На великие дела их вдохновлял сам пресветлый Верховный Архимаг — мудрый старец с посохом в руке поспевал повсюду, он дарил надежду, он заставлял поверить в свои силы. Где бы он не появлялся, на бастионах ли, на крепостных стенах, на уличных баррикадах, в порту — всегда за ним шла боевая ярость, желание стоять до конца, до последней капли крови, и умереть, но не сдать свой город.
Мыс Славы был готов к битве.
* * *
Да уж... Готовы они, это неоспоримый факт, с которым по причине неоспоримости и спорить не буду. И пусть тут нет тварей, нет вампиров, нет магов — зато тут есть высокие стены и куча мужчин, женщин, стариков и детей, каждый из которых будет убивать мое войско. Жаль, что на переговоры не пошли — а то выдали бы Архимага, и всё, мы бы пошли назад. Но нет, им, видите ли, господин Нох ценен как память, и нам предлагают самим попробовать его силой забрать. Люди, ну мы ж заберем — я этому шутнику не позволю воздух портить, у нас с ним антагонистические взгляды на мир. Он не видит мир, в котором мне место, а я не нахожу для него в этом мире уголок.
Ладно, хотите воевать — как хотите. Жаль, что до вас еще не доходили слухи, как я с виконтом Менсесом в тогда еще Диких Землях поступил, может тогда бы вы стали более сговорчивыми. Ну да ладно, выкурить чадным газом вас из стен не получится, целый город мне им не залить, придумаем что-то другое. Мы тут, господа хорошие, никуда не спешим. Халиф организовал регулярное снабжение войска продуктами, золота для платы наемникам пока хватает, так что вы не думайте, что мы тут постоим недельку, да и пойдем своей дорогой. Дудки!
Жалко, конечно, что в осаду Мыс Славы не взять. Как меня убедили, на это никакого флота не хватит, все тайные бухты и гавани, в которых базируются местные корабли, только капитаны с Мыса и знают. Ладно, не хотите — не надо, мы и с суши справимся. Жалко, конечно, что на этот раз к гласу ректора, привычно твердившего о "невозможности", присоединились и Палм с Кольпорексисом. Мол, Мыс Славы, это тебе не Эльфийский лес, и даже не Гномьи горы — это ух как страшно. И потому мы передаем, временно, наши войска тебе — командуй, дорогой, если что — мы тут ни при чем.
Ну как хотите — я уж покомандую. Какие у нас силы? Со всеми перетасовками, с учетом погибших и убывших по ранению, прибывшими пополнениями, суммарно порядка трехсот тысяч существ, людей и эльфов. У врага, по данным разведки, все население города двести тысяч, из них умеющих держать в руках оружие и сотня тысяч вряд ли наберется. Три к одному — вполне достойное соотношение нападения к защите. Десятикратное, конечно, лучше, но и так в принципе неплохо.
А если учесть, что у нас еще есть тяжелая магическая артиллерия, Адам, Духаст, Хаддим и Роккав... То совсем круто! А ну-ка, ребята, собрались все вместе, создали чего помощнее, сойдемся на огненном шаре, и на счет три по воротам лупи! Раз, два, три!
Да, Архимаг молодец, он тут не с бухты-барахты запрятаться решил. Готовился, видать. Немало магии на укрепления потратил. Чтоб такой огненный шар без видимых повреждений отразить... Завидую даже. Ладно, значит против стен магия не катит, а если навесом, прямо по городу, устроить им Берлин сорок пятого? А ну-ка, еще раз, пли!
Ясненько, значит прикрыты не только стены, а и весь город, причем непонятно чем... Жаль. Духаст, ты что-то хочешь сказать? А, понятно, значит это Архимаг у твоей Цитадели твою же защитную разработку украл. Понятно. И как ее можно убрать? Что значит "никак", если твою цитадель таки захватили? А, уразумел. Нет, следовать примеру эльфов и ломать магический колпак Жертвой Боли мы не будем, тысячу жертв еще можно отыскать, но такое варварство я сам себе никогда не прощу. Враги должны по-честному гибнуть, а использовать их души как оружие — да мне такого на том свете никогда не простят!
