Новоселье (рабочее название)

Из разбирательства со слугами я почерпнула много нового и всерьёз задумалась о том, что моего почти-бывшего жениха сестра Наариэля не оценит. Лидорчик — не того полёта птица, м-да.

Охраной сопровождающие Нирэльяны действительно не являлись. Бутафорией — да. Они были всего лишь слугами, причём все как один недавно нанятыми. Настолько недавно и так нанятыми, что сам их найм являлся сомнительным фактом. Никто из них не разбирался в иерархии домов Империи вообще и Ирсилена в частности, каждый хотел поступить на службу в приличный Дом, но вряд ли мог на это рассчитывать. Слуги в Домах предпочитали передавать место своим детям и работали поколениями.

Самому старшему, гороподобному, едва исполнилось двадцать пять. Но главное.... Вот, после чего я совсем зауважала Валерьянку! Наняли этих ребят прямо перед побегом. В Ирсилене, конечно, сплошь добропорядочные граждане, но с таким методом найма можно было и на лиходея попасть. Молодых людей приличной и приятной наружности выбирали, где придётся: на рынках, в лавках и даже на скотобойне. Гороподобного именно там и нашли.

Свеженанятые слуги думали, что они и впрямь сопровождают даму из Дома Золотого Луча. Какая умница она, а? Нисколько не сомневаюсь, что это была её идея. А тот мальчик, которого допрашивал Жемчужный Папа... Эх, жалко мне его. Он весь этот сброд и нанимал. Для своего Дома. Безо всякого права. Ох, и попадёт ему, когда родственники узнают ещё и такие подробности. Да и ребят этих тоже жалко. Ну, им хоть заплатили — вроде как жалование за месяц вперёд. Интересно, Валерьянка придумала, куда потом деть восемь человек, которые должны были заявиться в Дом Золотого Луча к полной радости его обитателей?

Из кареты раздался такой взвизг, что я засомневалась в правильности своих выводов относительно сдержанности Жемчужного Папы. Неужели он решил применить к дорогой доченьке бабулин метод воспитания: "Отлупить!" Змей! Судя по его шипению — точно змей. Наариэль тоже заволновался. Он осмотрел переминающихся слуг и сделал верный вывод. При назревающих разборках люди точно станут лишними.

— Все вопросы с Домом Золотого Луча решим позже, — припечатал мой сероглазый красавец. — Отправляйтесь в Дом Синей Вязи. Обратитесь к управляющему. Он решит, каким делом вас занять. Отправляться немедленно! — рявкнул совсем по-командирски прекрасный маг.

Вопль в карете повторился, и она даже ходуном заходила. Ну, понятно! Сестричка рвётся к брату. А папаша хоть и сообщил радостную новость, но моралями маринует.

Несостоявшиеся охранники поспешили к своим лошадям. Я смотрела на их перепачканные ливреи, на карету, опять на людей и опять лошадей. Что-то меня смутно беспокоило, но я никак не могла уловить, что именно. Бабушка тут же обозначила своё присутствие.

— Память, Миточка.... Ты что-то где-то видела, похожее, но не можешь вспомнить, что и где. Помочь?

— Ага, — отозвалась я, пытаясь всё-таки справиться самостоятельно.

Самостоятельно не получилось. Бабуля рухнула в моей голове куда-то вниз. И выудила из моей памяти... вилку. Двузубую, для фруктов. И всё бы ничего, но маленькая изящная вилочка приводила меня прямо-таки в ужас. На ручке этого совсем не страшного предмета красовался такой же герб, как и на дверце заляпанной грязью кареты. Вот, теперь помню. Дядя увидел у меня эту вилку и жутко ругался. А ругался он потому, что я нашла означенную вилку, невесть как оказавшуюся в кармане старого платья, и закатила слёзную истерику.

— Ну, и... что это значит? Вилкофобия?

Ладно, я не такая недогадливая. Дело же не в вилке, а в гербе. То есть, в знаке Дома Золотого Луча.

— Неизвестно, — задумчиво отозвалась Синяя Бабушка. — Воспоминание относится к тому времени, когда вы с дядей только поселились в Приреченске. Как раз перед этим событием отсутствует год твоей памяти. И мне это не нравится.

