— Прости меня, — прошептал вампир. — Я знаю, что веду себя, как пациент дома безумцев. Я себя им и чувствую со дня нашего знакомства.
Я затихла, ожидая продолжения, но он, как обычно замолчал, не сказав ничего, что хоть как-то объяснило бы его поведение. И сейчас, вот зачем это?
— Меня тянет к тебе, — эти слова я еле расслышала. — И я ничего не могу с этим поделать. Но...
Я вскинула руку и спешно закрыла ему рот ладонью. Элион накрыл ее своей, и я почувствовала, как он целует мою руку. Но... Опять "но". Ну, сколько можно "но" ?! Мою ладонь от своего рта он все-таки отвел и закончил:
— Но ведь это неправильно. Невозможно изменить своим взглядам и принципам всего за три недели знакомства, половину из которых мы ругались. И я так вел себя с тобой, что не понимаю, почему я тебе небезразличен.
— Тебе стыдно? — я взглянула ему в глаза.
Вампир усмехнулся и снова поцеловал мою ладошку, после покрыл поцелуями каждый пальчик, скользнул губами на запястье, и я задохнулась. Теперь вздрогнул он, спешно отпуская мою руку.
— Мне неприятно осознавать, что вел себя, как животное, — произнес вампир, глядя поверх моей головы. — Но я такой, какой есть, Лиора.
— Это извинения? — усмехнулась я.
Мой спутник кивнул.
— И за то, что я творил сегодня тоже. Это было полным безумием. Не смог сдержать себя в руках. Моя голова отключается, когда ты рядом. А если тебе грозит опасность... Если бы ты была Пьющей кровь, я бы сказал, что это...
— Это? — прошептала я.
— Любовь, — все-таки закончил он. — Но ты человек, и я не знаю, как оценить все, что происходит со мной.
— Чтоб тебя сварг задрал! — неожиданно зло выкрикнула я и сорвалась с его коленей. — Да, сколько можно?! Элион, ты издеваешься? Какая разница, кто я?! — вдохнула, выдохнула. Спокойней, княжна, спокойней. Это издевательство нужно прекратить немедленно. — Лорд Одариан, я вам уже все сказала сегодня днем. Не стоит начинать снова. Я освобождаю вас от позорной любви к человеку. Вы Пьющий кровь — это звучит гордо. Я — человек, и для меня это сродни величавой песне. Но, похоже, слушать ее я буду вместе с горгулом. И, да, в первую брачную ночь я непременно надену ваш нескромный подарок и посвящу именно вам мое превращение из девицы в женщину. Спасибо, что сберегли мое девство. Кровавых снов.
Я круто развернулась и, гордо вздернув подбородок, направилась в свою спальню. Дошла до кровати, села на нее и закрыла лицо руками. Дверь с грохотом упала на пол.
— Мне посвятишь, значит, да?! — зарычал красноглазый монстр, только что уничтоживший новую рубашку.
— Тьма, Элион, возьмите себя в руки, — не столько испугано, сколько ошарашено произнесла я. — Вы не в себе.
Он мягко скользнул к кровати, я попробовала отползти, но когтистая лапа придавила меня к месту. Жуткая курносая морда склонилась ко мне.
— Посвятишь? — продолжал рычать Элион, прожигая меня яростным взглядом.
— Ладно-ладно, я даже не вспомню о вас, клянусь! — взвизгнула я, закрываясь руками.
— Не вспомнишь? Так сразу и забудешь в объятьях горгула? — рокотало чудовище, почти касаясь моего лица своим.
— Ты не в себе, — снова вскрикнула я, пытаясь отодвинуться подальше.
Уперлась ладонями ему в грудь, попав на обнаженное тело, и монстр застыл, блуждая взглядом по моему лицо. Его тело начало стремительно теплеть, дыхание вдруг стало тяжелым и прерывистым, и лапа, все еще придавливающая меня к кровати поползла по моему телу.
— Элион, — испугано выдохнула я. — Остановись, Элион.
— Лиора, — хрипло простонал в ответ неадекватный вампир, склоняясь к моим губам.