Ладно, Духаст, если ты говоришь, что от магии Мыс Славы защищен, будем туда физически проникать. Для начала проведем разведку. Добровольцы... нет. Ладно, тогда всем счастливо, Адам, остаешься за главного, Духаст, его заместитель, халиф, император, президент, командир, принцессы, ректор — будьте на подхвате. Можете, если хотите, пожелать мне удачи, я отправляюсь проводить рекогносцировку на местности.
Ах да, Адам, подойди на секунду, мне с тобой тет-а-тет надо поговорить...
* * *
Ночь. Лишь свет многочисленных факелов освещает стены Мыса Славы. Привычные к шаткой палубе моряки держат дозор. Они знают — близок час кровопролитного сражения, и вряд ли кто-то из них еще сможет в этой жизни повидать вольный морской простор и дальние берега. Но нет страха в их душах, с ними пресветлый Верховный Архимаг, и души их после смерти попадут в рай, где будет много кораблей, и где на берегу их всегда будут ждать прекрасные гурии. Внимателен взор защитников своего града, они увидят приближение врага, сам пресветлый дал им умение зреть через любые иллюзии. Не скрыться от них невидимкам, не отвести им глаза — крепок их дух и не затмеваем ничем их взгляд.
— Капитан, тут только что... Капитан, вы ничего не почувствовали?
— Я тут не капитан, рядовой, я тут такой же солдат, как и ты. А что я должен был почувствовать?
— Капитан, Вы для меня всегда им будете оставаться! Мне... Мне показалось, что кто-то мимо нас прошел, капитан!
— Ты видел кого-то? Тогда надо срочно...
— Нет, нет, капитан, я не видел никого, просто... Просто как будто бы что-то сумеречное, скрытое тут прошло, оно... Оно так проскользнуло... Я ничего не видел, просто мне показалось, может быть... Может Вы, капитан...
— Нет, я ничего не видел. Ты устал, брат! Тебе показалось! Мы все устали. Но мы должны стоять, брат, стоять до конца! И мы не дадим силам Врага заморочить нам голову — с нами пресветлый Архимаг, он даст нам силы!
— Спасибо, капитан! Это... Это действительно мне показалось.
* * *
Фух, меня едва не заметили! Но кто же мог подумать, что обычный солдат окажется скрытым неинициированным Иншим, магом, да еще и с умением подсознательно заглядывать в Сумрак. Я бы ему, конечно, шею успел свернуть, да и капитану его тоже, но пока мне шум поднимать не хотелось. Ни к чему Ноху лишние подозрения, пусть он и дальше думает, что я буду его твердыню штурмовать. Я ему не Олмер, чтоб западную Гавань изничтожать, и не англичане, немцы или французы, чтоб сложить половину своего войска на местном аналоге Малахова кургана. Превращать местный Мыс Славы в Севастополь образца пятидесятых годов девятнадцатого или сороковых годов двадцатого века я не собирался. Учил я в свое время историю, помнил, что те все осады меньше года не длились. Взять сухопутными силами морскую крепость, не имея шансов заблокировать ее с моря, да еще и прикрытую магией... Увы, я не настолько гениальный полководец.
Так что с разведкой я немного наврал — я пришел сюда, чтоб в честном поединке один на один выяснить с Архимагом все свои вопросы. Ну, или не в совсем честном, раз ему можно играть не по правилам, то и я себе это позволю. И специально для этих целей я и прихватил кой-чего у Адама... И сейчас у этого самого кой-чего так и чесался язык! Хорошо хоть Олимпер додумался перейти с обычной речи на мысленную, а то его зудение вслух мне сейчас ни к чему.
