Закончив главную трапезу и нарочито медленно распивая чай, подруги ещё немного поболтали о посторонних, повседневных вещах. Когда же все слова были сказаны, и разговор то и дело начали прерывать неловкие паузы, Артурия позвонила Бедиверу, чтобы тот высылал машину, и девушки посидели в ресторанчике ещё, теперь уже просто наслаждаясь спокойствием обстановки и уютной иллюминацией. Наконец, получив смс-ку от водителя Артурии, они поднялись со своих мест.
На улице было ещё светло, но в окружающих красках уже чувствовалась тихая поступь вечера. Чуть пожелтело небо, чуть удлинились тени домов, едва заметно поголубел снег — и становилось понятно, что день начинает клониться к своему завершению. В бодром состоянии духа, полной грудью вдыхая морозный воздух, подруги шли к условленному месту встречи со своими водителями. Идти было совсем недалеко — всего лишь пройти по подземному переходу, и на другой стороне шоссе их уже будут поджидать автомобили. Их встреча, как и этот январский день, подходила к концу.
— Как здорово, — Айрисфиль благодарно приобняла подругу за руку и, получив в ответ улыбку, перевела взгляд на пакет с посылкой. — И как я рада, что мой диск наконец-то пришёл. Ты не представляешь, как долго я его ждала, — и девушка, вытащив уже распакованную посылку, любовно посмотрела на любимые лица певцов.
— Осторожно, ступеньки, — предупредила Артурия, так как девушки как раз подошли к подземному переходу.
— Ага, подожди секундочку, — кивнула Айрисфиль, останавливаясь, чтобы положить диск на место. — Ох!
Какой-то мужчина, который, по-видимому, очень куда-то спешил, случайно задел девушку. Толчок вышел достаточно сильным, чтобы ничего не ожидавшая Айрисфиль пошатнулась, и её сапоги, и так не очень устойчивые на льдистой поверхности, скользнули вниз по ступенькам. Чувствуя, что падает, девушка отчаянно замахала руками. К счастью, Артурия быстро сориентировалась и подхватила подругу. И можно было бы сказать, что небольшое происшествие завершилось благополучно, если бы в следующую секунду не раздался леденящий сердце дребезг пластика: Айрисфиль выронила диск, который так и не успела положить обратно в сумку. Похолодевшие подруги бросились было вдогонку, но коробка, легко скользя по обледеневшему камню, пролетела целый пролёт, прежде чем они нагнали её.
— О, нет, пожалуйста, нет, — в смятении бормотала Айрисфиль, поспешно сбегая по ступенькам.
Опустившись на грязный пол, она взяла непослушными руками коробку: та была сломана, а внутри неё, слетев с креплений, лежал поцарапанный диск, и — о ужас! — один из его краёв пересекала трещина.
— Ах... но как же так? — только и смогла сказать дрожащим голосом девушка, и на её глаза навернулись слёзы.
Всего пару секунд назад она сходила с ума от счастья — и теперь ей надо было как-то смириться с фактом, что драгоценной вещи, которую она ждала более полугода, у неё больше не было. Это было так дико, что Айрисфиль с трудом верила, что всё происходящее было реальностью, а не сном.
— Айрисфиль, — Артурия с сочувствием положила ладонь на её плечо.
— Но я ведь его даже ни разу не послушала, — всхлипнула девушка.
— Может, купишь другой?
— Не получится: он раритетный и дорогой. Моя семья, конечно, состоятельна, но я не могу каждый день просить родителей о таких суммах денег; и потом, его нет в открытой продаже. Какая же я дура! — со злостью воскликнула Айрисфиль, так что спускающиеся мимо люди оглянулись на неё. — И ведь его не починишь, — уже не сдерживаясь, рыдала девушка.
Артурия беспомощно смотрела на подругу. Она видела её боль и отчаяние, и ей хотелось сказать что-нибудь такое, что смягчило бы горе подруги. Но разве какие-либо уговоры могли утешить Айрисфиль? Поэтому Артурия продолжала молча стоять, не находя нужных слов.