А уж мне-то как не нравится! Но помучиться страшными предположениями не довелось. Дверца кареты распахнулась, и к нашей компании присоединился Жемчужный Папа. Эльф протянул руку в недра каретного монстра, и в неё легла тоненькая ручка. Потом мы увидели ножку, нашарившую ступеньку, а следом показалась и вся Валерьянка. То есть, по идее, это была она. По идее, потому что сестра Наариэля пока что пребывала под маской. Лидорчик вздрогнул. Не ожидал, ага. И я не ожидала.

— Так-так... — глубокомысленно пробурчала мне в мозг Карнэль Короедовна. — Значит, эльфы в роду у тебя были. Верно?

Были. Но один раз и давно. Хотя, с учётом продолжительности жизни эльфов, эта самая родня вполне могла быть живой-здоровой по сей день. Как-то я над этим простым фактом раньше не задумывалась, и мне не приходило в голову выяснить, какие именно там были эльфы. А теперь, глядя на маску Валерьянки, задуматься пришлось.

Явившаяся нашим взорам застенчивая девица была куда как красивее меня. Но наше сходство было, что называется "на лицо". Пусть оно ограничивалось цветом волос и глаз, но было в нас ещё что-то такое неуловимо похожее, что и Короед, и Наариэль, и Яся задумчиво переводили взгляд с меня на Валерьянку и обратно. Прям, как я до того, как мне Бабушка помогла с памятью. А Лидорчик даже сказал "Ой!" И скис. Ага, ясненько! Где-то в Доме Золотого Луча у меня имеется родственничек. И судя по моей реакции на давно изничтоженную вилку, ни этот родственничек, ни этот Дом, не питают ко мне и к дяде никаких родственных чувств. А моя чувствительная печень подсказала, что лучше бы дальней родне не знать, где мы с дядей проживаем... Ну, здравствуй, драмзерх! Давно не виделись!

Детское коварство (36)

Когда смущённая всеобщим вниманием Валерьянка сняла маску и парик, Лидорчик превратился в статую. В конную статую. А я поняла, что надо ковать железо пока горячо. Всё равно мне не светит выяснить посреди леса, что там было в прошлом. Для этого надо найти пропавшего родственника. Дядя точно знает, почему у меня такая реакция на этот Золотой Луч. То есть, у дяди можно выяснить подробности: позолоченная родня нас просто убьёт при встрече или будет убивать долго и мучительно? Всё-таки качественные в моём семейном шкафу скелеты нашлись — в золотых вензелях на белых косточках. Гм, отвлеклась.

Короче, я приступила к первой части своего плана. Закатила истерику. Бабуля временами шипела у меня в голове и требовала не переигрывать. Ну, не знаю... Обычно я в детстве дяде так истерики и закатывала, когда мне очень чего-нибудь хотелось. И пусть Жемчужный Папа морщился, а Валерьянка точно-точно завидовала, что я могу себе позволить капризы с завываниями. Ей-то пришлось изображать благопристойность. Пфе. Зачем, спрашивается скрывать нормальную радость? Вместо того чтобы повиснуть на шее разлюбезного брата (я бы тоже там повисеть не отказалась), она под придирчивым взглядом отца подошла к Наариэлю и, чуть ли не присев в реверансе, изложила свою радость в таких выражениях, как будто у неё принимали экзамен по изящному словоблудию. Наариэль глянул на папашу и ответил сестре тем же. Когда Нирэльяне представляли Короеда, она только чуть оступилась, но не упала. Яся одобрительно кивала. Ух, виверна ушастая! Расшаркиваться никто не стал. Понимаю. Дорога — форменное месиво. Так и поскользнуться недолго. А то бы они и расшаркались. Опять отвлеклась.

Так вот, как только со взаимными любезностями было покончено, я и закатила истерику. А почему нет? Ночью через лес скакали? Скакали! Поужинать нам прошлым вечером не дали? Не дали. Мой бутерброд считать не будем. Подрастающий организм не может питаться всухомятку. Мастер Ясанна должна была это учитывать. Мне бульон нужен! Мясной! И я требую, чтобы мне дали поспать, а потом дали бульон! Короче: бульона и жареного мяса, мне, срочно!