* * *
"Господин, я восхищен тобой, рискуя своей жизнью, ты бросился на штурм бастионов врага, ты похож на моего мастера в юности, такой же смелый, благородный и бесшабашный, я знаю, ты справишься со всем, у тебя обязательно все получиться, поверь моему богатому опыту, господин, ты..."
"Олимпер, заткнись! Не мешай, не надо подхалимничать! Я тебя сюда брал не как моральную поддержку, ясно?"
"Господин, я, Олимпер, никогда не подхалимничал, и я ничего для себя не прошу! Но может скажешь, зачем я тебе нужен, а?"
"Придет время — скажу, пока виси да помалкивай".
"Молчу, господин, молчу! Просто я хотел сказать, что ты меня не перестаешь восхищать, твое великодушие, твое рыцарство..."
"Ты еще скажи, белая кость да голубая кровь!"
"Как скажете, господин, твоя голубая кость да белая кровь..."
"Олимпер! Ну заткнись, замолчи, я тебя очень прошу! Вот зараза малая..."
* * *
Впечатление Мыс Славы на меня произвел, конечно, неизгладимое. Не то, чтобы сильно красивый или больно привлекательный — просто очень и очень необычный город. Обычно архитектурный план каждого города складывается исторически. Например, Киев. Город строился на высоких холмах на склонах Днепра, и спускались сверху вниз узкие улочки да тропы. Все старые улицы куда-то поворачивают, изгибаются, петляют. А новые дороги, проложенные в более поздние времена, идут прямо. Например, проспект Победы, он же бульвар Шевченко — идеальной прямой линией от окраины и до центра. А если взять окраины, жилые массивы, Троещину или Оболонь, так там уже все улицы составляют правильную геометрическую сетку, кварталы все одинаковые. Для того, чтоб попасть из точки А в точку Б, там достаточно проехать по двум прямым, как и в любом из американских городов. Те изначально строились для удобств транспортных развязок, и единственный американский город, где улицы любят петлять — Сан-Франциско, да и то по причине слишком большой крутизны склонов.
Ну так вот, в этом плане Мыс Славы разительно отличался от известных мне городов. Тут все было максимально перепутано — можно было спокойно найти широченный проспект, который шел из тупика в тупик, а единственным способом перебраться из одной части города в другую был узкий петляющий переулок. А если еще наложить на это все возведенные на быструю руку баррикады, темную ночь и отсутствие у меня карты этих мест... Короче, только к самому рассвету добрался я наконец до центра, да и то, если бы не подсказка Олимпера — никогда бы не додумался, что это и есть центр.
Что в других городах центр? Площадь, широкий проспект, набережная. От морского города логично ожидать третий вариант. Тут же центром города считался высокий лысый холм, и без того некрасивую вершину которого уродовала невнятная башня. Как пояснил мне медальон-всезнайка, эта башня — прямой потомок того древнего маяка, которым еще во времена власти козлоногих пользовались местные моряки. И именно с этой точки, по легенде, начинал разрастаться город. Сейчас же тут, по идее, должна находится резиденция Морского Совета, а значит и ставка Архимага.
Впрочем, это и так было понятно. Достаточно взглянуть на холм через Сумрак, чтоб понять — пробраться туда не стоит и пытаться. Сквозь такой плотный слой различных ловушек и систем сигнализации не пройти. Не убьет, так покалечит. А значит силой мы и не будем туда ломиться, будем хитростью до господина Ноха добираться. Не знаю, что-то, невзирая на все разговоры по городу о "пресветлом Архимаге", у меня были большие сомнения, что я его смогу так просто встретить на улице...
* * *
Очередное утро очередного дня. Архимаг сидит на вершине башни Морского Совета. Отсюда, с самой высокой точки города, виден весь Мыс Славы. Виден величайший морской флот, тяжелые торговые галеоны и быстроходные многомачтовые крейсера, виден флагман, линейный корабль "Владыка Бури", баллисты которого ныне стоят на самых опасных участках стены. Виден храм, известный в народе как "гробница двенадцати капитанов", купола которого чередуются со шпилями, общим числом двенадцать. Видны баррикады на улицах, дозорные на стенах и башнях. Видны отсюда и войска пришельца — наглого мальчишки, который возомнил себя великим полководцем.
