С появлением ханаанеев в Сирии и Палестине связан резкий прогресс в ремесленном производстве, прежде всего в металлургии; с этого времени начинается так называемый Раннебронзовый период в истории Восточного Средиземноморья (III тысячелетие до н. э.). В это время на средиземноморском побережье возникают основные города будущей Финикии (финикийцами называли именно прибрежных ханаанеев) — собственно Библ (археологический Библ VI), Тир и другие (ок. XXIX—XXVIII вв. до н. э.).
По-видимому, одновременно в Северной Сирии аналогичный процесс происходит с северными семитами, или «эблаитами» (получившими имя по г. Эбла, их крупнейшему центру в Сирии). В Шумере их называли марту (возможно, по среднеевфратскому Мари, частично ими заселенному). Аккадским эквивалентом этого слова было амурру (т. е. амореи).
В прибрежных городах интенсивно развивалась социальная дифференциация и складывались классы, как видно из наличия крупных жилых строений, по размерам и богатству явно принадлежавших городской верхушке, и монументальных храмов на каменном фундаменте. В Библе в середине III тысячелетия до н. э. уже сложилось политическое образование — новое государство, подобное ранним номам Южной Месопотамии. Оно вскоре попало под политическое и культурное влияние Египта.
Аналогичные процессы формирования городских центров, превращающихся в города-государства, и складывания классового общества происходят и в глубине страны. Так, в северосирийском г. Алалахе уже в конце IV — первой трети III тысячелетия до н. э. имелся храм, возведенный на высокой платформе, а в XXVIII—XXIV вв. до н. э. рядом с ним появляется дворец с парадной колоннадой, постепенно заметно увеличивающийся в размерах, что свидетельствует о возрастании могущества алалахского царька.
В Северной Сирии уже в конце IV тысячелетия до н. э. северные семиты основали протогородское поселение Эблу. К середине III тысячелетия до н. э. оно превращается в крупный городской центр с населением в 20—30 тыс. человек. В XXV—XXIV вв. до н. э. Эбла была центром крупного государства, охватывавшего всю Сирию вместе с предгорьями малоазиатского Тавра и соперничавшего с Мари на Среднем Евфрате — столицей другого раннего государства, заселенного аккадцами и, видимо, другой ветвью северных семитов.
Найденный в Эбле клинописный архив дает науке исключительно важные сведения. В XXIII в. до н. э Эбла становится объектом завоевания аккадских царей — Саргона, а затем Нарам-Суэна, разрушившего ее в отместку за бунт. Вспоследствии, при III династии Ура Эбла возрождается как город, но ее могущество навсегда уходит в прошлое. В социальном плане Эбла представляла собой типичное номовое государство во главе с царем, при котором существовал административный аппарат. В хозяйствах, за счет которых жила верхушка общества, трудились подневольные работники и собственно рабы.
Небольшие городки Палестины в III тысячелетии до н. э. обносятся стенами, укрепленными овальными или прямоугольными башнями (Мегиддо, Иерусалим, Лахиш и др.). Наряду со святилищами в них уже появляются резиденции местных правителей. С середины III тысячелетия в эти земли уже начинают совершать первые походы египетские фараоны.
Захват северосемитских областей Сирии и Верхней Месопотамии аккадцами и последующее разрушение самой аккадской державы (первая треть XXII в. до н. э.) создали известный вакуум силы в упомянутых регионах и вызвали перемещение сюда населения из смежных областей: с северо-востока хурритов, с юга сутиев. В середине XXII в. до н. э. сутии заняли нагорье Джебель-Бишри близ Среднего Евфрата, а оттуда — центр Верхней Месопотамии и рубежи Сирии, ассимилировав местных северосемитов. Отныне именно на сутиев переходит былое месопотамское обозначение северных семитов — «марту» или «амурру» (амореи), и в науке сутии известны, как правило, под этим последним наименованием.
Со своей стороны, хурриты, двигаясь на запад вдоль Верхнего Тигра и Евфрата, уже в XXI в. до н. э. заселяют Северную Сирию. Тогда же вся Сирия и часть более южного побережья с Библом входят в зону власти III династии Ура.
Восточное Средиземноморье во II тысячелетии до н. э. Во второй половине XXI в. до н. э. происходит великое расселение сутиев-амореев от Среднего Евфрата и Хабура: одни из них устремляются на Месопотамию, приводя к крушению державу Ура, другие огнем и мечом проходят по всей Сирии-Палестине и плотно заселяют Сирию и Заиорданье. С этого момента начинается так называемый Среднебронзовый период истории Восточного Средиземноморья (XX—XVI вв. до н. э.). Общества этого времени хорошо известны по среднеегипетским источникам («Повесть о Синухете», «Таблички проклятий» и др.), рисующим данный регион как совокупность аморейских и ханаанейских племенных княжеств и городов-государств, отличающихся в целом невысоким уровнем развития и преобладанием кочевников. Исключение составляют города побережья, прежде всего Библ. Довольно скоро они, а вместе с ними и большая часть Палестины, подпадают под верховное владычество или влияние среднеегипетского государства. Библ даже формально включался в состав Египетской державы, и его правители считались наместниками фараона.
