Властелины дорог

- Все не так уж и плохо, — сказал Шура байкарю. — Ты еще не знаешь, что борнийцы готовили для наших солдат и для воинов Дороги. Да только вырвал славный найт зубы у огнедышащего борнийского дракона и победил его. Так что с тебя деньги за такую новость, — улыбнулся "славный найт".

Тощий сказитель недоуменно посмотрел на Шуру.

- Шучу. В смысле, я сказал правду, но денег дам. Заработал.

Сказитель получил свои золотые, а Синяя Молния помчалась дальше на запад.

На пути к Мидриасу "Харлею" встречались отряды изможденных солдат, уныло бредущих на запад. Борнийские найты уже были впереди, а имперская пехота сюда еще не дошла. И тащились королевские бойцы сами незнамо куда и зачем. Это были те, кто еще не удрал в надежде отсидеться. Враг был впереди, враг преследовал сзади. Оставалось только идти, пока держали ноги, и доблестно сложить голову за короля и Баделенд.

Шура заметил очередной отряд в лесополосе. Грязные, заросшие, много раненых. Мотороллеры уже не забирали искалеченных, ведь дороги контролировали борнийские найты.

Пехотинцы в серой испачканной форме с трепетом глазели на дорогу, обреченно ожидая увидеть грозные зеленые машины.

При виде чудесного синего мотоцикла поднялись понуренные головы, загорелись потухшие глаза, руки крепче сжали оружие. Но "Харлей" пронесся мимо и быстро исчез в пыли.

Вскоре он уже казался миражом, бредом измученного сознания.

7

Справа мелькали редкие деревья лесополосы, слева тянулись поля — сначала дозревающая соя, потом пошли огороды с тыквой и свеклой.

Слабый звук двухцилиндрового движка едва пробился сквозь рев "Харлея". А вскоре сквозь просветы между стволами акаций мелькнуло тело бело-голубого мотоцикла, шедшего сопутствующим курсом по другую сторону лесополосы.

Синий мотоцикл без труда обогнал звук другой машины. А когда полоса деревьев разорвалась широким просветом пересекающейся дороги, Заг повернул руль вправо, выезжая на другую сторону посадки.

Шура на всякий случай отстегнул Большое Жало. Он вовсе не думал о том, чтобы заполучить пятидесятый ключ найта Объединенного Королевства. Но поединки еще никто не отменял.

С другой стороны дороги показался голубой "Юпитер".

Угрожающе рыча, "Харлей" замер посредине проезда. Шура привстал в седле, чтобы рассмотреть приближающуюся машину. Ее найт лихорадочно отстегивал копье. Уже вырисовался коричневый орел на белой коляске.

Орел остановился в трех десятках метров. Шура выжидающе смотрел на рулевого и найта "Юпитера", небрежно поигрывая Большим Жалом.

Найт Орла поднял руку, отводя свое копье в сторону.

- Объявлено Большое Перемирие! — донесся из-под шлема хриплый голос, в котором чувствовалось напряжение.

Еще бы! Перед ним рыкал мощным мотором изумительный синий мотоцикл без тотема. Такого ни рулевой, ни найт "Юпитера" никогда не видели раньше. Если глаза их не подводили, то это мог быть лишь самый настоящий "Харлей". Легендарная машина, о которой вещали сказители.

Шуру не заботило изумление седоков Орла. Большое Перемирие! Кончик Большого Жала непроизвольно дернулся, копье опустилось.

И что теперь делать с этим перемирием?

- Мы вступаем в войну! — встречный найт оправился от изумления и продолжал свою речь. — Король Григор созывает всех найтов под свои знамена. Солдаты не могут противостоять борнийцам и без нас Объединенное Королевство падет. От имени предков-байкеров технари благословляют нас на битву.

"А я что говорил? Лишь теперь до них дошло", — Шура опустил Большое Жало на коляску.

