Змеиный бог, книга 1

Все трое видели Стеклянную Стену впервые.

>>>

(1х14) Песнь Джеремии

>>>

Ржавый стрелочный механизм оказался вполне материальным, но у слингера были все причины, чтобы оставить его в покое и не трогать совсем. Хотя бы потому, что медная табличка, закрепленная рядом на полосатом железном столбе, гласила:

УММ10А РОУЗУОТЕР ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ МК США

Прекратил действие в 1959-м

— Как это возможно? — спросил Пепел. — Хотя, черт с ним, я не хочу знать. Где ацтеки, там всё возможно. Скажи мне еще раз, макет твой, на что нам туда соваться?

— Там есть пища, — сказал Ревущий Буйвол. — Там есть механики. И мои братья-мотеро. Они помогут нам.

— Помогут нам что, поджариться в яме? — спросил Пако. Вид у торговца, впрочем, был самый жалкий, и против визита на землю ацтеков он не возражал.

— Дай нам одну минуту наедине, — попросил стрелок.

Индеец молча спрыгнул с дрезины и, не оборачиваясь, побрел в туман. Пепел наклонился к мексиканцу.

— Меня не покидает чувство, что здесь кроется западня, — сказал он.

— Ну ты Пинкертон, чико, — ответил торговец.

— Но, — остановил его слингер. — Буйвол прав. У нас совсем плохо дело с провизией и почти нет воды. Кроме того, наш крестоход скоро развалится.

Он тронул ногой перекрестья дрезины, не слишком сильно, чтобы его предсказание не сбылось немедленно.

— Черт его знает, на сколько еще хватит трущихся частей, — сказал он. — Материал изначально был весь червивый. Вдруг не успеем добраться до развязки. Пешком идти будет совсем несладко.

— Без провизии тоже несладко, — сказал мексиканец. — Я не против, чтоб западня, слингер, главное, чтоб не мне обезвреживать.

— Тогда сделаем так, — сказал Пепел. — Я пойду с Буйволом, а ты переведи стрелку и тихо кантуй дрезину следом. Тогда, если там кто-то есть... ты всё понял?

По ухмылке Пако было ясно, что он понял всё.

>>>

Аризонская земля, сухая и скрипучая как мука, крошилась у слингера под ногами. В окрестностях не росло ничего, кроме ядовитых колючек, и такие края, знал Пепел, могут тянуться вокруг на сотню-другую миль. Раскаленное солнце сияло прямо над головой, и стрелок ощущал себя яичным желтком на сковороде.

Вдали уже виднелась квадратная будка со шлагбаумом, а также рваная ограда из колючей проволоки, которая в этой версии макета "Роузуотер" была на месте. Около будки, кроме того, высился длинный барак или ангар — судя по ставням и замкам, надежно законсервированный.

Черная тень заскользила по бурому рыхлому песку, нарушив его непрерывность. Стрелок запрокинул голову, пытаясь высмотреть, что за птица виднеется в бело-голубой пустоши неба.

— Стервятник, — пробормотал он, сдвинув шляпу на лоб.

Конечно это был стервятник. Завидев Пепла, он спикировал и тяжело уселся на ближайшую скалу...

И-И-И-И! В воздухе зазвенела комариная нота, и немедленно какая-то черная спираль, огромная, дрожащая и неплотная, состоящая из тысяч отдельных маленьких теней, смела бедную птицу разорвала ее в клочья прямо на глазах у слингера.

"Летучие мыши", — успел подумать он, и чья-то рука, ухватив Пепла за локоть, дернула его и увлекла прочь с невероятной силой, усадила за скалу и спасла от несущегося потока озверелых летучих созданий.

И-И-И-И! Снова зазвенела нота, и мышиная спираль отозвалась, тонко вереща ей в унисон. Мыши рассыпались в тучу, собрались в тонкую воронку и унеслись назад.

— Что за дьявольщина? — спросил Пепел.

— Не знаю, — сказал индеец. Они оба вжались в бурую скалу, пытаясь высмотреть, что происходит по ту сторону.

Второй стервятник кружил в высоком белом небе, раскинув широкие крылья. Завидев гибель собрата, глупая птица решила спуститься ниже...

