Хордыш Кам

— Вот и отлично, хоть кому-то это трофейное барахло в радость.

— Ты самого главного не знаешь. Имперцы начали выпуск нашего пистолета-пулемёта, уже под свой патрон. Правда, он у вражины, немного слабее нашего. Понимаешь, на что я намекаю? Парни прихватили десяток этих стволов, для экспертизы.

— Отлично. Ладно, пошли уже, пора ...

Глава 18

После дружественного визита "высокопоставленных гостей" прошло двадцать дней. И именно сегодня, Кам, после прохождения внеочередного профилактического медосмотра, по категоричному настоянию Красавы и поддержавшего её инициативу Первуши, устроил себе неделю отпуска. (Нейросеть с её нанитами, не является панацеей от всех болезней.) То есть, на всё время назначенного медиком отдыха, даже искусственному интеллекту базы, если только не случится чего-либо требующего прямого вмешательства Хордыша, не позволялось его беспокоить. Где-то через час после озвучивания приговора медика, и согласно принятому молодой семьёй плану отдыха, они отправились на зимний "Курорт" — лесную деревеньку Новые малые Луки.

А по прибытию в лесной "санаторий", молодые люди, первым делом посетили дом старосты, где седобородый старик, приговорил их, к прохождению через все прелести деревенского застолья. Впрочем, хватит ёрничать. Всё проходило обыденно и просто, узнавшие о приезде своего благодетеля, особенно о его причине, деревенские жители решили по случаю устроить для себя и дорогих гостей небольшой праздник. Для чего, в самом большим из трёх временно пустующих домов небольшого поселения, в кротчайший срок освободили от запылённой мебели светлицу и прихожую. (Деревня была электрифицирована, получая энергию от реактора базы. Отопление домов, так же было на электричестве, что вначале сильно смущало аборигенов.) После чего, вдоль стен этих комнат были собраны длинные столы, за которыми поместилось всё взрослое население Луки. Больше того, осталось немного свободного места, где при желании, можно было устроить танцы, как минимум для пяти человек. Только время шло, люди ели, бражничали, а потанцульки так и не начались, их заменили застольными заунывными песнями голосистых баб, часто заглушаемых хохотом "разогретых" хмельными напитками мужиков. Лишь где-то после полудня, уставшая от всеобщего внимания чита Хордыш, "перемигнувшись" с на удивление трезвым старостой, незаметно для изрядно "расслабившихся" крестьян, отправилась на прогулку по деревне. Впрочем, побег виновников торжества был замечен детьми, которые, наблюдая за праздником, толпились около входной двери, но, получив от Жунки взятку в виде небольшой коробочки монпансье, сорванцы не подняли шума, и сами не пошли следом за дорогими гостями. Так, молодёжь в полной тишине добралась до делянки, на которой, по весне, крестьяне начнут возделывать свои огороды. Небо было ясным, мороз слегка пощипывал раскрасневшиеся щёки людей, а Кам и Эмра, как дети, держа друг друга за руку, остановились на окраине поляны и просто любовались на удивление чистым зимним небом.

— Красота то какая, Кам, — блаженно улыбнувшись, проговорила Жунка, завороженно разглядывая небосвод, — и тишина, аж не верится, что где-то неподалёку идёт страшная война. И это, я только что сейчас поняла, что не сильно то хочу возвращаться в наше комфортабельное подземелье.

— Да-а-а, красотища.

— Ой! А что это? — встрепенувшись, молодая женщина указала рукой ввысь. — Вроде что-то падает, но не "звезда".

И в самом деле, в чистом небе появился святящийся объект, который начал распадаться на мелкие части. Причём, более крупные его обломки, вспыхивали, разлетаясь множеством мелких искр. Стоит заметить, что уничтожение больших, ярких точек шло с такой скоростью, что напоминало Каму фейерверк, правда, не цветной. Так как через десяток секунд, то, что вошло в плотные слои атмосферы, походило на растущую сферу, состоящую из миллиона ярких, быстро гаснущих "звёзд". Впрочем, как Хордышу показалось, несколько раскалённых метеоритов, имели небольшие шансы долететь до планеты. Правда, произойдёт это где-то очень далеко и то, маловероятно.