Я с ужасом представила, что собирается делать эта громадина, ставшая сейчас в два раза больше, и паника начала накатывать на меня неотвратимой волной. Между тем, его лапа продолжая путешествие по моему телу, попутно разрезая сорочку острыми, как бритва когтями. Приблизилась туда, куда еще не был допущен ни один мужчина, и я сжала ноги и задергалась еще неистовей в попытках освободиться от хватки вампира.
— Элион, не надо, — взмолилась я. — Остановись, прошу тебя, Элион!
А затем я услышала, как трещит по швам ткань срываемых им брюк. Я перестала извиваться и уворачиваться от страшного рта с большими острыми зубами, сжала кулак и врезала ему по лицу, тут же влепила пощечину с другой стороны и заорала в морду оскалившемуся монстру:
— С ума сошел? Что ты творишь?! Ты в боевой форме! Убить меня хочешь?
В полыхающих красных глазах, наконец, появилась мысль. Вампир поднял лапу, в изумлении посмотрел на нее, после на меня...
— Гнилая кровь, — выдохнул Элион, отскакивая от меня.
Его взгляд вцепился в мою помятую разлохмаченную, но разгневанную до предела особу, и вампир схватился за голову.
— Опять, опять, — застонал он. — Лиора, я не хотел...
И Элион исчез, растворившись в пространстве. Я еще некоторое время пялилась на то место, где он только что стоял. Затем решилась встать, и тут же села обратно, потому что тело начала бить крупная дрожь. Наверное, в первый раз за всю нашу поездку я, по-настоящему, боялась своего телохранителя. И что значит, это — опять?! Он уже на кого-то так нападал? Не выдержав больше, я повалилась на постель и сжалась в комочек, пытаясь успокоиться. Через некоторое время мне это удалось. Я побрела к своим вещам, чтобы переодеться.
На глаза попался злосчастный комплект нижнего белья.
— Видеть тебя не могу, — в сердцах воскликнула я и отшвырнула коробочку, в которой он все еще лежал, подальше. После сменила сорочку и прошлась по апартаментам, опасливо заглянула в спальню вампира, но его ожидаемо нигде не оказалось. Хорошо, хоть входную дверь не снес.
А потом мне ничего не оставалось, как вернуться в постель. Теперь было уж совсем не до сна, после всего пережитого. Да и тревога за это несносное чудовище становилась все сильней. Вот куда его понесло? Что он сейчас творит в своем безумном состоянии? А если с ним что-нибудь случится? К моменту, когда я услышала, как тихо открылась входная дверь, меня снова трясло, только теперь от собственных мыслей. Что я только не успела представить за это время.
Едва уловимые шаги прошли в спальню вампира. Некоторое время царила тишина. Я перевела дыхание, закрыла глаза и услышала почти неразличимое дыхание вампира над собой.
— Прости меня, — шептал он.
Я открыла глаза и посмотрела на него. Затем поймала за руку, усаживая рядом.
— Посидите рядом, пока я не усну, — попросила я.
— Испугалась? — его взгляд был таким несчастным, что мне сразу перехотелось говорить о произошедшем, сейчас, по крайней мере.
— Мне без вас не засыпается, — проворчала я, и мой спутник кивнул.
Элион сидел рядом, молча, практически замерев, только поглаживал мою руку, которой я все еще удерживала его. Удивительно, но слушая едва различимое дыхание вампира, я почувствовала себя... дома. Глазки сами собой закрылись, слабая улыбка скользнула по губам и в голове появилась мысль: "Наконец-то". Сон, который никак не хотел приходить ко мне, сейчас стремительно опутывал своими чарами.
Проснулась я только раз. И то, это была какая-то бредовая полудрема. Кажется, меня несли на руках. Приоткрыв глаз, я посмотрела на сосредоточенно лицо вампира и довела до его сведения:
— Я все вижу.
— Нет, радость моя, тебе это снится, — чуть улыбнулся он.
— Хорошо, — вздохнула я и снова провалилась в сон.
Глава 10
Утро я встретила во второй спальне. Элион, полностью одетый, лежал рядом, подперев кулаком голову и смотрел на меня.
— С новым днем, — прошептал он, слегка улыбнувшись.
