— Что-то осмелела ты, милая моя, прекрасная, чудесная Мориэль, — ласково отозвался иерофант, заправляя локон цвета крови за ее изящное, чуть заостренное ушко. Мориэль вздрогнула, но не отшатнулась. — Лучше бы тебе замолчать. Или хочешь дать повод?..
Обычно Эль была более осмотрительной, не желая нарваться на очередное наказание. Но сейчас медные глаза химеры смотрели нагло и презрительно, едва ли не с превосходством.
— За тебя вскоре могут взяться всерьез, мой господин, — прошипела она. — До чего же приятно увидеть на горизонте черные крылья Скъёльдунгов!
Эвклид лишь покачал головой и провел кончиками пальцев по гладким прядям ее волос. Ему нравились волосы Эль, их мягкость и необычный цвет.
— Не нужно этих пустых мечтаний, Эль. Я истребил Белую корону по эту сторону Морей Хаоса. Если понадобится — истреблю и Черную.
Часть III
СОНМ ТЫСЯЧИ ДУХОВ
— Как много вопросов! Скоро ты начнешь задавать правильные. За улыбками скрываются кинжалы!
Линн Флевелинг, "Луна предателя"
Глава 29
Что я знаю о своем лучшем друге? Да всё! Зовут его Андриас Энг, ему в начале весны минуло шестьдесят девять; маг-универсал с явным уклоном в Свет, без наследий, неплохо владеет криатской саблей. Парень простой и вообще свой в доску, пусть даже мы разные, как Свет и Тьма. Он целитель до мозга костей и добр до идиотизма — из тех блаженных, что не только никому не откажут, но и сами везде лезут со своей помощью. Андрэ лечит чуть ли не задаром, хотя магистр Скаэльды может заламывать цену не в пример самоучкам; этим же самоучкам показывает правильные методы исцеления; помогает с храмом старому склочнику Карлу... воспитывает зарвавшихся упырей и тащит в дом бешеных пятнистых котят, опять же.
Всё, что я услышал сейчас — это разве об Андрэ? Быть не может. Это не о нём. Нет и всё тут.
Вот Бездна. Судя по всему, всё-таки о нём.
И еще раз — так что же я знаю о своем лучшем друге? Да ни черта, как выяснилось.
— Мой отец был герцогом Иосхельма до того, как подвергся Запрету; мать была дочерью одной из его кузин. Оба урожденные Анкавис, оба же в свое время погибли при странных обстоятельствах.
Андрэ смотрел перед собой отстраненным, чужим каким-то взглядом. Хотелось сказать что-нибудь ободряющее, но момент как-то не располагает. Да и не умею я. Да и кто бы мне самому мозги вернул на место!
— Примерно два месяца назад я узнал, что мама больна, и отбыл на южную границу. Если бы только сообщили раньше... — Он до белизны стиснул кулаки и чуть заметно качнул головой. В матери Андрэ души не чаял, это точно. — Простейшая магическая проверка выявила, что ее целенаправленно травили почти полгода. Местный целитель — парень-самоучка лет тридцати, он и не знал толком, как это делать. Да и я... возможно, не будь во мне самом от целителя одно название...
— Не нужно себя винить. Ее бы убили рано или поздно из-за одной лишь фамилии. — Рес разглядывала его с хмурой сосредоточенностью. — Ты говорил, когда мы только встретились, что тебя тоже пытались убить. Расскажи.
Ловлю себя на мысли, что этот покровительственный тон начинает подбешивать. На месте Андрэ я давно вспылил бы, а он смотрит на эту тощую вредину с невесть откуда взявшимся почтением. Ну да, ему-то о ней побольше моего известно. Такое впечатление, что только я здесь ничего ни о ком не знаю.
— Что ж, история занятная. Вначале неизвестный доброжелатель изъявил желание помочь с кремацией мамы — в ночь перед похоронами дом вспыхнул ко всем чертям. Я в этот момент чудом оказался в подвале. Повезло, отделался ожогами и парочкой шрамов, когда выбирался наружу. Я по дурости решил, что это несчастный случай... мало ли... Но потом была таверна в фошт-амте Элькоры. Какие-то добрые ребята дали мне по башке и сбросили в море с ближайшего обрыва. Ну, я и сделал вид, что потонул.