Короед раньше за мной такой припадочности не замечал. Мастер Ясанна тоже. Лидорчик чуть из седла не вывалился, когда я начала рыдать. Это я могу, ага. Как вспомнила, себя-несчастную-одинокую, так и заревела в голос. И если эти трое хорошо со мной знакомых сомневались, а не сошла ли я с ума, то Жемчужный Папа нисколько не сомневался. Истеричка избалованная, точно-точно. Но он даже не поморщился. Наверное, его всё-таки постигла радость и сопутствующая благодарность, обещанная Бабушкой.

— А мастер Ясанна говорила, что вы охотиться умеете, — пускала я носом пузыри под увещевания Тарноэра-старшего и его попытки уговорить меня потерпеть до Догеля. — Вот, и поохотьтесь! — нудила я самым противным голосом, на который была способна. — А со мной Лидорчик останется. Жених потому что. И Наариэль! Он меня охранять поклялся. — На этом заявлении Нирэльна позволила себе округлить глаза. Молча. — Вот и пусть защищает..., — пустила я напрочь горькую слезу. — Льянка с нами посидит. Она в таком платье всё равно за мясом не угонится. Есть хочу!

Последнее заявление я подкрепила, пустившись на крайние меры. Топнула ногой. Хорошо топнула. Качественно. И Валерьянке платье грязью забрызгала, и жемчужному эльфу на сапог попало.

— Непременно поохотимся, — не стал спорить со мной-истеричной Тарноэр-старший, — сейчас заберём лошадей, найдём место для стоянки и поймаем Вам что-нибудь на завтрак. Здесь всё равно уже никакой дичи нет, — намекнул на мои пугающие вопли Жемчужный Папа.

Это он зря охоту отложил. Пока присоединяли к нашему отряду бывших каретных лошадей (карету только с дороги оттащили, да так и оставили), да пока грузили на них Валерьянкино барахло и искали место для стоянки, я успела порыдать ещё пару раз и создать у главы Дома Синей Вязи навязчивое желание заткнуть мне рот тушей любого зверя. Лучше — ежа. Вслух он этого не сказал, но бабуля заверила меня, что даже у неё, знающей о притворстве, такое желание давно возникло.

Мой план чуть не сорвался, когда Лидор — семьдесят второй недоумок — решил присоединиться к охотникам. Нашёл время ловкость свою показывать! Пришлось пускать слезу ещё раз. Насчёт Наариэля в качестве охраны для нас с Валерьянкой Жемчужный Папа не возражал. Наоборот — был очень даже "за". В итоге на охоту отправились трое — отец Наариэля, Короед и Яся. Нам с Валерьянкой постелили поверх свежего лапника одеяло и предложили поспать. Валерьянка спать не хотела, а рядом со мной даже опасалась, как будто я заразная какая. Красавица присела на самый краешек, а стоило только охотникам скрыться за деревьями, принялась шептаться с братом. Лидор крутился рядом и даже вздыхал. Романтик, драмзерхом деланный.

Я попыталась выяснить у Бабушки, насколько далеко ушли эльфы и Короед, но Карнэль ехидно заявила:

— Твой план, ты и воплощай. Всё! Считай, что меня нет.

Ну, и ладно. Сама, так сама. Не знаю, как мне удалось проваляться ещё минут пятнадцать для полной гарантии. Но как-то удалось. А потом я взялась за дело.

— Лидор! Быстро за мной! — скомандовала я приплюснутому большой любовью.

— Куда? — промямлил пребывающий в приятной прострации совсем-почти-бывший жених.

— В кусты! Срочно!

— Ммммм... — попытался возразить блондин на всю голову.

Пришлось брать за руку и тащить. Валерьянка позволила себе презрительно скривиться. Ха! Если бы она знала, какое я ей счастье пристрою, её бы совсем перекосило. Наариэль только вздохнул. Видимо, решил, что я умом тронулась на почве голода.

Инструктаж в кустах я произвела быстро, потому что время от времени пихала и трясла Лидорчика, старясь вернуть его в грубую реальность. Понимаю, что у него перед глазами маячил образ прекрасной Валерьянки, но это ж никуда не годится для дела.

