-Ты разбиваешь мне сердце, магичка, — тяжело вздохнув, пожаловался парень. Но покорно отступил назад, убирая свои руки — он еще помнил страх и отрешенность в глазах, с которыми она пришла к нему в комнату вечером и, почувствовав боль и усталость в ее голосе сейчас, вдруг не смог не уступить ей. Слава просто отвернулся и поплелся в сторону своей комнаты, не оборачиваясь.
"Наверное, она права — таким как Я, такие как Она не светят!" — с тоской подумал он.
Камила же просто без сил ввалилась в собственную комнату а, в темноте нащупав собственную кровать, со стоном уволилась на ту. Вокруг сразу стало светло от зажженной в тот же миг лампы.
-Божечки, ты вернулась! — отозвалась Шайла. — Ой, что с тобой? Мил, ты как, посмотри на меня! Я завтра же сотру этого упырева сына в порошок! Вот же сволочь, чуть не угробил тебя, посмотри на меня! — Шайла разъяренно фыркала, отзываясь о своем одногруппнике самыми нелестными эпитетами.
Камила слабо улыбнулась:
-Моя Шай, научилась ругаться, кажется, я плохо на тебя влияю!
-Не смешно, Мил! Я серьезно! Что у вас случилось, где у тебя болит? — тревожно нахмурила бровки целительница.
-Нет-нет-нет, даже не думай, я знаю этот взгляд! Со мной все в порядке, и я не откажусь от чего-нибудь обезболивающего, хорошо!? Я достала ее, Шай! Слышишь!? — она с победной улыбкой выудила из-за пазухи книжку и продемонстрировала ее подруге.
-Вижу, вижу! — отозвалась та, протягивая Камиле заранее приготовленный настой и строго проследив, чтобы та все выпила!
-А сейчас поспи немного, тебе надо отдохнуть. И не надейся, Мил, ты не будешь ее сейчас читать — ты будешь СПАТЬ!!! — нагло улыбнувшись, заявила целительница, нисколько не смутившись злобного взгляда Камилы.
-Сама же сказала, что ничего тебе не надо, кроме обезболивающего — вот и отдохни пока! Сон — лучшее лекарство! — учительским тоном сказала подруга.
-Мерзавка, — сонно пробормотали ей в ответ, пока она накрывала Камилу одеялом.
-Конечно, — согласно кивнула травница, — а это положим под подушку, чтобы тебе спокойнее спалось!
ГЛАВА 11
Разозлившись на магичку, по совершенно непонятной для него самого причине, Рей уже через два часа притащил в спальню очередную свою пассию — такую, которую ненужно было поить зельями ради соблазнения.
О, эта особа с превеликим удовольствием прописалась бы в его комнате и выполняла бы все пожелания своего Господина, мечтая о месте жены будущего преемника трона — да вот только Рей, к несчастью, никак не разделял ее мнения.
В него, вообще, словно бес вселился, словно ему непременно требовалось доказать кому-то, что он способен это сделать: схватить за шкирку первую встречную и получить от этого законную порцию удовольствия!
И Лисия была опытной любовницей, но при этом привычно предсказуемой и напрочь лишенной чего-то такого, что ему впервые за долгое время удалось найти и почувствовать с темноволосой магианой— первокурсницей. Наигранно громко стонущая и истошно кричащая партнерша почти сразу наскучила ему. Все в ней неимоверно раздражало: и ее рваное дыхание, и приторный запах духов, и волосы казались не такими мягкими как нужно, и даже кожа недостаточно бархатистая.
Получив в физическом плане полную разрядку, морально он был взвинчен и разозлен до предела на столько, что безжалостно выставил полуголую девицу за дверь, швырнув ее же тряпки ей в лицо и посоветовав не попадаться больше на глаза.
Рей попытался успокоить нервы при помощи своей старой привычки, но и табак, казалось, перестал на него действовать, он вообще не почувствовал ни его крепости, ни аромата — ничего, кроме глубокой досады.
После бурной ночи и развлечений с развязной одногруппницей усталость накатила с новой силой. Парень снова вернулся в кровать, закрыл глаза и искренне понадеялся, что всё его раздражение основано на банальном недосыпании.