Впрочем, одно решение проблемы всё же существовало. Перебирая в голове различные варианты, Артурия быстро пришла к выводу, что это был единственный выход из ситуации. Поначалу она с возмущением отмела этот выход, но ещё раз взглянув на несчастное лицо подруги, девушка поняла, что не может не помочь Айрисфиль.
— Подожди, послушай: я знаю одного человека, который наверняка сможет восстановить диск.
— Говорю же, это невозможно, — выдавила из себя между рыданиями подруга. — Тут трещина.
— Возможно, совершенно точно возможно, — твёрдо сказала Артурия, так что Айрисфиль удивлённо подняла на неё свои припухшие глаза. Теперь, когда девушка знала, о чём она говорит, слова сами слетали с её губ. — Ты обязательно получишь этот диск.
— Правда-правда? — с робкой надеждой переспросила подруга. — О, если ты только найдешь способ восстановить его, я буду так тебе благодарна, — с жаром схватила Айрисфиль руку Артурии. — Может, поедем к этому мастеру прямо сейчас? Вместе?
— Н-нет, он сегодня не работает, — отказалась Артурия, надеясь, что подруга не заметила её секундного замешательства. — Я сама как-нибудь на днях к нему загляну. Ты мне только диск оставь, — говорить скользкую полуправду было нелегко, и девушка никак не могла заставить себя посмотреть подруге в лицо.
— Конечно. Спасибо тебе огромное, — всё ещё слегка всхлипывая, кивнула Айрисфиль. Похоже, история с диском так её потрясла, что она не обратила никакого внимания на неестественность в голосе Артурии.
Усадив подругу в машину и уверив её, что сообщит новости как только — так сразу, Артурия забралась в свой собственный автомобиль.
— Домой? — спросил у неё водитель, выруливая со стоянки на проезжую часть.
— Нет, погоди. Пока мы никуда не едем, — велела девушка, доставая мобильный телефон.
Пара длинных гудков в трубке, и на другом конце провода послышался голос дворецкого:
— Да, госпожа?
Артурия глубоко вздохнула, словно готовясь нырнуть с вышки — ведь она знала только одного человека, который мог помочь ей с бедой Айрисфиль. Этот человек, конечно, не мог починить диск: такая задача была за гранью современных технологий. Но он мог достать новый. Вопрос только в том, чем обернётся для Артурии встреча с ним? Что ж, она уже приняла решение, и пути назад не было.
— Бедивер, мне срочно нужен адрес моего одноклассника, Гильгамеша. Можешь мне его сейчас найти?
Вернуться в оглавление
Глава 23 — Договор
* Древесина эбена считается самой дорогой в мире. Текстура и цвет эбеновой доски, подвергшейся полировке, обворожительно красивы. Древесина водостойка и легко поддаётся обработке.
**Бонсай выполнен в стиле исидзуки ("растущий на камне"). Это один из самых эффектных и сложных стилей бонсай: небольшое дерево растет в расщелинах небольшого камня, изображающего остров или скалу, с не достигающими земли корнями. Символизирует вездесущность и неистребимость жизни.
Адрес, по которому жил Гильгамеш, Бедивер узнал быстро, и вскоре машина Артурии, следуя указаниям навигатора, неслась в направлении, противоположном её дому. Оказалось, что девушка и Властитель Лицея жили в разных частях города: она — на западе, он — на востоке. Артурия не волновалась, застанет ли она парня дома или нет: если его не окажется на месте, она просто оставит ему на столе сломанный диск и записку с просьбой прислать ей копию. Девушка была уверена, что Гильгамеш не откажет ей: разве сможет Властитель Лицея сказать 'нет' своей любимой, как он сам выражается, Королеве?
