. — Нет, не пара. Больное сердце.
— В смысле? — спросил вампир.
— Неважно, — снова улыбнулась Жаена. — Так, ворчу по-стариковски. Пойду-ка я пройдусь.
Она опять накинула плащ, взяла клюку и вышла, оставив нас в недоумении смотреть на дверь.
— Она мне не нравится, — сказал Элион. — Собирайся.
— Вы не хотели ехать под дождем, — возразила я.
— Я же люблю дождь, — подмигнул вампир. — А ты опять устроишься под моим плащом. Оз нас быстро вынесет.
— Если вы считаете, что так лучше, то уезжаем, — кивнула я.
Элион подхватил сумку, и мы направились к двери. Он дернул за ручку, но дверь не поддалась, дернул снова, попробовал выбить и ошарашено взглянул на меня.
— Не поддается. Через окно.
И вдруг маленький домик наполнил искрящийся туман. Сначала он окутал наши стопы, добрался до колен, поднялся к бедрам.
— Что это? — испуганно спросила я.
— Не бойся, — Элион прижал меня к себе и затравленно огляделся. — Я найду выход, с тобой ничего не случится.
— Вы сможете, — постаралась улыбнуться я.
Туман уже скользил по моей груди, подбирался к шее, и вампир подхватил меня на руки, поднимая все выше. И вот уже искрящаяся дымка удавкой опутывает шею моего кровопийцы, поднимается выше. Элион вытянул вверх руки, поднимая. Но еще мгновение, и его лицо скрылось в клубах странного тумана. Руки дрогнули, и я полетела вниз. Падая, я увидела, как Элион оседает на пол. Уже отключаясь, я призвала силу Пресветлой. Но сознание покинуло меня раньше, чем Свет наполнил мои вены...
Сознание возвращалось медленно. Было ощущение, словно меня за уши вытягивают из трясины, куда я пыталась снова провалиться. Еще какое-то время ушло на то, чтобы понять, это сила чистого Света приводит меня в чувство. Я открыла глаза и попыталась оглядеться. Самым неприятным стало открытие, что тело мне не подчиняется. Меня словно разбил паралич, заковав душу в ледяную клетку неподвижности. Попробовала позвать моего вампира, но и голос не желал подчиняться мне.
— Подумать только, — услышала я голос старухи, — самый редкий ингредиент и у меня в сторожке. Ну, что ты смотришь на меня, мальчик? Что скалишься? Не трону я твою девочку. Я ее из леса вынесу, очнется, ничего не вспомнит. Ни о тебе, ни о ком. Приючу, позабочусь. Не переживай, не пропадет.
— Что тебе от меня надо? — с трудом спросил Элион.
— Немного, хороший мой, всего-то твое сердечко. Твое холодное сердечко. Болит ведь? Болит, — она не ждала ответов, довольствуясь разговором с самой собой. — Сильный мальчик, очень сильный, только не снимешь чары, не старайся. Ты же простой кровосос, а я Жаена из рода Веккелсов. Последняя, мой мальчик, последняя. Знаешь, кто такие Веккелсы?