В конце XIX в. до н. э. одна из племенных групп сирийских амореев создала крупное государство, известное под названием Ямхад. Ямхад, с центром в Халпе (Алеппо, совр. Халеб), контролировал территорию Сирии от предгорий Тавра до рубежей своего злейшего врага, южносирийского номового государства Катны. В конце XVIII — начале XVII в. до н. э. через все Восточное Средиземноморье с севера на юг проходят племена хурритов, которые широко расселяются в это время по странам Плодородного Полумесяца. Особенно плотно хурриты (и следовавшие в их потоке отдельные индоарийские группы) заселили Сирию и Южную Палестину.
В ходе бурных потрясений, сопровождавших эти передвижения, на Синае и в Южной Палестине возникло так называемое гиксосское объединение, возглавляемое, возможно, семитскими племенами Синая — шасу (откуда, видимо, само слово «гиксосы», означающее, согласно древнеегипетскому автору Манефону, «цари-пастухи» [егип. шасу]), тождественными амалекитам Ветхого Завета.
У хурритов, живших рядом с этим объединением, а частично и вошедших в него, гиксосы заимствовали искусство колесничного боя. В XVII в. до н. э., опираясь на свое колесничное войско, они без труда завоевали Нижний Египет и утвердились в Восточной Дельте Нила. Главными центрами собственно гиксосской державы были Аварис в Дельте и Газа и Шарухен в Южной Палестине. Зависимость от гиксосских царей Авариса признавали, видимо, и другие гиксосские, египетские и кушитские княжества долины Нила (вплоть до III порога), а также, возможно, племена и области Сирии — Палестины и прилегающих районов Сирийской степи вплоть до Евфрата. На севере тем временем Ямхад (уже значительно «хурритизированный» по составу населения) около 1600 г. захватывают, после нескольких войн, хетты.
В середине XVI в. и гиксосская, и хеттская зоны власти в Восточном Средиземноморье сменили хозяев: Палестина и Южная Сирия с изгнанием гиксосов из Египта и падением Шарухена перешли под руку египетского фараона Яхмоса I. Гиксосское объединение немедленно распалось (его племенное ядро из амалекитов-шасу сохранялось на Синае вплоть до I тысячелетия до н. э.), а в Северной Сирии хеттская власть рушится вследствие набегов верхнемесопотамских хурритов и вскоре она попадает в зависимость от возглавившего этих хурритов государства Митанни.
Таким образом, к концу XVI в. до н. э. Восточное Средиземноморье оказалось поделено между Египтом и Митанни. Этот геополитический переворот, а также примерно одновременные перемены в металлургии и других ремеслах (в частности, открытие производства пурпурной краски финикийцами) позволяют выделять несколько последующих веков (конец XVI—XII вв. до н. э.) в Позднеброзовый период истории Сирии-Палестины.
Первое его столетие оказалось занято почти непрерывной борьбой между Египтом и Митанни за безраздельный контроль над Восточным Средиземноморьем. Однако несмотря на периодическую реализацию планов обеих сторон, оказалось, что ни египтяне не могли удержаться на Евфрате, ни митаннийцы — в Палестине. Осознав это, в конце XV в. воюющие стороны договорились о прочном разделе Восточного Средиземноморья на митаннийскую Северную Сирию и египетскую Южную Сирию — Палестину.
В то же время, с середины XV в. до н. э. самостоятельные попытки отобрать у митаннийцев сирийские владения предпринимают хетты. В итоге в третьей четверти XIV в. до н. э. хеттский царь Суппилулиумас разгромил и Митанни, и Египет и овладел практически всем Восточным Средиземноморьем. К этому времени египетское господство в Азии по большей части превратилось в фикцию из-за раздоров вассальных царьков и всесилия орд хапиру — своего рода «казаков» Сирии-Палестины, бежавших в горы Ливана от двойного гнета этих царьков и египетских фараонов. Часть хапиру под водительством удачливого вожака Абди-Аширты создала государство Амурру в Северном Ливане, а другая вторглась при Эхнатоне в Палестину и основательно разорила ее.
