Катализатор

— Тебе он зачем? — изумилась девушка, так как электротехнику у них читали еще на втором курсе. Кажется, долгов у Димки не осталось, да и не держат в вузе студентов с хвостами такой длины.

Семенов смутился еще больше и начал довольно путанно объяснять, что конспект нужен не ему, а для одного хорошего человека, и не насовсем, а просто скопировать, и вообще берет он его под честное слово и свою ответственность.

Ника удивилась еще больше, но расспрашивать не стала. Выпытывать подробности вообще было не в ее характере, а тут еще и одногруппники подтягиваться начали — при свидетелях и вовсе неудобные темы лучше не трогать. Так что девушка просто пообещала поискать тетрадь и принести на неделе.

Потом были пары, какие-то ненормально длинные. В перерыв между двумя последними еще пришлось чесать в сначала в канцелярию, потом в бухгалтерию, потом в кассу. На пару, в итоге, опоздала. Преподша ничего не сказала, но смотрела неодобрительно. Нике было все равно, перед глазами лежали листочек со списком и часы. Дел оставалось — вагон и маленькая тележка.

Домой она ввалилась за десять минут до "часа икс" — договорились, что Медведев заберет девушку и поможет транспортировать комбик. Для этих целей Сашка выпросил у отца машину — не везти же добро общественным транспортом. В Никину обязанность входила еще подготовка описи: наименования и серийные номера вносимого оборудования, чтобы потом у вахтеров не было проблем, если вдруг кто-то из начальства застанет "вынос тела" и решит, что ребята разграбляют пионерское имущество. Основной файл она набрала еще в четверг, но серийник басового комбика до последнего был под вопросом, ибо брался взаймы у Ваньки из "R-R интервала" на один вечер. Саня как раз его и привез. Ника галопом по Европам допечатала недостающее в опись, сжевала бутерброд (хорошо еще днем в столовку сходила, а то совсем голодно было бы), и они с Медведевым выдвинулись во Дворец Пионеров. Даже не опоздали.

Репетировали до победного. Лидия Николаевна даже Славке позвонила, мол, не пора ли вам, ребята, выметаться, а то здание на сигнализацию ставить надо. И это еще им по блату перепал лишний час. Даже сет успели дважды прогнать, и кой-какой сюрпризец подготовить. Вроде, неплохо вышло, особенно учитывая временные рамки.

По домам всех развозил Медведев. Конечно, на репетицию ехали с куда большим комфортом, чем обратно, да и то, как загружались в машину пять человек плюс две гитары, плюс бас и три комбика, из которых в багажник поместились только два, это история особая. Хотя грех жаловаться, в тесноте да не в обиде, и все равно так лучше чем то же самое везти на маршрутке.

Сначала вернули Ваньке одолженное имущество. Пилить пришлось на другой конец города, но зато получилось не совсем в ночь-полночь. Потом отвезли Артема, следом Нику, как Славка пошутил, "с заносом в квартиру". Заносили комбик, но Фокс, сказал, что, при желании, и ее занести могут. Ника из вредности желание изъявила. Лисицын немедленно начал подбивать Саню исполнить сею процедуру вместе: один за руки, другой за ноги, и пока подбивал, Максим спокойно поднялся с девушкой и все отнес.

— Я поняла, — сказала Ника Максиму в дверях, — Славка это все затеял, чтобы самому ничего не нести.

Максим усмехнулся, но комментировать не стал.

— До завтра, Ник.

— До завтра, — кивнула девушка, закрыла дверь.

Переоделась. Перекинулась с родителями парой слов. Сделала себе мисочку творога со сметаной, попила кофе. И пошла собирать вещи. Вчерашние мытарства ей в этом не сильно помогли, разве что струны лежали на видном месте, да одежду на завтра заранее погладила. На глаза опять попался корсет. Ника покрутила его в руках и запихнула в сумку. В качестве альтернативы положила еще простую черную водолазку — на концертный наряд она мало походила, но выбирать больше все равно было не из чего, и девушка решила, что разберется на месте. Может у них в клубе, точнее в арт-кафе, холодина и играть вообще в куртке придется, а она тут корсетами затарилась. Ну да ладно, не в одежде дело, главное командировочные документы не забыть. И паспорт, и студенческий билет...

