Легенда No1. Отстойник

Пилигрим направился к гаражу, Тим — следом. Башмачник припарковал автомобиль перед входом, вышел первым. За ним вылезли Алиса и Майка. Что тут началось! Появление симпатичной девушки встретили бойко: кто-то присвистнул, кто-то взвыл волком, кто-то изобразил неприличные телодвижения. Алиса не ударила в грязь лицом, стойко перенесла вербальные домогательства, попросту их не заметив.

— Это кто к нам пожаловал?! Лиса-Алиса своей собственной сисястой персоной!

От толпы отделился довольно примечательный субъект. Примечательный, как сам по себе, так и своим нарядом. Он вразвалочку, щеря рот до ушей, начал наседать на девушку и при этом скалился по сторонам в расчете на одобрение народных масс. Ростом он был невелик, на морду — плюгав, манерами — хамоват. Зайдя сбоку, он звучно хлопнул Алису по заду, заслужив минуту славы от корешей. Тим не собирался этого терпеть, дернулся было, но не успел. Потому что наглеца, ощутившего вседозволенность, понесло. Ему захотелось прижаться к жаркому девичьему телу, и как только он потянулся к Алисе, та врезала ему коленом между ног.

Со всех сторон прозвучал дружный стон, а рожи бандитов перекосило так, будто они почувствовали то же, что и плюгавый. Он же схватился за причинное место, скрючился, сложился в коленях и взвыл.

— Еще раз ко мне приблизишься — убью,— слегка наклонившись, произнесла девушка. После чего обратилась к подошедшему Тимофею.— Встретила старого знакомого.

— Я заметил.

Теперь уже Тим склонился над ним и спросил:

— Не жмет костюмчик?

Это был тот самый доспех, который он честно заслужил на Полигоне. А носил его тот самый тип, который, пользуясь случаем, раздел и обокрал беспомощного Большакова.

— А?— продолжая корчить рожу, плюгавый приподнялся, но руки продолжал держать между ног.— Это ты? Что, решил мне предъяву кинуть? Попробуй! Я в своем праве. Раздеть лоха не в падлу. Это,— он хлопнул себя по груди,— трофей. А трофей — дело святое.

— Не ссы, не отниму,— хищно оскалился Тим.— Вещь хорошая, но западло носить ее после такого обсоса.

— Ты кого обсосом назвал?— выпятил впалую грудь обсос.— За базар отвечаешь?

— Утухни, Клещ!— прикрикнул подошедший Пилигрим. Спросил у Тима:— На самом деле твой клифт?

— Этот урод с дружками снял с полуживого, когда я в пустыне валялся,— пояснил Большаков.

— Это правда?— сдвинул кустистые брови Пилигрим.

— Так он подыхал! Не бросать же хорошую вещь?— начал оправдываться Клещ.— Трофей, опять же.

— Не по понятиям это,— покачал головой Пилигрим.

— Да как же...— попытался возразить плюгавый.

— Я сказал! А скафандр этот компенсируешь клиенту с процентами, раз он от него отказывается, и в общак за свой косяк подгонишь. Процесс закрыт. Теперь для остальных!— крикнул он.— Это наши гости. Смотреть можно, руками не трогать. Кто ослушается — отрублю их по колено... Идем, а то заждались красавицы,— это он уже обратился к Тиму.

Зашли в гараж.

Когда Пилигрим говорил, что у него машин, как у Тузика блох, Тим решил, что тот преувеличивает. Но нет. Автопарк у него был, на самом деле, довольно приличный. В просторном гараже стояло пять "красавиц". И это не считая прочей техники, размещенной на парковке под открытым небом. Те ничем не отличались от машин, на которых гоняли по пустыне шленги. Простенькие багги, непритязательные пикапы, легкие грузовички. Но эти, в гараже... Было на что взглянуть. Да, все пять были непохожи друг на друга, все пять уникальны. Единственное, что их связывало — это мощность движков. Одна напоминала гоночный болид, другая — и вовсе поставленную на колеса ракету. Третья была изготовлена в форме крыла. Четвертая превосходила три первых размерами и напоминала автомобиль, на котором приехал Большаков, вернее, ее облегченный вариант, без брони, но с двигателем, занимавшим три четверти всего объема. А вот пятая... Эта была точной копией той самой летающей штуки, остатки которой Сан Саныч разобрал на запчасти. Именно она заинтересовала Тима в первую очередь.