Значит, она собирается в наглую воспользоваться его чувствами к ней? Безусловно. При этой мысли Артурия получила ощутимый укол совести: по идее, то, что она делает, нехорошо. Да и где-то там в глубине заворчала задетая гордость, что, дескать, нашла, у кого искать покровительства. Но, в конце концов, это первый раз, когда она обращается к Гильгамешу за помощью, а раньше она справлялась со всем сама. Да и старается она не для себя, а ради подруги — какая же тут корысть? К тому же, если вспомнить, как, нисколько не краснея, Гильгамеш порой пользуется её слабостями, у Артурии есть полное право раз в жизни потребовать от парня выполнения какой-нибудь её прихоти. В компенсацию, так сказать.
Резкий толчок, от которого девушка повисла на ремне (она всегда пристёгивалась, даже на заднем сидении, считая, что раз правило существует — его надо выполнять), выдернул Артурию из раздумий: это водитель притормозил, чтобы не задеть подрезающую их машину. Вновь устроившись на сидении, девушка посмотрела в окно: они ехали по широкой автомагистрали, которая, словно копьё, пронзала собой весь город. Справа и слева по многочисленным полосам проносились на дикой скорости автомобили, а за их покатыми боками виднелась тоненькая ниточка проспекта и возвышающиеся над ней офисные здания. Мелькали университеты и неоновые вывески, спруты-супермаркеты и громадные рекламные плакаты размером с полдома. Скользящее вниз по небосводу солнце вспыхивало в окнах домов, чуть слепя глаза. Картина была обыденна и однообразна, и вскоре Артурия вновь впала в задумчивость. Но теперь ей на память пришёл их недавний разговор с Айрисфиль.
Ведь как изменилось за полгода её отношение к Гильгамешу! Раньше она и подумать не могла о том, чтобы поехать к нему в гости. Однако, так как её мнение о парне изменилось, необходимо было пересмотреть и своё отношение к касающимся парня вещам. Например, как теперь Артурия должна смотреть на его любовь к ней? Раньше, ненавидя Властителя Лицея, Артурия отвергала и его признание. Она даже не могла воспринимать его чувства всерьёз. Помнится, в первый раз, когда Гильгамеш сделал ей своё предложение руки и сердца, она, два раза не думая, отхлестала парня его же букетом. Артурия мысленно усмехнулась: ну и сцену они тогда устроили. Неудивительно, что директор был шоке. Но жалеет ли она о том, что сделала? Пожалуй, что нет. Гильгамеш это вполне заслужил. И, тем не менее, всё это в прошлом. Сейчас Артурия уважает его, а если быть совсем уж честной — а себе самой девушка никогда не лгала — она даже чувствовала что-то вроде зарождающейся к Гильгамешу симпатии. И в этих новых условиях должна ли она по-прежнему с возмущением реагировать на знаки внимания парня? С сочувствием или снисхождением отнестись к его безответной любви? Ведь, несмотря на перемены, Артурия по-прежнему не собиралась отвечать Гильгамешу взаимностью. Однако тут-то и вырисовывалась главная для девушки загадка: для того, чтобы ответить на эти вопросы, необходимо было вначале определить, что такое вообще любовь Гильгамеша. Если бы парень требовал выйти за него замуж и родить пятеро детей, Артурия бы тут же ему объяснила, что это не её стезя жизни. И на этом разговор был бы закончен, решительно и навсегда. Но Гильгамеш ни разу подобного не упоминал. В каком же свете он её, Артурию, видит? Чего он хочет от неё? Что он чувствует по отношению к ней?
Автомобиль перестроился в ближнюю к улице полосу, чтобы свернуть с автомагистрали, и перед глазами девушки проносились идущие по своим делам пешеходы. Сначала промелькнула самозабвенно целующаяся парочка, а затем неспешно гуляющие, держащиеся за руки, парень и девушка; парень нёс большой пакет из супермаркета. Артурия машинально попыталась представить на месте этих людей себя с Гильгамешем. И тут же мысленно поморщилась. Нет-нет, это невозможно. Просто смешно воображать себя с ним в этих ролях. Даже если бы она вдруг решила встречаться с Гильгамешем, они бы так себя не вели друг с другом. Интересно, а как же тогда?