И-И-И-И! В следующий миг черная воронка из тысяч летучих мышей захлестнула и ее. Темная кровь дождем пролилась на землю, несколько перьев опустилось следом, и всё — со вторым стервятником было покончено. Поток мышей рассыпался, собрался в шар, и тонкой спиралью заструился прочь.

— Что-то управляет ими, — сказал Пепел. — Они ведут себя как пчелиный рой.

Ревущий Буйвол молча пялился в ответ. Он явно не мог понять, что происходит.

Стрелок глянул на солнце и передвинул шляпу на затылок.

— Скажи мне вот что, — попросил он. — Там, в этом макете, и правда могут быть... люди, ацтеки, твои братья?

Индеец кивнул.

— И они будут рады, если мы избавим их от этой мышиной напасти?

Снова кивок.

— Никакого плена, никаких жертвоприношений?

Буйвол отрицательно покачал головой.

— Хорошо, — сказал Пепел. — Эти мыши ориентируются по звуку. Что будет, если мы устроим свой звук?

Он извлек круглую нулевую стекляшку и принялся водить пальцем по ободу.

И-и-и-и, — негромко запел манок. Ничего не произошло, ни вокруг, ни над головой. В прерии было тихо.

— Ну допустим, — сказал слингер. Он снял шляпу и передал ее Буйволу. — Нужно, чтобы ты подбросил ее как можно выше в небо. По сигналу. Прямо вверх, над нами. Готов?

Индеец кивнул. Пепел сделал знак, и Буйвол одним стремительным усилием запустил его в небо.

И-И-И-И! Непонятный сигнал опять зазвенел у них над головой, и летучие мыши воронкой кинулись ловить подброшенную шляпу.

И-и-и-и, — слингер принялся водить пальцем по блюдечку из нулевки. Два звука встретились в открытом пространстве и образовали созвучие, — почти идеальное, бившееся почти в унисон, но не совсем.

Летучие мыши отхлынули, так и не добравшись до шляпы, словно наткнувшись на невидимый купол, в центре которого находился стрелок, водивший и водивший пальцем по краю блюдца — и-и-и-и...

— Работает, — сказал Пепел. Он подобрал шляпу и надел ее. — Теперь готовься бежать. До следующей скалы. На три-четыре.

И они побежали.

И-И-И-И! Звенела в небе пронзительная нота, швырявшая в них мышей, волну за волной, спираль за спиралью, крылатый вал за крылатым валом. И-и-и-и, — на бегу играл слингер свою контрноту, создававшую вокруг них невидимый купол. Летучие мыши врезались в него, огибали его, струились по нему и захлестывались вокруг него живым визжащим роем. Многие из них, изломанные друг о друга, падали наземь и устилали серым ковром дорогу перед бегущим стрелком и Буйволом, но ни единая из них не коснулась ни того, ни другого.

>>>

Когда они покинули вторую скалу и уже бежали к будке, Пепел и Ревущий Буйвол впервые наткнулись на разорванное тело.

Это было даже не тело, а что-то совсем выжатое и высосанное, похожее на груду кровавого тряпья, из которой скалился череп и торчала груда костей.

— Что за?.. — Стрелок приостановился и сбился с ноты, на секунду остановив палец, которым водил по краю блюдца.

— Дон тио Пепел, осторожно! — крикнул индеец, и слингер едва успел нырнуть за низкую будку, в разбитом окне которой торчал еще один окровавленный труп.

БУМ-М! Обломок сгоревшего мотоциклета — несомненно ацтекской работы — грохнулся рядом на землю, подняв высокий столб пыли. Часть летучих мышей застряла в колючей проволоке, и крылья их трепетали в ней словно крылья бабочек в паутине.

БАМ! Вслед за мотоциклетом о будку грохнулся вырванный с корнем железный болван — тренировочный манекен.

"Как-то он мелковат", — подумал стрелок. Но подробней рассуждать было некогда. Выглянув из-за будки, Пепел впервые мельком разглядел их противника.

Живой мертвец был огромен и непропорционален — левая рука его по толщине едва уступала талии. На глазах у слингера живчик ухватил этой странной рукой еще один кусок сгоревшего мотоциклета и метнул его, прицельно и довольно метко, в сторону их укрытия.