Архимаг поднимался сюда, на башню, не просто так. Тут он каждый день творил заклятье иллюзии, и в один момент по всему городу появлялись десятки его призрачных образов, дарящих людям его благословение. Сам же Архимаг никогда не покидал свое убежище. Да, он был великим, величайшим из всех рожденных на земле магов, да, он мог постоять за себя, но он не любил рисковать. Там, в Новой империи, тут, на Мысе Славы, он строил себе убежище, место, где ни один враг никогда не сумеет его достать. Архимаг ценил свою жизнь, и подвергать ее лишней опасности, рискуя понапрасну, не собирался.
* * *
Да уж, Архимаг, конечно, большой перестраховщик. Я уже два дня тут сижу — а за это время в башню еще ни одного человека не пустили. Неужели у них там все автономное? В жизни не поверю — личности типа господина Ноха не любят себя в чем-то обделять, и ко столу им все должно подаваться свежее, с пылу-жару. И чтоб они на солонине да вяленой рыбе жили? В жизни не поверю!
Впрочем, о том, что в башню могут вести и другие, помимо главного, хода я как-то сразу не подумал. А зря. Такие вещи, как резиденция правящего совета, просто обязана иметь как минимум парочку тайных ходов. Ладно, будем искать.
Нашел! Ну разве я не молодец? Всего день внимательного наблюдения за местностью, и я уже знаю, в какой из подвалов поступает подозрительно много "предметов роскоши", как часто называется разная буржуйская фигня. Посмотрим, что там такого интересного.
Все ясно. В земле дыра, а там нора, а мне туда идти пора. Ну так воскликнем же "Ура!", и будем дружно до утра ловить на мушку комара. Мы это делали вчера. По крайней мере, вероятность того, что из меня выйдет хороший поэт, больше, чем вероятность пробиться через все те уровни магической и прочей защиты, что тут понаставил Архимаг. Тут никакой Сумрак не поможет. А чтоб никакие чужаки не попали, сидят на входе парочку магов и лично всех сверяют по всем биометрическим характеристикам со своим списком. Куда там Пентагону или ЦРУ, вот что такое настоящая система защиты! Учитесь, господа военные и спецназовцы, как надо службу поставить! Ее не обманешь, не обхитришь! По крайней мере, Архимаг в этом уверен.
Придется его в этом разубедить...
* * *
День. Мыс Славы. Башня Морского Совета. Архимаг смотрит в окно. В его глазах еще не обреченность, но спокойствие человека, дошедшего до последней границы. Он знал — пришелец близко. Да, армия была еще там, за стенами города, но пришелец был уже тут, рядом, Архимаг чувствовал это всеми фибрами своей души. Во всем мире было лишь несколько человек, способных пройти во внутренний мир. Две принцессы, последний из гунзулов, две ученицы Архимага и, наконец, пришелец. Сам Архимаг не умел заходить в этот сумеречный мир, но он мог направлять туда свой взор. И он видел, как из того места, где ранее был тайный ход в башню, перед самым пожаром выскользнула серая сумеречная тень.
Что же, Архимаг ожидал этого. Он не надеялся, что пришельца остановят простые солдаты и матросы, он не ждал, что рыжебородый маг будет прятаться за спинами своих слуг. И смертный, уже пять тысячелетий обманывающий саму смерть, маг, ставший величайшим из великих, две минуты назад отдал заранее подготовленный приказ. У него не было радости от того, что пришелец попал в ловушку, не было гордости, что он сумел перехитрить посланца иных звезд. У Архимага было спокойствие — он сделал то, что мог, и будь что будет.
С крепостных стен по войску союзников ударили первые, самые дальнобойные, баллисты. Осаждаемый город, не покидая своих стен, пошел в наступление.
