Рукопись из Тибета

— А еще он был наш разведчик, — хихикнул внутри чекист.— О чем до сих пор не знают.

"Ладно, помолчи" осадил я его. "Этого достаточно".

— Да, выслушав рассказ, — сказал Панчен — Лама — Кайман. — Вот уж точно, пути Господни неисповедимы.

На третьи сутки, едва двигая ногами, но умиротворенные и очищенные, паломники завершили кору.

Омывшись напоследок в священных водах озера, мы погрузились в вертолет, и он застрекотал над горами в Лхасу. Где спустя сутки, во дворце Потала, нам с Панчен — Ламой надлежало принять короля Саудовской Аравии Фахда ибн Абдул-Азиза, навестившего Китай с дружеским визитом.

Как я уже упоминал, читатель, США с Туманным Альбионом дознались, кто стоит за научным центром "Макао".

А как гласит известная немецкая мудрость "что знают двое — знает и свинья".

В результате ко времени описываемых событий, многие "сильные мира сего" располагали сведениями о пишущем эти строки и загорелись желанием пообщаться с оракулом. Как всегда было в истории.

По примеру того же Александра Македонского, Чингиз — хана, Генриха II и более поздних правителей.

Естественно, это заинтересовало ЦК КПК и лично товарища Дэн Сяопина, поскольку обещало Поднебесной дополнительные выгоды, а гуру Уваата не возражал. Хотелось пощупать "земных богов" за вымя.

И Боже, что я увидел!

Практически все навестившие Китай и побывавшие на тайной встрече (такие естественно не афишировались), оказались низкими и меркантильными

Им было плевать на свои народы и страны, а тем более судьбу мира. Интересовала только личная судьба благополучие.

А поскольку упомнить, кто из таких сколько будет окучивать власть и обогащаться, я не мог, то часто напускал тумана.

Например, первому, премьер-министру Италии Беттино Кракси, по виду явному мафиози (прикинув на глаз), предрек недолгий политический срок и казенный дом в перспективе.

В чем, в принципе, не ошибся.

Аналогично поступил и с тогдашним президентом ЮАР Питером Бота, нарисовав ему весьма мрачный прогноз. Вскоре после встречи африканца хватил удар. Не иначе с перепугу.

Зато в прогнозах шведскому премьеру Улафу Пальме и французскому президенту Миттерану, гуру Уваата был предельно точен.

Первого, как и было предсказано, через год лишили жизни, а второму пришлось разделить власть с политическим оппонентом Жаком Шираком.

Совершили путешествия в Поталу и несколько сросшихся с властью олигархов.

Поскольку же политических дивидендов они принести не могли, для таких был учрежден специальный сбор в фонд святого Панчен-Ламы, равный одному проценту капитала.

Из него мы жертвовали сирым и убогим, помогали финансами латиноамериканским племенам, а заодно строили в Тибете школы, больницы и дороги.

Наиболее колоритным и показным оказался саудовский миллиардер Аднан Кашоги, широко известный среди акул бизнеса, разбогатевший на поставках оружия.

Его имя не сходило со страниц мировой прессы.

Состояние араба сравнивали с сокровищами графа Монте-Кристо. И не удивительно. Кашоги владел ослепительно-показной империей роскоши, далеко превосходившей все мечты Креза.

К этому времени он создал финансовую империю в пять миллиардов долларов, в которую входили тридцать семь стран. Его двенадцать имений, разбросанных в разных уголках мира, включали ранчо площадью в сто восемьдесят тысяч акров в Кении, дворцы в Марбелье, Испании и на Канарских островах. Имелись апартаменты в Париже, Каннах, Мадриде, Риме, Бейруте, Эр-Рияде, Джидде и Монте-Карло.

Помимо прочего, во владении бизнесмена находился роскошный небоскреб в Манхэттене, а яхта "Набила" с площадкой для вертолета была настолько великолепна, что по сравнению с ней "Британия" английской королевы выглядела неприглядным туристским паромом. Кашоги владел тремя авиалайнерами, двенадцатью "мерседесами" особой конструкции, сотней автомашин других марок и конюшней арабских скакунов.

Из страны в страну он передвигался, как правило, на своем любимом самолете "Ди-Си— 8". Этот лайнер, купленный в 1982 году, и переоборудованный по вкусу хозяина, создавал ощущение летящего в ХХI век лас — вегасского казино.

В роскошном салоне, отделанном замшей и шелком кремового оттенка, его гостей обычно угощали "Шато Марго" 1961 года из хрустальных фужеров с треугольными серебряными донышками. Во время полета "АК" (так называли босса его люди), спал в одной из трех спален самолета на соболином покрывале стоимостью в двести тысяч долларов, наброшенном на ложе шириной в четыре метра.

На самолетной кухне, оборудованной по последнему слову техники, шеф-повар колдовал над изысканными блюдами. По давно установившейся традиции, они подавались на стол в сервизах треугольной формы из китайского фарфора, отделанных золотом и платиной с вензелями "АК".

Встроенный в кофейный столик особый цветной экран показывал общий вид территории, над которой пролетал самолет. В потолке — подробная карта космоса, подарок к пятидесятилетию Кашоги, обожавшего астрономию. На черном фоне, один за другим, зажигались созвездия — Водолей, Рак, Близнецы... Зажигалось и созвездие Льва, под которым он родился 25 июля 1935 года. По мере того, как оно становилось все ярче, среди звезд появлялся портрет "АК".

Баловень судьбы любил делать подарки.

На один из праздников Рождества он преподнес своей второй жене Ламии ожерелье из бриллиантов, рубинов и изумрудов стоимостью в два миллиона долларов. Его бывшая жена Сурайя, потребовавшая в начале 80-х годов на бракоразводном процессе три миллиарда в качестве отступного, получила на то же Рождество не менее дорогое рубиновое ожерелье.

Это "сравнительно тихое" празднование происходило в имении олигарха "Ля Барака", раскинувшемся на испанском побережье Средиземного моря.

По этому случаю дворец был превращен в резиденцию мавританского калифа. Золотые подсвечники были украшены белыми лепестками и красными вымпелами, потолок огромного зала был покрыт мерцающими золотыми и серебряными блестками, слуги в тюрбанах, носившие к столам гигантские блюда с омарами и фазанами, обложенными яблоками.

В разгар праздника Кашоги принесли телеграмму: "Наилучшие вам пожелания, Аднан. Ронни и Нэнси Рейган".

Кстати сказать, практически все американские президенты были его друзьями. Он дружил с Джонсоном, обедал с Никсоном в русском ресторане "Распутин" в Париже.

Теперь же этот финансовый воротила, уплатив сбор, специально посетил Тибет, желая знать, когда он возглавит список Форбс* и станет богатейшим человеком Мира.

Как всегда в таких случаях, прием я вел вместе с Панчен-Ламой (Кайманом), в ритуальном зале дворца Потала.

Иерарх в золоченой одежде и тиаре с жезлом, увенчанным бриллиантом, восседал в кресле на возвышении, а я, в сакральной позе, у его ног. На шелковой подушке. Уставившись в пространство и перебирая четки. Зал был специально затемнен, в бронзовых треножниках курились благовония. Создавая эффект покоя и отрешенности.

Все без исключения пациенты должны были стоять. Что являлось обязательным условием.

Когда похожего на бурдюк с салом, настороженно озирающегося олигарха, два монаха провели в зал, а потом упятились за дверь, которая закрылась, я отсчитал тринадцать зерен четок, а затем поднял глаза "чего ты хочешь, чужеземец?".

Сглотнув слюну, араб озвучил свою просьбу, к тринадцати зернам неспешно добавились остальные.

— В ближайшее время ты будешь разорен, — бесцветным голосом изрек я, — Ступай с Богом.

— А ка-а.. ? Поч-ч..? — выпучил тот глаза. -Т-такого быть не может...

— Так угодно Небу, сын мой, — величаво качнул тиарой Панчен -Лама. — Иди, молись пророку Мухаммеду.

— А м-может это какая-то ошибка? — проблеял друг многих президентов.

— Ты забыл с кем говоришь, — мистически уставился на него Кайман. — Устами гуру вещает ОН (возвел кверху руки). Так что смирись. После чего взял стоявший рядом на столике колокольчик.

— Тиль-тили-линь, — серебряно прозвенел он.

Вошедшие монахи тут же бережно увели ставшего ватным олигарха, дверь за ними бесшумно затворилась.

— Не все коту масленица, — сказал тогда Кайман, доставая из парчовых одеяний сигареты.

— Бывает и пост, — согласился я, потянув одну из пачки.

Спустя год у новоявленного Креза начались серьезные финансовые проблемы, о чем сообщили многочисленные газеты, и вот теперь нас решил навестить его король. Фахд ибн Абдул-Азиз. После рабочей встречи с Дэн Сяопином.

Королей с Кайманом мы уже встречали, так что особо не парились.

Повелитель бедуинов и владыка нефтяных скважин, в белом одеянии и с породистым лицом, по виду напоминал борца сумо*. Весом в пару центнеров.

Охрана, с которой он прилетел на личном "Боинге" из Пекина, осталась в приемной, а "ибна" провели в зал, где он стал искать глазами стул, которого не оказалось.

Далее видимо вспомнил порядок приема у оракула, с которым знакомили на входе, недовольно сжал губы и чуть кивнул головой в куфии* с черным обручем. Изобразив приветствие.

— Перед посланцем Неба у нас стоят, сын мой — Так что не обессудь, — изрек Панчен — Лама со своего трона.

Араб молча проглотил пилюлю, к которым не привык, однако возразить было нечего.

— Что привело тебя к нам, человек пустынь? — глядя сквозь него, чуть шевельнул я губами.

— Не так давно у тебя был мой друг, всюду уважаемый Аднан Кашоги. Ты предрек ему несчастья. Они начались. Можно ли это исправить?

— Нет, — ответил я. — Так предначертано Богами.

— Но их можно умилостивить, — вкрадчиво произнес монарх. — Сколько?

— Не святотатствуй, — прошипел со своего места Панчен — Лама. Там (ткнул жезлом в потолок), все слышат.

— Судьбу невозможно купить, — отрешенно продолжил я. — Как и обмануть. — Что ты еще желаешь слышать?

— Я бы хотел знать свою,— сложив руки на брюхе и отсвечивая камнями на перстнях, часто задышал толстяк. — Если это возможно.

— Возможно, — чуть кивнул я. — Твоя тоже будет незавидной.

— К-как?— посерел лицом монарх.

— Ты с одной из заокеанских стран строишь козни против двух других. Советского Союза и Китая. В чем они состоят — знаешь. Прекрати. Иначе будет поздно.

— Если нет? — тихо вопросил нефтяной монарх, блеснув из-под накидки глазами.

— Весь мир в новом тысячелетии погрузится в хаос междоусобных войн. Исчезнут многие государств, в том числе твое. Ныне процветающее и богатое.

— Кхы-кхы-кхы, — закашлялся араб. Его ошарашило столь мрачное предзнаменование.

— Больше мне нечего тебе сказать, — закончил я. — А теперь иди с Богом и подумай над моими словами.

Сын Мухаммеда молча упятился назад, двери открылись и снова затворились.

— Не иначе полетит с визитом прямо в Вашингтон. К своим хозяевам, — хмыкнул Кайман снимая тиару.

" Только это ничего не изменит", подумал я. Зная дальнейший ход истории.

Глава 11. Три встречи.

Мир взрывами петард отпраздновал очередной Новый год, на Тибет опустилось белое безмолвие, а в феврале китайский центр "Макао" выдал в эфир очередной научный прогноз.

