— Я рад, что ему не пришлось пережить то же, что и мне... — дернувшись, пытаясь оттолкнуть его, Алекс от отчаяния закрыл глаза.
— Конечно, ведь его родители любят его... а тебя твои бросили. Смирись, это твоя судьба, быть никому не нужной вещью, — слова Кристиана ранили гораздо больнее, чем все его действия и удары.
Немного опустив джинсы Алекса вместе с бельем, Кристиан провел ногтями по светлой коже, оставляя алые ссадины.
— Я смирился... а ему не повезло с дядей... — всхлипнув от унизительной боли, Алекс обреченно зажмурил глаза, чувствуя до отвращения знакомые прикосновения.
— Заткнись! — с силой ударив его по ягодице, фыркнул Кристиан.
Кровь медленно сочилась из раны на губе, когда Алекс прикусывал ее, чувствуя во рту неприятный солоноватый привкус. Но попытки сохранить молчание оказались тщетны, когда между ягодиц его коснулись пальцы, грубо надавливая, царапая нежную кожу ногтями, проникая внутрь. Он и не думал умолять или просить остановиться, и из последних сил старался подавить крики, вырывающиеся с непроизвольными слезами боли, когда Кристиан заменил пальцы своей плотью, входя резко и грубо.
— Давно не слышал, как ты скулишь, когда я так делаю, — выдохнул он, входя почти до упора, крепко сжимая бедра, впиваясь в кожу длинными ногтями.
Алекс часто и судорожно дышал, уже даже не в силах кричать, потому что любое усилие приносило еще большую боль.
Отпустив его и отстранившись, Кристиан повернул его к себе лицом, резко бросив на стол спиной и тут же притянув к себе за ноги, сведя их и держа под коленями, слегка отведя в сторону.
— Так приятнее, видя твое лицо и то, как ты пытаешься сдерживать себя, — довольно улыбнулся Кристиан, прикрывая глаза и вновь входя в него, но уже не так резко. — Похоже, Дэвид все-таки нечасто пользует тебя, потому что ты все такой же чертовски узкий.
Отвернувшись, Алекс схватился за его руку, сжавшую шею.
От сильного толчка в столе открылся верхний ящик, а от последующих в этом ящике рассыпались бумаги, и вскоре среди них блеснуло дуло пистолета. Алекс заметил его, когда приоткрыл глаза, и, попытавшись подыграть движениям Кристиана, немного повернулся на бок и протянул руку, чтобы дотянуться до оружия хотя бы кончиками пальцев.
— Опоздал, — тоже заметив пистолет и быстро достав его из ящика, Кристиан уперся дулом в грудь Алекса.
Хоть внутри и метался страх того, что Кристиан может выстрелить, Алекс обеими руками обхватил его за запястье. Пытаясь расслабиться, чтобы отвлечь, он старался расслабить мышцы и тут же напрячь их, сжимая проникающую в него плоть еще сильнее. И как только Кристиан закрыл глаза от удовольствия и явно увлекся процессом — Алекс схватил пистолет за дуло и выбил его из рук.
— Хватит!.. — дрожащим голосом произнес он, когда Кристиан замахнулся, чтобы ударить, но остановился. — Я никогда раньше не стрелял, но... думаю, не промахнусь...
Кристиан вынужденно согласился. Расстояние и автоматическое оружие были явно не в его пользу.
— Отпусти меня... — болезненно вздохнув, Алекс встретился с недовольным и злым взглядом. Он старался держаться увереннее и дать понять, что не шутит, но его волнение выдавало сердце, бьющееся настолько быстро, что отдавалось в пистолете, дрожавшем в руках. Послушавшись, Кристиан отошел от него, поправляя свои брюки.
Наблюдая за ним, Алекс отдышался и, держа пистолет одной рукой, натянул на себя джинсы. Тело сводило от боли, а ноги подгибались, но адреналин, мечущийся в крови, притуплял эти ощущения.
— Куда это ты собрался? — Кристиан дернулся в его сторону, когда Алекс медленно встал со стола, но остановился, потому теперь уже в его грудь упиралось дуло пистолета.