— С новым, — ответила я и огляделась. — Как я сюда попала?
— Пришла, — нагло соврал вампир и для убедительности добавил. — Сама.
— Пресветлая, какой же все-таки врун, — фыркнула я, снова зарываясь головой в подушку.
— Просыпайся, маленькое солнышко, у нас с тобой сегодня много дел, — от таких слов, а, главное, от тона, которым он все это произнес, я широко распахнула глаза. Тон был ласковым.
— А что у нас сегодня? — с подозрением спросила я.
— Буду выпрашивать у тебя прощения, — доверительно сообщил мне вампир, и подозрительности во мне еще прибавилось. — Я буду очень стараться, — пообещал мне Элион, виновато улыбаясь.
Я выбралась из-под одеяла, и вампир отвел глаза, давая мне возможность покинуть его спальню. Первое, что я увидела, когда вошла в свою спальню, был несчастный комплект нижнего белья, превращенный вместе с коробкой в жалкие лоскуты. Обернувшись назад, я усмехнулась. Кто-то все-таки поверил в мои ночные угрозы? Затем перевела взгляд на кровать и непроизвольно передернула плечами, вспоминая ночной кошмар.
— Такого больше не повторится, обещаю.
Я резко обернулась. Элион стоял в пустом дверном проеме, но сразу же ушел, тактично оставив меня наедине с собой. Быстро умывшись и одевшись, я заплела косу, скрутив ее на затылке в тугой пучок, и вышла к вампиру. Он ждал меня в гостиной, уже готовый продолжить путь.
— Мы немного изменим маршрут, не возражаешь? — спросил мой спутник.
— Хорошо, — я пожала плечами и направилась к дверям.
Моя кобыла была уже оседлана, Оз свое седло не доверил никому, потому простоял с ним все сутки.
— Он не устает постоянно под седлом? — спросила я.
Вампир отрицательно покачал головой, а его зверь насмешливо фыркнул, косясь на меня. Доплату за разгромленный номер Элион уже внес, и теперь мы покидали Онагр с чистой совестью, я так уж точно.
— Что мы будем делать? — спросила я, когда мы свернули с большого тракта.
— Любоваться окрестностями, — улыбнулся вампир. — Тебе понравится, обещаю.
— Что-то больно много обещаний за одно утро, — ворчливо ответила я.
Наш путь пролег по пустой пыльной дороге. К тому же солнце здесь палило нещадно. Ничто не создавало тени, и я, впервые, последовала примеру вампира и накинула плащ вместе с капюшоном. Если вот так вот он просит прощения, то лучше бы оставался виноватым. Заметив мое недовольство, Элион попросил еще немного потерпеть. При этом у него был настолько довольный и загадочный вид, что сразу захотелось сказать какую-нибудь гадость, но я сдержалась и просто кивнула головой.
Постепенно пыль сменилась камнями. Теперь и Буся поддержала меня в моем молчаливом недовольстве. К тому же меня уже какое-то время нещадно мучила жажда. Я облизала сухие губы и тихо застонала:
— Лорд Одариан, если вы хотели меня убить, то можно было быть и милосердней. Придушите меня по быстренькому, и покончим с этой пыткой раскаленной жаровней.
— Ты хочешь пить, — сразу догадался он.
— Какая поразительная сообразительность, — ядовито произнесла я.
Вместо ответа мне протянули флягу с водой. Садист! А раньше не мог догадаться? Сам что ли не изнывает по такой жарище? Элион тоже приложился к фляге после меня, отвечая этим на мой невысказанный вопрос.
— Я столько лет практически заботился только о себе, что не всегда сразу понимаю твои нужды, — извиняющимся тоном произнес вампир. — К тому же никогда не заботился о человеке. С тем, что можешь простыть, освоился быстро, а вот с жаждой пока как-то не очень.
Тьма, и почему я сразу почувствовала себя капризной заразой?
— Спасибо, — ответила я.
— Еще немного, радость моя, еще совсем немного, — сказал мой телохранитель, вызвав этим мое очередное недоумение.