БУМ-М! Обломок протаранил стену ангара. Пусто загремело железо.

— Как видно, он всех убил, — сказал Пепел Буйволу. Тот не ответил. Он выглядел бледным, насколько эта краска могла отразиться на бронзовом ацтекском лице. Слингер хлопнул его по спине. — Понимаю. Как будто вернулся домой, а все родственники мертвы. В прерии бывает.

И-И-И-И! Пепел еще раз выглянул из-за угла. Чудовище вскинуло к небу свой странный неровный хобот, затрубило — и в сторону будки снова кинулась орава летучих мышей. Стрелок торопливо вынул блюдце и заиграл контрноту: и-и-и-и... Летучие мыши рассыпались о невидимый купол, перестроились в новый поток и кинулись обратно, к своему хозяину, которого обсели и облепили тучей, словно живая броня.

— Стреляй, дон тио Пепел, — сказал индеец необычно высоким голосом. — Стреляй в него, пожалуйста.

— Это бессмысленно.

— Кто здесь? — Рядом, в ангаре, внезапно приоткрылась железная дверца. — Джош? Это что, ты?

В дверном проеме маячил остепенившийся, но всё еще рыжий и хорошо узнаваемый Лоуренс Майкл Мэй.

>>>

— Ты здесь один? — спросил Пепел, осматривая вместительное помещение ангара, в котором штабелями хранились тренировочные манекены и в несколько рядов стояли древние огромные арифмометры.

— Да, — сказал тот, кого он всю жизнь называл "Майк", несмотря на тройное имя. — Всех моих, кто уцелел, я отправил за помощью. Тем больше, чем вероятней, что дойдут через вулканы.

Индеец немедленно спрятался в угол между двух арифмометров и сидел там, сверкая в полумраке глазами. Слингер присел на один из штабелей, а Лоуренс Майкл Мэй уселся напротив него.

— Провизия у тебя есть? — спросил Пепел.

— Какое там, — ответил Майк. — Остался бурдюк вина, полкварты виски... ах да, есть табак, хочешь?

Стрелок благодарно кивнул, и они закурили.

— Это ты, Джош, — сказал Лоуренс Майкл, указывая самокруткой на Буйвола, — тоже теперь, выходит, знаешься с ацтеками?

— Что значит "теперь"? — спросил Пепел. — Моя Трикси была из ацтеков.

— Твоя Трикси, во-первых, не твоя, — ответил Майк. — А во-вторых, не из ацтеков, а из почтеков. Это немного разные вещи.

Слингер вдумчиво и продолжительно затянулся.

— Ну допустим, — сказал он. — Объясни лучше, как ты здесь оказался, и что здесь делаешь.

— Вообще, это тебя не касается, Джош. — Лоуренс Майкл Мэй улыбнулся. — Хотя ладно, по старой дружбе... короче говоря, я и мои верные помощники, целая банда, в основном из мотерос...

— Мотерос ничьи помощники, — подал голос индеец.

Майк покосился на него.

— Хорошо, — сказал он. — Я и группа ацтеков на циклетах, которым было поручено меня сопровождать... мы получили задание доставить этого здоровячка-живчика в его среду обитания. Экология, сам знаешь. Когда мотерос его изловили, он был весь такой одинокий, еле живой, ковылял на юг вдоль железной дороги...

— Ацтеки не занимаются экологией, — сказал Пепел. — Если они захватили в плен живчика, значит, хотели кому-то продать его.

— Кому? — спросил Лоуренс Майкл.

— Чернокнижникам, — сказал Буйвол. — Когда я учился на макете Роузуотер, нас учили ловить мертвых людей и менять их на экскременты Чернокнижникам из пустыни.

— Что за экскременты? Что за чернокнижники? — Майк развел руками. — Короче говоря, это не важно... Оказалось, что этот их бедненький мертвяк вдруг умеет призывать летучих мышей. Потом еще этот койот... в общем, живчик освободился и устроил нам здесь кровавую баню.

— Экскременты богов, — сказал Ревущий Буйвол. — Это золото.