— Домой... дай мне уйти... — подняв взгляд, Алекс крепче обхватил оружие обеими руками.
— С чего бы? — голос Кристиана прозвучал слишком самоуверенно, вероятно, потому что в его глазах все это выглядело слишком жалко. Кроме того, он постоянно смотрел на пистолет, словно что-то проверяя и, увидев то, что хотел, стал так уверен. Алекс не знал, что именно он увидел и на что смотрел, но машинально передернул затвор пистолета. Затвор был тугим, но силы ненависти, подогретые адреналином, сделали свое дело. Он впервые держал оружие в руках, но зато видел, как это делал Дэвид.
— Отпусти меня... дай мне уйти... — повторил он, делая шаг назад, в сторону двери. — И не приближайся к Дэвиду...
— Хах, слишком многого хочешь.
— Пожалуйста... — как бы сильно ни было отвращение, Алекс все-таки произнес это. Он просто хотел, чтобы все закончилось; хотел как можно скорее уйти, чувствуя, что силы уже на пределе.
— Хорошо, даю тебе фору в десять минут. Иди, — скрестив руки на груди, спокойно и с ухмылкой сказал Кристиан, уже успев все обдумать. — Ты уйдешь, но через десять минут я снова поймаю тебя и, поверь, буду уже не так терпелив. Ты мне надоел, как и игры с тобой. Десять минут — и твое тело найдут где-нибудь из этажей этого здания, а если Дэвид придет соскрести твои остатки с пола, то я поиграю уже с ним.
— Нет!.. — выкрикнул Алекс и выстрелил.
Но промахнулся. Кристиан успел отвести дуло от себя, и пуля угодила в стену.
Лишившись форы в десять минут, Алекс, не медля, бросился бежать. Дверь лифта в последний момент закрылась за ним, оградив от почти догнавшего его Кристиана.
Сердце неистово билось и с такой силой гоняло кровь, что, казалось, Алекс слышит, как она мечется по телу.
Лифт спустился вниз, и Алекс побежал к выходу, протискиваясь между посетителями. Охранники пытались его остановить, но они были слишком большими и неуклюжими.
Когда он бежал по улице, то уже ничего не чувствовал. Ни своего тела, ни боли и не слышал своих мыслей. Он добежал до офиса Дэвида, даже не оглядываясь и не останавливаясь.
Коснувшись двери офиса, Алекс болезненно выдохнул, испытав некое спокойствие, отобравшее еще так необходимые силы.
— Какого ты так вламываешься, ты хоть зна... о, это ты! Что с тобой? — охранник поймал Алекса за руку сразу, как только тот переступил порог, но после, хоть и с трудом, узнал его.
Ничего не ответив, Алекс отбежал от него, как только рука оказалась свободна. Добравшись до лифта и нажав на кнопку, Алекс закрыл глаза, умоляя себя потерпеть еще немного. Ему физически необходимо было добраться до Дэвида и увидеть его, иначе сердце грозилось остановиться прямо сейчас.
Оставалось еще немного, и поддерживала лишь надежда на то, что Дэвид на месте, никуда не уехал и не ушел. Управляемый последними силами, Алекс открыл дверь в кабинет...
Дэвид сидел на одном из кожаных диванов у стены и разговаривал с седоватым мужчиной, сидящим на противоположной стороне.
Уже ничего не понимая и не ощущая, кроме того, что все закончилось, Алекс медленно подошел к Дэвиду и, увидев его изумленный взгляд, бесчувственно упал ему на руки.
Мужчина, сидевший поодаль, без лишних слов и объяснений удалился, предпочтя не вмешиваться не в свое дело, хотя и не без интереса окинул этого потрепанного юношу взглядом.
Чувствуя, как отчаянно бьется сердце Алекса, Дэвид отстранил его от себя, желая спросить, что все это значит, но почти бессознательный Алекс вновь прижался лицом к его груди. Горячее и частое дыхание касалось кожи сквозь ткань темной рубашки, почти обжигая.
— Успокойся... — тихо и мерно произнес Дэвид, замечая в руке Алекса пистолет, который он не отпускал с того момента, как выстрелил; его палец по-прежнему зажимал спусковой крючок, запавший до самого упора при выстреле. — Отдай мне его...