Вот так всегда. Он любую историю рассказывает так, будто это что-то веселое и совсем не проблемное; нарочито добродушным тоном и с улыбкой.
— Сделал вид? Повезло тебе, Андрэ. — Я и забыл, что Дара рядом сидит. — У целителей воздушные маски и манипулирование теплообменом входят в обязательную программу, так ведь? Я наметить плетение сходу не смогу. А ты, Рес?
— Тебя просто ни разу не пытались утопить. Да и меня тоже, — пожала плечами Рес. — К тому же, на случай склероза есть Рики. Он всегда всё помнит.
Рик покивал с отсутствующим видом. Надо же, как расстроился. Неужто в самом деле из-за Ники?
— В чём ему повезло, — возражаю неохотно, — так это в том, что на него натравили тамошних костоломов. Заказчик либо сам из местных — ты ни с кем там не ссорился? — либо не слишком заинтересован и, значит, попросту халатно отнесся к делу. Во всех прочих случаях обращаются в Гильдию.
Очевидно тут всё до идиотизма, уж я-то понимаю. Но чтобы подметить странности ситуации, не нужно быть профессионалом. Убийца нипочем не станет кидать в воду еще живого человека, к тому же с полным магическим резервом. Ну да откуда в Элькоре взяться нормальным наемникам? То еще захолустье, хоть и недалеко от Лоттари — портового города людишек.
— Везло мне во многом; ну просто неправдоподобно, — покачал головой Андрэ. Он вроде как и не верит, что до севера живым добрался. — Топить меня надумали чуть ли не в Центральной трибе: я как всплыл — парень из тамошнего магистрата меня отлевитировал наверх. Он, правда, за трупом полез... а я ожить надумал. Ну, пошли мы в Магистрат, а там один из архимагов выдает — в ауре твоей, мол, следящие чары неясного рода. Снять, разумеется, не могут — в их захолустье спецов по аурам не водится. И он же предложил решение...
* * *
...от воспоминаний отвлекло появление Стефана, с пытливостью поглядывающего то на меня, то по сторонам. Вот только его сейчас и не хватало.
— Всё своих гоняешь? — спрашивает на удивление мирно. — Время к обеду.
С удивлением отмечаю, что на моих внутренних часах и в самом деле поздно. А ведь мне бы еще не помешало кое-куда сходить...
Видят боги, как же неохота мне к ней идти.
— Как видишь, уже не гоняю, а сижу в гордом одиночестве.
Да, в одиночестве. Адепты разошлись четверть часа назад, изрядно мной потрепанные и оттого недовольные. Я же болтался неподалеку от ристалища и судорожно пытался вспомнить о каких-нибудь неотложных делах.
Ничего-то у меня не вышло.
— Ну, чем обязан?
— Скажу "мимо проходил" — так всё равно не поверишь. — Стефан развел руками. У него каждое движение так вычурно, что я порой думаю — не отрабатывает ли всю эту канитель перед зеркалом, скотина манерная? Утром и вечером, и еще, может быть, в обед. Окинув Эссельну подозрительным взглядом, примечаю на его одежде белесые крупинки, напоминающие сахар... да нет, это и есть сахар. А также ссадину, красующуюся слева на бледной недовольной физиономии.
— Зарядила в тебя сахарницей? — усмехаюсь недоверчиво. Стефан жутко скривился и отряхнул плечи; после нервным движением пригладил без того прилизанные волосы.
— Черненое серебро, ручная работа. — Таким тоном обычно говорят "ты будешь сдыхать долго и мучительно", а не посудные красоты расхваливают. — Меч не слушается нашу драгоценную госпожу, и она... слегка не в настроении.
