| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Риган, ты видишь?
— Слёзы гианы!
— Этого не может быть. Гианы вымерли сотни лет назад.
Шмыгнув носом, Юлька постаралась отринуть гнетущие мысли и прислушалась к взволнованному перешёптыванию алхимиков.
— Ты говорил, что он использовал "Сосуд силы".
— Говорил. И ты не можешь отрицать, Риги, выглядит очень похоже: эльфийские черты, волосы как у сильфид и друидок...
— Могу и буду! Я сразу предупреждал, Ширан: для "Сосуда" многовато отклонений. Гарпиевые крылья, вампирьи клыки....
— Подумаешь! И гарпий, и вампиров нельзя причислять к вымершим видам. Есть немало свидетельств, что они по-прежнему обитают в восточной части Снежного материка.
— А ногти? Ты видел узор?
Юлька с недоумением посмотрела на приобретённый в Аренте "маникюр". Хаос, сумбур, абстракция — больше в голову ничего не приходило. Однако Риган был иного мнения, о чем, не задумываясь, сообщил брату:
— Я убеждён: это метка заклинателей драконов! Помнишь, Бергеш посылал меня в Пайфер за желчью ехидны? Так вот, на обратном пути довелось мне ночевать в доме мэтра Блисау. То ещё место, я тебе скажу. Спать в этом притоне некромантии только сумасшедший рискнёт, так что я всю ночь рылся в его библиотеке. Там и наткнулся на книгу о драконьем народе. И поверь мне на слово: узоры в ней описывались — один в один!
— Считать узором сей бессмысленный набор линий? Не смеши меня, Риги!
Юля машинально кивнула, соглашаясь с Шираном, но Риган упорно стоял на своём:
— Если б ты своими глазами видел ту книгу, не сомневался бы. В девчонке течёт кровь драконьих людей, и это так же верно, как и то, что она плачет слезами гианы!
— Со слезами, действительно, не поспоришь. Значит, кровь мёртвых народцев... Никогда не слыхал ни о чём подобном!
— Это же Отступник, — глухим шепотом произнёс Риган. — Его сам глава Ордена боится, хоть и отец. Не зря же всей Десятке пришлось напрячься, чтобы запереть его в стенах родового замка.
— Вырастили мальчугана. — Ширан хмыкнул, посмотрел на Юльку и весело ей подмигнул. — Всех переплюнул. Гибрид? Что ж, диковинное название для диковинной магички. Кем ты была изначально, девочка? Оборотнем? Или дремучей верхнеравнинной крестьянкой?
"Надо же, сподобились моим происхождением поинтересоваться. А вот шиш вам! Считаете меня дикой зверушкой — флаг вам в руки!" Землянка глуповато улыбнулась и похлопала пушистыми ресницами, предлагая алхимику самому придумать ответ. Что он благополучно и сделал.
— Не помнишь? — спросил сочувственно. — И не надо. Гибрид так гибрид.
Братья переглянулись, одновременно качнули головами и погрузились в задумчивое молчание. Юлька хотела последовать их примеру, но тут скучный, ничем не примечательный каменный коридор, по которому они продвигались, закончился, и глазам предстала жутковатого вида деревянная клетка без одной стенки.
— Это подъёмник, — буркнул Риган и потянул сбившуюся с шага девушку внутрь.
Юлю поставили в центре кабины, солдаты взяли её в кольцо. Лязгнули мощные толстые цепи, "лифт" оторвался от каменного пола и, чуть покачиваясь, поплыл вверх. К сожалению бравые широкоплечие воины загораживали обзор, и Юлька, дабы рассмотреть хоть что-нибудь, задрала голову вверх. Картина разочаровала: тёмные стены колодца, тускло освещённые жёлтыми шарами-светильниками, утопленными в камень. Девушка удручённо хмыкнула и уставилась на свои босые ноги. В желудке урчало почти безостановочно, но о еде она не думала. А думала о делах насущных. О том, что застряла в Тайшане надолго, а чтобы покинуть дворец Бергеша, нужно либо с полётами разобраться (да кто ж ей даст!), либо — с магией.
