Эссенциалист

Зиньковец прижал Ксану к себе.

— Зато тебе она нужна. А наши терапевты, я уверен, будут рады новому способу диагностики. Это безопаснее и дешевле томографа, информативнее УЗИ, точнее метода Фолля и быстрее любой лаборатории. Расшифровывать будешь сама. Помнишь ещё? — улыбнулся он.

— Паутина не забывается, — вздохнула Ксана.

— Ну вот. Сейчас мы успокоимся и начнём работать. У нас сегодня мальчик с головными болями и девочка с фобией. И мы сейчас найдём причину...Только название "Преобразователь" ему не подходит. Безликое какое-то. Эссенциограф?

— Диагностический Эссенциальный Навигатор — прошептала девушка.

— Ох. Глупышка ты, Оксанка! — Зиньковец слегка отстранился. — Навигатор так навигатор. Только не плачь больше.

Он подошёл к кнопке вызова.

— Приглашаю, заждались уже. Пора в полёт! — усмехнулся он и нажал кнопку.

Дверь отворилась, чтобы впустить первого пациента, которому предстояло опробовать на себе действие прибора под аббревиатурой "ДЭН".

Глава восемнадцатая. ALIIS INSERVIENDO...

Циферблат старинных часов на ратуше засветился, и тихая музыка известила о начале нового дня.

Несмотря на ранний час народу на Центральной площади было предостаточно. А он всё прибывал. Ещё бы — не каждый день женится Первый судья Трибунала...

Света с Артуром стояли, держась за руки, у бьющего фонтана.

На Свете было белое платье — совсем простое, без рюшек, кружев и других украшений, даже без пояса — и венок из переплетённых ветвей плюща. Артур облачился в белоснежную рубашку, чёрный жилет и такие же брюки.

— Ты же не хотел никого приглашать, потому что свадьба — праздник для двоих! — смеялась девушка.

— Я и не приглашал, — оправдывался Артур. — Сами как-то узнали... Пора начинать!

Он вытянул руки ладонями кверху, и в тот же миг на них появился серебристый пояс в виде обруча. Посредине красовалась застёжка — две скрещенный ветви папоротника.

— Ты хочешь пойти со мной? — спросил он.

— Да.

— Сейчас или через год?

— Сейчас, — ответила Света, глядя ему в глаза.

— На север или на юг?

— Всюду...

Артур разомкнул застёжку и надел пояс на девушку.

— Ты хочешь идти со мной? — спросила она.

— Да!

— Сейчас или вечность спустя?

— Сейчас!

— На запад или восток?

— Везде!

Артур наклонил голову. Света сняла венок и надела на него.

— Будь моим спутником! — сказала она.

— Будь моей спутницей! — ответил он.

— Ура-а-а-а-а! — закричали люди на площади.

Струи фонтана взвились сильнее, обрызгав молодых и всех стоящих поблизости. Со всех сторон посыпался дождь из белых цветов и серебряных монет.

— Бежим! — крикнул Артур, хватая невесту за руку.

Они пустились вниз по улице к бухте, к пристани. Туда, где далеко в море вдавался длинный узкий волнорез.

Люди бежали за ними, выкрикивая поздравления, желая счастья и удачи.

Улица неслась к морю, всё дальше, дальше, мелькали домики, ограды, беседки... И вот уже под ногами зашуршал песок.

Они достигли волнореза. Артур влез сам и помог забраться Свете. Взявшись за руки, влюблённые зашагали рядом.

Сначала было просто весело. Море ещё не пробудилось от сна, и волны, словно ленивые котята, играли с пирсом в царапки.

Но постепенно море просыпалось. Усилился ветер. Тысячи брызг разлетались, вспугнутые ударом волны о камень. Идти стало и весело, и страшно.

Света визжала от восторга, а Артур крепко держал её руку...

Всё дальше и дальше, всё сильнее плещутся волны, всё громче колотится сердце и счастье переполняет душу... Ту самую, которая существует только в стихах и молитвах.