- Борнийцы разрушают Храмы. До встречи, брат! — найт Орла отсалютовал копьем и его рулевой начал разворачивать мотоцикл.

"А то я не знаю". Шура кивнул и тоже приветственно вскинул копье.

Заг повернул руль "Харлея" и машина неспешно покатила по дороге.

- И что теперь? — спросил Шура у рулевого.

- Я слышал, что Большое Перемирие последний раз объявляли еще во время Великой Чумы.

- Да уж, борнийцы пострашнее чумы будут. Ты предлагаешь придти под знамена Григора?

- Решай.

Шура решил испросить совета у предков-байкеров. Есть у него магический предмет, что в нужный момент всегда подсказывает решение. Нужно лишь вставить кассету и нажать кнопку.

Дай руку мне

Здесь лишних нет

Ветру ты кажешься не больше песчинки

Ветер легко собьет с дороги, если в скитаньях ты одинок

Дай руку мне

Здесь лишних нет

Время меняет тишину на цунами

Если ты будешь с нами рядом, силе твердынь не сбить тебя с ног

На пути к Данюбу царил хаос. Дороги запружены мотороллерами и пешими, ручными тележками и собачьими упряжками.

На запад шли караваны, спешащие вывезти купеческое добро за Большую Реку. На тележках и плечах тащили свой нехитрый скарб беженцы из северных и восточных земель. Среди землепашцев, ремесленников, мелких торговцев мелькали серые потертые комбинезоны. Измученные дезертиры уже не особо прятались от гвардейцев, пересевших сейчас в коляски королевских найтов.

Загу приходилось отчаянно сигналить, чтобы Синяя Молния могла нормально ехать по многолюдной дороге. Басовитый мотор "Харлея" заставлял людей шарахаться к обочинам, пугал запряженных собак, обгонял медлительные мотороллеры.

Впереди дорога сделала поворот, и на этом изгибе четверка собак запутала лямки, сбила ручную тележку, в нее чуть не въехал мотороллер. Мешанина создала затор из рассыпавшихся мешков, поломанных тележек и скулящих собак.

Заг вовремя ударил по тормозам, когда под колесами "Харлея" чуть не оказался выпавший с упряжки торговец.

- Коповы дети! — закричал Заг.

Чтобы затор побыстрее распутывали, Шура грозно вскинул Большое Жало. Людишки на дороге забегали резвее, собак выпрягли, тележки оттащили в сторону. "Харлей" пророкотал мимо мотороллера и покатил дальше.

Обычно невозмутимый Заг непрестанно ругался, такие заторы на переполненной дороге возникали постоянно и не давали разогнать мотоцикл.

- Такого я не помню, — сказал Шура, когда они медленно объезжали очередное столкновение двух мотороллеров и рассыпанное по дороге содержимое их кузовов.

- Куда смотрят предки-байкеры?

- Мне эти заторы напоминают затычки в бутылке. Пока не заткнул горловину — течет. Кажется мне, что с такими затычками на дороге мы долго будем катиться к Данюбу.

- Нужно было рвануть проселком по ухабам. Так будет быстрее. Скоро свернем с тракта.

Воины Дороги маялись от безделья.

Заказов сейчас почти не поступало, схватки прекратились, дороги так забиты всяким сбродом, что мотоциклу негде проскочить. Оставалось лишь пропивать в харчевнях ранее заработанное.

Немало свободных найтов Баделенда отправлялись на восток, где и погибали в отчаянных схватках с борнийцами. Воинское умение не помогало одолеть действующих сообща противников. Борнийцы не бились в одиночку.

Все это Шура и Заг узнали в переполненной харчевне, куда завернули поесть, прежде чем свернуть с тракта на бездорожье.

В кошельке Шуры не звенели золотые эджи, зато было полно монет с чеканенным орлиным лицом будущего императора. А золото оно всегда остается золотом и ничей печатный профиль не может его испортить.