— Насколько я поняла, — вмиг посерьёзнев, тихо, почти шёпотом проговорила женщина, — там, на орбите, только что сбили какой-то космический корабль. Да?

— Всё так. Похоже, это был челнок, или обломок звездолёта. И победитель этой схватки, постарался, чтоб до поверхности планеты не долетел ни один из его обломков. Сама видела, как их расстреливали.

— Камушка, это, ... Ты же говорил, что там, на Луне, спрятан твой повреждённый разведывательный эсминец. Это не его уничтожили?

— Нет, не похоже на это. В случае обнаружения, его расстреляют прямо на спутнике, не позволив взлететь с поверхности ни единому его челноку, или, даже спасательной капсуле.

— Тогда что это?

— Точно не знаю, но, думаю, что это банальная смена власти. К нам пожаловали конкуренты "пасущихся" здесь охотников за людьми. Вот между ними, могла произойти скоротечная стычка, после которой, победитель и подчищает "хвосты".

— Хочешь сказать, что мы наблюдали, как он добивал те обломки неприятельского звездолёта, что сорвались с орбиты?

— Да. А остальное ... Он или отправит к вашей звезде, или же, сбросит на естественный спутник планеты. Я бы, на его месте, именно так поступил.

— Да-а, проблема. Теперь ходи, и посматривай на небо с ещё большей опаской.

"А мне, осталось только гадать, — с тоской подумал Кам, смотря на падающую, и быстро угасающую россыпь огоньков, — была ли обнаружена моя лунная база? Вдруг её уничтожили, вместе с искином."

Как зимний лес ни был прекрасен, однако, романтическую прогулку пришлось "сворачивать" и спешно возвращаться в деревню. Кам с Эмрой, как только оказались в занятом сельской администрацией доме, направились к занимаемой узлом связи комнате. Дежуривший в той хате белобрысый отрок, увлечённо болтавший о чём-то с сидящей рядом с ним парой посыльных, увидев торопливо вошедших супругов, тут же умолк и встал из-за стола, на котором стоял угловатый полевой телефон.

— Здравия вам, господа. — хором ответили торопливо поднявшиеся со стульев подростки, при этом, изобразив лёгкий, слегка затянувшийся поклон.

— Здорово, соколики. Здравствуйте. — слегка в разнобой ответила семейная пара.

— Вам нужно сюда кого-то позвать? Или кого ищите? — слегка растерянно поинтересовался дежурный связист, почему-то при этом, предано заглядывая в глаза именно женщины.

— Немедля соедини меня со штабом нашего отряда. — ответила она.

— Сею секундочку. Я, сей... — начал угодливо бормотать блондин, подняв трубку и несколько раз провернув магнето.

Единственное что сказал Хордыш, когда связь была установлена и на том конце послышался голос Эмры: "Это Кам, я жду вас в деревне, на узле связи. Незамедлительно." — После чего, положил трубку телефона и попросил ребят отпереть кабинет сельской управы. Заодно уточнил, чтоб помимо традиционного сбитня, туда принесли травяного чая и пирогов. Так что, Первушу и вдову его старшего сына, они собирались встретить сидя за накрытым столом. Коротая время, то есть, приступив к чаепитию и дегустации выпечки, к ароматному сбитню, чета Хордыш так и не притронулась, Жунке, из-за её беременности, употреблять подобное питьё было противопоказано, а Кам, воздержался от лечебно-согревающего напитка в знак солидарности с женой.

Когда соратники появились в вышеупомянутом кабинете, Кам, вместо приветствия задал Вопрос:

— Вы знаете о том, что на орбите планеты произошёл небольшой конфликт, окончившийся как минимум гибелью одного из космических кораблей?

— Знаем, — ответил Первуша, подойдя к столу и после того, как за него присела Эмра, уселся сам, — видели, как он сгорел в плотных слоях атмосферы.

