Темная Кровь

'Потрясающая регенерация' — мимолетом подумал маг.

Фридд прорычал что-то невнятное, кажется, Йен выбил ему большую часть зубов. И новые вырастут очень не скоро.

Малефик быстро огляделся по сторонам, гадая, почему остальные члены 'Серых псов' не нападают на него. Оказывается, кроме них двоих тут больше никого не было. Либо ушли, чтобы не мешать, либо отправились за подмогой. В любом случае, эта драка слишком затянулась. Йен не хотел его убивать. Хотя бы потому, что для этого придется открыто воспользоваться магией. Но были и другие причины.

Йен воспользовался Ускорением и оказался перед Фриддом раньше, чем он успел моргнуть. Сложил пальцы, увенчанные Когтями, в пучок и пронзил сердце наемника. Тот упал на колени, его организм пытался залечить рану, смертельную для обычного человека. Юноша не дал ему и секунды на восстановление. Свернув лидеру 'Серых псов' шею, Йен закончил схватку.

'И никто даже не удосужился проверить, почему тут так шумно' — устало подумал юный маг, смотря на болтающуюся дверь.

Он подобрал с пола стул и рухнул на него, повернувшись так, чтобы видеть одновременно выход на улицу и лестницу. В горячке боя он совершенно упустил из виду исчезновение товарищей Фридда, и теперь не знал, откуда их можно ждать. По уму стоило бы убраться отсюда, но дело стоит закончить. Это последний крупный отряд, который все еще подчинялся лорду, и Йен не хотел встретиться в будущем со столь умелыми бойцами.

Юноша прикрыл глаза, и перед его внутренним взором предстала удручающая картина. Слишком уж большие повреждения он получил в бою один на один. Йен сжал зубы и подстегнул регенерацию организма. Кости затрещали, срастаясь и вставая на место, дышать сразу стало легче, боль в ноге прошла. Малефик вскочил на ноги, потянулся всем телом. Кое-где еще чувствовался дискомфорт, но все было не так плохо.

Дверь, скрепя, открылась, и в таверну вошла высокая фигура, с головы до ног завернутая в плащ. Эльф держал на плече одного из 'Серых псов', живого, но без сознания.

— Отсюда так и несет магией крови, — он опустил тело на пол.

— Не знал, что ты можешь чувствовать магию, — удивился Йен.

— А какой был бы из тогда меня убийца магов? — эльф пожал плечами. — А ты неплохо здесь повеселился.

— Пришлось, — вздохнул юноша. — С последним оказалось не так-то просто справиться. Давно меня так не гонял человек.

— Ты слишком предвзято относишься к собственной расе, — хмыкнул Канар.

В ответ Йен лишь махнул рукой. Маг склонился над телом Фридда и стал обыскивать его в поисках трофеев. Но ничего интереснее метательных дисков у него не нашел, хотя несколько десятков золотых монет он все же забрал.

— Возьми, — Йен протянул эльфу несколько острых как бритва дисков. — Может, пригодятся.

— Интересная конструкция, — пробормотал Канар. — Но я такими никогда не пользовался. Поздно переучиваться, — он помедлил, но все же положил диски в поясную сумку.

Йен нахмурился, будто прислушиваясь, но промолчал.

— Ты здесь закончил? — спросил эльф.

— Не совсем, — признался малефик. — Главаря я убрал, но группа слишком сплоченная. Если не поговорить с новым лидером, то все это, — юноша обвел зал рукой. — Было зря. Но я думаю, что скоро встречусь с ним. На улице уже собралась толпа.

Чувство Крови подсказывало ему, что снаружи столпись десятки людей. Они окружили таверну, но заходить внутрь почему-то не спешили. Просто стояли и будто ждали чего-то.

Все прояснилось через минуту, когда сквозь открытое окно в зал влетел зажженный факел, а за ним следом бутылка с горючей жидкостью. Огонь мгновенно вспыхнул, поглотив добрую половину помещения. Со второго этажа послышался звук разбитого стекла.