К этому времени существенные перемены произошли и в этническом составе населения региона. Еще около 1400 г. до н. э. из Вавилонии были изгнаны местные сутии-амореи, поселившиеся там шестью столетиями ранее. Изгнанники, преследуемые касситскими войсками, пересекли Сирийскую степь и обосновались у рубежей Южной Сирии, образовав новую общность, именовавшую себя ибри (откуда привычное «еврей», досл. «перешедшие из-за реки», т. е. Евфрата). К ним и восходят древнееврейские племена. Соответственно, ветхозаветная легендарная традиция заявляет, что евреи происходят от некоего вождя Авраама, переселившегося на запад, через Евфрат, из южной части Нижней Месопотамии; сохранились рудименты особенно древней легенды евреев о том, что он стал князем области Дамаска, а не передвинулся в Палестину (как в итоговом ветхозаветном предании). Таково представляющееся нам наиболее вероятным решение проблемы происхождения древних евреев — вопроса, по которому в науке выдвинуто множество гипотез — от той, что древние евреи — это обособившаяся по религиозным или социальным причинам от своего народа группа ханаанеев, задним числом вымыслившая себе происхождение из Месопотамии, до той, что это потомки «хапиру» или же группы амореев, пришедших в Палестину из Двуречья еще в начале II тысячелетия до н. э. Однако согласно сохраненным в Библии ветхозаветным генеалогиям переселение евреев в Палестину состоялось за 13 поколений до царя Давида (ок. 1000 г. до н. э.), т. е. не ранее 1400 г., а египетские источники уже знают Израиль и родственные ему племенные союзы (Моав, Эдом) в Палестине в XIII в. до н. э., но еще не упоминают их в XV — середине XIV в. до н. э.
С другой стороны, в середине XIV в. до н. э. семитские кочевники-арамеи (ахламеи), жившие до того в Северо-Восточной Аравии, двинулись на северо-запад и заселили Сирийскую степь и долину Среднего Евфрата, оказавшись на рубежах Сирии. Примерно одновременно с этим передвижением, если не под его напором, племена ибри смещаются на юго-запад — в Палестину и Заиорданье. К 1300 г. до н. э. здесь уже сформировались их основные племенные союзы — Моав, Аммон, Эдом и Израиль (первые три — к востоку и югу от Мертвого моря, последний — в Палестине). Израильская традиция сохранила глухие воспоминания о взаимодействии древнееврейских вождей с хеттами, в самом деле господствовавшими над Палестиной в последней трети XIV в. до н. э. Другие племена ибри продвинулись еще дальше на юг и широко расселились в Аравии вплоть до ее южного берега.
После новых хетто-египетских войн в первой трети XIII в. до н. э., враждующие стороны, как и полутора веками ранее, вновь закрепили раздел Восточного Средиземноморья прочным миром. Большая часть Сирии, включая Кадеш и Амурру, досталась хеттам. Южная Финикия, Дамаск и Палестина — египтянам (впоследствии именно Египетская Азия этого времени воспринималась евреями как географическая «страна Ханаан»).
Типичным городом-государством этого времени является Угарит, ведший обширную торговлю с Двуречьем, Египтом и Малой Азией, с Палестиной, а также с заморскими странами. В городе имелся особый квартал, населенный микенскими греками. Отсюда микенские изделия ввозились в глубь страны и далее в Месопотамию. Товарные отношения в Угарите достигли такого масштаба, что цари собирали с сельских общин подати металлами — медью и серебром. Все свободное население страны делилось на три сословия: 1) «сыны страны Угарит» — земледельцы-общинники, роль которых постоянно уменьшалась; 2) «царские рабы» — приближенные царя, получавшие от него земельные наделы; многие из них сохраняли свои общинные наделы и формально не порывали связи с сельской общиной; 3) «рабы царских рабов» — лица, не имевшие своей земли и сидевшие на землях служилой знати. Это были разорившиеся земледельцы, утратившие свои земли и связь с общиной, и частично пришлые люди, чужеземцы-изгои (хапиру). На царской службе кроме крупных и средних землевладельцев находились также купцы и откупщики, называвшиеся, как и в Вавилонии, «тамкарами». Рабов в собственном смысле слова было мало. Политически Угарит подчинялся царям удельного хеттского царства со столицей в Каркемише, а через него — великим царям Хатти.
Сирийское божество. XIV—XIII вв. до н. э. Париж, Лувр
В начале XII в. до н. э. Восточное Средиземноморье подвергается нашествиям эгейско-анатолийских народов (так называемые «народы моря»). Их первые появления в регионе отмечены еще в конце XIII в. (набеги ахейцев на Кипр и Египет), а после «Троянской войны» часть победителей-ахейцев (денены — данайцы) и другие народы бассейнов Эгейского и Ионического морей (теккер — тевкры Троады, пелесет — пеласты (или пеласги) с южных Балкан, шекелеш — сикулы Южной Италии и Сицилии), пройдя Юго-Западную Малую Азию и Киликию, обрушились на Восточное Средиземноморье. Они разгромили Кипр, Каркемиш, флот Угарита — сам Угарит, возможно, в одно и то же время подвергся атаке пришельцев и пострадал от землетрясения, так что прекратил свое существование. «Народы моря» на своем пути уничтожили государство Амурру в Ливане, разорили Сидон и Тир и, наконец, напали на Египет (ок. 1190 г. до н. э.), но, отброшенные египтянами, осели на побережье Палестины. Здесь пришельцы понемногу слились в единую массу «филистимлян» (т. е. «пелесет»; впрочем, в течение столетия еще вели обособленное существование «теккер») и основали так называемую филистимскую конфедерацию. Вскоре они усвоили культуру и язык местного населения. От их имени происходит само название «Палестина».