Артурия устало вздохнула, потирая лоб. Чем дальше, тем размышления становились всё запутаннее, и не было никакой надежды размотать этот клубок догадок и предположений. Наверное, в каком-то роде даже хорошо, что она решила поехать к Гильгамешу. Возможно, сегодняшняя встреча поможет ей получше разобраться в том, что происходит между ними? Ведь она увидит образ жизни парня, и будет с ним разговаривать наедине, без присутствия посторонних, которые порой стесняют личную беседу — это не то же самое, что пара словесных поединков на переменке. Неужели она не сможет ответить для себя хотя бы один из не дающих покоя ей вопросов? Теперь девушка была даже рада, что скоро увидит Гильгамеша.
Городской пейзаж за окном сменился редким леском, за которым порой проглядывали коттеджи. Голые стволы деревьев, резко выделяющиеся на фоне белых сугробов, чернели вдоль обочины дороги ровными рядами. Наверху, в обрамлении их тонких, причудливо переплетающихся веток, лиловел пастельный небосвод. Ранний зимний вечер вступал в свои права быстро и уверенно. Автомобилей на шоссе теперь стало меньше, но что ни марка — всё хорошего, недешёвого порядка. И претендующая на относительно чистую экологию местность, и воцарившееся вокруг относительное безлюдье указывали на то, что Гильгамеш, скорее всего, жил в так называемом посёлке современного типа, в котором жилая застройка сочетается с обширными озеленёнными площадями и при этом находится недалеко от города, образуя своего рода зелёный 'карман' под боком у шумного и загазованного мегаполиса. Это дорогое удовольствие, так как восемьдесят процентов зданий в таких районах составляют частные дома, а остальные двадцать — супермаркеты, автомойки, парикмахерские, канцелярские магазинчики, газетные ларьки, отделение банка, почта и прочие учреждения, обеспечивающие инфраструктуру посёлка. Получается благоустроенный, уединённый, дышащий природой оазис, являющийся мечтой и непозволительной роскошью современных горожан. Он как бы отделён от суеты и грохота вечно живущего города, и в то же время из такого района рукой подать до средоточия индустрии, ради которой люди и теснятся всю жизнь в многоэтажках — джунглях двадцать первого века. Но вход в этот маленький рай был лишь для таких людей, как Артурия и Гильгамеш — для тех, у кого были деньги. Особняк девушки ведь тоже располагался в аналогичном районе.
Лесок исчез быстро, и вдоль потянулись коттеджи. Дождавшись первого ответвления шоссе, водитель свернул, и автомобиль покатился вглубь поселения, параллельно темневшим невдалеке деревьям. Некоторое время Артурия наблюдала одни только двух-трёхэтажные дома, окружённые небольшим участком земли и обнесённые оградой, в окнах многих из них уже горел свет; пешеходов попадалось совсем мало, и по их прогулочному шагу и презентабельной одежде сразу было видно — это всё местные. Подобные посёлки ведь именно потому и называются 'карманами', так как через них не проходят никакие крупные автомагистрали, и, следовательно, в края эти заезжает не так уж много посторонних. Когда центральная дорога, которую покинул водитель, превратилась в маленькую точку, цепочка домов оборвалась, и перед Артурией раскинулась широкая каменная стена. С одного конца она сходилась с лесом, а с другого было какое-то, сейчас засыпанное снегом поле. Чуть помедлив, водитель направил автомобиль к видневшимся поодаль стальным воротам, рядом с которыми также стояла будка охранника.
— Прибыли, госпожа, — оповестил он Артурию.
Стена была высокая, облицованная рельефным камнем, и в довершение всего через каждые два метра её вершину украшали головы какого-то мифического зверя, напоминающего гибрид собаки с драконом. Вкупе с насыпанными сверху сугробами снега выглядела эта грозная архитектура весьма живописно. Оставалось только гадать, какой дом мог скрываться же за такой помпезной оградой. Но когда водитель подъехал совсем близко, витые ворота остались неподвижны, а из будки вышел навстречу машине охранник. Это был немолодой, но крепко сложенный мужчина с непроницаемым выражением лица. Когда он подошёл, Артурия опустила окно, впуская в салон автомобиля морозный воздух:
