— Я совмещаю, — засмеялся Егор. — Я по вам давно соскучился, ну и, само собой, дела. Я с Сашей сегодня в десять вечера по Москве вылетаю в Барнаул. Будем там в пять утра по вашему времени. В Алейск приедем ближайшем поездом. Она три дня поживёт в своей квартире, а потом вместе с делегацией поедет в Кисловодск, а у меня свои дела, о которых поговорим, когда встретимся. Не скажешь, расчистили дорогу до "Фазенды"?
— Собираются расчищать завтра, — ответил Сергей. — Если тебя не устраивает квартира Александры, можешь переночевать у нас.
— Дело не в ночёвке, а в том квартиранте, который там появился. Он оттуда же, откуда пришёл Нор, и ему не с руки встречаться с вашими ребятами. Его никто не избивал, просто получилась жёсткая посадка. Ты мог бы притормозить своих или съездить сам? Надо придумать что-то вроде того, что он оклемался, позвонил знакомым, и его забрали. Нет потерпевшего — нет и дела. Подробней расскажу при встрече.
— Вы долго собираетесь играть в эти игры за спиной государства? — недовольно спросил Сергей. — Раньше был только Нор, а теперь начали появляться другие.
— Никто не собирается его скрывать, — сказал Егор. — Мы сами работаем на государство. Точнее, сейчас работаю я в аппарате президента, а ребята работали с ФСБ, но на днях разругались. Того, о ком мы говорим, завтра или послезавтра оттуда увезут. Узнают о госте те, кому надо, только до этого с ним должен поговорить Нор. Сделаешь?
— Сегодня договорюсь, что съезжу сам, — пообещал Сергей.
— Вот и хорошо, съездим вместе. Ты можешь заодно договориться, чтобы тебя отпустили на пятницу?
— Ещё не знаю. А для чего?
— В субботу у ребят свадьба, и ты на неё приглашен. Если Катя сможет в пятницу и субботу освободиться от школы и будет кому присмотреть за девчонками, мы ждём и её. Мы обеспечим перелёт в оба конца и проживание в Москве.
— А они не могли позвонить сами? Только через тебя?
— Да боится Ольга тебе звонить! Ты нянчил её на коленях и был почти членом семьи, а после закидонов стал держать дистанцию. А ей больно это видеть.
— Посмотрим, — сказал Сергей. — Раз скоро увидимся, не будем долгими разговорами по мобильнику зарабатывать рак мозга. Если больше нет ничего срочного, я поехал.
Когда Егор появился дома, там уже был и Нор.
— Садись обедать, — сказала дочь. — Потом тебя обо всём расспросим.
— А как дела у Нора? — спросил он.
— Не о чем рассказывать, — ответила Ольга. — Всё передал Полякову, пригласил ребят на свадьбу и уехал.
— Ну и у меня то же самое, — сказал он. — Рассказал, отпросился и уехал. Был ещё разговор об Александре. Он сказал, что хотел бы видеть её в рядах сотрудников своего аппарата. Превратить, что ли, его администрацию в семейное предприятие?
— Он бы ещё предложил мне куда-нибудь баллотироваться, — засмеялась Саша.
— Он и предложил. Сказал, что если захочет заниматься политикой... Чему ты удивляешься? Спортсменка, красавица и маг. Не очень сильный, но что остаётся делать, если сильный обижен?
— Руки помыл? — спросила Ольга. — Садись есть, я уже всё наложила. Во сколько уедете?
— Виктор должен прислать машину в половине девятого. Постарайтесь без нас ни во что не вляпаться. Особенно это касается тебя. Какой-то особенный талант попадать в переделки.
— Постараюсь, — пообещала Ольга. — К свадьбе всё подготовлено, никаких срочных дел нет, а развлечение мы себе найдём и дома. Папа, насчёт ребят... С Нестеровой и Шиловым не должно быть сложностей. Деревенские тебя уважают, а Вера за Сергеем как за каменной стеной. А в городе тебя хорошо знает только Ольховский, он Лену точно отпустит и может договориться с Фёдоровыми. А потом съезди к Стародубцеву и попроси помочь. Если он позвонит Пановым и Голубевым, те тоже не должны возражать. Жаль, что вряд ли отпустят Нину. Она не на экстерне и моложе всех. Но если уломаешь и её родителей, я поставлю тебе памятник в натуральную величину!