Я кивнул, принимая к сведению. Именно Бальмунг использовался Бёльверком в ритуале Четырех врат — для управления беспорядочными потоками Хаоса. Артефакт этот известных аналогов не имеет, а прорицатели ясно заявили — для ритуала нужен проводник демонов. Так что опасения Высшего Круга очевидны.
— В ненадежное предприятие меня втянул дядюшка, — проговорил Стефан, глядя перед собой и будто ни к кому не обращаясь. Надо же... на моей памяти он впервые выказывает неодобрение в адрес Марсаль, этого своего дядюшки и культа в общем. — Бёльверк сам выковал это оружие в колдовских кузницах Сварталфхейма и назвал в честь легендарного меча, небезызвестного даже тугодумам. — Выразительный взгляд в мою сторону. — Бальмунг — фамильная реликвия Скаэльды, если ты понимаешь, о чём я. И полноценно использовать этот артефакт без помощи Шёльдов никак не получится.
— Хочешь сказать, Аникам еще не попытался подъехать к Шёльдам с обещаниями вечной дружбы и признательности?
— Да это само собой! — отозвался Стефан сварливо. — Герцог его послал к троллю в... ну, далеко и надолго. Эрол Шёльд обожает строить из себя невесть какого недоумка, о его паясничестве легенды ходят! Говорит: "Я, может, и согласен, да герцогиня моя отказывает наотрез! А без общего одобрения никак, магия родовая не откликнется! Где ее искать? О, понятия не имею, удачных вам поисков!"
Я снова кивнул. Герцогиней может быть лишь женщина, в жилах которой течет кровь рода — стало быть, сестра или дочь нынешнего герцога. Но его сестра не может претендовать на титул и майоратное имущество в соответствии с неким договором. Титул носит невесть откуда взявшаяся дочь. Незаконная, зато принятая в род с полным правом наследования. Видимо, Деметриус Шёльд ну очень не хотел жениться.
Нет, это не я такой умный, это Андрэ поведал. Ну, когда мы протрезвели и худо-бедно смогли делать вид, что ничего не изменилось. Я много нового узнал за последние дни, о да! Жаль только, радости особой эти новые знания не вызывают.
— Так что, у нас проблемы? — переспрашиваю, будто оно не очевидно.
— Надо искать герцогиню. Но я не думаю, что она согласится. Аникам было вспылил, но дядя доходчиво объяснил ему, как опасно переходить дорогу Шёльдам. К счастью для нас, Аникам всегда был трусом.
Надо же, какие смелые заявления. Стефан зыркнул туда-сюда с этаким заговорщицким видом и добавил негромко:
— Гро, ты мне до Бездны не нравишься. Но... всё происходящее не нравится еще больше. Такое впечатление, что Высший круг водит всех за нос. Вот скажи, почему они раньше не спохватились, что девчонка ни на что не годится?
— Возможно, надеялись на лучшее. На другие какие-нибудь артефакты. Почём мне-то знать?
— Да неужели тебе побоку?!
Я пожал плечами. В общем и целом... да! Чем жрецам хуже, тем лучше.
Хотя в словах Стефана и есть определенный резон. И неприятности он чует за версту — при условии, что эти самые неприятности касаются его высокородной персоны.
— Даже если всё так, как ты говоришь — что тут можно сделать? — интересуюсь скучающим тоном. — Не мне бодаться с Высшим кругом, и уж конечно не тебе. Так или иначе, мы оба с клеймом.
— Без толку с ними бодаться, — мрачно проговорил Эссельна. — Назад уже не повернут. А насчёт клейма... ну что ж, при надобности вспомни, что клин клином вышибают. Лично я — вспомню.
Одарив меня многозначительным взглядом, он резко развернулся и заспешил прочь от тренировочного сектора. А я хмуро глядел ему вслед. Клин клином, значит? У меня есть уникальная возможность в этом убедиться.
