Книга 2. Соединяя миры.

— Это тоже не выход, — тяжело вздохнул он.

— Тогда поехали ко мне в Россию. У меня еще месяц в запасе. Отдохнем, погуляем, побездельничаем...

Вначале глаза Дэна сверкнули воодушевлением, но потом он сник.

— Не могу. Скоро концерты. Помнишь, я тебе говорил?

— А..., ну да, — разочарованно протянула Лера.

— Но ты можешь ехать, — Дэниэл был полон решимости обеспечить любимой безопасность даже в ущерб собственному желанию не расставаться с ней ни на минуту.

Похоже, Лера раскусила его намерение.

— Ну уж, нет! — возмущенно воскликнула она. — Хочешь избавиться от меня? Не дождешься! Я останусь здесь!

— Лера, это глупо!

— Нет! — упрямо отрезала женщина.

Дэниэл устало вздохнул.

— Ладно, пойду звонить детективу. Мы возвращаемся домой.

Глава 15.

Специальная служба по уборке жилых помещений, которую Дэниэл вызвал с тем, чтобы в доме навели порядок за время их отсутствия, отлично справилась со своей задачей, и ничто уже больше здесь не напоминало им о разыгравшейся несколько дней назад трагедии. Разве только что лишь вид газовой плиты наводил на неприятные мысли.

Их вечер после приезда прошел без происшествий, и они наслаждались затишьем, боясь сглазить мирное течение времени обсуждением своих домыслов о том, кто мог быть виновником тех несчастий, которые свалились на их головы. Лера дописала свою книгу и поставила точку в конце последней главы (теперь ей оставалась лишь доработка отдельных моментов), а Дэн слонялся по опустевшему без Фиджита дому и в тиши изводил себя беспокойными мыслями и предположениями, которые не давали ему покоя с тех пор, как накануне они наткнулись на Марка.

Утро следующего дня в угоду их немного подавленному настроению выдалось пасмурным и дождливым. Монотонный ритм стука капель об оконное стекло действовал удручающе.

Дэниэл стоял возле окна со скрещенными руками на груди и наблюдал за тем, как сороки во дворе дерутся из-за куска хлеба, который размяк и крошился прямо у них в клювах.

— Дэн! — окликнула его Лера. — Мне нужно съездить в Готерингтон.

— Зачем?

Он обернулся и увидел спускающуюся вниз Леру.

— Я должна встретиться с Джессикой. Помнишь, я говорила тебе о своей новой приятельнице.

— В такую погоду? — удивился мужчина. — Отмени встречу.

— Я пыталась, но ее телефон не отвечает. Она будет ждать меня у дверей кондитерской.

— Тогда я отвезу тебя на машине. Но гулять под дождем? — Дэн передернулся. — Давай пригласим ее сюда. Разожжем камин, посидим втроем, поболтаем.

— Отлично! Только вот не знаю, согласится ли она. Уж больно она застенчива.

— Ничего, уговорим! — уверенно заявил он. — Иди, одевайся. Жду тебя в машине.

Но вот только съездить вдвоем в Готерингтон им так и не удалось. Как только Дэн вышел во двор, то увидел, что его машина как-то странно накренилась задом к земле, словно готовилась взять быстрый старт и взлететь. Ее задние колеса были сдуты, и металлические диски опасно вдавились в черную пупырчатую резину.

Осмотрев свой автомобиль с обеих сторон, мужчина чертыхнулся — шины были не просто спущены, а проткнуты острым предметом, продолговатые порезы которого отчетливо были видны сбоку. О ремонте не могло быть и речи, а в багажнике было только одно запасное колесо — теперь ему придется заказать новую резину, и хорошо, если доставку произведут сегодня же, а не завтра. А пока они вынуждены будут провести дома еще один день.

Это явно было подстроено. Похоже на то, что кто-то очень хотел, чтобы Дэниэл оставался здесь заложником. Придется запереться и позвонить детективу Слейтору, сообщить тому о случившемся. Но вот только Леру он пугать не хотел...