— Видимо, я поймал не всех, — эльф поднял воротник рубахи, прикрывая рот.

— Так даже лучше, — твердо произнес Йен. — Не придется искать их по всему городу.

Фрагменты маски на его лице сошлись воедино, оставив едва заметные красные линии на месте стыков. Йен позволил магии свободно течь по своему телу и решительно шагнул в огонь.

— Встретимся на крыше через два квартала отсюда.

— Как скажешь, — со вздохом ответил эльф, положил принесенного им человека на плечо и взбежал по лестнице на второй этаж.

Плащ сгорел за два удара сердца, но его броне огонь был нипочем. Хотя дышать было трудно. Он не мог позволить себе закашляться и ускорил шаг. Путь через пламя казался ему невыносимо долгим, хотя прошло всего несколько секунд. Когда юноша услышал испуганные вскрики, он открыл глаза и моргнул несколько раз, смахивая выступившие слезы.

Люди перед 'Красным Элем' сделали шаг назад, кто-то опустил зажженные деревянные оглобли. Оказалось, что среди недовольных людей не было наемников, которые решили отомстить. Точнее, были, но не совсем в толпе — на земле чуть в стороне лежали несколько смутно знакомых тел в неестественных позах. Этого он не ожидал. Маг хотел произвести впечатление на 'Серых псов', напугать и заставить расторгнуть Договор. Но сейчас перед ним стояли растерянные горожане, взявшие правосудие в свои руки.

Йен вдохнул холодный воздух, остужая легкие, и заговорил:

— Я вам не враг, я здесь, чтобы помочь вам, — от собственного лицемерия у него дернулся глаз.

— Ты с ними заодно! — выкрикнул кто-то.

— Это не так, — Йен примиряюще поднял руки. Слабый импульс магии прокатился по передним рядам, сглаживая чувства людей.

— Вор! Убийца! — кричала толпа.

Со всех сторон в Йена полетели камни, пустые бутылки, горящие чурбаны. Юноша стоял на месте, не шевелясь, глядя в озлобленные лица десятков людей.

'Неблагодарные людишки' — пронеслась в голове мысль.

Йен метнулся вбок, напугав нескольких недовольных, оттолкнулся от высокого забора и через секунду уже был на крыше соседнего здания. Несколько мгновений быстрого бега, прыжок — и крики за спиной практически исчезли.

Малефик убрал маску с лица и позволил ее частям спрятаться под одеждой, бардовым костюмом путешественника. Вздохнув полной грудью, он поспешил к месту встречи с Канаром, благо дома стояли очень близко друг к другу, и перемещаться по крышам не составляло никакого труда.

Эльф сидел в удобном, хоть и старом, кресле, непонятно откуда взявшемся на крыше заброшенного здания. Перворожденный сбросил капюшон и подставил лицо прохладному ветерку.

— Это были не наемники, — не открывая глаз, произнес Канар. — Жители Рагстона оказались не такими забитыми, как мы думали.

— Либо, наоборот, загнанными в угол, которым нечего терять.

Канар вытянул ноги, устраиваясь поудобнее в кресле.

— В городе повсюду беспорядки, — сказал Йен. — Что ты сделал?

— Прошелся по районам, которые контролирует городская стража. Спровоцировал несколько небольших бунтов, а потом ликвидировал всех офицеров, до каких смог дотянуться.

— Нужно закончить начатое, — сказал Йен, глядя в сторону дворца. — Если упустим Веро, то начнется грызня за власть.

— Конечно, — эльф кивнул. — Приступим, как только лордик сделает какую-нибудь... Что?

— Там что-то происходит, — одними губами произнес малефик. Его глаза светились от воздействия магии. — На площади перед дворцовой стеной собралась большая толпа, но как-то все слишком тихо.

Йен спрыгнул с крыши и побежал к площади, перепрыгивая препятствия. Канар со вздохом поднялся и последовал за ним.