Сознание очень быстро затуманилось, мысли стали возвращаться к темноволосой чертовки, и он незаметно погрузился в сон.
Теперь Рейтон снова мог с наслаждением вдыхать ее запах: совершенно необычный и неподдающийся словесному выражению, но он в самом деле ощущал в ней ожившее пламя — бунтующую стихию, дразнящую и рвущуюся из своих оков.
Когда образы вокруг стали отчетливыми он увидел ЕЁ, лежащую в его собственной пастели, обнаженную и раскрасневшуюся, со спутанными волосами и горящими желанием глазами... в объятиях другого.
Рей взбешенно сжал кулаки и попытался наброситься на того самого блондина, которого видел с ней еще утром. Но не смог и шагу сделать, чтобы помешать им. Они же так были увлечены друг другом, что словно и не замечали принца.
Светловолосый упырь с жадностью впивался в ее губы, терзая их, и будто желая поглотить ее всю. Тонкие пальчики девушки скользили по широкой мужской спине, оставляя после себя красные полосы, ножки обвили поясницу молодого курсанта, а с губ сорвался первый стон, полный страсти и голода.
"Не смей!" — рвался крик из груди, но Рей не мог произнести не звука, не мог остановить это, вынужденный стоять в стороне и бессильно кусать локти, борясь с собственной яростью, ненавистью, завистью и... всё пожирающем желанием обладать ее!
Он даже не понял, когда все это безумие закончилось, но вот Она стоит прямо перед ним: кажется, протяни руку и прикоснись, но он лишь бессильно повел плечами.
"Ни ударить, ни обнять, ни задушить — ни поцеловать!" — с досадой подумал принц.
Парень вглядывался в ее лицо — теперь оно казалось ему встревоженным и чем-то опечаленным. Девушка сжимала в кулачках на груди края простыни, которой прикрывала свою наготу и не сводила с него глаз.
Вот ее губы дрогнули, и она произнесла сорванным и немного севшим голосом:
-Ты злишься?
-Злюсь? Я? Что ты, огонечек, я всего-то хочу тебя ПРИДУШИТЬ! — сквозь зубы прорычал Рей, удовлетворенный тем, что способен хотя бы высказать ей в лицо все то, что так рвется наружу.
-Ты тоже причиняешь мне боль, — с грустью произносит она.
Глаза ее заблестели от проступившей влаги, и слезинка медленно скользнула по щеке, а за ней другая и еще, еще...но ни единого звука не сорвалось больше с ее губ.
Рей удивленно застыл: внутри него как в адском котле смешались воедино самые разрозненные и противоречивые мысли — от желания рассмеяться и ударить магичку, до страстной и неистовой потребности прижать ее к своей груди.
Чьи-то холодные руки прикоснулись к его спине, опускаясь все ниже, поглаживая его сквозь одежду, стремясь дотянуться до запретного. Знакомый приторный и удушающий запах заполонил всю атмосферу вокруг, и ему не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто из его знакомых настолько осмелел.
Лисия прикоснулась языком к его шеи и оставила влажную дорожку после себя — Рейтона передернуло от отвращения, он едва сдерживался, чтобы не переломать ручонки этой наглой особе, но вмиг забыл обо всем, снова взглянув на Камилу.
За ее спиной появился блондин и по-хозяйски притянул к себе девушку, его руки заскользили по узким плечикам, опускаясь к запястьям и пальцам, сжимающим ткань.
Камила не сопротивлялась и в то же время не отнимала своих рук, — она лишь с тоской и немым укором смотрела на принца, а по бледной щеке снова скатилась одинокая слезинка.
Рей не понимал того, что происходит: "Почему ты не отталкиваешь его, если тебе он не нравится? И разве ты не была счастливой и удовлетворенной несколькими минутами ранее?" — с насмешкой хотел спросить он, но не сказал ни слова, будто ком застрял в горле.
Тем временем Лисия снова дала о себе знать, плотнее прижавшись к его спине и запустив руки в его штаны.
"Наверное, стоило бы отомстить тебе и развлечься с этой потаскушкой прямо здесь..." — с досадой подумал он, в тоже время испытывая отвращение от одной только мысли об этом.