— А Чернокнижники, — Пепел затянулся и выбросил окурок. — Это незаконная группа людей, которые ставят опыты на живчиках. Используют их... как-то. Чтоб поле пахать, или мельницу крутить, я не знаю. Тебе лучше известно.

— Послушай-ка. — Лоуренс Майкл Мэй наклонился к нему. — Давай-ка прогуляемся за угол. Твой друг же не пропадет здесь один?

Стрелок поразмыслил секунду-две.

— Хорошо. — Он кивнул индейцу, и они с Майком свернули за ближний штабель с манекенами, пялившими в потолок бессмысленные оловянные глаза.

>>>

— Послушай, — сказал Лоуренс Майкл, едва они остались наедине. — Я не знаю, какие у тебя дела с этим красным, но, если он тебе не подчинен, советую избавиться от его общества как можно скорее.

Слингер нахмурился.

— У меня нет с ним дел, — сказал он. — Это случайный попутчик. Мы идем в Лас-Вегас.

— Да? И далеченько же вас от Вегаса занесло. — Майк улыбнулся, скривив тонкие губы. Он швырнул под ноги собственный окурок и растер его ногой. — Как ты думаешь, зачем твой мешика привел тебя сюда? Как думаешь, что было бы, если бы кто-то из его братьев был жив и на посту? Ты знаешь, что находится посередине этого макета, на главной площади, где ставится ратуша?

Пепел сказал:

— Мусорная яма.

— Правильно. Только не мусорная, а для жертвоприношений. Ты уверен, что ты у них не в статусе подносимого?

"Сжечь Иисуса Христа, — подумал стрелок. — Сжечь всех его слуг".

— Не знаю, — сказал он. — Вся эта история чертовски запутана. Дай-ка я еще разок закурю.

Он взял из рук Лоуренса Майкла папиросную бумагу и мешочек с махоркой, сделал самокрутку и поджег ее. Некоторое время слингер курил молча, напряженно размышляя и глядя на тлеющий огонек.

— Я тебе сразу говорю, — сказал Майк. — Этот красный предаст тебя при первой возможности.

— Видишь ли, — сказал Пепел. — С этим красным я прошел рядом немало миль. Я знаю его.

— А меня?

— А тебя я вдруг встречаю непонятно где, посреди пустыни. Все, кто привез тебя сюда, мертвы, и рядом живой труп, и ты работаешь на Чернокнижников.

— Дружище, — сказал Лоуренс Майкл Мэй. — Ты-то сам много лет пробыл на побегушках у одной, помнится, девчонки из племени почтеков. Ты хоть знаешь, кто такие эти почтеки?

— Не вижу, как это связано.

— Они шпионы! — Майк топнул ногой. — Это не ацтеки, это другое племя у них на службе. Они притворяются... тех, кого ацтеки считают возможными врагами, внедряются в их общество, работают над тем, чтобы его расшатать, помочь ацтекам втираться везде... Ты много лет подряд работал против своей страны. Жил с диверсанткой, со шпионкой...

Слингер остановил его.

— У нас есть дрезина, — сказал Пепел.

— Отлично! Где?

— Рядом, на тупике. Добежишь, если я отвлеку мышей?

— И сам по себе добегу. Спасибо!

Он наклонился к слингеру и раздельно произнес:

— Устрой так, чтоб твой мешика потерялся. Он опасен. Он тебе не нужен.

>>>

За дверью было тихо. Пепел взялся за блюдце, подал сигнал, и Лоуренс Майкл Мэй выскочил наружу. Он побежал в сторону железнодорожной колеи.

И-И-И-И! Поток мышей несся ему вслед, но Майк опережал его. Он несся вперед стремительно и живо, как бежит тот, кто вырвался на свободу после долгого заключения в пыльном ангаре. Он уже почти достиг будки...

ПАФ-ф-ф! Из шеи Лоуренса Майкла брызнула кровь. Он споткнулся, упал, вскочил, снова упал...

И-И-И-И! Мыши настигли его. Они укрыли фигуру Майка сплошным мохнатым ковром, серым одеялом, и кусали его, и хлопали крыльями. Лоуренс Майкл Мэй закричал — и захлебнулся, когда одна, а потом другая летучая мышь пролезла ему в рот, и дальше, в горло.