— Попробую, — сказал Егор, — но ничего не обещаю. Я для них посторонний человек, а захочет ли Стародубцев брать на себя ответственность за чужих детей?
— Вы хоть немного поспали бы, — предложила Ольга. — Приедете по местному времени рано утром и будете потом весь день как сонные мухи. Саша может в любой момент завалиться спать, а у тебя дела.
— Посплю в самолёте, — отказался Егор. — Ты лучше всем позвони, чтобы поговорили с родителями. А то свалюсь к ним как снег на голову.
— Да всем я уже позвонила и не по одному разу! — сказала дочь. — И сказала, что ты у меня работаешь в администрации президента. Так что, если что, помашешь там своим удостоверением.
Они ненадолго заснули, и потом Егору всю дорогу до аэропорта страшно хотелось спать. В самолёте сразу заснул и проснулся, когда пошли на посадку. В аэропорту пришлось ждать получения багажа, а потом с полчаса не было автобуса. Когда прибыли на железнодорожный вокзал, узнали, что ближайший поезд до Алейска отправляется через час. Два часа в поезде Егор тоже спал и в общем выспался. Саша не хотела спать и за полчаса до прибытия позвонила Сергею, поэтому он встретил их на перроне и попытался забрать у Егора саквояжи.
— Оставьте его, Серёжа! — смеясь, сказала Саша. — Он до вашей машины и нас с вами допрёт. Арнольд не годится ему и в подмётки.
— Твои где? — спросил Егор. — В школе?
— Ещё нет, но скоро будут, — ответил Сергей. — Уже девятый час. Вам сейчас куда?
— У тебя есть час времени? — спросила Саша. — Тогда не будем пока заезжать ко мне, а сразу поедем в "Фазенду". Снег с дороги убрали?
— Вчера почистили дорогу до Матвеевки, а сегодня послали бульдозер убрать снег с дороги до лесничества. Это не мы вмешались, а директор лесхоза, у него сегодня несколько охот по лицензиям. Если не доедем до вашей "Фазенды", придётся идти пешком.
Дорогу от лесничества никто не чистил, но снег сдуло на одну сторону, и они смогли проехать почти до самого конца. Идти пешком пришлось несколько минут. Деду Николаю позвонили загодя, так что к их приходу калитка оказалась открытой, а он сам ждал их во дворе.
— Здравствуйте! — поздоровался старик, искоса посмотрев на Сергея.
— Это наш друг, — объяснила Саша. — Что же это вы, Николай Матвеевич, опять заговорили по-русски? До вашего звонка я уже начала думать, что Ольга разучилась удивляться. Показывайте, где ваш гость.
— На втором этаже, — ответил Николай. — Подождите, я предупрежу, а то он психованный. Шандарахнет своей силой...
— Я ему шандарахну! — сердито сказала Саша. — Небо покажется в овчинку! Как он с вами обходился?
— Как у них обходятся с прислугой, так и он со мной. Я даже внуку позвонил, чтобы пока не приезжал, а то мало ли что...
— Так! — сказала Саша. — Права была Ольга, когда вколачивала мне в голову магию! Будем наводить порядок! Я пойду впереди, а вы держитесь за мной.
— Побереглись бы вы, Александра Анатольевна! — обеспокоенно сказал Николай. — Я изучил всю их поганую жизнь. Баба для него не авторитет, не станет он вас слушать.
— Шура, у тебя мало сил, — попробовал остановить жену Егор. — Давай пойду я, или хотя бы позвоним Нору. Пусть его немного утихомирит.
— Ты слышал, что он говорил? — спросила она. — Пятый жрец, который почти ничего не умеет! Мне Ольга сказала, что даже если ему увеличили силу, то она будет не намного больше моей. А знаю я гораздо больше его.
— Вы как хотите, но я на всякий случай приготовлю оружие, — сказал Сергей, доставая пистолет и приводя его в готовность к стрельбе. — Если он псих...
Саша распахнула дверь и зашла в прихожую.
— Раздевайтесь, — сказала она мужчинам. — Мы пришли не на пять минут, а в доме жарко.
Они избавились от курток и пальто и зашли в гостиную.