— Эта штука летает,— сказал он со знанием дела. Пилигрим кивнул.— И на ней тоже невозможно вырваться из Отстойника?

— Нет,— цыкнул главарь банды.— Не хватает мощности. Я разогнал ее как следует, прорвался километров на шесть в Долину, а потом тупо завис на месте. Машину болтало, как соплю на ветру. И ни сантиметра вперед. Пришлось возвращаться.

— Так что, вообще никаких шансов?— угрюмо спросил Тимофей.

— Пока их нет. Но я не теряю надежды. Рано или поздно я отсюда выберусь... Так откуда у тебя машина Колонистов?

— Вышло недоразумение...

Тим вкратце рассказал о происшествии в Вертисе, избегая острых углов и ненужных подробностей.

— Забавно, забавно...— пробормотал Пилигрим, поглощенный какими-то своими мыслями. Но тему развивать не стал, посочувствовал:— Да уж, не повезло тебе. А мог бы уже наслаждаться жизнью в какой-нибудь отдаленной Колонии. Хотя... Говорят, что ни делается, все к лучшему.

— Ты о чем?

— О перспективах. Отстойник, прости за каламбур, это, конечно, полный отстой, но и здесь можно творить историю и, главное, собирать стартовый капитал. Я не про деньги... хотя и они лишними не будут. Я про опыт, про Таланты. Понаслышался я про то, что в Верхних Мирах творится...

— А что там?— заинтересовался Тим.

— Там, как и здесь, сильный пожирает слабого. Только здесь ТЫ сильный и можешь сожрать кого угодно. Почти. А там ты окажешься в самом низу пищевой цепочки. Там такие акулы водятся... Проглотят и глазом не моргнут. И чем дальше, тем страшнее. Поэтому спешить не надо. Поживи здесь, пообвыкнись, опыта наберись, подними свой Рейтинг. А я тебе помогу. У меня, между прочим, планов громадье. И ты мог бы мне помочь.

— В чем именно?— на этот раз Тимофей спросил скорее из вежливости, нежели из любопытства.

— Я собираюсь расчистить жизненное пространство. А ты — парень способный, сразу видно. С твоими Талантами, да под чутким руководством опытного человека... Ты уже прихлопнул парочку конкурентов. Малера, того же, Свирепого Рорка. Даже в Вертисе шороху навел... А Легенд в Отстойнике немного осталось. Безумные Братья, Тор, Царь Зверей, остальные так, мелочевка. Но главную проблему я вижу в Калеме Гваре. Правда, прижать его к ногтю будет непросто. Но раз уж ты с ним все равно в контрах, то, как говорится, сам бог велел. А что касается Тора и Царя...

В гараж вошел один из бойцов и сказал:

— Царь приперся, стоит у ворот со своей железной кодлой, гостей твоих видеть желает. Ну, и тебя заодно.

— Вспомни про черта, он и появится,— недовольно пробормотал Пилигрим. Обратился к Тиму:— А ты и ему чем-то насолить умудрился?

— Вроде нет,— задумчиво произнес Большаков.— Еще утром все ровно было.

— Ладно, пойдем узнаем, что хочет его величество...

Предостережение Пилигрима Большаков воспринял серьезно, поэтому, пока шли к воротам, Тим успел прокрутить в голове события последних часов, пытаясь понять, где он мог накосячить? Чем насолил Царю Зверей? И не находил за собой ничего. Подумал нехорошее на своих друзей. Может, тиснул кто-то что-то втихаря, пока у него в норе гостевали? И первейшее подозрение падало на Майку. Он даже обернулся, посмотрел в глаза девочке, которая шла вместе с Алисой. А та, словно прочитав его мысли, изобразила на личике столь искреннюю невинность, что Тим не поверил и покачал головой.

Царь стоял за воротами, в некотором отдалении от них. Его зверинец рассредоточился по местности и старательно изображал безмятежность. Высоко в небе кружила механическая птица, сканируя пространство в пределах всей долины.