"Не зря же все вокруг твердят, что дар у меня исключительный. Значит, я способна на многое. И Алексис, что б ему ни дна, ни покрышки, мне это наглядно продемонстрировал. Правда, в результате, я оказалась в плену, но не будем о плохом... Нужно сразу признать, что ошибок я ещё наделаю массу, без них учение не обходится. Главное, не сдаваться! Э-эх, вот бы консультанта какого-нибудь найти или учебник с заклинаниями, на худой конец. А то чувствуешь себя обезьяной с гранатой! — Юлька переступила с ноги на ногу, украдкой бросила взгляд на задумчивых алхимиков и невесело усмехнулась: — А вот смогу ли я местные книжки читать, бабушка надвое сказала. Вроде говорят все по-русски, только это ничегошеньки не значит. Вдруг только думаю, что по-русски, а на деле — это я лопочу на ихнем, арентийском. Слёзы, крылья появились, может, и язык сам собой изучился. Но говорить — одно, читать — другое. Надо при случае проверить. Должна же быть во дворце библиотека... Так меня туда и пустили!"
Подъёмник дрогнул и остановился. Солдаты расступились, выстроились в две шеренги. Алхимики провели свою подопечную по импровизированному коридору, распахнули белоснежные двери, и Юлька вошла в коридор настоящий. Вот тогда-то она и смогла оценить, что такое королевская роскошь. Позолоченная лепнина, картины, вернее, монументальные полотна в массивных рамах, золотые люстры и светильники, фарфоровые вазы в человеческий рост, мечи, сабли, шпаги с золотыми, усыпанными драгоценными камнями рукоятями, десятки белоснежных дверей с нежным, опять-таки золотым орнаментом. А уж пол, по которому Юлька шагала босыми ступнями, и вовсе поражал воображение. Под ногами то трепетала водная гладь, то расстилалась поляна, покрытая молодой, едва пробившейся сквозь хладную землю травой, то извивались в камне зелёные ветви, изящно переплетаясь между собой и радуя глаз мелкими розоватыми цветами. То пол вдруг превращался в реку, скованную блестящим ледяным панцирем. И хоть Юлька дала себе слово помалкивать, удержаться от мучившего её вопроса не смогла.
— Это ведь не настоящее, да? Сделать такое людям не под силу!
— Ну, почему же. — Ширан снисходительно улыбнулся. — Если люди — маги, то способны и не на такое. Но ты права. Дворец в Тайшане строили гномы, а отделкой занимались друиды. Они редко работают сообща, но когда такое случается — рождается шедевр.
— Мы пришли. Тихо! — шикнул на брата Риган.
Алхимики дождались, пока солдаты распахнут очередные бело-золотые двери, и ввели землянку в большую полупустую комнату, выдержанную в светлых пастельных тонах с вкраплением мелких фиолетовых пятен: подушек, в художественном беспорядке раскинутых на широком удобном диване, салфеток, расстеленных на большой каминной полке, атласных лент, стягивающих бледно-синие гардины в полуметре над полом.
"Маловато для того, чтобы именовать гостиную сиреневой. Впрочем, хозяин — барин!"
Кроме дивана и овального стола с десятком стульев из тёмного дерева другой мебели здесь не было, впрочем, солдаты с лихвой украсили скромный дизайн: рассредоточились вдоль стен и замерли точно статуи, даже дышать, казалось, перестали. Юлька же втянула носом умопомрачительные запахи еды и потянула алхимиков к столу. Риган отодвинул стул, однако усесться на него оказалось делом непростым. Юля пристраивалась и так, и этак — но крылья каждый раз упирались в резную спинку, заставляя девушку вздрагивать и вновь подниматься на ноги. Наконец, она замерла на самом краешке сидения, упёрлась запястьями в ребро столешницы и жадным взглядом оглядела блюда и тарелки. Чего здесь только не было! Свёрнутые трубочками ломтики ветчины и сыра; масляные ракушки; неизвестные Юльке салаты и овощные закуски; хлебцы, булочки, пироги; вазочки с вареньями и джемами. Но больше всего девушку потрясла трёхъярусная ваза с пирожными. Крошечными, на один укус. Но каждое было неповторимым, совершенным произведением кулинарного искусства: замки с острыми шпилями и марципановыми флагами, корабли с разноцветными парусами, бессчётное количество животных и птиц — лошадей, лебедей, оленей, зайцев, белок, голубей... У Юльки аж дух захватило, а рука сама собой потянулась за лакомством.