За утро и день еще ни одной шпильки. Весь такой покладистый и заботливый. До-обренький. Моя подозрительно уже зашкаливала и потребность придраться к какой-нибудь ерунде стала просто насущной, чтобы почувствовать себя в своей тарелке. С ним рядом, я имею в виду. И я никак не могла понять, что хуже добрый вампир или злой. Со злым мне было уже все ясно, а вот добрый настораживал. Настолько не вязался этот образ с моим упырем.
Еще через некоторое время начала появляться первая зелень. Еще пожухлая и вялая, но ее вид несравненно радовал. В этом мрачном царстве раскаленных камней становилось все более невыносимо. Уже где-то час мы издевались над Озом, чтобы сделать хорошо мне. Поясню. Элион, глядя на мои страдания, а потом и слушая о них, сделал самое простое, что мог придумать. Он распахнул одежду, пересадил меня к себе, и теперь я с наслаждением прижималась к нему. Холодный вампир в жаркий день — это то, что надо! И в этих объятьях не было ничего чувственного и нежного, одна сплошная насущная потребность в прохладе и тени. Мой спутник давал мне и то, и другое, стоически выдерживая соприкосновение с моим разгоряченным солнцем телом. Буся тоже осталась довольна, огрызался и ворчал один Оз.
— Уже скоро? — устало спросила я, прижимаясь к обнаженной груди вампира.
— Очень на это надеюсь, — ответил он. — Лиора, ты не могла бы не так сильно прижиматься?
— Неприятно? — я вскинула на него глаза.
— Наоборот, — сказал он и что-то проворчал на языке Пьющих кровь.
Я вздохнула и чуть отстранилась.
— Спасибо, — кивнул мой упырь. — Кажется, приехали.
Я обернулась и нахмурилась. Куда приехали? Впереди была все та же пустыня камней. Знойный воздух плавился, нагоняя полное уныние. Оз, понурый и злой, подошел к мареву, фыркнул, сделал шаг...
— Пресветлая, — выдохнула я. — Элион, что это?
— Долина пяти фей, — улыбнулся он и спешился. Затем помог спешиться мне и скинул плащ, деловито поправляя одежду. — Нравится.
— Чудо какое, — восхищенно протянула я и огляделась.
Душные камни оставили о себе лишь неприятное воспоминание, сменившись сочной зеленью, журчащей прозрачной речкой и разноцветными бабочками, сидящих на пышных соцветиях. Идиллия, самая настоящая идиллия, вот, что это было. И откуда такой жесткий душегуб, как мой телохранитель, узнал об этом романтичном местечке?
— Даже не думала, что в мире Мрака существует такое место, — произнесла я, присаживаясь на берегу речушки, даже скорей, широкого ручья, и опуская в хрустальную прохладу руку. Наши скакуны уже жадно пили из ручья воду. Вампир встал за моей спиной.
— Это еще не цель нашего путешествия. И раз уж мы смогли пройти, то стоит двинуться дальше, — сказал он, и я обернулась к нему, сощурив один глаз от ослепившего солнца.
— Раз смогли пройти? А могли и не пройти? — с подозрением спросила я.
— Не все могут, — ответил Элион и подал мне руку.
— Почему? — я воспользовалась его помощью и поднялась на ноги.
— Есть одно условие, — уклончиво ответил Элион. — Это место зачаровано теми самыми феями, чье имя носит долина.
— В нашем мире фей нет, — отметила я, беря его под руку.
Вампир принял иное решение, взяв меня за руку, я не стала спорить. Силы, которые, казалось, совсем покинули нас на жарящем солнцепеке среди камней, теперь вернулись, как и хорошее расположение духа. Настроение вообще вдруг стало приподнятым. Высокая изумрудная трава приятно шуршала под ногами, и я не отказала себе в маленьком удовольствии. Скинула сапожки, обязательные по этикету чулки, и теперь с наслаждением ступала по шелковистому зеленому ковру.
Элион не стал разуваться, просто снова расстегнул на груди рубашку, и вдохнул полной грудью. Озвар и моя лошадь, наконец, оторвались от ручья, и теперь носились вокруг нас, как два шаловливых жеребенка. Вампир проследил взглядом за своим зверем, усмехнулся и положил мне руку на талию.