— Лера! — позвал ее Дэниэл, когда вернулся в дом. Она как раз натягивала на себя джемпер. — Я где-то умудрился проткнуть шины, поэтому поездку придется отложить, пока не привезут другие.

— У-у-у..., — разочарованно протянула она в ответ. Зеркало отразило ее грустный взгляд. — Тогда съезжу туда на велосипеде.

Дэн починил его еще вчера, когда маялся от безделья и беспокойства.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— А что делать? — женщина проворно перехватила волосы резинкой. — Джессика ведь будет ждать.

— Ну, и что! Это не проблема. Подождет немного и пойдет домой.

— Нет, Дэн! Я так не могу!

Она виновато посмотрела на него. Схватив сумочку со стула Лера решительно направилась к лестнице, которая вела на первый этаж.

Дэн неотступно следовал за ней. Он судорожно перебирал мысли в голове, пытаясь подобрать убедительные аргументы для того, чтобы отговорить ее от этой поездки.

— Лера... — бросил он ей в спину, но договорить не успел.

Примерно на середине лестницы женщина внезапно вскрикнула. Ее нога подкосилась, и, держась одной рукой за перила, Лера медленно опустилась на ступеньку.

— Дэн, кажется, я ногу подвернула, — жалобно произнесла она.

Мужчина метнулся вниз, аккуратно протиснулся между ней и стеной и присел на корточки, так что теперь женщина взирала на него сверху вниз. Закатав джинсы, он осторожно прощупал ее голень.

— Больно?

— Немного. Но, думаю, что ничего серьезного.

— Идти можешь?

Лера встала и, поддерживаемая Дэниэлом, сделала несколько неуверенных шагов вниз по ступеням.

— Да. Все в порядке. Немного побаливает, но в целом все в норме.

— Вот видишь, кто-то очень не хочет, чтобы ты куда-либо ехала, — попытался отшутиться Дэн. — Все против этого.

Он усадил ее на диван и встал рядом, глядя на нее сверху вниз.

— Ничего, пару минут посижу и поеду, — заявила Лера, растирая лодыжку.

— Господи, какая же ты все-таки упрямая! — Дэн закатил глаза. — Ну, куда ты поедешь с такой ногой?! А если станет хуже?

— Дэн, человек ведь ждет! Если я не поеду, то меня потом весь день будет грызть совесть. А это похуже подвернутой ноги!

— Значит, не отступишься?

Лера отрицательно покачала головой.

— Ладно! — сдался тогда он. — Я сам тогда съезжу. Но только туда и обратно!

— Но ведь ты ее не знаешь!

— Молодая девушка по имени Джессика у дверей кондитерской — что еще нужно знать? Думаю, не ошибусь.

— Спасибо! — Лера смотрела на него с такой благодарностью, что у Дэна внутри все превратилось в мягкую сахарную вату. — Ты мой рыцарь! Возьми только в кладовке плащ, — вспомнила вдруг она. — Он удобный, с капюшоном. Я им уже пользовалась.

— Хорошо. Только... — Дэн немного колебался. Он боялся оставлять ее тут совершенно одну, — запрись и никому не открывай! Вообще никому, кроме меня! Я скоро.

— Слушаюсь! — шутливо отсалютовала ему Лера.

Дэн усмехнулся и чмокнул ее в губы.

* * *

Перешедший на мелкую морось дождь неприятных ощущений Дэну, в общем-то, не доставлял. Плащ служил отличной защитой от непогоды, его велосипед споро катил по мокрому асфальту, и мужчина выжимал из него максимально возможную скорость с тем, чтобы как можно быстрее вернуться обратно. До выезда на основную дорогу оставалось меньше полумили, и он уже мечтал о том, как по возвращении разведет огонь в камине, возле которого они с Лерой будут поедать булочки, которые он собирался купить в кондитерской (раз уж все равно ехал туда), когда за своей спиной внезапно услышал нарастающий рев автомобиля.

Дэниэл обернулся и кинул быстрый взгляд назад, чтобы убедиться в том, что водитель его видит и ему не грозит перспектива быть сбитым. Но то, что он увидел, заставило мужчину тревожно нахмуриться.