-Я хочу тебя, мой сладенький! — прошептали ему на ухо.
-Ах ты, безмозглая курица, я ведь предупреждал тебя... — закончить фразу ему не позволили, впившись в жадном поцелуе прямо в губы.
Рей с силой оттолкнул ее от себя подальше и вдруг удивленно распахнул глаза, услышав резкий грохот и возмущенный визг Лисии.
Он ошарашено уставился на девушку, сидящую на полу и в расстройстве потирающую ушибленный при падении с кровати кобчик.
-Псих, ненормальный! Хотела его пожалеть, простила дурака, думала одумаешься, а ты... ненавижу тебя! — обозлено причитала девушка.
-Да неужели, подумать только, какие мы смелые стали! — ехидно заговорил Рейтон, с трудом осознавая, что все только что привидевшееся ему, было лишь сном. — Скажи-ка мне, дорогуша, а не предупреждал ли я тебя о том, чтобы ты не смела и на глаза мне попадаться? — с угрозой в голосе произнес он.
И девушка испуганно замерла на полу, вдруг вспомнив, кто в действительности сидит перед ней.
-Рей, прости я... правда хотела помочь, расслабить тебя, ты был таким взвинченным: думала, может, тебе было мало... — начала свою запоздалую отповедь девушка.
-Заткнись, — прорычал Рей и соскочил с кровати, возвышаясь над испуганной и растерянной девушкой. Он одним резким движением поднял ту на ноги и с коварной усмешкой осмотрел ее с ног до головы:
— Вижу, одеться ты так и не удосужилась! — нагло улыбаясь, заявил он.
Лисия отчетливо увидела в его глазах угрозу и запоздало попыталась вырваться.
-Милый, — неуверенно позвала она и тут же замолкла, когда его глаза загорелись стальным блеском после ее ласкового обращения. — Отпусти меня — я сейчас же уйду! — умоляюще пролепетала она.
-Отпущу, не волнуйся, МИЛАЯ, — зловеще улыбаясь, ответил ей принц. — Но теперь так, что бы уж наверняка! — с усмешкой добавил он и поволок девушку прочь из комнаты.
Лисия отчаянно пыталась вырваться из его рук, но в своих наивных попытках не только не добилась положительного результата, но и еще и получила грубую пощечину. Рей спустил ее с лестницы этажом ниже, где проживали все магианы-студентки и толкнул на пол к дверям собственной комнаты.
Лисия прожгла его ненавидящим взглядом, но не посмела сказать что-либо вслух, опасаясь нарваться на еще большую грубость с его стороны.
Рей же не спеша поплелся обратно в свою комнату: "И как меня угораздило оставить дверь незапертой? Для этой наглой потаскушки открытая дверь — все равно, что пригласительный билет!".
Оказавшись в собственных "покоях", он на этот раз тщательно заперся на замок и со злостью посмотрел на часы : "Четыре часа утра! Воскресение!" — его возмущению не было предела, особенно при условии, что он, кажется, впервые в своей жизни боялся снова заснуть.
"Нет уж, хватит с меня впечатлений на сегодня!"— раздраженно фыркнул Рей.
Не прошло и пяти минут, как руки сами собой потянулись в письменный стол за портсигаром: "Опять. Уже в третий раз! И снова из-за этой...этой..." — он даже не знал как ее назвать, даже в мыслях не мог подобрать достойного оборота, способного охарактеризовать мерзавку.
"Что, черт возьми, со мной происходит?" — парень быстро расправился с ненавистной сигаретой и бросил окурок в пепельницу, нервно взъерошил волосы и с разочарованием посмотрел на пустующую постель.
"Ну, вот опять!" — с досадой подумал Рей. "Что, мало было тебе веселеньких сновидений, решил воскресить воспоминания пока свежие!?" — он набрал полный бокал питьевой воды из стоящего на столе графина и с жадностью осушил его.
После такого не то что спать — и смотреть на собственную кровать не хотелось, а потому он решил в нее не возвращаться, несмотря даже на то, что было еще безбожно рано.