Хозяин кемпинга не брезговал принимать в оплату борнийские деньги. Ведь скоро они могут стать более ценными, чем эджи, бримоны и маджи. Так что Шура и его рулевой не отказывали себе в изысканных и дорогих блюдах.

Они как раз смаковали бараньи ребрышки в овощах с острым соусом вприкуску с маленькими солеными арбузиками, когда бродячий сказитель взялся повествовать о сражении одиннадцати воинов Баделенда против трех десятков борнийских найтов.

- И призвали технари воинов Дороги постоять за Храм, что стоял на пути узурпаторов. Под стенами святилища встали они машина к машине, скрестили копья долгомерные и стали бить-колоть борнийцев окаянных. Но где один борниец упадет, там двое подъезжают. — В многолюдной харчевне воцарилась тишина. Склонив головы, молча слушали найты и рулевые, бегали глаза у торговцев, невозмутимо пили пиво забредшие ремесленники. Сиплый голос сказителя царил под навесом. — И проехали они по костям поверженных смельчаков, и ворвались в ворота Храма. Но цену вражины за то заплатили немалую — по две головы за каждый ключ свободного воина. И от злобы великой распроклятые раненого найта взяли да и привязали веревками к двум мотоциклам, и на две части разорвали...

В этом месте раздался треск и один из столов харчевни раскололся на две части. Высокий дюжий найт в сердцах опустил кулачище на столешницу, дерево не выдержало, проломилось, роняя на пол миски и бутыли. Найт поднялся, бросил хозяину целый золотой и направился к мотоциклу.

Ему смотрели вслед. Наверняка это был один из тех, кто направится на восток и станет вызывать борнийцев на поединок. И его серая "Планета" вскоре останется на дороге, а зеленые машины продолжат путь на запад.

Так невесело сказитель завершил свой сказ. Старик собрал причитающиеся деньги, потом снова занял место в центре харчевни.

- Но все мы можем наяву узреть настоящего посланника предков-байкеров. Его мотоцикл вызывает восхищение и благоговение. Он стоит в стороне, прячась за простыми машинами. Не зря посланник приехал к нам, не даром уже сразил скольких супостатов. Если он с нами, то предки за нас. Они снова пришли к нам, славный Фамирос и рулевой его Ферри.

Посетители шептались за столами, бросая взгляды на Шуру и Зага, на которых указал байкарь.

"Ну, спасибо тебе, сказитель копов!", — про себя подумал Шура. Обращенные на него взоры мешали спокойно предаваться трапезе.

Он уже хотел предложить Загу забрать остатки ребрышек и уехать, когда на стоянку прикатил сиреневый мотоцикл с бычьей головой на коляске, сразу забирая на себя внимание посетителей харчевни. Не слезая с седла, королевский глашатай несколько минут восхищенно рассматривал стоящий неподалеку "Харлей", потом тряхнул головой и начал громко вещать:

- Борнийские найты разграбили уже девять Храмов. Они убивают жрецов и отбирают добро у крестьян, они надругаются над завещаниями предков-байкеров. Свободные найты Баделенда должны объединиться и защитить власть короля Григора, если хотят оставить себе дороги Объединенного Королевства. Верховный клирик Дромм велел жрецам бесплатно заправлять и ремонтировать мотоциклы тех, кто будет биться с борнийцами.

- Где собираются все найты? — крикнул Шура.

- Возле Плевени. Приезжайте все, кто хочет остаться свободным.

- И станем как ты, на побегушках у короля, — тихо проворчал бородатый найт за соседним около Шуры и Зага столом.

- Ты прав, — повернулся к нему Шура. — Лучше оставить мотоцикл на стоянке, спрятаться где-нибудь и переждать. Может все само уляжется.

В ответ найт лишь почесал бороду и пробормотал что-то себе в усы.

IV. Испытание Силой

Нож как бритва,

Будет битва

Кулак — как флаг над буйной головой,

Вожак сказал: "Свое возьмем с лихвой!"

Во тьме не спасется враг!