Неказистый, грязный, почти сливающийся с серым асфальтом автомобильчик несся прямо на Дэна, не снижая своей скорости. Его тусклые фары, слегка размытые пеленой дождя, довольно быстро приближались, словно водитель ради собственного развлечения намеривался попугать одинокого велосипедиста.

А может быть, и не просто попугать!

Дэниэл вцепился в руль, сосредоточил все свое внимание на управление велосипедом и прижался к обочине, освобождая проезжую часть для машины, но по удлиняющейся неясной тени перед собой, отбрасываемой собственной фигурой в свете фар, он вдруг начал понимать, что водитель и не думает его объезжать.

Внутри все похолодело и оцепенело от внезапной догадки, промелькнувшей в его сознании. Быстро обернувшись назад, наверное, для того, чтобы заглянуть в лицо своей смерти, Дэн вдруг отчетливо увидел за лобовым стеклом автомобиля пару широко открытых, как от испуга, но весьма решительных женских глаз. Как бы в насмешку, от резкого движения и порыва ветра капюшон слетел с головы Дэниэла, открывая убийце его побледневшее лицо с плотно сжатыми губами. Мир на мгновение замер, время застыло, а картинка зависла. Только этот молчаливый, но удивительно живой поединок двух пар глаз, да промелькнувшее перед внутренним взором любящее лицо Леры, выражение которого сменяется на безутешное горе. И еще... острая досада и сожаление о том, что он так и не успел насладиться в полной мере выпавшим на его долю счастьем. Все это длилось пару ударов сердца, не больше, а затем жизнь снова пришла в движение.

Дальнейшее произошло так быстро, что Дэн, в общем-то, даже не успел по-настоящему испугаться. Вот только-только он чувствовал у основания своей шеи холодное движение лезвия смерти — как уже в следующее мгновение машина круто вывернула вправо в попытке избежать столкновения. От резкого маневра ее развернуло на мокром асфальте, и со всего маха, на высокой скорости автомобиль въехал в плотную стену кустов на обочине и врезался в дерево, где, подскочив, замер в неестественно кособоком, наклонном положении.

Потратив время лишь на то, чтобы остановиться и соскочить с велосипеда, Дэниэл кинулся к начинающемуся дымиться спереди смятому гармошкой авто и попытался открыть дверцу со стороны водителя. Но как он не старался, сколько сил не прикладывал, та не поддавалась его судорожным, отчаянным потугам — ее напрочь заклинило. И пока Дэн возился с дверцей, перед глазами все время стояла картина женской головки со светлыми волосами, неподвижно лежащая на руле лицом вниз и залитая кровью с одного бока. То ли эта машина не была оснащена подушками безопасности, то ли они не сработали по какой-либо причине, но мужчина опасался, что он уже ничем не сможет помочь человеку внутри.

Дым из под капота тем временем уже начал просачиваться в салон, поэтому схватив с земли первую попавшуюся палку потолще, Дэн со всего размаху начал бить по боковому стеклу с противоположной стороны от водительского сидения, чтобы ненароком не повредить женщине еще больше. Когда же ему, наконец, удалось разбить окно, пришлось залезть туда всем корпусом и вытаскивать женщину наружу через узкий проем. Это было чертовски неудобно, но, слава богу, тело торпедой зажато не было, и Дэн, прилагая все свои неизвестно откуда взявшиеся только силы, в итоге смог полностью вытащить не подающую признаки жизни, как оказалось, весьма щуплую, невероятно худенькую девушку, и уложить ее на мокрую траву подальше от искореженного автомобиля.

Была ли та жива, Дэн затруднялся сказать. Во всяком случае, дыхание не прослушивалось, и все, что он мог сейчас сделать — это вызвать машину скорой помощи и полицию.

* * *

— Вы знаете эту женщину? — это было первым, что спросил у него детектив Слейтор, прибывший на место аварии, после того, как Дэниэл объяснил полицейским, что здесь произошло.