— Так, ТоннаЭляМирГландам, быстро рассказывай, как расстегивается эта штука! — браслет пришлось ткнуть ему чуть ли не в нос.

— А? — попытался и дальше плавать в мечтах Лидорчик.

Браслет, как оказалось, расстёгивался очень даже легко. Надо было не колупать его, а всего лишь сжать. Внутри что-то щелкнуло, и побрякушка раскрылась. Технологично. Но и браслет Лидорчика снимать пришлось тоже мне. Малолетний романтик превратился в расслабленную куклу даже безо всяких вторжений в мозг. Плохо.

— Лидор, слушай меня внимательно! — ткнула я его в бок кулаком. — У Валерьянки таких нюнь с грустными глазами сотня гномьих вагонеток и одна маленькая прицепом. Понимаешь? — Лидорчик вздохнул и загрустил. — Не смей показывать, как она тебе нравится! — прошипела я в самое ухо бывшему жениху и для полной доходчивости ущипнула, не ожидавшего такой пакости ТоннуЭля. — Ага, услышал. Запомни: ты страдаешь, но от любви ко мне. На ревность брать будем. На слабо, на... на самомнение, короче. Итак! Мы с тобой разорвали помолвку, чтобы помочь Нирэльяне. Вроде как временно. Годика на три. С твоей стороны это — жертва. И не надо глазами хлопать. Сказки буду рассказывать я, так что тебе врать не придётся.

— А-а! — понятливо закивал любитель быть жертвой.

— Отлично. Все твои томные вздохи будем списывать на мой счёт. Не забывай временами смотреть в мою сторону. Всё, жертва, пошли жениться.

Фух, какое сложное оказалось дело — устраивать чужую помолвку.

К нашему с Лидорчиком возвращению из кустов картина слегка поменялась. Наариэль и Валерьянка стояли обнявшись. То есть, никуда не делись, что уже хорошо. Валерьянка хлопала слегка покрасневшими глазами. Плакала. Тоже неплохо. Я бы на её месте в преддверии папашиных казней обрыдалась совершенно непритворно и куда как сильнее. Наариэль деликатно отстранил сестру и помог ей сесть. На меня он смотрел несколько задумчиво. Ещё бы! После моей истерики я выглядела неприлично бодро, да ещё и пыталась не улыбаться. Выходило плохо, и временами я аж причмокивала, предвкушая грядущее удовольствие. Бульон входил в удовольствие только довеском.

— Нирэльяна, — начала я официальным тоном, — Лидортонниэля Миргландинниэра тебе уже представили. Скажи, ты могла бы влюбиться в него с первого взгляда?

— В Вашего жениха? — ледяным тоном, прям как её папа, переспросила Валерьянка.

— Бывшего жениха. Мы только что в кустах расторгли помолвку, — гордо сообщила я.

— Я думала, что в кустах... гм.... — чуть не ляпнула лишнее сестра Наариэля, заставив своего брата поперхнуться воздухом.

Ну да, а то я ж не знаю, что обычно в кустах занимаются другими делами. Пусть ей Яся пояснит, какими ещё другими, кроме тех, о которых эта красотуля подумала. И кстати, она как бы отвергла моё обращение на "ты"? Отомщу. Но потом.

— Времени мало. Неизвестно, как быстро Ваш папочка изловит что-нибудь съедобное. Есть предложение. Вот этот Сын Императора, — официально поименовала я Лидорчика, ткнув в него для верности пальцем, — только что пожертвовал по моей просьбе гордым званием моего жениха... — Валерьянка захлопала глазами. Да, я умею удивлять! — Советую по быстрому в него влюбиться, чтобы стать официальной невестой потомка Императорского Дома. А таких невест даже родные отцы слишком сильно наказывать не могут. Без согласия жениха. А жених согласия не даст. Да, Лидорчик? — пришлось ещё раз встряхнуть несчастного влюблённого. — Нирэльяна, решайтесь. Лидортонниэль готов совершить благородный подвиг.

— А зачем Вам мне помогать? — поинтересовалась догадливая сестра моего красавца.

Пришлось вздыхать и каяться.