| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Тельвар тоже молчал. Может, что-то обдумывал, может, строил коварные планы. Юльке и это было безразлично. До той поры, пока вящий не переступил порог небольшой овальной комнаты. Сделал несколько быстрых шагов и поставил девушку на пол. В первый момент перед глазами всё поплыло, видимо, от долгого висения вниз головой, но когда картинка стала чёткой, Юля почувствовала себя так, словно её ледяной водой окатили. Она стояла на краю прямоугольного мраморного бассейна, а прямо перед ней, на расстоянии вытянутой руки, раскачивались на цепях трое закутанных в сатавары существ, на нечеловеческую сущность которых указывали синеватые, покрытые мелкой чешуёй ступни, торчащие из грубо вспоротых шёлковых мешков. Крик застрял в горле. Тяжело дыша, девушка смотрела на ровные, хирургические разрезы на пятках существ, на тяжёлые бурые капли, падающие вниз, а в сознании билась единственная мысль: "Почему они молчат?!"
Хриплый смешок заставил Юлю опустить взгляд. На дне бассейна, среди кровавых пятен и потёков, возлежал единовластник Бергеш собственной персоной. Абсолютно голый. Юльку едва не стошнило от отвращения: морщинистую кожу правителя сплошь покрывали желтовато-синие уродливые пятна, безобразные шрамы и рубцы.
— Не тушуйся, дорогуша. Когда обычный человек всеми возможными способами пытается одолеть смерть, с ним ещё и не то случается. А Бергешу давно за сотню перевалило. Он у нас главернский старожил, своим существованием напрямую обязанный Ордену вящих, — интимным шепотом сообщил Юле Тельвар. — Специально для него мы разработали очень действенное заклинание. Ты, наверное, знаешь, что нелюди живут намного дольше людей. Вот мы и заставляем их делиться. Понимаешь теперь, для чего ты здесь?
— Н-нет, пожалуйста, нет...
— Понимаешь. Господин единовластник хотел твоей крови, а своим верным соратникам Орден не отказывает.
Карром толкнул девушку в спину, и она начала заваливаться в бассейн, но соткавшиеся прямо из воздуха цепи мигом обвили тонкие запястья, вздёрнули добычу вверх, и Юлька повисла рядом с остальными жертвами обряда.
— Последний штрих, и мы вскоре узнаем, можешь ли ты умереть от потери крови, — весело произнёс Тельвар, и в его руке блеснул изящный тонкий клинок...
— Привал! — скомандовал Шайлэ и, не обращая внимания на тяжёлый враждебный взгляд тангира, спрыгнул с коня.
Солнце почти целиком скрылось за макушками деревьев, серые густые облака, словно получив разрешение, заволокли небо, не позволяя луне и звёздам тревожить засыпающий мир. С каждой минутой багровые всполохи на горизонте становились всё более неявными и прозрачными — мгла неумолимо завоёвывала пространство. Жарко, сыро, душно. "Но отдохнуть необходимо. И это место ничем не хуже других", — мрачно подумал маг, разглядывая каменистую полянку с редкими клочками мха и жёсткой тёмно-зелёной травой.
— Зачем останавливаться? — прозвучал недовольный голос тангира. Он перекинулся в человека, плавным движением скользнул на землю и подхватил всхрапнувшего вороного под уздцы. — Я прекрасно вижу в темноте и могу беспрепятственно провести вас через любую чащу. Устали — спите в седлах. Я присмотрю, мне не трудно.
— Мы должны отдохнуть. Выдохшиеся и измотанные мы Юле не поможем!
— Говори за себя, неженка!
— Хорошо. — Шайлэ развернулся и хладнокровно взглянул на Горра. — Я не обладаю выносливостью оборотней. Я привык спать по ночам, а действовать предпочитаю на свежую голову. Доволен?
Тангир угрюмо молчал. Да и что говорить, если этот диалог, повторяющийся третий вечер подряд, всё равно ни к чему не приводит. Он сам признал Шайлэ командиром, значит, придётся проявить выдержку и терпение. "Погоди, вот покинем Главерну и прости-прощай. Ты нам не нужен!"