— Ол! — крикнула Саша. — Спускайтесь, хозяева приехали.
— Я не разрешал называть меня по имени, да ещё женщине! — раздражённо сказал подошедший к лестнице мужчина. — Кто здесь хозяин?
— Я хозяин, — сказал Егор. — А она здесь хозяйка и не тебе затыкать ей рот. Тебе что сказал Нор? Если забыл, так я напомню. Сидеть тихо, слушать тех, кто приедет и уважительно относиться к Николаю Матвеевичу. А ты здесь качаешь права!
— Здесь нет дворян, а вы не жрецы и не маги, поэтому по положению ниже меня. Ниже даже вы, о ней я вообще не говорю!
— Похоже, Ардес прислал идиота, — сказала Саша Егору. — Он очутился в чужом мире, а продолжает жить по законам своего. Получил уйму знаний, но ограничился одним языком.
— Ты сама напросилась! — заорал Ол, сделал шаг по лестнице и скатился с неё в гостиную.
Жрец остался лежать, судорожно дёргаясь и тщетно пытаясь втянуть в себя воздух.
— Ладно, хватит с него, — сказала Саша. — Хотя чует моё сердце, хлебнем мы с ним горя! Вставай, чего разлёгся!
— Маг! — вытаращился Ол. — Женщина!
— Слушай ещё раз, — сказала Саша. — Сегодня вечером или завтра утром сюда приедут двое мужчин, которых послал за тобой Нор. Если хочешь добраться до него живым и невредимым, слушайся их во всём и засунь свою спесь... поглубже. Чем занимался всё время?
— Читал книгу, — почтительно ответил Ол, с опаской глядя на стоявшую над ним женщину. — Нор сказал изучать...
— Полезное дело, — кивнула она, — но для тебя сейчас не самое важное. Магию изучают годами, так что сейчас тебе книга не поможет. Ты впитал в себя много знаний об этом мире, но не стал в них разбираться. Почему? Разве непонятно что из-за незнания и несоблюдения обычаев можно попасть в беду?
— Ни у кого нет силы... — пробормотал он. — Все слабее. Слуга говорил, что здесь совсем нет магов, и в его памяти то же самое!
— Забудь о слабости людей! — сказала Саша. — Здесь тоже есть магия, но дело даже не в ней. Такой штукой, которую держит в руках этот мужчина, — она показала на Сергея, — он может на большом расстоянии пробить тебе голову. Даже если не убьют, попадешь в тюрьму и сильно осложнишь жизнь князю Нору, а тебя вроде посылали ему помочь. Всё понял? Вот тогда сиди и читай не книги, а собственную память! Осваивайся с местной жизнью, иначе и в дороге из-за тебя будут проблемы, и, когда приедешь, добавишь хлопот. Николай Матвеевич, вы не сделаете чая, пока мы беседуем с Олом? Спасибо. А ты встань с коленей и садись в кресло. Сейчас будешь рассказывать обо всём, что с тобой случилось.
Поговорив с Олом, попрощались с Николаем, который не скрывал радости по поводу скорого отъезда заносчивого и опасного жреца, и пошли к оставленной машине. Чтобы не задерживать Замятина, не стали заезжать в лесничество, хоть Егору и хотелось. Съездили в Матвеевку, где быстро договорились о предстоящей поездке с родителями Веры и Сергея.
— Завтра к часу дня я пришлю такси, — сказал Егор ребятам. — Не набирайте с собой много вещей. Возьмите только самое необходимое на три дня и то, что наденете на свадьбу. Не забудьте паспорта. С вами всё, поедем теперь уламывать родителей остальных.
Ольховских уламывать не пришлось. Когда пришли к ним на квартиру, дома была одна Лена. Василий Фёдорович подъехал вскоре после звонка дочери.
— Никаких проблем! — сказал он Егору. — И у Федотовых возражений нет, я им вчера звонил. Но съездить к ним нужно, потому что без разговора с вами не отпустят дочь.
— Не подбросите нас к Федотовым? — спросила Саша. — Своих колёс здесь нет, а капитану пора ехать на службу. К Стародубцеву уже поедем на такси.
— Я вас и к ним отвезу, и к Владимиру Сергеевичу, — пообещал Ольховский. — Когда думаете уезжать?