Тонкие пальцы побледнели, с силой держа оружие, и не желали отпускать его, словно срослись с этой пропитанной холодом вещью.
— Разожми руку... вот так, молодец... — голос Дэвида успокаивал, а его руки осторожно разжимали пальцы Алекса, заставляя наконец-то отпустить пистолет.
Дыхание по-прежнему было слишком надрывным и хриплым, а веки иногда подрагивали. Алекс слышал знакомый голос и чувствовал прикосновение холодных рук, но не мог заставить себя открыть глаза и хоть что-нибудь объяснить.
— Что с тобой? — похлопав его по щекам, пытаясь привести в сознание, Дэвид недовольно сдвинул брови, окидывая взглядом порванную футболку и синяки на шее.
Алекс болезненно вздрогнул и вновь прижался к нему, когда Дэвид попытался положить его на диван.
— Ответь мне, — спокойный голос Дэвида звучал как приказ, но не обремененный тяжестью и холодом. Он лишь пытался добиться хоть какого-нибудь ответа.
— Кристиан... — едва слышно прошептал Алекс, на секунду приоткрыв глаза. Все его мысли, эмоции и остатки сознания были вложены в это слово, на большее просто не хватило сил.
Сознание медленно и окончательно покидало его, утопая в усталости и боли, но с каждой секундой, что Алекс чувствовал, как руки Дэвида поглаживают его по спине, он ощущал себя спокойнее. Сердце, едва не разрывающее каждым своим ударом грудь, утихало, переставая отдаваться гулом пустоты в голове.
К моменту, когда Алекс смог более или менее прийти в себя и открыть глаза — он уже был дома, а ладони, оглаживающие его лицо, уверяли в том, что уже все закончилось; все хорошо и не нужно волноваться.
— Как ты? — спросил Дэвид, стирая с дрогнувших губ кровь, оставшуюся на ране.
Неуверенно и неопределенно пожав плечами, Алекс несколько раз быстро моргнул, привыкая к свету, всматриваясь в лицо Дэвида, постепенно обретавшее четкие очертания.
— Что-нибудь болит? — Дэвид спрашивал приглушенно и мерно, стараясь не делать резких движений, чтобы не спугнуть Алекса, который испытал слишком очевидный шок.
Как только Алекс попытался привстать, то тело тут же напомнило о каждом болезненном отпечатке. Вздрогнув, он зажмурил глаза, прогнувшись, ощущая, как боль на разные мотивы перекатывается по телу, фокусируясь в низу живота и бедрах, а в голове словно взвыла сирена.
— Понятно... — констатировал Дэвид, кладя руку ему на грудь и заставляя лечь на спину, попутно снимая с него изорванную футболку.
Взгляд невольно цеплялся за синяки и царапины на шее и становился недовольнее с каждой новой отметиной на теле, когда опускался ниже. Продолговатый синяк на животе, оставшийся от края стола, контрастировал с яркими отметинами на бедрах, виднеющимися из-под линии джинсов. Даже имея весьма скудную фантазию, не составило труда догадаться, от чего именно остались эти следы.
Повернув Алекса на бок, придерживая за шею, Дэвид стягивал с него джинсы, а его взгляду открывались уже не только багровые отметины от пальцев, с силой впивавшихся в кожу, но и ссадины, царапины и полузасохшая кровь, оставшаяся на внутренней стороне бедра от одной из таких царапин.
Прикрыв глаза, Дэвид великодушно промолчал, решив оставить свое мнение при себе, и, окончательно сняв с Алекса джинсы и с силой отшвырнув их в сторону, склонился к нему, целуя в плечо, едва заметно касаясь кожи губами. Некогда избавив от цепей долга и унизительной выплаты, он не думал, что когда-нибудь снова увидит это обреченно-измученное выражение на лице Алекса и тем более подобные следы. Дэвида самого едва не передернуло от отвращения, когда он вновь опустил взгляд к синякам на узких бедрах.