— Можешь сказать это вслух — не обижусь. Я понимаю тебя лучше, чем ты думаешь. — Вящий многозначительно посмотрел на тангира, а потом резко обернулся к рыжеволосому мальчишке, мышкой замершему возле гнедой кобылы: — Расседлай коней и отдыхай. Ужином займусь сам.
Горр приглушённо рыкнул, отпустил повод и зашагал к деревьям, бросив через плечо:
— Поброжу по округе.
Шайлэ улыбнулся:
— Отличное решение.
— В твоём одобрении я не нуждаюсь!
— Само собой. — Маг ухмыльнулся и подмигнул Эрику: — Видишь, не стоит его бояться. Горрар отличный малый.
Мальчишка скептично скривил хорошенькую мордашку, однако возражать вящему не стал и даже кивнул. На всякий случай. И потянул коней в сторону, подальше от мага. С учётом размеров поляны выглядело это откровенно глупо. "Но раз парнишке так легче — пусть". Шайлэ расстроено вздохнул и отправился за хворостом.
За два дня Викнар многое узнал о главернских джунглях. Например, то, что сухих веток здесь найти практически невозможно. Однако как бы то ни было колдовать маг не собирался: слишком велик был риск засветиться перед коллегами, коих в Главерне проживало не меньше полусотни. И, несомненно, найдётся из них один-два, кто сумеет опознать вящего, произнесшего заклинание. "Обязательно опознают! Теперь, когда Юли рядом нет, моё инкогнито трещит по швам. Прятаться в тени сильного дара очень удобно... Впрочем, кого я обманываю? Тельвар, скорее всего, догадался, кто пригвоздил его мечом к Забытому тракту. Жаль... Лучше бы магистр Ревальд и дальше считал, что я отправился в Пайфер. Для него это будет ударом..."
Шайлэ подошёл к раскидистому кусту, притулившемуся в тени могучего баобаба, и стал планомерно обламывать ветки. "Сначала Алекс, теперь я. Надеюсь, хотя бы Джереми не разочарует Вас, господин магистр". Воспоминание о младшем Ребарат-Нуре, которого, как и Алексиса, он считал своим братом, окончательно испортило настроение и заставило острее почувствовать вину перед семьёй, в которой маг прожил более десяти лет. На его глазах Джереми из маленького мальчика превратился в смышлёного юношу, перспективного мага и отличного друга. Шайлэ и Алекс постоянно таскали его за собой и разница в шесть лет их ничуть не смущала...
Когда всё изменилось, Викнар до сих пор не мог понять. Как он ухитрился не заметить, прозевать, тот переломный момент, после которого Алексис кинул свою жизнь в жерло борьбы с Вящими, с отцом, со своей семьёй, что долгие годы возглавляла Орден?
Шайлэ замер. Пальцы стиснули тонкую ветку, глаза уставились в пустоту. Наверное, в миллионный раз он пытался вычислить, когда Алекс ухитрился познакомиться с эльфийкой. "Как ему удалось держать свой роман в тайне целый год?" Викнар ни разу не видел их вместе, не удостоился даже упоминания об Эйлин. И это терзало душу обидой. "Чем я заслужил такое отношение? Я бы никогда..." Викнар оборвал никчемную мысль. Терзаться можно было сколько угодно, но, если честно, сейчас он был благодарен Алексису. "Долг и дружба... Думать не хочу, что бы победило!"
Внезапно в сознании, словно призрак далёкого прошлого, возникла Эйлин. Хрупкая воздушная фигурка, светлые длинные волосы, овальное лицо с идеально правильными чертами и угасающие тёмно-зелёные глаза, в которых слились агония и благодарность.
— Кто? — Шайлэ рыкнул не хуже Горра и принялся яростно ломать ветки. — Кто выдал тебя, Алекс?