* * *
...как выяснилось, архимаг велел моему другу отправляться в Лоттари и там сесть на драккар. Ну, от драккара в нынешних судах одно лишь название, но всем лень переходить на обширную западную классификацию. Плавает? Плавает. С парусом? Так точно. Значит, будем звать драккаром. И не важно, что на драккарах ввиду их древности ни штурвала не было, ни кормовой надстройки с каютами, сидишь себе на именной лавке и веслом шуруешь. Зато слово красивое, как Ника любит говорить в таких случаях.
Так в чём заключалась идея? Все знают, что море, как остров Шлотсюрт или Железный Лес, воплощает силы Хаоса. Телепортация и прочие чары общего применения в море не работают. Совет архимага вполне разумен и закономерен. Только вот...
— Складно получилось! — Рес дернула сонную рысь за кисточку на ухе. Ника тут же в неудовольствии зашевелила ушами. — И когда же ты понял, что никакой следилки в помине нет?
— А никак. Меня на борту просветили.
Тут уж я проявил чудеса сообразительности.
— Вестергор взял тебя на борт, не так ли?
— Да, к нему меня и отправил тот магистр... как же его? Имя на языке вертится.
Я равнодушно пожал плечами. Имя какого-то там магистра лично мне до фонаря.
— Ну да, там больше и не на кого положиться, кроме как на Вестергора. Его малахольный сынок наверняка тебе что-нибудь мутное поведал...
Порталы — дело хорошее, но большие грузы через них не переправить; только то, что можешь унести. Торговых суден у магов не так уж много — опасное это дело, даром что нынче плавают чуть ли не на мелководье. Время от времени обязательно кого-нибудь утянет в открытое море и потопит. Йонас Вестергор, мой хороший знакомый, — самый живучий из всех морских чертей. В чём его секрет — никто не знает, но я предполагаю, что сын его играет здесь не последнюю роль. Уж больно у Тао дар необычный.
— Тао не малахольный! — тут же бросился на защиту Андрэ. — Он просто воспринимает мир несколько иначе... издержки дара. Да и потом, где бы я сейчас был, если бы не Тао?
Ну ладно, Тао можно верить. До того момента, когда кончаются связные предложения и начинается невнятный пророческий бред.
— И что же он?
— Велел высаживаться в Вальдесе, а в Иосхельм и близко не соваться.
— Тебя наверняка ждали в Иосхельме, — пожал плечами я. Закусив губу, Андрэ резко сорвался с места и отошел к окну.
— О да, и я даже знаю, кто! Когда я еще был в Элькоре — получил истеричное письмо от эрола Орбана, где тот винил во всём "коварные происки Скаэльды". Тао потом из письма сделал кораблик — лишь на то оно, по сути, и годилось. А мне велел отыскать в Вальдесе розу на крови грифона в окружии розовой стали.
— Чего? — невольно фыркаю. — Что это за бредятина?
— Ты что, герба Скаэльды никогда не видел? — Дара закатила глаза. — Так там, чтоб ты знал, роза и грифон. Это кеннинги, обозначающие скаэльдских герцогов, — Кровавая роза и Черный грифон.
— Роза "кровь грифона", — пропел Рик. — Результат отличной селекции!
— Результат отличной селекции, — мрачно повторила его сестра. — И сколько ты нас искал?
Андре рассеянно пригладил волосы и продолжил:
— Две недели вслепую шатался по городу, пытаясь нащупать магическую нить нашей кровной связи. Если бы еще я понимал до конца, как это сделать и что такое Тао сморозил насчет стали! Только ободрав руку о цветочный орнамент на ограде вашего дома, я понял. И тогда же нить связи натянулась. Я вдруг осознал с уверенностью, что ты там, внутри. И... всё. А потом... ну, сама понимаешь, моя внешность располагает к проклятию от кровника, а не к приветствию.
— А что не так с твоей внешностью? — поинтересовалась Дара.
— Я почти копия великого Рамира. А при желании и от "почти" ничего не останется.
Кое-как избавившись от рысьей баррикады, Рес подошла к Андрэ и потянула его за плечо, побуждая повернуться к ней. И он послушно обернулся.
— Сам ведь понимаешь, что тебя провоцировали на конфликт со Скаэльдой?