Алхимики ехидно хихикали, наблюдая за крылатой сладкоежкой. Ширан наполнил чашку густым багряно-красным напитком и поставил её перед Юлей. Девушка благодарно кивнула, ни на секунду не переставая жевать, сделала быстрый глоток и зажмурилась от наслаждения. Напиток оказался терпким, чуть кисловатым, идеально дополняющим изысканный вкус пирожных...
Но счастье почему-то никогда не бывает долгим.
— Приятного аппетита, дорогуша.
Юлька вскочила, роняя стул, некрасиво закашлялась, прикрыла ладонью рот и округлившимися глазами вытаращилась на стоящего в дверях мужчину. Тёмные волнистые волосы до плеч, хищное лицо с резкими линиями бровей и насмешливыми синевато-чёрными глазами. Изогнутые в кривой ухмылке губы. На левой щеке почти исчезнувший абрис кленового листа, под правой бровью яркая татуировка — три золотых ромба.
— Тельвар?!
— Узнала. А я, представь, и не надеялся. Мне сказали, у тебя с головой совсем плохо.
Маг вальяжной походкой приблизился к замершей в испуге девушке. Двумя пальцами подцепил её подбородок и язвительно цокнул языком.
— Что ж ты так? От спутников своих удрала, метку мою свела, а свободы-то всё равно не получила. Ты же привыкла к свободе. Я это сразу просёк, стоило тебе открыть свой прелестный ротик. В твоём мире все женщины такие? Можешь не отвечать, мне, в сущности, всё равно. Они там, а ты здесь, в Аренте.
— Что Вам от меня надо? — с трудом выталкивая слова, пролепетала Юлька.
— Тебе все пункты перечислить или только главные? — Карром усмехнулся, разжал пальцы и холодно зыркнул по сторонам: — Оставьте нас! И передайте единовластнику, пусть готовится к церемонии.
Солдаты, а следом за ними и братья-алхимики резво потрусили к дверям, и Юлька задрожала, как в ознобе: оставаться с Тельваром наедине после того, что она сделала с ним в джунглях, было жутко. Сердце колотилось как бешеное, на глаза навернулись слёзы, крылья за спиной рвано подёргивались. "Надо что-то сказать в своё оправдание", — мелькнула трусливая мысль, но была тут же отвергнута, поскольку Юля отчётливо понимала: вящему её оправдания неинтересны.
Двери с тихим щелчком закрылись, и девушка инстинктивно сделала несколько шагов назад. Натолкнулась на поваленный стул и едва не упала — Тельвар вовремя схватил её за руку, рванул на себя, и Юлька оказалась в стальных объятьях.
— Пока ты жива — ты моя добыча!
Руки мага скользнули на бёдра девушки, и она попыталась отстраниться. Но легче, наверное, было сдвинуть гору, чем оттолкнуть от себя широкоплечего мускулистого вящего. Ужас в душе начала вытеснять паника. "Мы одни, никто не поможет. Здесь всем на меня плевать!"
— Я принадлежу Алексису Ребарат-Нуру! — выкрикнула Юля единственное, что пришло в голову.
В то, что слова помогут, она не верила, но Карром неожиданно ослабил хватку, а потом и вовсе оттолкнул пленницу. Ничего подобного девушка не ожидала и, как следствие, шлёпнулась на пол, ощутимо приложившись пятой точкой о каменные плиты. Зашипела от боли, но захлопнула рот, стоило поднять глаза на лицо Тельвара. Маг был в бешенстве.
— Выходит, Бергеш не соврал и метка, действительно, содержит его имя. Я думал, что ты умнее и не позволишь манипулировать собой. — Он осёкся, нахмурился, видимо, какая-то мысль ему не понравилась, смерил девушку цепким, внимательным взглядом и медленно, словно нехотя, поинтересовался: — Там, в своём мире, ты была магом?
"И почему умные вопросы приходят им всем тогда, когда у меня напрочь отсутствует желание на них отвечать? Нет, чтобы поинтересоваться при первой встрече..." — со злостью подумала Юлька и крепче сжала губы.
— Твоё молчание выглядит жалко.
— Пусть. Нам не о чем разговаривать!