— Ещё удалось что-либо узнать?

— Нет, не удалось. Но, мы не думаем, что опасность нашего обнаружения и последующего уничтожения исчезла.

— Согласен. Поэтому, немедленно распечатайте мне на принтере несколько противоракетных имитаторов-ловушек — для десантных челноков.

— Несколько, это сколько? — присоединившись к диалогу уточнила Эмра. — И это ...? Что ты собираешься с ними делать?

— Сделай мне на всякий случай три штуки. — проигнорировав последний вопрос, продолжил инструктировать Кам. — Кстати, покопайся в их программном обеспечении, ты долж...

Далее, после детального объяснения Эмре всех тонкостей полученного ею технического задания, и последовавшего за этим огромного количества заданных ею уточняющих вопросов, начался банальный спор, относительно дальнейших планов действия. Тот спор, в котором редко рождается истина, когда, "скатившись" в полемику люди, отдавшись во власть эмоций ссорятся, иногда основательно. Благо на этот раз, удалось прийти к единому решению, то есть, Каму удалось убедить своих соратников в необходимости самому поучаствовать в предстоящей операции. Для Хордыша, в этом выходе существовала парочка минусов. Во-первых, в охрану ему дали сразу пятерых бойцов, не считая командующего ими капрала, и не одного андроида-носильщика. Мол, задание опасное, а подобная технология, не должна быть "засвечена" перед посторонними. Во-вторых, с трудом удалось убедить жену остаться в лагере. Для этого, пришлось соглашаться с многими из предъявленных ею дополнительных условий и ... Проведя в деревне более пяти суток, в компании взволнованной жены, ждать, когда всё заказанное оборудование будет готово.

Сам же выход, с первого дня не заладился. Началось с того, что примерно в полдень, пришлось более чем на два часа залечь около одной из грунтовых дорог, по которой гнали огромную колонну медленно бредущих, обессиленных военнопленных. Оскальзываясь, шаркая по плотно укатанному снегу, пленники обречённо шли, посильно поддерживая друг друга и немногочисленных раненых. Замыкала эту скорбную процессию группа горемык — из восьми человек, которые не смотря на стимулирующие пинки и удары прикладами по спине, постепенно отставали от основной колонны. Надо же, всё ещё находясь в поле зрения партизан, конвоиры решили избавиться от обузы. Тем временем, как двое из трёх вооружённых охранников, которые до этого торопили обессиленных людей, взяли группку на прицел своих винтовок, третий, с обыденной непосредственностью нанёс первой жертве удар прикладом в затылок. Затем, с флегматичной неспешностью, палач прибил всех остальных. Лишь после этого, имперцы, ударами штыков в грудь, проконтролировали свежих покойников.

"Скрепя" зубами, партизаны наблюдали за разыгравшимся перед ними локальным актом бойни, проклиная полученное ими задание, из-за которого они не имели права наказать нелюдей в военной форме. Им, только и осталось, что ожидать возможность подбежать к покойникам и стащив их в кучу, пожертвовав содержимое парочки небьющихся фляг с термической жидкостью, кремировать. Из-за ограниченного лимита времени, сделать что-либо большее они не могли себе позволить. Даже это благое деяние, чуть не стало для группы причиной провала, спасибо, что им удалось вовремя заметить колонну с крытыми грузовиками, уйти в лес и полноценно замести оставшиеся следы. (В местах их выхода и ухода с грунтовки, бойцы поставили одноразовые артефакты, не меньше чем на пять часов скрывшие все оставшиеся на снегу следы. По истечению положенного срока, относительно небольшие цилиндрики просто расплавятся и ни снег, ни вода не станут для этого помехой.)