После прохладного душа думалось легче, но вот заставить себя не вспоминать о ней он все равно не мог. И в голове раз за разом оживали картинки из недавних снов...
ГЛАВА 12
Пробуждение утром в воскресенье было таким же паршивым как и вчера: Камила кричала во сне и, даже проснувшись, с немым ужасом на лице смотрела в потолок, роняя тихие слезы.
Она чувствовала, что Шайла здесь же, рядом, сверлит ее тревожным взглядом, но от этого все равно не становилось легче! Девушка поднялась со своего места, одним быстрым движением сбросила с себя одеяла, вздрогнула от холодного воздуха, проникнувшего под ночную сорочку, и торопливо засобиралась в душ. Голова немного кружилась и каждая мышца в теле ныла и жалобно дрожала, не говоря уже о правой ноге, которую теперь приходилось едва ли не волочить за собой.
Но Камила старалась не замечать и этой боли, единственное, что ей сейчас нужно было — это тепло горячей воды, чтобы прогнать собачий холод, и смыть эти грязные образы и прикосновения, вновь подаренный ей очередным кошмаром.
В душевой снова была истерика с безжалостным избиванием стены и разбитыми в кровь костяшками, Камила прижалась к стене лбом и всерьез задумалась, а не стоит ли попробовать побиться об нее головой, может, тогда отпустит? Как еще можно выбить из головы эти мысли и проклятые сны?
С трудом отказав себе в этом развлечении, она все же вернулась в комнату.
-Ты неплохо выглядишь? — попыталась взбодрить ее подруга, старательно отводя при этом взгляд и деловито раскладывая вилки на столе в каком-то принципиально новом порядке.
-Ну да! — хмыкнула Камила.
В комнате аппетитно пахло яичницей и свежезаваренным чаем.
-Я кое-что для тебя приготовила, у тебя синяки по всему телу — нужно натереть мазью, — вкрадчиво сообщила целительница.
Камила торопливо отпила из кружки, обжигая язык, и удовлетворенно вздохнула: отпустило, а в груди растекалось приятное тепло.
-Не знаешь, как я оказалась в ночной сорочке? — с подозрением спросила она, выказывая свое недовольство из-за излишней опеки над ней.
-Я просто хотела помочь, и ты и сама это знаешь! Я не стану оправдываться ни за это, ни за снотворное — даже не жди! — обиженно фыркнула Шайла и, скорчив умильную мордашку, отвернулась к окну.
-Шай, мне не хочется тебя пугать, но, кажется, ты, и в самом деле, из тряпки начинаешь превращаться в человека! — тепло улыбнувшись, заметила Камила.
Шайла с полминуты изучала ее лицо, а потом они вместе рассмеялись, раззадоривая друг друга.
-Расскажешь о вчерашнем! — отсмеявшись и успокоившись, осторожно спросила целительница.
-Расскажу, Шай, но позже, сначала я хочу прочитать, наконец, эту упыреву книгу! — она решительно направилась к кровати и выудила из-под подушки старый учебник.
Глаза травницы тут же загорелись от любопытства, но она старательно сдерживалась, делая вид, что ее вовсе не интересует содержимое запретного учебника по целительству.
-Кстати, он оказался не такой уж и сволочью, как я привыкла его считать, — на секунду оторвавшись от изучения книги, бросила ей Камила.
-Я рада, — тихо хмыкнула Шайла и тоже попыталась отвлечься, торопливо собирая посуду со стола.
Камила раскрыла книгу и принялась внимательно её изучать, она старалась запоминать каждое слово, не отвлекаться на какие-либо посторонние мысли, но уже через три часа с разочарованным вздохом захлопнула книгу.
-Что-то не так? — послышался неуверенный голос Шайлы.
-Да нет, все так, только я тут сама мало что понять могу: в основном это куча рецептов с противоядиями и рекомендации по их приготовлению! Вот скажи мне, что это за бред: "Цветы бегоглазки собирают в середине июля, в четный день недели, до того как последние капли росы высохнут на ее лепестках, руками голубоглазой девы с чистым сердцем и распахнутой душой и сразу высушивают..." — голос Камилы был полон возмущения и негодования.