И хотя Тимофей не чувствовал за собой вины, невольно сбился с шага, обратив внимание на серьезный настрой получеловека-полуавтомата. Царь был суров и сосредоточен.

— Когда мне сказали, что к нам пожаловал САМ Царь, я ушам своим не поверил,— начал на подходе Пилигрим, старательно изображая радушие.— Сколько раз пытался тебя сюда заманить... я имею в виду, пригласить, и ни в какую. А тут сам пожаловал.

Он скалился так, что нетрудно было догадаться, какие мыслишки роятся у него в голове. Вот и Царь все понял:

— Чтобы избежать ненужных эксцессов, хочу сразу предупредить: даже не думай!— вполне спокойно произнес Элк, но от его голоса веяло стужей. После чего он приподнял руку, и над скалами появились дроны — целый рой, рассредоточенный полукругом. То, как они себя вели, наводило на мысль о совершенстве и автономности. Наверняка, Царь их как-то контролировал, но в случае чего они могли действовать и вполне самостоятельно. Судя по направленным на защитников крепости "носам", все они были вооружены стрелковым оружием разной мощности. Стоит только Элку дать сигнал, и у бандитов не останется ни единого шанса — все они были как на ладони, даже те, кто сейчас прятался среди скал. Механических питомцев Царя Зверей тоже не стоило сбрасывать со счетов. Да и сам Элк, наверняка, что-то да мог.

То, как взбледнул Пилигрим, красноречиво говорило о полном фиаско его внезапных и скоропалительных планов. Ехидная усмешка стерлась сама собой, а растерянность зависла на несколько долгих секунд. Потом он обернулся, посмотрел на своих людей, как бы предупреждая: спокойно, парни, иначе все здесь сдохнем.

И он в первую очередь.

— Что меня в тебе всегда раздражало, так это твое неверие в человека, как сосредоточие доброты и порядочности,— процедил он сквозь зубы.

— Поэтому и жив до сих пор,— безэмоционально парировал Царь.

— Чего хотел?

— Беспокоился о своих новых знакомых. Отправил их к черту на рога, и как-то тяжело стало н сердце.

— К твоему сведению, в определенных кругах слово "черт" имеет резко отрицательную коннотацию, но я сделаю вид, что ты имел в виду кого-то другого. Что касается твоих новых знакомых... Вот они, никто их и пальцем не тронул. Наоборот, встретили-приветили, провели экскурсию. Вот только напрасно они в такую даль тащились. Я ничем не могу им помочь. Рад бы, да не получится.

— Может, и не зря,— пробормотал Царь.— Они ушли, а я все думал, и пришла мне в голову мысль...

— Одной мысли недостаточно, чтобы через Долину Бурь прорваться,— прервал его, поморщившись, Пилигрим.

— Мысль — это двигатель прогресса... если мысль своевременная и в тему. А что касается Долины Бурь... Есть только одно средство, с помощью которого можно ее преодолеть...

Элк пристально посмотрел на Пилигрима, побуждая его самому догадаться, о чем речь. И главарь бандитов не подвел:

— Если ты о челноке...

Царь улыбнулся, подтверждая его догадку.

— Эта идея пришла мне в голову после первой неудачной попытки прорыва,— хрипло произнес Пилигрим.— Но уже тогда я засунул ее поглубже, потому как попахивает она дурно. Тухлятиной. Разве что ты сможешь достать нам пару билетов и убедить Колонистов, что мы белые и пушистые и больше так не будем. Или ты проведешь нас на борт "зайчиками"? Что у тебя на примете? Магия? Зелье невидимости? Операция по смену внешности?

— Нет. Я предлагаю более активные действия. Тебе ведь не впервой грабить караваны?

— Ты что...— Пилигрим едва не задохнулся от удивления.— Ты предлагаешь напасть на челнок...

— ...еженедельно доставляющий Колонистам продовольствие и прочее,— закончил за него Элк.

— Ты с ума сошел!— Пилигрим выпучил глаза от восхищения дикой отвагой Царя Зверей.

— Разве что самую малость.