Дважды проверив все по списку, Ника, наконец, улеглась. На часах было почти одиннадцать. На сон оставалось чуть больше трех часов.

Может для студентов или работающих в областном центре жителей пригорода расписание и было удобным, но просыпаться среди ночи и прибывать на конечную в семь утра — сомнительное удовольствие. Еще одна электричка отправлялась в шесть вечера и совсем не подходила. Славка накануне заикнулся было на счет машины, но Саня ответил, что отец тоже собрался куда-то ехать, так что не судьба. Оставалась только электричка и сопряженные с ней "радости жизни": будильник на полтретьего, такси до вокзала и сонные лица товарищей по команде.

Честно сказать, Ника не помнила, когда последний раз ездила на электропоезде. Да и ездила-то к тете на дачу, а это всего двадцать минут. Но в этот раз расстояние было куда большим, и, соответственно, предстояло вкусить все "очарование" такого рода путешествия.

Нет, первые полчаса все было сносно. Сначала суета с рассаживанием, размещением вещей и инструментов, потом разбор полетов с контроллером-кассиром, у которой не нашлось сдачи. А в промежутке ночной город за окном, редкие машины, фонари, сонные улицы... Даже интересно. Но кассиры ушли, город, а затем и пригород, быстро закончился, смотреть стало не на что — чернота посадок вдоль дороги и небо в низких тучах, тоже черное. К тому же лавки не вписывались ни в какие, даже самые скромные, представления о комфортном передвижении, зато, по заявлению Славки, "формировали плоскопопие".

Разговоры быстро заглохли. Ника слушала музыку. Артём завалился спать, хотя "завалился" не совсем верный эпитет, скорее умостился, выставив согнутые в коленях ноги в проход. Сашка со Славкой по тихому смотрели фильм. Максим, разок заглянул к ним в планшет, но предложенным к просмотру не проникся. Нет, девушка не следила за ним специально, она вообще с закрытыми глазами сидела. Просто, при попытке устроиться поудобнее, из уха выпала бусина наушника, вот и пришлось возвращаться в реальность. Заодно и окрестности оглядела. И с Максимом взглядом встретилась, чем тот незамедлительно воспользовался.

— Что слушаешь? — спросил он, пересаживаясь на ее лавку.

Ника пожала плечами:

— Все подряд, в смысле рандомно всю подборку.

Да уж, объяснила исчерпывающе, называется, но Максиму хватило и этого, а может просто доверял ее вкусу — кивнул на выпавший наушник и спросил:

— Можно?

Мгновенной вспышкой вспомнился вечер на базе. Тогда тоже все начиналось с музыки в наушниках, одной на двоих. Чем закончилось тоже известно. Самокопанием и втыком от Насти.

— Да, конечно, — сказала она, мысленно отвесив себе затрещину, и приказав не думать лишнего.

Максим придвинулся ближе к Нике, взял наушник, на миг коснувшись пальцами. Улыбнулся едва-едва.

— Спасибо. А то скучно очень. Я внешний аккум забыл, а телефон быстро садится.

Девушка улыбнулась в ответ и постаралась сосредоточиться на музыке. На какое-то время даже получилось.