То, что Алексис возглавил восстание малых рас, стало для них с Джереми ударом. Страшным и неожиданным, как раскат грома в разгар зимы. Но само восстание прошло мимо Шайлэ: едва началась осада Делвайера, его и младшего сына Ребарат-Нура посадили под замок, словно подозревали в сговоре с Алексом. "А может, и правда, подозревали. Мы же были не разлей вода". О подробностях неудачного восстания Викнар узнал лишь тогда, когда всё было кончено: отряды восставших разбиты, Алексис замурован в родовом замке, а его возлюбленная Эйлин доставлена в резиденцию для допроса. К этому моменту Джереми и Шайлэ уже не разговаривали. Взаимные обвинения — кто виноват больше в том, что случилось — внесли в их дружбу разлад. Быть может, сказалось долгое заточение, во время которого они общались только друг с другом, а может, потому, что было слишком больно осознавать, что Алексиса больше никогда не будет рядом, что он не придёт, не улыбнётся своей особенной, светлой улыбкой. Что прогулки, беседы и кутежи в кабачках Делвайера — всё это безвозвратно утрачено и никогда не повторится.
Ревальда, судя по всему, устраивала их размолвка. Он стал чаще отправлять Шайлэ в деловые поездки и большей частью за границу, а Джереми загрузил учёбой так, что бедняга дневал и ночевал в библиотеке. "Словно боялся, что мы объединимся и попытаемся вызволить Алекса..."
— Эй! Мы сегодня ужинать будем или ты собираешься до утра кусты крошить?
Резкий голоса тангира заставил вящего подпрыгнуть на месте. Он с недоумением похлопал ресницами, тряхнул головой, отгоняя воспоминания, и растерянно взглянул на свои сапоги, засыпанные ворохом трухи и коротких палочек. "Совсем нервы сдали..." Шайлэ повернулся к Горру и застыл, медленно закипая от ярости. Правда, злился он не на Горра, который держал подмышкой охапку веток, словно намекая, что Викнар не способен справиться с элементарным делом, а на себя, из-за того, что позволил так о себе подумать.
"Мы на одной стороне", — напомнил себе маг, попытался выжать улыбку, но добился лишь насмешки в карих глазах, а прядки-стрелки задрожали от едва сдерживаемого смеха.
— Пойдём.
Шайлэ безнадёжно махнул рукой и зашагал к поляне. Горрар со звериной грацией скользил рядом. Скажи он хоть что-то, вящий бы на него наорал и наверняка почувствовал бы себя гораздо лучше. Но тангир, как назло, решил проявить выдержку. "И это правильно", — проворчал маг, мысленно выругался и со вздохом произнёс:
— Не стоило останавливаться. Я вполне мог подремать в седле.
— И к чему ты это?
— Просто так.
Тангир ухмыльнулся:
— Тогда я тоже просто так скажу. Отдых нам, в самом деле, необходим. Извини, что возражал. Каюсь, мне нравится тебя доводить, Шайлэ. Ты так забавно краснеешь и раздуваешь ноздри...
— Иди ты!
— Я же извинился! Ладно, обойдусь без экивоков. В общем, чувствую я, как ты нервничаешь. И понимаю почему. Спасти Юлю может только чудо.
— Эрик...
— Мальчишке не нужно об этом знать. Он верит, что вящий — божество. Придёт, махнёт рукой, и все падут ниц, а потом будут дружно и радостно выполнять команды. — Горрар остановился, и Шайлэ последовал его примеру: — У тебя есть хоть какой-то план?
— Какой план? — отрывисто зашептал маг. — Юля, скорее всего, во дворце, а значит, против нас встанет вся Тайшанская гвардия. И не только они! Если я начну колдовать, во дворец ринется посольство Вящих. В полном составе! Знаешь, кто его возглавляет? Михаэль Галан!
— Так вот почему его в Делвайере не видать. Всё-таки он сумел допечь Ревальда, раз его отослали с глаз долой. Интересно, чем?
Горр с надеждой взглянул на вящего, но тот отрицательно помотал головой:
— Не знаю. И знать не хочу!
— Жаль...
— А мне жаль, что этот тип стоит у нас на пути! Я бы предпочёл встретиться с Брантом или, к примеру, с Эмальтом Йоргом!
— Особой разницы я не вижу.
— У Михаэля в запасе всегда имеется какой-нибудь грязный трюк. Вступать с ним в открытое противостояние — гиблое дело!
— Тогда на что ты надеешься?
— Есть у меня один знакомый, — уклончиво произнёс маг и зашагал вперёд, бросив через плечо: — Он — наш единственный шанс попасть во дворец.
— А что потом?