— Да... с выдержкой у тебя проблемы. — Тельвар надменно фыркнул, шагнул к пленнице и рывком поставил её на ноги: — Знаешь, Юля, ты самая что ни на есть последняя дура! Тебе не меня нужно бояться, а милого и обаятельного Алексиса.
— Ничего себе милого? Да вы с ним друг друга стоите! — Юлька упёрлась в грудь вящего кулаками и лихорадочно затараторила, опасаясь, что Карром её остановит: — Я помню, как ты обошёлся со мной и Эриком! Да и Горр мне кое-что рассказал. Ты пытался меня отравить! А ещё я своими глазами видела, как ты превратил старика-конюха в мокрую лужицу! Так что нечего прикидываться добрячком! И вообще, лучше не выводи меня из себя, иначе я за себя не ручаюсь!
— Даже не мечтай! На этот раз я готов к любым твоим выходкам! И раз уж ты заговорила о моём ручном тангире, хотелось бы знать: почему он не откликается на зов? Он чем-то не угодил тебе, и ты его прикончила?
Юлька злобно оскалилась, демонстрируя магу острые клыки, и с расстановкой произнесла, впервые в жизни испытав наслаждение от того, что говорит оппоненту гадость:
— Я освободила твоего ручного питомца, и он снова стал опасным и кровожадным монстром. Надеюсь, что рано или поздно, его пасть сомкнётся на твоём горле, и он сполна насладиться местью!
— Очень впечатляющее выступление. Решила, что раз устояла против яда, то бессмертна? Ничуть! На такое даже Отступник не способен. Способ убить тебя — есть, и я с превеликим удовольствием его поищу. Алексис никогда не получит тебя! Он будет столетиями гнить в своём замке. Ты же сдохнешь сразу после того, как побеседуешь с Ревальдом! А пока есть время — развлечёмся. Хочется посмотреть, на что способно тело, под завязку наполненное магией Аренты!
С этими словами Карром подхватил Юльку и легко перекинул через плечо. Девушка не сдержала крик: ей показалось, что крылья сейчас отвалятся от спины вместе с куском плоти.
— Больно? — издевательски осведомился Тельвар. — Привыкай. Это только начало, дорогуша.
— Гад!
Юлька в отчаянье замолотила кулаками по спине мага, но тот лишь рассмеялся и, хлопнув девушку по ягодицам, быстрым шагом покинул сиреневую гостиную.
— Гад, — повторила Юля и замерла, тоскливо глядя, как бело-золотые перья волочатся по волшебному полу, сделанному друидами и гномами.
— Правильно, к чему трепыхаться — силы тебе ещё понадобятся. — Карром отсмеялся и теперь говорил совершенно серьёзно: — Кстати, ты очень красивая. Мне даже жаль, что Алексис выбрал тебя для своих опытов. В другое время и в другой жизни я бы в тебя влюбился, честное слово.
"Да пошёл ты!"
— Думай потише! Я могу и обидеться. Между прочим, зря ты не попросила Викнара научить тебя ставить щиты на поверхностные мысли. Очень удобная вещь. А Шайлэ у нас умник, любит обучать молодых магов. Магистру давно следовало его учителем в школу пристроить, а не секретарём при себе держать. Политика Викнару ни к чему, он в ней ни бельмеса не понимает. Вот зачем его принесло в Главерну? Сам, небось, не знает. А вообще, странно, что наш умник прозевал тебя, детка. Не расскажешь, как это произошло?
— Нет!
— Ничего, скоро ты станешь сговорчивей и мы вернёмся к этому вопросу.
Маг дошёл до конца коридора и стал спускаться по лестнице. Теперь Юлька наблюдала, как её роскошные крылья чиркают по ступенькам, словно Карром волочит за собой огромное опахало. По сторонам девушка не смотрела, головой в любопытстве не вертела, ибо страшилась натолкнуться взглядом на кого-нибудь из обитателей дворца. "Выгляжу как мешок с картошкой. Равнодушный ко всему мешок!" Быть может, стоило сопротивляться, кричать, ругаться, кусаться, однако на Юльку вдруг накатила апатия. Понимание, что всё равно не вырваться, бетонной плитой давило на сердце, и грядущие муки казались чем-то закономерным и неотвратимым. Тем, с чем бороться совершенно бессмысленно.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