Вот и закончился волнорез. Впереди — глубокая, тёмная вода. И небо накрывает своим голубым куполом стоящих у края...

— А что теперь? — спросила девушка, подняв на жениха зелёные, как море, глаза.

— Теперь? Зависит от того, за кого ты хочешь выйти замуж, — серьёзно сказал Артур. — Если за мага — сейчас я воздвигну мост над морем. Из ничего. Он протянется во-он к тому мысу. Но вот вопрос: будет ли он цел до тех пор, пока мы идём по нему?

Если ты хочешь связать свою жизнь с эссенциалистом — нам придётся прыгать в воду и добираться вплавь. Такова уж их нелёгкая доля.

Если ты готова стать женой трибунальщика — сейчас придёт лодка и заберёт нас. Неизвестно куда.

Ну а если ты собралась за простого лабиринтянина — вернёмся обратно, на берегу нас ждут люди.

Света недоверчиво взглянула на Артура: не шутит ли? Но он сохранял непроницаемое выражение лица.

— Мне всё равно, — сказал девушка. — Я хочу замуж за тебя. За всех четырёх тебя сразу.

— Это правильный ответ, — тихо сказал Артур и, взяв Свету за подбородок, нашёл губами её губы...

Вечность... Это, наверное, так долго... А может — только миг. Наполненный счастьем...

И даже когда впереди ждёт неизвестность, можно задержаться на мгновение и ощутить... Его солёный и свежий, как море, привкус...

Неожиданно сверху донёсся странный стрекочущий звук.

Света и Артур задрали головы, с удивлением увидев прямо над собой... вертолёт.

— О-о! — воскликнула девушка, не в силах сдержать своего удивления. — Вертолёт! Откуда он здесь?

Артур был поражён не меньше.

— Да уж! Откуда тут мог взяться наш трибунальский вертолёт?

— У вас есть вертолёты? — ещё больше удивилась Света.

— У нас будут и танки, если нужно, — скромно сказал Артур.

— Нет уж. Танков, пожалуйста, не надо, — заметила Света, глядя на упавшую сверху лестницу.

По ней уже спускался трибун в камуфляже. С огромным букетом в зубах.

— Это ещё что за представление, — пробормотал Артур.

— Признайся, это ты придумал! — Света улыбнулась и чмокнула Артура в щёчку.

— Нет. Честное слово — не я.

Наконец молодой трибунальщик — кажется, его зовут Михал, припомнила Света — спустился.

— Шеф и вы, пани Светлана! От лица всего Трибунала поздравляю вас с законным браком!

Он вручил букет невесте.

— Спасибо! — сквозь зубы произнес Артур, сверля Михала уничтожающим взглядом.

— Спасибо, Мишенька! — откликнулась Света.

— Прошу извинить, но дело в том, — беспомощно развёл руками трибун, — ...что Академия слёзно просит вас присутствовать сегодня вечером на церемонии посвящения. Ну просто жить без вас не могут!

— Что за посвящение? — заинтересовалась Света.

— А почему сегодня? — в замешательстве воскликнул Артур.— Разве посвящение в студенты традиционно не двенадцатого октября?

— Двенадцатое — воскресенье! — широко улыбнулся Михал. — Поэтому проводят десятого. И я не мог не предупредить!

— Да, действительно, как это я... не подумал, — пробормотал Артур, бледнея.

— Что с тобой, дорогой? — забеспокоилась девушка.

— Да нет... Ты хочешь увидеть церемонию посвящения студентов в Академии Эссенс? — спросил он бодрым голосом.

— Да. Очень хочу!

— Что ж Михал, вези нас домой, там всё равно ждут-не дождутся. А вечером — полетим в Академию.

Михал забрался первым. Следом, пока Артур придержиал внизу болтающийся трап, поднялась Света. Пелганен вскарабкался след за ней. Оказавшись внутри вертолёта, молодожёны увидели сидящего в пилотском кресле Крысу-Алекса. Он тоже прокричал какие-то поздравления, а новобрачные помахали ему.

Наконец все уселись, и геликоптер взмыл.

— Шеф, а не покататься ли нам немного? — крикнул Михал. — Или мы очень торопимся?

— Почему бы и нет, — ответил Артур. — Тем более, что не все гости ещё приехали.

— Какие гости? — удивилась Света.

— Ну... Петер.

— Да что ему тут ехать! — засмеялась девушка, шутливо хлопнув Артура по руке.

— ... Эдуард...

— О-о-о! И он будет? Здорово!

— И... твоя мама и твоя сестра.

— Ах! — воскликнула девушка, горячо обнимая мужа. — Милый! Классно-классно! Спасибо!

Артур расплылся в довольной улыбке.

— А ты же говорил, что из мира в мир ходить больше нельзя! — прошептала Света на ухо любимому.

— Конечно — нельзя! — подтвердил Артур. — Но может первое лицо Трибунала раз в жизни увидеть свою тёщу?

* * *

Светло-золотистый флаг с изображением бронзового феникса гордо реял на главном корпусе Академии Эссенс.

Широкий двор был заполнен взволнованными студентами и преподавателями. Праздник посвящения уходит корнями в глубокое прошлое. Он есть во многих странах, во многих мирах. Это необычный день. Момент, когда начинаешь чувствовать себя принадлежащим ДЕЛУ. Не так важно — какому. Главное, чтобы — настоящему. Твоему. Любимому. Единственному. Самому-самому.

Студенты-эссенсы, как и выпускники Академии, на занятиях и на работе носят белые с голубым халаты. Но сегодня все пришли нарядно одетыми.

Уже прозвучали в Бежевой аудитории слова поздравлений ректора и деканов трёх факультетов: основного, выпускающего эссенциалистов, неологического, выпускники которого становились детскими корректорами, и экстренно-прикладного, обучающего хирургов и реаниматологов. На студентов этого факультета смотрели снисходительно, сверху вниз. "Они не владеют теорией сущности", — шептались "настоящие" эссенциалисты. И совершенно несправедливо! Экстренники проходили весь курс обучения корректоров, вот только использовать эти знания в повседневной практике им почти не удавалось. Они занимались другими вещами.

За поздравлениями последовал концерт, подготовленный старшекурсниками — всё как всегда, как везде.

И вот сейчас эссенциальная братия переместилась во двор. Прошёл слух, что сегодня торжество посетит сам Первый трибунальщик Лабиринта, и присутствующие с опаской и восторгом ждали появления судьи.

Такого не было ни разу за всю историю существования Академии, насчитывающую без малого сто лет.

Трибунал уважали, но боялись. И не очень-то любили, на что были веские причины.

Но нынешний Первый был не просто трибуном, и даже не только выпускником Академии, что хотя и редко, но случалось.

Он был сожжённым магом. А этот факт не мог не вызвать симпатии и не придать личности Артура Пелганена некоего романтического ореола.

Наконец, зашумели лопасти вертолёта.

— Летит, летит! — кричали вокруг, задирая головы.

Геликоптер приземлился на лужайке, из него под гром апплодисментов вышли Артур с женой.

Они поднялись на крыльцо, прямо к установленному микрофону, возле которого уже ждал ректор.

Он начал говорить первым.

— Магистры и студенты! Сегодня к нам приехал наш дорогой Артур Пелганен — в прошлом выпускник Академии, а ныне — Первый судья Трибунала.

Он предупредил жестом готовые сорваться апплодисменты.

— Но он приехал не один. И в первую очередь давайте поздравим нашего уважаемого судью, а также его молодую супругу с бракосочетанием!

Ну тут уже все захлопали, закричали, затопали ногами от восторга, поздравляя чету Пелганен.

Артур откашлялся и, не выпуская Светиной руки, заговорил.