— Понятия не имею.
Глава 20.
Амулет для Снежной королевы.
— Мне показалось или там кто-то шастает?
Молоденький стражник в новом, с иголочки мундире и свободных штанах, заправленных в скрипучие кожаные сапоги, перегнулся через парапет и стал всматриваться в густые вечнозелёные кусты, почти вплотную подступающие к городским стенам.
— Не кипешись. — Его напарник погладил черную густую бороду, едва тронутую сединой, лениво взглянул на зеленые островки кустов, перевел глаза на голый, серый лес, потом отвернулся и принялся сосредоточенно шарить по карманам. — Да куда ж я её засунул? Неужто в караулке забыл?! Вот же... Нет, нашёл!
Улыбнувшись во весь рот, он достал из кармана небольшую, слегка изогнутую трубку и расшитый красным крестиком кисет.
— Да ты никак офигел, Триф! Курить на посту?! Да капитан тебя...
— Верещишь, как обворованная базарная торговка, — перебил его Трифон и ухмыльнулся одной половинкой рта, скрывая сломанный в пьяной драке клык. — Капитану сегодня не до нас. У его приятеля вчера сын родился. Так вот счастливый папаша и отметил это событие. Со своим лучшим другом, разумеется. Поэтому сегодня можно особо не напрягаться, из караулки он до вечера не выползет.
— И что с того? — Молодой стражник осуждающе покачал головой. — А вдруг враги? Вдруг именно сегодня оборотни выползут из своих нор и нападут на Стайлен?! И город падёт по нашей вине! Потому что мы отвлеклись и не сумели вовремя подать сигнал об опасности!
— Как же ты ещё зелен, Карпуша. — Трифон присел на корточки, прислонился к стене и стал неторопливо набивать трубку, тихо, но уверенно говоря: — Либения никогда не хотела войны и за всю историю ни разу не была инициатором военного конфликта. Защищалась — да, оказывала военную поддержку — да, нападала — нет. Оборотни много лет (да что там лет! веков!) торговали с людьми к огромной выгоде обеих рас. Ты даже представить себе не можешь, какие диковинные вещи продавались на нашем базаре, да и сам базар был раз в десять больше. Не то, что теперь... Три прилавка — два ларька!
И замолчал, занявшись важным делом — раскуриванием трубки. Когда же Трифон выпустил изо рта сизую струйку дыма и посмотрел на напарника, то столкнулся с недоверчивым, подозрительным взглядом.
— Сомневаешься в правоте Ордена? Или считаешь оборотней добренькими и справедливыми?! А кто же тогда устроил кровавую резню в Делвайере? Твои замечательные либенийцы! Кто, как ни они, оплели лживыми речами и сладкими посулами неокрепший разум несчастного Алексиса?! — Лицо юноши раскраснелось, в глазах появился фанатичный блеск. — Придёт время, и мы сотрём эту мерзкую страну с лица Аренты! Наши потомки будут безмерно благодарны нам за свободный от скверны мир. Мир, до последнего клочка земли принадлежащий людям!
Карп с превосходством взглянул на сослуживца, но тот лишь покачал головой. Миссионеры Ордена, в последнюю неделю прямо-таки заполонившие Стайлен, не теряли времени даром — "лживых речей и сладких посулов" Трифон наслушался до отрыжки. Вящие красочно, с огоньком рассказывали о светлом будущем Аренты, где не будет ни злобных оборотней, ни бессердечных драконов, ни хитрых эльфов, ни жадных гномов. Особое внимание, учитывая местоположение города, уделяли либенийцам. Как много нового узнал Трифон о ближайших соседях! И, если принять всю эту чушь за чистую монету, получалось, что дни Стайлена сочтены, что ни сегодня-завтра на его древние стены обрушатся полчища свирепых, беспощадных монстров. Под их натиском город падёт, и на его развалинах будут вершить страшный пир оборотни-людоеды, чудовища, искусно прикрывающую звериную суть обликом человека.
Стражник глубоко затянулся, выпустил вереницу сизых колечек, которые тотчас унёс холодный осенний ветер, и поднялся. Тщательно выбил трубку, сдул с парапета кучку серого пепла и похлопал напарника по плечу:
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