На площади собрались тысячи людей. Малефик ожидал, что мелкие восстания, в конце концов, перерастут в массовый бунт, призванный покончить с нынешней властью. Вот только горожане перед ним не выглядели полными праведного гнева, они были напуганы, подавлены. Йен забрался на ближайшую крышу и сразу понял, в чем дело. Люди пришли не требовать справедливости. Они пришли на казнь.

Рядом с соседней крыши приземлился Канар. Выглядел он неважно. Глаза опасно сузились, руки постоянно тянулись к клинкам под плащом. Впрочем, Йен подозревал, что выглядит сейчас точно так же.

Маг перевел взгляд на действо, происходящее перед ним. На высоком эшафоте, собранном наспех, стояли несколько человек — молодые девушки. Видимо, те самые, которых Веро забирал себе. Девушкам едва исполнилось семнадцать, и все, чем они провинились — это понравились юному лорду.

Йен был не намерен вмешиваться. Казнь стольких невинных должна подтолкнуть горожан к всеохватывающему восстанию. Это заставит Веро отправить в город свою личную гвардию. Именно этого Йен и Канар и добивались. Юноша взглянул на совсем еще молодую девчонку, и перед его глазами снова встала картина из прошлого. Окровавленная Лора и ужас в ее глазах. Тогда он зарекся помогать кому-либо, но в глубине души понимал: случись подобное снова, он не останется равнодушным.

Одну из приговоренных девушек подвели к весящей петле. Эльф и маг крови одновременно сорвались вниз. Йен на бегу сформировал Исток и преобразовал Шакру в несокрушимую броню. Юноша воспользовался Ускорением и, раскидывая собравшихся зевак, протолкнулся к помосту. Рядом, не отставая, двигалась черная тень.

Когда малефик взлетел на эшафот, на девушку надели петлю, и палач уже дернул рычаг, заставивший часть пола провалиться вниз. Йен наблюдал, как ее тело медленно падает вниз, как веревка распрямляется, готовая вот-вот натянуться и оборвать жизнь. В отчаянии юноша махнул мечом, выпуская вперед чуть изогнутый Полумесяц. Острейший клинок перерезал веревку за миг до того, как она сломала пленнице шею.

Время снова побежало вперед. Маг услышал внизу глухой удар, а затем женский плач. Йен с облегчением вздохнул и повернулся к стоящим на эшафоте гвардейцам. Те и думать забыли о своих обязанностях. Малефик приблизился к пленным девушкам, разрубил цепи, удерживающие их, и крикнул, добавив в голос толику магии:

— Бегите! Живо!

Это отрезвило молодых женщин, и они бросились в толпу, неуклюже спрыгивая с деревянного помоста. Гвардейцы тоже вышли из ступора и тут же попытались помешать им сбежать. Йен отсек им головы одним ударом.

Канар тем временем подбежал к высоким окованным воротам, приложил к ним руку. Обшитое металлом дерево пошло трещинами и взорвалось, раскидывая гвардейцев. Йен остановился перед открывшимся проемом, обернулся и прокричал:

— За мной! — махнул рукой и бросился вперед.

Глава 16.

Маг оттолкнулся от остатков ворот и ворвался в нестройную толпу гвардейцев. Сбив плечом двух или трех солдат, Йен широко взмахнул мечом, не позволяя окружить себя. Люди отпрянули назад, испугавшись красных глаз малефика, кто-то схватился за раненую руку.

Рядом бесшумной тенью появился Канар. Эльф встал чуть поодаль, чтобы не мешать товарищу в бою и иметь пространство для маневра, с его клинков стекала алая кровь. Обычно бесстрастное лицо перворожденного прорезала широкая ухмылка, глядя на которую многие вздрагивали.

Через несколько секунд во двор вбежала разъяренная толпа горожан. Откуда-то у них в руках появились вилы, серпы, кухонные ножи. Кто-то и вовсе шел на солдат с голыми руками. Люди остановились за спиной Йена и не решались сделать первый шаг. Юноша почувствовал, что запал их угасает, и их надо подтолкнуть.