Пора, готовься сделать шаг,

Тебе дадут знак!

"Ария"

1

"Харлей" царственно приближался к стоянке, на которой уже расположились не менее тысячи мотоциклов. Такое количество машин одновременно могло быть только в прославленном Мотограде.

Покачиваясь в седле и разглядывая многоцветные машины всех мастей, Шура невольно размышлял о предстоящей войне. Как найты, привыкшие сражаться поодиночке, смогут биться бак о бак? Кому под силу из свободных воинов создать армию, войско, единое целое?

Командовать этой армией, конечно же, будет Тутос — самодовольный предводитель королевских найтов. От этого надменного франта не следует ожидать ничего хорошего. Привык зарабатывать на жизнь покорностью, а не схватками на дорогах.

Или король поставит во главе воинов Дороги лучшего из свободных найтов? Тогда Шуре придется сражаться под командованием заклятого врага. Не мог король пару дней повременить с Перемирием?

На этой равнине было так много мотоциклов, найтов и рулевых, что разыскать предводителя в этой мешанине представлялось делом довольно-таки сложным. Заг подрулил к зеленому "Днепру", что стоял немного в стороне, и Шура спросил у найта:

- Брат, где тут вписываться в армию?

Он уже свыкся с восхищенными взглядами, в которых мелькала искорка зависти, потому спокойно ждал, пока найт налюбуется Синей Молнией и сможет отвечать.

- Там, где шатры, — наконец махнул тот рукой. — Найдите королевского писаря. Он отмечает всех.

Шура кивнул, и "Харлей" медленно покатился среди стоящих машин к расположению предводителя.

Недоверчивые, восторженные и порой завистливые взгляды провожали синий мотоцикл. Конечно же, они сразу узнавали его. Никому из ныне живущих найтов и рулевых не удавалось оседлать такую машину. А выходит, она существовала на самом деле. И один экипаж ее раздобыл.

Легендарный мотоцикл предстал перед воинами Дороги наяву, словно воплотившись из сказаний о славном Фамиросе и его верном рулевом Ферри.

Молва о Синей Молнии, навевающей страх на борнийцев, долетела уже до найтов свободной части Баделенда. Эривэн или другой сказитель донес вести о ее подвигах в тылу захватчиков. Теперь собравшиеся воевать найты могли воочию увидеть прославленный мотоцикл.

Возвышенность в центре огромного лагеря занимали стройные ряды шатров. Большой холм был утыкан ими, словно грибами после дождя — большими и поменьше, пестрыми, как цветущий луг и однотонными, будто дорожная пыль.

Проезд между шатрами перекрыли шлагбаумом, возле него торчал пост из королевских гвардейцев. За полосатым бревном расположились пару столов, к ним тянулись короткие очереди спешенных найтов.

Шура тоже спрыгнул с мотоцикла, миновал солдат, глазеющих на Синюю Молнию, пристроился в очередь и терпеливо ждал, пока дойдет до стола с писарем.

- Тотем? — без лишних церемоний спросил невзрачный человечек в очечках.

- Нету.

Писарь поднял глаза от стола и снял очки.

- Ты — найт?

- Еще какой. Понимаешь, нет у меня сейчас тотема.

- Как нет? — растерянно спросил человечек.

- Синяя Молния тебе о чем-нибудь говорит? — наклонился Шура к нему.

Наверное, Синяя Молния о чем-то говорила ему, потому что писарь растерялся. Он снова нацепил очки, нервно затеребил перо в длинных пальцах, несколько раз макнул его в чернильницу, роняя на стол и на бумагу жирные кляксы.

До этого момента у писаря все было в порядке. Всего-то требовалось вносить в книгу имена да тотемы найтов, марки мотоциклов, чтобы потом распределять их по отрядам. А куда, в какой столбец прикажете занести Синюю Молнию, слухи о которой дошли даже до королевского двора? Может, этот парень с колючими серыми глазами решил подшутить над бедным королевским слугой?