— Ты хочешь, чтобы я бросил своих людей на штурм Вертиса?

— Кстати, тоже ничего себе так идея. По моим сведениям, оборонительный контур Вертиса сильно пострадал во время недавнего нападения мутантов, а его гарнизон понес существенные потери. Однако Калем Гвар недаром ест свой хлеб... или что он там ест. По его приказу оборона была восстановлена уже к вечеру, а места выбывших бойцов заняли поселенцы, так что нет, нападать на Вертис не стоит. Челнок следует атаковать, пока он будет находиться на пути от Долины Бурь к посадочной площадке в Вертисе.

— Ты серьезно?— спросил Пилигрим и рассмеялся. Один, потому что никто другой его не поддержал. Смех был бурным, но коротким. После чего он продолжил резко, выплевывая слово за словом.— Бред! Сивый бред! Напасть? Как? Сбить? Разве что у тебя есть пушка, способная прожечь броню челнока. Да и на хрена он нам потом будет нужен, поврежденный? Взять на абордаж? Чем? Есть у тебя какая-нибудь летающая хрень, сопоставимая по мощности с транспортником Колонистов? Нет? Так какого рожна?!

— Допустим, сбивать его не нужно. А вот посадить...— рассудительно заметил Элк.

— У тебя есть...

— Есть! У меня есть такая штучка, которая поможет посадить челнок в пустыне. С тебя — силовая составляющая.

— Серьезно?— задумался Пилигрим, почесывая бороду.

— Я готов... сдать в аренду эту установку,— продолжил Элк,— но у меня есть два условия.

— Это какие, интересно знать?

— Во-первых, меня интересует груз, который повезут на челноке. Он мой. Во-вторых... Я не буду принимать участия в этом... мероприятии. А значит, вам понадобится человек с Талантами Механика, способный управлять довольно сложным оборудованием.

— Значит, снова решил загрести жар чужими руками,— оскалился Пилигрим.— Только хочу тебя огорчить: нет у меня больше Механика. Был, да весь вышел. Да ты его должен помнить, Чуня, пришибленный такой из молодых да ранних. Бедолага, все боялся нос высунуть из крепости. А тут, как назло, понадобился он мне на территории. Вызвал я его, а он так и не доехал. На машину напала песчаная блоха и сожрала моего умника. Какая досада.

— Я убил песчаную блоху, если тебя это утешит,— сообщил Царь.

— Твои утешения не вернут мне Механика,— вздохнул Пилигрим.

— Ну, мое дело предложить. Найдете механика, приезжайте — вы знаете, где меня найти. Только поторопитесь: челнок с грузом прибывает через три дня. Другого такого шанса у вас не будет.

Глава 19

— Царь в своем репертуаре,— угрюмо ворчал Пилигрим.— И, поверь мне, в рай он тоже въедет на чужом горбу. Но его идея... Да, она попахивает безумием, однако... Чем дольше я об этом думаю, тем больше склоняюсь к мысли, что другого такого шанса у меня...— он скосил глаза на Тима,— ...у нас не будет. Вот только где найти толкового механика?

Тимофей сидел за столом, и задумчиво ковырял ногтем глубокую царапину. А подумать было о чем. Царь предлагал напасть на челнок. Тот самый, билет на который Большаков так бездарно профукал. Да что уж теперь об этом сожалеть... Нужно было что-то решать. И да, Пилигрим был прав: другого такого шанса может не представиться. Нет, будь Тим один... Но с пристяжью в виде взбалмошной девчонки и ребенка... И если от Алисы был хоть какой-то толк, то Майка висела на его ногах неподъемными гирями. Однако и бросать их он не собирался. Во-первых, не в его правилах. Во-вторых, зря он что ли во все это ввязался? Мог бы сейчас, сидя на веранде с видом на побережье лазурного моря, спокойно попивать коктейли где-то в далекой Колонии. По крайней мере, именно так он представлял себе эту самую Колонию. Наверное, подобные мысли навевали воспоминания о прочитанных в детстве книгах. Христофор Колумб, Франсиско Писарро, капитан Блад... Очень хотелось, чтобы так оно и было. Большаков нуждался в отдыхе.