Стук колес, размеренный и неспешный, укачивал. Так и подмывало к чему-нибудь прислониться боком, пристроить голову и немножко поспать. Ника покрутила головой. Слева пластиковая оконная рама, пыльная к тому же, справа плечо Максима, которое выглядит куда соблазнительнее. Девушка даже задержала на нем взгляд, прикидывая, как отреагирует басист, если она вдруг сойдет с ума и начнет прикладываться головой к Павловскому бицепсу. Хотя, что это она. Максим тактично промолчит, зато сама Ника, скорее всего, снова не сможет смотреть ему в глаза. Так что, в целях сохранения душевного равновесия, не стоит даже рассматривать его кандидатуру в качестве подушки, а то голова уже потяжелела и стала самопроизвольно клониться вправо. Вздохнув с понятным и объяснимым сожалением, Ника достала салфетку, протерла пыль, и стала гнездиться у окна, пытаясь пригородить свернутый валиком снуд как-то так, чтобы не затекала шея и было хоть немножко помягче. И, пока гнездилась, случайно выдернула наушник у Максима из уха. Павлов открыл глаза и повернул к ней голову.

— Ой... — девушка смущенно улыбнулась, подцепила наушник и протянула басисту.

Снова мимолетное касание пальцев, улыбка.

— Тебе удобно? — спросил Максим.

Ника пожала плечами.

— Нормально.

Павлов кивнул, а потом посмотрел мимо нее в окно. Девушка тоже обернулась. Уже рассвело. Вдалеке за редким перелеском показались панельные многоэтажки. Электричка сбрасывала скорость. Ника посмотрела на Максима, потом снова в окно.

— Подъезжаем?

— Нет, еще сорок минут.

Девушка кивнула и попыталась определиться с ощущениями: то ли "ура, всего сорок!", то ли "кошмар, еще целых сорок минут!".

— В этом городе я жил семнадцать лет... — неожиданно сказал Максим.

Ника оглянулась. Павлов тоже смотрел в окно, потом перевел взгляд на девушку и улыбнулся. А она растерялась, и так и не нашла, что сказать. Так и промолчала все оставшееся до прибытия время.

Город встретил их ветром, хмурым небом и мокрыми улицами. Дождь только что закончился. В лужах плавали желтые листья; воробьи, нахохлившись, сидели на проводах; встречающие-провожающие складывали зонты...

— И не скажешь, что еще сентябрь, — тихо, ни к кому не обращаясь, сказала Ника.

Их компания выгрузилась из вагона самой последней. Павлов сказал, что штурмовать транспорт не придется, поэтому вместо того, чтобы толпиться у перехода, они обозревали окрестности.

— Да сентября-то осталось шиш да маленько, — проговорил Сашка. — Блин, а холодно!

— Хочешь сказать, в электричке тепло было? — буркнул Артём. — Макс, куда нам? Веди, давай.

И Макс повел. Вниз, по подземному переходу, через вокзал, через привокзальную площадь и через какой-то переулок.

— А от вокзала что, ничего не едет? — бухтел Чернов, старательно обходя лужи.

— Едет, но там уже все битком. А мы сейчас пройдем чуть-чуть и сядем спокойно.

И действительно, остановка оказалась не так уж и далеко, почти сразу подошел автобус, в котором даже нашлись сидячие места, правда вразнобой по всему салону и в основном спиной вперед. Ника предпочла постоять. Маршрут не запоминала — в одиночку бродить все равно не предполагалось — просто смотрела в окно на незнакомый город: многоэтажки, магазины, скверики с начинающими желтеть деревьями, и машины, машины, машины...

— На следующей выходим, — предупредил Максим, и Ника отвлеклась от созерцания урбанистических пейзажей.

Выгрузились они в обычном среднестатистическом спальном районе. Тополя, панельные девятиэтажки, "Магнит" на углу. Почти "Ирония судьбы". Ника пригляделась к названию улицы. Табличка на ближайшем доме гласила "ул. Суворова". Смешно. У них на Суворова такие же голубые мозаичные дома. Вспомнилось, как соседские мальчишки в детстве эти мозаичные элементы (ведь какое-то специальное заковыристое название для них есть, но девушка забыла, какое) коллекционировали, а поскольку отваливались плиточки не очень часто, детишки их отковыривали. А бабульки детишек гоняли. Весело было.