О грозящей в ближайшее время человечеству экологической катастрофе по вине правительства США. Не уделяющего охране окружающей среды должного внимания.

Поскольку же по известным причинам, к каждому такому сообщению на всех континентах стали относиться трепетно, в Пекин с рабочим визитом сразу же прибыла помощник президента по национальной безопасности самой демократической страны в мире Кондолиза Райс. Собственной персоной.

Это что? Та самая? — сидя у камина в меховом халате и глядя на огонь, поинтересовался Кайман.

— Думаю, да, — пробормотал я, в очередной раз пополняя за столом свой дневник и дымя сигаретой.

Интересно, что потребуют от нее Дэн* за то, чтобы допустить даму сюда — пошевелив кочергой потрескивающие поленья, вставил ее Панчен-Лама в держатель.

— Да уж чего-нибудь потребует, — буркнул я, поскольку он мешал мне делать записи.

У Китая были интересы по всему миру, и, пользуясь преференциями, он неуклонно укреплял свой промышленный потенциал, одновременно расширяя свои рынки сбыта, а также политическое влияние на планете.

На второй день визита, "черная пантера"* прилетела в аэропорт Лхасы, оттуда ее сопроводили во дворец Поталу, где та пожелала быть принятой Панчен — Ламой.

Мы приняли старую знакомую без проволочек. Судя по самоуверенному виду и лоску, африканка была ценима своим патроном* и горела желанием с честью выполнить очередное поручение Белого дома.

— Я рада приветствовать Вас в новом качестве, войдя в зал и остановившись в нескольких шагах от нас, — с достоинством произнесла Райс, дав понять, что помнит нашу первую встречу. — Может, предложите даме стул? — изобразила улыбку.

— И мы рады видеть тебя во здравии, дочь моя, — глубокомысленно изрек Кайман. — На берегах Ориноко ты была скромнее.

На лице посланницы промелькнула тень, я же встал, прихватив свою сафьяновую подушку, подошел к гостье и положил рядом, — присаживайтесь. Затем, скрестив ноги, опустился на ковер, выжидательно на нее уставившись.

— Как? Вот так? — поползли брови Райс вверх, и она несколько смешалась.

— Именно, — ответствовал я. — Пусть будет все как тогда. В хижине.

— Ну что же, — блеснула зубами африканка . — Пусть. Вслед за чем грациозно уселась напротив.

Около минуты я молча глядел в пол, задумчиво перебирая четки, а затем вопросил: что тебе надо в этот раз? Слушаю.

В ответ последовала явно заранее подготовленная речь, суть которой сводилась к верховенству США в мире, уважении ими дружественного Китая и взаимовыгодному сотрудничеству.

— Это не по адресу, — взглянул я африканке в глаза. — Мы не занимаемся политикой. Говори яснее.

— Ближе к телу, мэм, — добавил со своего трона Панчен-Лама. — Как говорят у вас в Бруклине.

— Хорошо, — сжала губы Райс. — Нас интересует ваш последний прогноз в отношении грядущей экологической катастрофы и непринятию правительством США мер к ее предотвращению.

— Ну, так примите, в чем вопрос? — безразлично сказал гуру Уваата. — Это в ваших силах.

— Нам нужна конкретика, — заерзала на подушке Кондолиза.

— В таком случае — Тихий океан. На его пространствах.

Африканка хотела было задать очередной вопрос, — но оракул предостерегающе поднял руку, — довольно.

— Тебе сказано больше чем следует, женщина, — нахмурился Панчен-лама. — У вас там целый флот и множество военных баз. Ищите, да обрящите.

— Просто вы точно ничего не знаете, — прошипела гостья, явно теряя самообладание.

— Бывает и так, — невозмутимо ответил я. — Но вот вам несколько точных прогнозов для США на будущее. Желаете?

— Да, — сразу же взяла себя в руки помощник.