Убедившись, что Алекс пришел в сознание, Дэвид взял его на руки и отнес в ванную. Поставив в душ, словно безвольную куклу, он включил горячую воду. Ее быстрые капли скользили по телу, смывая с тела грязь чужих рук. Ненадолго выключив воду, Дэвид вылил на Алекса целый флакон шампуня, чтобы смыть с него то, что не удалось одной воде. Придерживая за предплечье, он прикасался к плечам, шее, груди, спине, бедрам, растирая по ним мылкую жидкость. Его большие ладони, согретые горячей водой, уверенно и слегка грубо скользили по коже Алекса, который резко выдохнул, коснувшись спиной холодной стенки душа. И вновь, чуть громче и надрывнее, когда длинные пальцы скользнули между ягодиц, ощутимо надавливая, причиняя боль, задевая оставшиеся в столь нежном месте царапины. Но успокаивало хотя бы то, что не было серьезных ран, которые бы Алекс вполне мог получить при подобном обращении.
Воздушная пена почти непрерывным потоком стекала к стоку, когда Дэвид вновь включил воду, смывая шампунь. Но вскоре вода, скользя по коже, перестала пениться, а запах шампуня почти испарился.
Накинув на Алекса большое полотенце, Дэвид помог ему выйти, но не спешил отпускать. Придерживая его одной рукой за пояс, Дэвид достал с полки над раковиной небольшой пузырек.
Невольно опираясь о раковину руками, Алекс вздрогнул от боли и зажмурил глаза, чувствуя, как пальцы, смазанные чем-то вязким и холодным, скользнули между ягодиц.
— Все хорошо, потерпи немного... — произнес Дэвид над ухом, касаясь его теплым дыханием, которое после горячей воды казалось прохладным.
Алекс послушно кивнул и сильнее зажмурил глаза, когда пальцы проникли в него, причиняя новую боль, но она постепенно притуплялась. Иногда тихо постанывая от неприятных ощущений, он старался как можно ровнее дышать, заставляя себя расслабиться, убеждая себя, что сейчас все хорошо; нужно лишь немного довериться и потерпеть.
Терпеть пришлось недолго: закончив, Дэвид стер с Алекса последние капли воды и, накрыв сухим полотенцем, взял на руки.
— Спасибо... и извините, что вновь доставил вам неудобства... — поблагодарил Алекс, когда Дэвид вернулся в комнату и опустил его на кровать. Чувствуя, как щеки горят от смущения, он отпрянул, когда Дэвид присел рядом и наклонился к нему.
— Ничего, — отведя от виска мокрые волосы и мимолетно коснувшись его губами, ответил Дэвид, вдыхая с теплой кожи едва уловимый запах шампуня, который теперь, вероятно, не раз напомнит о проявленной им заботе, даже если она и была подогрета чувством собственничества.
Ничего больше не спрашивая, Дэвид предпочел не вдаваться в подробности и факты, чтобы лишний раз не травмировать и без того слишком безжалостно изорванную психику Алекса. Кроме того, ему было не слишком интересно, как так вышло, почему и с какой целью, он вполне неплохо представлял себе эти причины.
— Кажется, Кристиан с первого раза не понял, что не стоит посягать на мое, — отстранившись, категорично и холодно произнес Дэвид, протягивая руку и доставая из тумбы возле кровати бутылку виски и небольшую салфетку.
Алекса передернуло от его слов и такой грубой формулировки. Было не слишком приятно от того, что Дэвид, похоже, не перестал считать его своей вещью и собственностью, и заботится только потому, что не хочет портить приглядного вида. Но Алекс вздохнул менее обреченно, когда подумал о том, что, вероятно, Дэвид просто не умеет иначе изъясняться.
Вновь приблизившись, Дэвид коснулся раны на губе Алекса краем салфетки, смоченной в виски, а когда тот вздрогнул и поджал губы, то подул на рану, чтобы успокоить жжение.
Поморщив нос от прохладного и щекочущего потока воздуха, Алекс чихнул.
— Ты и правда как котенок, — усмехнулся Дэвид, погладив его пальцем по носу.
— М? — удивленно взглянув на него из-под мокрых прядей, спавших на глаза, Алекс не нашел повода для такого сравнения.