В одной из девятиэтажек жил институтский приятель Максима, тот самый Леша Саблин, что помогал снимать видео для поздравлялки к Никиному дню рождения. К нему-то честная компания и направлялась. Клуб открывался в одиннадцать, и, как минимум до этого времени, парням надо было куда-то приткнуться вместе с вещами, коих брали не очень много, и инструментами, коих с учетом Никиной гитары и Максова баса набиралось прилично. Вот Павлов и договорился с Лешкой. Тот без проблем разрешил оставить у него на передержку часть вещей. На счет того, чтобы передержать в дополнение к вещам еще и часть коллектива, договоренности не было, о чем Артем и Сашка, кажется, остро сожалели. Славка как всегда по пустякам не унывал и фонтанировал идеями, куда можно податься.

Но сначала познакомились с Лешей. Одарили его купленными по дороге плюшками, попили кофе (при этом съев почти всю дареную выпечку), обменялись телефонами, и пристроили вещи. Вместе спустились по лестнице, вышли во двор. Дальше предстояло разделяться. Хоть отказываться от семинара Ника не собиралась, ей было немного неудобно, что она бросает мальчишек, поэтому все выспрашивала, куда они собираются, и где потом "воссоединятся" с "отщепенцами", чем, в конечном итоге, достала Чернова.

— Чешите уже, — проворчал Тёма. — В клубе встретимся.

— О! Я знаю, куда мы пойдем! — между тем провозгласил Славка, который последние пять минут сосредоточенно изучал что-то в телефоне — то ли "Яндекс карты", то ли "2ГИС", то ли что другое из той же оперы. Сашка с Артёмом заинтересованно оглянулись.

— Пошли? — сказал Максим. Ника кивнула. — Все, мы ушли, — поставил парней в известность басист, те вразнобой угукнули не отрываясь от телефона.

Ника с Максимом переглянулись, одновременно улыбнулись, басист снова куда-то ее повел.

— Здесь недалеко конечная маршрутки. Быстро уедем, — пояснил Павлов на ходу, хотя девушка ни о чем не спрашивала. Это мальчишкам надо было дорогу запоминать — как-никак за вещами возвращаться, а у нее личный гид имеется.

Максим, кстати, такое определение вполне оправдывал. Рассказывал по пути занятные истории, в основном из студенческой жизни. Ника слушала, улыбалась, и вспоминала собственный опыт экскурсовода, тогда, с Инной. У Павлова получалось намного интереснее, хотя краеведенье явно не входило в сферу его интересов. В общем, дорогу до университета девушка не заметила.

Ника как-то привыкла, что университет — это целый студенческий городок: несколько корпусов, отдельно стоящая столовая и пара-тройка общежитий до кучи. Все за забором с турникетами и системой электронных пропусков. Павловская же альма-матер (точнее тот корпус, в котором располагалась кафедра) оказалась внушительным трехэтажным зданием. Ника заметила его, едва выбравшись из маршрутки. Из-за голубых елей выглядывал портик и колонны с круглыми капителями. Девушка не ожидала, что им туда, но Максим уверенно поднялся по ступеням и придержал перед ней тяжелую дверь.

Внутри стало понятно, что пропускная система не обошла и этот храм науки, просто турникеты поставили внутри здания, чтобы не портить фасад.

Максим перекинулся парой слов с охранником. Тот изучил Никин студенческий билет и лист приглашения и выписал ей временный пропуск.

Они поднялись на третий этаж. Павлов поминутно с кем-то здоровался, Ника крутила головой разглядывая широкие, какие-то монументальные перила лестницы, кажется, мраморной, массивные двери и лепнину, в кои-то веки даже уместную.

Максим привел ее в конференц-зал. Народу там пока было — кот наплакал. Какой-то парнишка включал проектор, в самом дальнем углу почти дремал грузный мужчина в мятом костюме, а у самого входа за столом регистрации сидели две девчушки и строгая дама лет сорока. Даму Максим представил как Анну Викторовну, и именно ей "сдал" Нику для дальнейшего введения в курс дела. Сам же поздоровался с "мятым" мужчиной и парнишкой, после чего умчался искать своего научного руководителя.