Перед внутренним взором Дэна тут же встали огромные, сияющие обожанием, восхищением и безоговорочным доверием глаза. Девушка была так подкупающе чиста, невинна и мила, что он не сумел устоять и впервые в своей жизни пошел на поводу у покровительственной жалости и неизвестно откуда взявшихся нежных чувств.

Но это было так давно... Как ее звали? Дэн перебирал в памяти имена. Кажется, Джесс. Да, именно Джесс.

— Да, кажется, я ее знаю, — нехотя ответил он детективу после небольшой заминки. — Но я видел ее всего только один раз в жизни, и тогда она не была так худа, как сейчас. Ее имя Джессика.

— Джессика? А дальше?

— Не знаю. Только имя и все.

— И при каких же обстоятельствах вы встречались и когда?

— Это было около четырех лет назад. Я смогу сказать точнее, когда посмотрю дату наших гастрольных графиков. Мы тогда выступали с концертом в Чикаго. С девушкой я познакомился на следующий день в одном из местных клубов, где мы с ребятами отмечали конец тура по США. Она была одной из наших поклонниц.

— Значит она из Чикаго?

Дэниэл пожал плечами, не сводя задумчивого взгляда с носилок в карете скорой помощи, на которых лежало неподвижное тело девушки. Как сообщили прибывшие медики, она была еще жива, хотя и оставалась в беспамятстве.

— Из пригорода. Так она говорила.

— И что же тогда произошло такого, что сподвигло ее проделать это путешествие и попытаться убить Вас? — продолжал допытываться мистер Слейтор.

Подозрительный тон детектива заставил Дэна очнуться.

— Понятия не имею! — со всей искренностью ответил он, глядя мужчине прямо в глаза. — Мы провели с ней всего одну ночь вместе и исключительно по обоюдному согласию. Если честно, то вся эта инициатива исходила полностью от нее.

Да. Ночь, которую он запомнил, поскольку к вящему удивлению Дэна девушка оказалась девственницей. Он не монах, и в его жизни, хоть и редко, но все же случались такие вот случайные связи, но никогда еще ему не доводилось спать с девственницей. Если бы он только мог догадаться о невинности этой девушки, то никогда бы не позволил той довести дело до постели! Чего уж говорить, Дэн тогда подпал под ее очаровательную влюбленность и какую-то трогательную смесь робкой скромности со вспышками женской смелости. Это пленило его, и он решил дать ей то, о чем она мечтала.

— И не нужно на меня смотреть так, словно я совершил преступление! — Дэн заметил косой взгляд полицейского.

— Я никак на Вас не смотрю, — мистер Слейтор вернулся к записям в своем блокноте.

— Неправда! Вы словно заранее обвиняете меня в чем-то! Как я уже сказал, это было по обоюдному согласию, и без каких бы то ни было личных претензий.

И это было чистой правдой! Джессика прекрасно осознавала то факт, что их отношения развития не получат. Дэн предпочел тогда сразу прояснить ситуацию, чтобы не питать девушку ложными надеждами, но та заверила его в том, что воспринимает ситуацию должным образом. Они просто много болтали, развлекались и танцевали. Какая-то болезненная застенчивость девушки всколыхнула тогда в Дэниэле покровительственное желание хоть на время подарить той счастье, дать почувствовать себя обласканной и желанной. Вот и все. Как казалось, та все понимала, и ей было вполне достаточно провести всего одну ночь со своим кумиром.

Но теперь Дэн уже не был уверен в этом стопроцентно. В свете нынешних событий в душу закралось сомнение, и отчасти он даже чувствовал свою вину и ответственность за произошедшее. Неужели он так и не научился разбираться в людях, поскольку не сумел разглядеть за невинной внешностью молодости склонность к обидам и мстительность?

Но мстить-то ему за что? Он никак не мог взять этого в толк, как ни пытался.

— Ладно, мы с этим разберемся, — детектив засунул ручку в карман пиджака под плащом. — Но Вам все равно необходимо будет сейчас проехаться с нами в участок, чтобы составить протокол и подписать показания.