— Уедем завтра днём, — сказал Егор. — Свадьба в субботу, а утром в понедельник всех вернём. Капитан Замятин тоже едет с женой, они проводят ребят до Алейска.
— Вообще замечательно, — довольно сказал Ольховский. — Не забудьте сказать об этом родителям, тогда ни у кого не будет возражений.
Он ошибся: возражающие были. Упёрлась мать Бориса.
— Только через мой труп! — заявила она. — Мне всё равно, кто будет их сопровождать!
— Летите с нами, — предложил Егор. — Мы оплатим перелёт в оба конца, а поживёте вместе с сыном на той квартире, которая куплена для ребят.
— Вы же обещали каждому по квартире. Или уже передумали?
— Решили сделать это позже, — объяснила Саша. — Пока им не нужны эти квартиры. Купили четырехкомнатную для девочек и трёхкомнатную для ребят. Их там будет всего двое: ваш Боря и Сергей Шилов. Для учёбы это намного лучше общежития. Я в них жила, так что знаю, о чём говорю.
На таких условиях отпустили и Панова, и с Лапиной не было сложностей.
— Если с ними будет Екатерина Владимировна, я спокойна за дочь, — сказала Егору её мать. — Завтра утром сама позвоню в школу и соберу ей вещи.
— Твои дела мы переделали, — сказала мужу Саша. — Ты даже заработал от дочери памятник. Теперь я съезжу к Турову и будем отдыхать.
После отъезда хозяев Ол до самого вечера ходил как пришибленный. Эта женщина поразила его даже не силой, хотя он никогда не слышал, чтобы её было столько у женщин, а той лёгкостью, с которой чуть его не убила. Не ослабь она свою удавку... И ещё она была необыкновенно красива. За всю жизнь Ол не видел ни одного женского лица, которое можно было бы сравнить с лицом хозяйки дома. А ум и неженская твёрдость характера... В её глаза хотелось смотреть и смотреть, не отрываясь. Он и смотрел, и рассказывал обо всём, начиная с посещения бога. Умолчал только о камне Гарлы. Жрец вынул его из высохшей куртки и хранил отдельно от остальных в нагрудном кармане одной из рубашек Егора.
— Не вздумай никого никуда отправлять, не посоветовавшись с Нором! — предупредила его тогда хозяйка. — Обсудите это вместе с ним.
Когда сели ужинать, в калитку позвонил один из тех, кого прислали отвезти его к князю.
— Ешьте быстрее, одевайтесь и пойдём, — сказал он Олу. — Да, забыл представиться. Зовите Николаем.
— Не поешь с нами, тёзка? — спросил его старик.
— Спасибо, мы недавно ели, — отказался тот. — Тороплю, чтобы быстрее добраться до Барнаула. Там заночуем, а потом поедем без ночлега. Ненадолго задержимся в Новосибирске и в дороге сделаем несколько остановок для еды. За пару дней доедем.
Деда Николая частенько возили на машине, был он и в Алейске, и лет десять назад даже в Барнауле, но старческие воспоминания с трудом доходили до сознания Ола. Оказавшись в несущейся по лесной дороге машине, он вцепился руками в спинку переднего сидения и от страха чуть не пустил воду. Свет фар выхватывал из темноты несущиеся назад деревья, мотор гудел, как рассерженный зверь, а ошеломлённого жреца подбрасывало на неровностях дороги.
— Приходится спешить, — сказал ему сидевший рядом Николай. — За городом выедем на трассу, там не будет так трясти.
Вечерний Алейск поразил его своими размерами, морем огней и многолюдством.
"Проклятый старик! — думал растерянный Ол. — Сам запомнил всю мою жизнь, а я от него почти ничего не взял, кроме языка! Сколько ни пытаешься вспомнить, всё как в тумане!"
Когда приехали в Барнаул, Ол уже ничему не удивлялся. События, связанные с приездом хозяев, и дорожные впечатления перегрузили мозг и притупили восприятие. Навалились усталость и сонливость, и он послушно пошёл вслед за Николаем в комнату, снятую в пригородном мотеле, и, не снимая костюма, завалился спать. Утром позавтракали в расположенном рядом с мотелем кафе и в одном из магазинов накупили продуктов.