Малефик сделал шаг вперед и без размаха ткнул ближайшего гвардейца мечом в горло. Брызнула кровь, тело повалилось на землю. Юноша подошел еще ближе и Кровавым Веретеном пробил грудную клетку воину слева, не помогли даже стальные доспехи. Все это произошло так быстро, что никто опомниться не успел. Но когда до них все же дошло, гвардейцы подняли крик, и все завертелось.

Йен отскочил вбок, уходя из-под удара, затем скользящий блок, и рука противника падает на землю. Укол и его товарищ умирает с Истоком в сердце. Маг до предела накачал тело Силой, не сдерживая себя. Он прорубал себе путь сквозь людей, стремясь оказаться подальше от Канара и желательно от восставших жителей Рагстона. Так он сможет не бояться навредить своим внезапным союзникам.

Сзади послышались крики боли, малефик обернулся и увидел замертво падающих горожан. Простой люд с вилами и топорами не мог ничего противопоставить обученным гвардейцам, закованным в латную броню. Йен выпустил назад несколько кровавых нитей, соединив себя с десятком солдат, ожесточенно рубящих практически безоружных людей.

На полноценный контроль не было времени, но целый отряд, напавший на своих союзников, поубавил им прыти. А дальше в дело вступил Канар. Эльфийский князь прошмыгнул между сражающимися людьми и разразился серией ударов, каждый из которых нашел слабое место. Солдаты умирали, падали и теряли конечности, а эльф уходил к следующей группе еще до того, как на него обратят внимание.

Тем временем Йен отбивался от целого взвода гвардейцев. Магия крови горела в нем как никогда сильно. Полузабытые инстинкты вновь направляли тело, а Шакра помогал в бою, наполняя движения Силой и корректируя удары для большей эффективности. Внутри него бушевала буря, и он собирался выпустить ее на волю.

С силой выпрыгнув вверх, малефик собрал всю доступную ему кровь, вытекающую из ран противников, и направил множество огненных шаров в спины солдат, наседающих на горожан. Площадь почти опустела. Не считая ворвавшихся бунтовщиков и нескольких вопящих обожженных гвардейцев, на ногах стояло лишь восемь человек. Но вот, что странно, от них не несло страхом. Когда битва только началась, и Йен показал свои способности, воины лорда Веро испытали настоящий ужас, но с каждой минутой он угасал. Его сменяли решимость и жажда крови.

'Кажется, Рен рассказывал именно об этом, — подумал маг. — Но сейчас все немного иначе. Более... совершенно'

Некромант описывал воздействие эльфийской магии как лишение солдат воли. Они повиновались, шли в бой, но при этом забывали обо всем остальном. Воины не защищались, шли на убой сотнями, даже без надежды на победу. Здесь же они показывают прекрасную выучку, защищаются, отступают по необходимости, что явно говорит о сохранности сознания.

Они были в меньшинстве, но они и не думали о проигрыше. Йен наблюдал за их поведением, боковым зрением следя за оставшимися в живых горожанами. Тех осталось примерно две трети, и, хотя они выглядели испуганными, никто отступать не хотел. Но и в бой они тоже вступать не спешили. Люди все время поглядывали на него, ожидая приказов или иных действий.

Малефик уже открыл рот, чтобы отдать приказ о наступлении, но неожиданно земля ушла у него из-под ног, и он с огромной силой врезался в каменную стену, пролетев через весь двор. Живая броня пошла трещинами, часть нагрудной пластины раскрошилась, несколько ребер было сломано. Впрочем, это не помешало ему быстро вскочить на ноги и увернуться от следующего выстрела. Баллиста. Рядом лежала попавшая в него стрелка. От сильного удара тридцати сантиметровый стальной наконечник практически расплющился, а часть древка разорвало в щепки.

Йен запустил регенерацию на полную, сращивая ребра и отводя кровь от места ушиба. В несколько прыжков достиг обороняющихся солдат. Левым предплечьем отбил удар мечом, пронзил Истоком грудь, пробив доспех, и вытянул из жертвы кровь, чтобы восстановить собственную броню. К нему было подбежал второй гвардеец, но того сразил Канар, как всегда возникший из ниоткуда.