Следующий день, так же преподнёс боевой группе свою неприятность. На которую, бойцы не смогли не отреагировать. На лесной, извилистой дороге, вернее, на накатанной за долгие годы пары колей, оставшихся от тележных колёс и полозьев саней, стоял обоз. Сами обозники, точнее их трупы, лежали возле своих розвальней, и были уже раздеты до портков. В самих санях, увлечённо рылся десяток вооружённых кампров. Нетронутые разбойниками лошадки, пофыркивая и испуганно косясь то на чужаков, то на тела своих хозяев понуро стояли и прислушивались к звучавшим со всех сторон звукам, да постоянно двигали ушами. Уж тут сдерживаться никто не стал, обменявшись условными жестами, партизаны распределили цели и по сигналу, выстрелу Кама, отработали по бандитам из своих пистолетов пулемётов. Открыть ответную стрельбу, смогли четверо полицаев, из которых, самый опытный продержался около двух минут. До того, как погибнуть, мужчина получил пару ранений, первая пуля, в самом начале перестрелки, угодила ему в левое плечо. Вторая, пробороздила кожу на икроножной мышце, оставив длинную, рванную рану. Третья же, угодив в глаз, окончательно угомонила вояку.

— Чисто! Чисто! ...! — как только отзвучал последний выстрел, последовала череда докладов.

— Доложить о потерях! — сухо потребовал Хордыш, не отрывая взгляда от недавнего поля боя и продолжая прислушиваться к наступившему лесному безмолвию, если конечно же, не учитывать далёкий стрёкот какой-то, испуганно улетающей лесной птицы.

— Потерь нет. Лишь Третьяк Семьгла, получил лёгкое ранение в правое плечо, ему уже оказывается помощь.

— Вижу. Провести контроль, ножами! — продолжая держать обоз под прицелом, отдал команду Кам, когда был окончен короткий доклад. — Сектора друг дружке не перекрывать!

— Есть контроль! — ответил командир пятёрки, коренастый младший капрал Хомчик, который в своём тулупе был схож с белым медвежонком.

Повинуясь его жестам, бойцы, по всем правилам проконтролировали павших врагов, всех без исключения. Делали это несмотря на то, что в нескольких случаях, было прекрасно видно, что бандиты в правке не нуждаются. Исполнители, осторожно передвигаясь, убеждались, что напарник навёл своё оружие на нужный труп. Только после этого, они отфутболивали лежащее рядом с покойником оружие, и лишь затем, выверенным, отработанным движением наносили контрольный удар трёхгранным стилетом.

Как только был "проверен" последний труп с сине-бело-жёлтой повязкой на рукаве, Хордыш приказал собрать валяющееся в снегу оружие, и не забыть про имеющиеся у коллаборантов документы. (Для покорённых империей стран, она вводила новый флаг, указывающий на то, что отныне, эта страна Дейская колония. Прямоугольное полотнище выглядело так — сверху в низ, синий, белый и жёлтый свет. По центру знамени каждой из коронной колоний, для точного их распознавания, по центру изображался крупный герб покорённой страны и лишь золотое навершие, изготавливалось в виде имперского герба. Вот и повязки, носимые кампрами на левой руке, имели ту же цветовую последовательность.) Только после этого, в сани были загружены все покойники, и их не сортировали на своих, и чужих. Правда перед этим, партизан ждала жуткая находка, в санях, из-под устилающей дно возков разворошённой соломы, виднелись искажённые в предсмертной муке лица двух истощённых военнопленных. После детального осмотра обнаруженных жертв, младший капрал пришёл к выводу, что, если судить по изрядно изношенной и грязной форме убитых, можно предположить, что дровосеки подобрали этих людей в лесу. И скорее всего, тайно куда-то их перевозили. Вот только не повезло, люди случайно наткнулись на прислужников империи, которые, обнаружив бывших воинов уничтоженного княжества, долго не мудрствуя, перерезали беглецам горло. И как наказание, забили прикладами сердобольных жителей некого лесного селения, которым не посчастливилось попасться с запрещённым "грузом". Конечно же, перед самим убийством мирных граждан, бандиты, дабы не портить хорошие вещи, заставили свои жертвы раздеться до исподнего. А дальше, перед тем как приступить к более детальному обыску обоза, успели увязать ношенное барахло в пару узлов, которые уже лежали в передних санях.