— Спасибо! Огромное спасибо. Дорогие первокурсники! Уважаемые преподаватели и студенты! Сегодня ваш праздник. И я желаю вам никогда, ни за что не жалеть о той дороге, которую вы выбрали. Потому что человеческая сущность — это самое прекрасное, что есть на свете...

— Правильно! — заорал кто-то, но на него шикнули. Артур продолжал:

— Куда бы судьба вас не забросила, в каких бы мирах и передрягах вы не оказались, помните: вы нужны. Без вас не обойдутся. И ещё. Какими бы ... классными специалистами вы не стали, вы всё равно будете делать ошибки. Иногда это мелочи, иногда это очень страшно. Но это неизбежно. Потому что все мы люди. А людям свойственно ошибаться. Так вот. Не бойтесь ошибок, бойтесь бездействия. Ведь быть эссенциалистом — это не значит знать теорию. Это значит — понимать других людей. И по возможности помогать им.

Артур замолчал.

Через мгновение аудитория уже снова рукоплескала, вдохновлённая его речью. Когда все немного успокоились, ректор объявил:

— А теперь переходим к завершающей части нашего с вами праздника.

Он отвернулся от микрофона и обратился к Артуру:

— Вы сами скажете или мне?

— Лучше вы.

Ректор задумался на минуту, подбирая слова. И тот же звонкий голос, который раньше выкрикнул Артуру "Правильно", задал мучивший всех вопрос:

— А правда, что вы отменили костры?

Повисла тишина. Двести пятьдесят пар глаз, не считая преподавателей, с надеждой и страхом смотрели на Первого.

Артур взялся за микрофон.

— И да — и нет! — сказал он.

Никто не издал ни звука, и Артур продолжил:

— Я отменил сожжение как наказание. И пока я жив, в стенах Трибунала костры полыхать не будут.

Несмотря на жест Артура, эссенциалисты бешено зааплодировали. Никто не кричал, потому что эмоции так переполняли каждого, что выразить их словами или просто голосом не получалось. Наконец буря утихла, и Артур смог закончить.

— Но костёр для эссенциалиста — это не наказание. Это его сущность. Его жизнь. Пока горит костёр — есть тепло, свет... и любовь! И поэтому сейчас... — Артур повысил голос. — Мы с вами будем прыгать через костёр!

В первый момент присутствующие даже слегка испугались. Но тут же сообразив, что предстоит грандиозное развлечение, что праздник продолжается, все, в который раз уже за сегодня, наградили Артура овацией.

Тут же в нескольких местах широкой площадки перед крыльцом вспыхнуло оранжевое пламя. Люди в мистическом благоговении попятились.

— А прыгать будем парами: мальчик и девочка! — подала Света голос в микрофон.

Все радостно загалдели.

Сердце Артура затрепетало так, что стало тяжело дышать.

— Ну мы же должны показать им пример! — невинно хлопая глазами, произнесла девушка.

Артур взял Свету за руку. Они встали в пяти шагах от центрального костра.

Присутствующие замерли в предвкушении невиданного зрелища: трибунальщик, сам Первый, прыгает через огонь!

Артур, как заворожённый, вглядывался в танцующее пламя.

В Академии всегда говорили: "Хочешь отличить эссенса от мага — предложи им прыгнуть в костёр. Первый не сгорит, второй — не полезет".

И Артур чувствовал, что сейчас он больше — маг. Ведь и тогда, после оглашения приговора, он не хотел, не хотел подчиняться огню...Поэтому остался здесь.

А сейчас — никто не заставляет...

— Я считаю до трёх и побежали! — шепнула Света. — Раз!

"Что-то надо сказать, — металась в голове отчаянная мысль. — Может заклинание или..."

— Два!

— Aliis inserviendo consumor!** — прошептал Артур.

— Три!

Они рванулись с места и под ободряющие крики собрания пронеслись над пылающим в ночи пожаром...

Москва-Зеленоград,

сентябрь 2005-сентябрь 2008.

*Автор стихов — Эльдар Сафин.

**"Светя другим — сгораю сам" (лат.).